Глава одиннадцатая. Кто заказчик покушения?

Следующим утром мы планировали покинуть столицу, но Винсент предложил прежде заехать к магу-артефактору и заказать пару вещиц для моей защиты. Купить такие, которые могут уберечь от удара ножом или одного заклинания средней силы, довольно сложно. К сожалению, готовых артефактов в лавке не оказалось. Зато можно было заказать, выбрав драгоценности, которые будут превращены в артефакты.

Я решила взять кольцо и браслет. Они выглядели довольно скромно, артефактор несколько раз переспросил, уверена ли я в выборе. Конечно, да! Лучше не привлекать внимание к дорогим побрякушкам. Аванс оказался внушительным, но безопасность важнее. Теперь придется ехать в столицу через две недели, чтобы забрать заказ.

Но это потом. Сейчас мы с Жераром и Винсентом возвращались в Маракт. Из-за задержки с артефактором, выехали позже, чем рассчитывали, и теперь медленно тащились по загруженным дорогам.

Вчера вечером меня настиг откат от покушения. Тело морозило, везде виделись убийцы, я шарахалась от резких звуков и подозрительных теней. Служанка из гостиницы посоветовала купить успокоительные капли в аптеке на соседней улице, но я боялась принимать что-либо от незнакомых людей. Вдруг убийца надумает меня отравить?

Наплевав на гордость и на то, что могут подумать другие, поздно вечером я постучалась к Винсенту и попросила переночевать со мной. Тот отнесся к просьбе с пониманием, напоил меня горячим глинтвейном, поставил на комнату магическую защиту и приказал ложиться спать. Обещал, что выйдет ненадолго.

Однако, как только я переоделась и легла в кровать, меня мгновенно сморил сон. Кстати, как-то слишком быстро заснула. Полагаю, телохранитель ко мне больше не заходил.

– Винсент, а что за глинтвейн вы дали мне вчера вечером? – спросила я. – Там было снотворное?

– Совершенно верно, – не стал спорить он. – Я знаю, как лечить подобные недуги. Служу давно, всякого навидался. Конечно, давать глинтвейн или грог приходится молодым солдатам, а не прекрасным барышням, но, как видите, и на вас подействовало.

– Спасибо. Рецептик не дадите?

– С удовольствием.

Сейчас все оказалось не таким страшным. Я вспомнила, что тоже маг и решила сделать несколько слабеньких целительских артефактов и амулетов. В первую очередь выгоняющих яд из тела, помогающих остановить кровь и быстро срастить ткани. При должных знаниях ими может воспользоваться любой, даже не маг.

Хотя, конечно, в первую очередь хотелось узнать, кто на меня покушался. Никаких версий так и не появилось, несмотря на то, что я перелопатила всю память, доставшуюся мне от Илаиды.

Даже предположить не могу, кому могла помешать неконфликтная, спокойная, доброжелательная девушка, которая скоромно жила, добросовестно работала и никуда не лезла. Никаких амбиций, желания пробиться, выгодно выйти замуж и чего-то такого.

Появилась мысль, что убийство мог замыслить отвергнутый поклонник, но в воспоминаниях Илы я не нашла ни одного мужчины, которого можно было бы так назвать.

Казалось бы, очевиден еще один вариант: от моей смерти больше всего выигрывал брат Илаиды – Эдмунд. Однако, судя по воспоминаниям, Эд был весьма достойным молодым человеком.

Пытаясь вытащить семью из долгов, он рассчитывал только на себя. Ему неоднократно предлагали выдать замуж сестру, чтобы решить проблемы баронства, но Эд не желал спасаться за счет Илы. Мало того, когда она объявила, что выходит замуж, примчался к Дориану за девяносто километров, чтобы проверить, не принуждает ли граф к браку юную целительницу.

Честно сказать, как-то не верится, что такой человек, как Эдмунд мог заказать убийство родной сестры. А других близких родственников, которые могли бы рассчитывать на наследство, у меня не было.

Весь путь мы с Винсентом и Жераром обсуждали, кто мог нанять убийцу, выдвигали разные версии, но ничего так и не придумали. Хотя мой телохранитель предположил, что кто-то хотел подставить Людвига и Тьянмиру.

Благодаря статьям в газете, об истории с наследством знали все. Змеища не скрывала ненависти ко мне, так что в теории могла попросить брата нанять убийцу, когда стало понятно, что отдавать наследство я не собираюсь. Конечно, деньги и дом детям Дориана не достались бы, зато моя смерть принесла бы удовлетворение.

Если бы кто-то смог обеспечить доказательства того, что дье Эвили действительно связались с убийцами, то Людвига и змеищу заключили бы в тюрьму, делами пришлось бы заниматься Матильде или Арлису, сыну Тьянмиры. Маловероятно, что они могли бы с этим справиться. Даже если детей Дориана не посадят за решетку, репутация всех дье Эвилей будет подпорчена.

В общем, у нас определились всего две версии. Первая: убийцу наняли Тьянмира или Людвиг из ненависти. Хотя, полагаю, после якобы проклятья, которое пало на змеищу, она бы не стала еще больше злить «призрака». А без нее Людвиг не решился бы на радикальные методы.

И вторая версия: конкуренты решили воспользоваться случаем, убить меня и подставить дье Эвилей, чтобы порушить бизнес. Хотя, полагаю, гораздо проще и дешевле было бы устроить парочку каких-нибудь диверсий. Да и без моей смерти репутацию детей Дориана можно опустить ниже плинтуса: всего лишь заплатить нескольким репортерам и сформировать нужное мнение.

Понятно, что обе версии не выдерживали критики, но других предположений просто не было.

Вечером мы вернулись в Маракт. Не успела я освежиться с дороги, как служанка сообщила:

– К вам пришел Йордан Рей, он говорит, что принес важные вести.

Что там еще случилось?

Когда я спустилась вниз, Йордана уже усадили за стол. Кухарка, похоже, решила сегодня приготовить самые вкусные блюда. По крайней мере, запах тушеного мяса, специй и жареной картошки стоял такой, что я сглатывала слюну.

– Добрый вечер, Йордан, – поприветствовала я мужчину, вставшего при моем приближении. – Как вы смотрите на то, чтобы сначала поесть, а потом поделиться новостями?

– С удовольствием! Тем более новости замечательные: Тьянмира забрала заявление из полиции. Сегодня утром из столицы передали сообщение через телеграф.

– Потрясающе!

Я была уверена, что змеища приползет ко мне и станет требовать преференций, а затем мы пойдем в полицию, чтобы закрыть заведенное на меня дело, но ты смотри, что страх животворящий делает! Даже денег на телеграф не пожалела. Тут это был самый быстрый способ передачи сообщений. Просто удивительно!

Стол, за который мы уселись, был заставлен блюдами: я высмотрела запеченную курицу, тарелку пирожков, маленькие бутерброды с рыбой. Как будто мы отмечаем победу над Тьянмирой и Людвигом. А, кстати, почему бы действительно не отметить?

– Йордан, вы не будете против, если я приглашу еще нескольких человек? Иногда мы с Дорианом ужинали и обедали со слугами. Они давно тут работают, верны и преданы мне.

– А еще помогали в этом деле, – добавил адвокат, я кивнула. – Конечно, не против.

Вскоре мы сидели за столом все вместе. Я в лицах поведала, как Жерар пугал Тьянмиру. Получилось весело и задорно.

– Леди Илаида, раз история с наследством закончилась, охрану с фамильного склепа дье Эвилей надо снять, – напомнил Йордан. – Наемники узнали о призраке и требуют увеличить плату.

– Ох, об этом я не подумала. Сейчас напишу письмо и постараюсь найти курьера.

– Не волнуйтесь, я по дороге домой заеду, завезу ваше послание.

Хм. Сомневаюсь, что дом адвоката недалеко от кладбища. В теории каждый мертвец мог восстать, поэтому все места захоронений располагались довольно далеко от жилых построек.

Но раз Йордан хочет мне помочь, почему бы этим не воспользоваться.

– Хорошо, идемте в кабинет, – пригласила я. – Заодно я расплачусь с вами, господин Рей. Пусть дело не дошло до суда, но ваши консультации очень помогли.

– Леди Илаида, вы не все рассказали, – вдруг заявил Йорван, когда мы остались одни. – А мы ведь договаривались о другом…

– Как вы догадались?

– Я неплохо знаю Винсента, поэтому уверен, что он бы не послал вас страховать Жерара. Полагаю, что план изначально был иной, верно?

– Да…

Откровенно признаться, сначала говорить о покушении и о графе дье Омри не хотелось, но потом я подумала, а почему бы нет? Йордан поклялся молчать о моих делах. Вдруг сможет выдвинуть версию получше наших? Да и о Шоне или о его бывшей невесте Лилиане он тоже может что-то знать. Мне ведь еще предстоит что-то придумать, чтобы поправить репутацию графа, а мыслей по этому поводу нет совсем.

– Это скорее к Марису нужно обращаться, – задумчиво проговорил адвокат, выслушав историю. – Возможно, он придумает, как вы могли бы помочь дье Омри.

– А как связаться с Марисом?

– Думаю, он сам заявится к вам завтра. Ему ведь еще статью надо писать о нападении призрака, а вы там были, видели.

– Что ж, спасибо за совет.

– А по поводу покушения… Как я понял, кроме брата, у вас нет родственников?

– Нет.

– Эдмунд не женат?

– У него даже невесты нет. Я, честно сказать, не знаю, что делать в связи с покушением.

– Возможно, стоит нанять частных сыщиков? В полицию вы сразу не обратились…

– Я не хотела привлекать внимание к тому, что была в театре. Тьянмира могла узнать об этом и что-то заподозрить. Кроме того, полицейские ничего бы там не обнаружили. Убийца ушел, арбалетный болт самый обычный.

– Что ж, здесь я могу посоветовать только одно: будьте осторожнее.

Йордан ушел, а на следующий день ко мне пожаловал репортер. Оказалось, он уже опросил тех людей, что были в пятницу в ложе театра и своими глазами видели «призрака». Теперь Марис хотел узнать подробности у меня.

После встречи с репортером я вызвала Винсента и навестила господина Рольна. Рассчитавшись с нотариусом за все услуги, рассказала о покушении. К сожалению, никаких новых версий он не выдвинул.

Затем поехала к ювелиру и заказала несколько заготовок под простейшие целительские артефакты и амулеты. А вечером составляла схему магического плетения и тренировалась на деревянной основе.

Шесть дней я делала артефакты, стараясь предусмотреть все опасные ситуации. Потом обучала слуг пользоваться моими поделками. Силы мои были не так чтобы велики, поэтому вещи выходили весьма посредственные, однако я хорошо понимала, что спасти жизнь может даже мелочь. Винсенту тоже досталось несколько целительских артефактов.

Еще раз все взвесив, я написала брату. Не рассказывала ему о покушении, а просто узнавала, как дела. Илаида относилась к Эду с теплотой, а тот отвечал взаимностью. К сожалению, писать часто он не мог, дела требовали внимания, но каждое письмо было принизано трогательной заботой о сестре.

Через неделю от него пришло письмо, где он сообщал о том, что расплатился почти со всеми долгами, закупил посадочный материал и восстанавливает погибшие виноградники.

По совету Винсента я наняла магов, и они за два дня поставили магическую защиту на дом и ограду вокруг него.

А дальше дела вроде закончились. До поездки в столицу оставалось пять дней. Можно было бы прогуляться, навестить знакомых или даже возобновить частную практику и лечить людей, но на меня внезапно навалилась апатия.

С тех пор как я оказалась в этом мире, времени остановиться и все осознать, не было. Мне пришлось быстро вникать в проблемы и решать их. Всего лишь на следующий день после попадания, с трудом разобравшись в воспоминаниях предшественницы, я не стала подписывать отказ от наследства и тем самым начала войну с Тьянмирой и Людвигом.

А потом Жерар, адвокат, репортер, Винсент, афера с призраком, граф дье Омри, еще одно покушение… Новая жизнь завертелась, закрутилась, а теперь я вдруг осознала, что потеряла все, что было на Земле. Ни настоящих родственников, ни друзей, ни привычных вещей, еды, предметов. И это навсегда. Возврата нет.

К тому же навалилось чувство обреченности. Если кто-то пытается меня убить, то рано или поздно, это получится. Ведь я даже не знаю, кто именно и за что!

Даже поделиться своим отчаянием не с кем. Я не в курсе, как тут относятся к попаданкам. И все время боюсь где-то проколоться. Слуги уже заметили, что я изменилась, и объясняли потрясением после смерти Дориана. Но был еще брат Илаиды. Рано или поздно мы с ним встретимся. Поверит ли Эд в то, что его немного наивная, неконфликтная сестренка превратилась в практичную, циничную особу, умеющую не только постоять за себя, но и сверху люлей навешать?

Сомневаюсь. Лгать Эдмунду не хочется, судя по воспоминаниям Илы, он хороший человек, но сказать правду я тоже не смогу. Видимо, умру с этой тайной. Возможно, это случится совсем скоро.

Два дня я хандрила, лежала в кровати и ничего не делала. Есть не хотелось, двигаться тоже, стало как-то все равно. На третий день ко мне в комнату пришла Марта, пожилая женщина, работающая здесь экономкой. Она не стала подбадривать или читать морали, просто рассказала о своей сложной жизни. О том, как ей пришлось похоронить сестру, отца и только что родившегося ребенка.

Я разрыдалась, а Марта гладила меня по голове и говорила что-то ласковое. Так я и заснула, а на следующий день рано утром встала и почувствовала голод. Впервые за три дня. После плотного завтрака стало легче.

Действительно, чего я расклеилась? Ситуации бывают гораздо хуже. У меня прекрасные стартовые условия: красивое молодое тело, титул, магия, свой дом, счет в банке. Да я весь мир покорю! И этого мерзкого типа, что на меня покушается, обязательно вычислю. Рано или поздно он допустит ошибку, и мы его поймаем.

Черканув записку Винсенту, я быстро собралась на прогулку. Зикур – государство, куда меня перенесло, находилось в южных широтах, а место, где располагалась столица, погодными условиями напоминало Крымский полуостров. В середине марта тут уже вовсю жарило солнышко. Прошедшая зима изредка напоминала о себе прохладными ветрами, но в целом весна уже вошла в свои права.

Винсент, кажется, тоже рад был пройтись. Мы отправились в местный парк. Здесь кипела жизнь: гуляли леди и лорды, мамочки и няни с малышами, дети постарше кормили уток, плавающих в пруду. Возле кафе выставили летние столики, и за ними уже сидели парочки. Пахло весной.

– Леди Илаида? – вдруг окликнул меня незнакомый голос.

Я обернулась и увидела подтянутого, мужчину лет сорока, может, немного старше. Судя по одежде и перстням на пальцах, он был довольно богат. Симпатичное лицо с небольшим шрамом на переносице и родинкой на щеке, коротко подстриженные черные с проседью волосы и небольшая бородка. Но, главное, он меня узнал, а я понятия не имела, кто это, и как его зовут. К сожалению, память Илы перешла ко мне не полностью.

– Вы, наверное, меня не помните? – Мужчина правильно расшифровал мое растерянное лицо. – Я Аттер дье Кналиб, нас представили в доме четы Куини на помолвке их дочери Риты.

Так, это уже что-то. Куини были богатыми купцами, папочка Риты решил выдать дочь за аристократа, подобрал жениха. Однако прямо перед торжественным приемом, на котором должны были сообщить о помолвке, девушку отравили. Куини не стали поднимать шум, лишь пригласили Илаиду и попросили поставить невесту на ноги.

Целительница справилась, но предупредила, что на приеме должна находиться рядом с Ритой, чтобы контролировать и подпитывать магией. Услышав об этом, мать невесты быстро организовала Иле платье, туфельки, прическу и украшения. Целительницу представили подругой, и никого не удивило, что девушки практически постоянно находились рядом друг с другом.

Куини потом неплохо заплатили, а Рита в качестве благодарности отдала красивые заколки, платье и туфли, в которых Илаида блистала на том балу.

И, понятное дело, что занятая здоровьем своей подопечной, целительница не особенно приглядывалась к людям, с которыми ее знакомили.

– Да, простите, я вас не запомнила.

– Ничего страшного, у Куини всегда много гостей.

Потом мне пришлось представить Винсента, мужчины пожали друг другу руки. Мы поговорили с этим Аттером о том, о сем. Он искренне улыбался, остроумно шутил, рассказал пару интересных историй – в общем, казался приятным человеком. Только моя интуиция шептала, что этот мужчина не так прост.

Наконец, Аттер откланялся.

– Вы этого дье Кналиба совсем не помните…

Фраза Винса прозвучала как утверждение.

– Да.

Я рассказала телохранителю о приеме у Куини и поделилась своим опасениями.

– Не знаю, – пожал плечами Винсент, – не вижу ничего особенного. Да, он прощупывал почву, но, как мне видится, не потому что хотел навредить.

– А почему?

– Вы очень перспективная невеста: богатая, титулованная, магически одаренная, красивая, есть собственная недвижимость, а толпы надоедливых родственников нет. Очень удобно. Обычно за такими девушками стоят родители, которые продвигают интересы рода. Этот Аттер старался произвести на вас хорошее впечатление, и заодно пытался узнать, где вы еще можете встретиться.

– Но… – растерялась я. Такой прагматичный подход к браку был для меня в новинку. – У меня же траур! Как минимум полгода!

– Ну так он и не предлагает сразу замуж. Как раз полгода, пока изучит, узнает, попробует соблазнить или договориться. Я не удивлюсь, если сейчас к нам подойдут другие мужчины, чтобы засвидетельствовать почтение.

– Ерунда! – несколько неуверенно отмахнулась я. – До этого ко мне никто особенно не подходил.

– Конечно, не подходили. Пока не было понятно, удастся ли вам отстоять наследство или нет, женихи не усердствовали. Кроме того, вышло несколько статей про наследство и призрака. Для маленького Маракта вы стали диковинкой, многие захотят пообщаться просто так.

Обдумать эту мысль я не успела, к нам подошла немолодая леди, которую когда-то лечила Илаида. Сопровождающий пожилую женщину полноватый, светлоглазый шатен сразу же стал улыбаться и делать мне комплименты.

– Как приятно встретить вас, дорогая Илаида. Познакомьтесь, милая, с моим племянником, – пожилая леди представила своего спутника и добавила: – Молодой человек работает управляющим в компании по производству стекла. Это очень перспективное направление…

Дама толкнула многословную речь, рекламирующую своего племянника. От навязчивой парочки мы отделались с трудом, но радовало то, что больше никто к нам не подходил. Знакомые здоровались, перекидывались парой ничего не значащих слов и шли дальше.

К сожалению, на следующий день на прогулке нарисовались еще двое охотников за моим приданым. Радует, что не таких навязчивых, как пожилая дама с племянником.

Стараясь избавиться от внимания подобных мужчин, я села на скамейку рядом с дородной леди. Ее дети кормили птиц неподалеку. Сначала она мило беседовала на отвлеченные темы, но когда Винсент чуть отошел, заявила, что безземельный барон для меня отвратительная партия, то ли дело ее старший сын.

Я с трудом удержалась от того, чтобы нагрубить леди, но посмотрела так, что та едва не подавилась словами.

– Она мне еще указывать будет, кто хорошая партия, а кто нет! – тихо, но эмоционально возмущалась я, когда мы с Винсентом возвращались домой.

– Вообще-то она права, я действительно не слишком…

– Глупо руководствоваться общественным мнением при выборе супруга или супруги, – возмущенно перебила я. – Жить-то с мужем или женой тебе, а не обществу! Да и мне, к слову, ради чего замуж выходить? У меня есть замечательный дом и крупный счет в банке. Даже если не было бы денег, я б заработала! Что-нибудь придумала. Замуж надо идти за настоящего мужчину, а не за титул, власть или кошелек.

– То есть титул или его отсутствие для вас не важно?

– Не важно. Уже сейчас стирается граница между простолюдинами и аристократами, а еще лет через тридцать-сорок это вообще перестанет иметь значение. Но даже если нет, титул барона или виконта можно купить

Винсент странно на меня посмотрел, как будто раздумывал, правда ли это.

– В любом случае, сейчас это неактуально. Замуж я не собираюсь.

Мало того, даже мужчин с этой точки зрения особенно не рассматриваю. За мои более чем сорок лет на Земле, я дважды выходила замуж, а потом еще четыре года сожительствовала, не оформляя отношений. Опыт большой, но, к сожалению, не очень приятный.

Три года назад последняя моя попытка построить отношения окончилась полным фиаско: сначала Федор начал выпивать, сорить деньгами да так, что их не оставалось ни на еду, ни на квартплату, а потом во время ссоры толкнул так, что я упала и сильно ударилась локтем.

На этом последний мой роман завершился. После были любовники, но никаких отношений. Просто секс для здоровья. Мне настолько осточертело все связанное с любовью или хотя бы симпатией, что даже мыслей о чем-то таком последнее время не появлялось.

Почти каждый день встречаясь с Винсентом, я ни разу не рассматривала его, как мужа или даже любовника. Он мне нравился, но именно, как мужчина, на которого можно положиться. Не больше.

И дело даже не в красоте, или в возрасте – Винсент, являясь магом, прекрасно выглядел для своих сорока пяти лет. На Земле я бы дала ему чуть за тридцать.

Да и красота – понятие относительное. Он, может, не супермодель, да еще и прихрамывает. Однако спортивная фигура, выправка, взгляд, умение себя подать, красивая улыбка, льняные непослушные кудри – все это скрадывало небольшие недостатки внешности.

Винсент, не особенно напрягаясь, мог покорить не одно женское сердце. Только у меня не возникло к нему даже искры влечения. Возможно, потом появится. Кто знает? Такое тоже бывает.

– О чем вы задумались, леди Илаида? – вопрос телохранителя выдернул меня из размышлений.

– Предлагаю завтра утром отправиться в столицу, – выдала я. – Артефакты как раз будут готовы через два дня. Погуляем один денечек по столичным паркам. Там меня не знают. Как вам план?

– Превосходный! – с улыбкой одобрил Винсент.