Глава двадцать вторая. Неожиданное открытие
Глава двадцать вторая. Неожиданное открытие
Перед сном я думала, что ответить дье Кналибу. Пусть это всего лишь разрешение на ухаживания, но, пока мы не нашли того, кто на меня покушался, доверять кому-либо не стоит.
Хотя, признаться, дье Кналиб мне понравился. С ним было легко общаться, он с таким восторгом и уважением отзывался о моей смелости, искренне хвалил премьеру, удивлялся изобретательности, когда я объяснила, каким образом нам удалось создать иллюзию города с высоты птичьего полета. Он подсказал, как оптимизировать артефакты, что мы использовали. Умный, порядочный мужчина, весьма симпатичный.
Почему бы действительно не присмотреться к нему?
Я не видел смысла скрывать предложение дье Кналиба от самых близких, поэтому тем же вечером написала письмо брату, а на следующее утро рассказала обо всем Винсенту.
– Надо бы собрать информацию об этом сейхонце, – задумчиво произнес мой телохранитель во время завтрака. – Жаль, что у меня нет времени. Придется уехать.
– О чем ты?
– Сегодня утром пришел приказ. Через два дня мне надо прибыть в часть.
– Что? Почему так… – растерялась я. – Ты же говорил, что есть еще неделя или две…
– Не знаю, что случилось. На днях списывался с командиром, предупреждал, что задержусь в отпуске, он ответил, что ничего срочного нет. А тут приказ…
– Что же делать? Получается, что тебе надо уезжать сегодня, чтобы успеть добраться до части.
– Да. Я – военнообязанный. Приказы игнорировать не могу. Думаю, что-то произошло, раз командир меня вызвал. Но и оставлять тебя без защиты не хочется.
– Придется нанимать телохранителей из агентства, – подвела итог я, мысленно пересчитывая деньги. – Причем, срочно.
– А если обратиться к Шону? У него тоже большой резерв, несколько дней побудет рядом с тобой. А я побеседую кое с кем в части, подберу надежного человека. Не доверяю я этим ребятам из агентства.
– Если мы с Шоном будем вместе появляться везде, то сам знаешь, какие пойдут слухи. А я не готова объявлять себя содержанкой.
– Если он будет поддерживать на тебе щит, и если правильно подать, возможно...
– Нет, – перебила я, – во-первых, у графа полно других дел, просто неприлично навязывать ему еще и заботы о моей безопасности. Во-вторых, о нас с ним и так не говорит только немой. Не стоит давать пищу для слухов. На несколько дней найму телохранителя из агентства. Как раз сейчас закончим с завтраком и пойдем выбирать. А потом ты кого-нибудь посоветуешь.
Винсент нахмурился, но все же принял мои аргументы. Так же мы договорились заехать в детективную контору, что рекомендовал Марис, и оставить заказ на дье Кналиба. Винс прав, надо собрать всю информацию о нем из другого источника. Мало ли что он рассказывает.
Не думаю, конечно, что детективы накопают что-то компрометирующее, но все же проверить нелишне.
– Может быть даже неплохо, что он появился сейчас, когда тебя вызвали в часть, – я попыталась найти что-то хорошее в сложившейся ситуации. – Даже если мы с Кналибом не сойдемся характерами, можно будет спокойно разойтись. Зато если понадобиться выйти в свет, у меня будет сопровождающий.
– Вот это меня и смущает. Как-то подозрительно все складывается. Меня неожиданно вызывают в часть, ты остаешься без защиты, и одновременно появляется этот хмырь.
– Он не хмырь. Но ты прав. Возможно, это связано. Постараюсь быть настороже.
Из агентства мы возвратились с новым телохранителем – молодым, рыжим парнем, которого звали Дейвас. Винсент быстро собрал вещи, и, пообещав написать сразу, как приедет, попрощался и ушел.
Два дня прошли в обычном режиме. Новый телохранитель был молчалив и незаметен. В принципе, никаких вопросов к его работе не было, но Винсента мне все равно не хватало. Дейв профессионал, конечно, но Винс мой друг.
К сожалению, просто сидеть на одном месте не получалось. Нужно было утвердить макет афиши на детскую постановку, заказать еще кресел, маленькие стульчики, подсчитать смету ремонта на третьем этаже театра – в общем, я крутилась как белка в колесе.
Вечером на второй день после того, как уехал Винсент, курьер из детективного агентства принес мне информацию о дье Кналибе.
– Посмотрим, что там на него накопали, – пробормотала я, открывая папку.
Сразу, что бросилось в глаза – имя.
– Серьезно? Еттер? – хихикнула я. – Хорошо, что не Ентер. Ладно, посмотрим дальше.
Как я и предполагала, ничего компрометирующего на дье Кналиба не нашли. Однако, несколько раз перечитав две страницы, я отметила один важный нюанс. Мужчина сказал, что переехал в сюда, то есть в Мирасскую империю, после смерти жены. Это действительно было так. Только дье Кналиб то ли специально, то ли случайно подал это так, словно он уехал из Сехойна сразу, как умерла его супруга. Однако она скончалась больше десяти лет назад, в то время как Еттер вернулся в империю в августе прошлого года. Десять месяцев назад.
Магии у него действительно крохи. Вполне возможно, какое-то время он пытался устроиться на родине, однако не преуспел. Надо сказать, что его родители хоть и были состоятельными людьми, основное наследство оставили старшим братьям, а дье Кналибу пришлось устраиваться самому. Видимо, за лучшей жизнью он приехал сюда.
В целом, все понятно. Пожалуй, не будет ничего страшного, если я соглашусь на предложение Еттера. Ну и имечко. Интересно, как его звать сокращенно? Ете? Те-те? Это имя совсем ему не подходит. Хотя не так уж важно. Главное, никаких пикников далеко от цивилизации, только приемы и посиделки исключительно на людях. По крайней мере, пока.
Настал вторник. Именно сегодня в театр должен прийти дье Кналиб, чтобы я озвучила ему свое решение. Четыре недели назад Юранс поставил еще один стол в своем кабинете и организовал рабочее место для меня.
Сегодня владелец театра занимался инвентаризацией на третьем этаже, а я сидела в нашем общем кабинете и планировала траты на следующий месяц.
Вдруг дверь кабинета резко распахнулась. Я подняла глаза от бумаг, уже понимая, что это не Еттер. Тот бы вежливо постучался и спросил разрешения войти.
И точно! К моему столу шел граф дье Омри.
– Здравствуй, Ила! – поприветствовал меня он. – Ты даже не представляешь, что я нашел!
– Что?
Шон выглядел встрепанным и держал в руках потертую кожаную папку.
– Помнишь, когда ты рассказывала про своего брата, мне показалась знакомой фамилия дье Блоу. И я никак не мог вспомнить, где ее слышал.
– Да, припоминаю. Я предположила, что ты встречался с моим отцом.
– Нет! Я кое-что нашел о другом твоем предке – прадеде. Смотри! – Шон положил передо мной папку и раскрыл ее так, чтобы мне было удобно читать. – Это список участников экспедиции. Чуть больше трехсот лет назад они нашли замаскированный вход в город древних магов Лездон.
– Лездон? Зачем тебе изучать эти записи? – нахмурилась я. – Или ты решил провести собственное расследование и узнать, как погибли твои отец и брат?
– Я знаю, как, – насупился дье Омри. – Их убили. Но кто именно и почему, хочу выяснить. Это записи отца, по которым он нашел остатки города.
Откровенно сказать, я понимала Шона. Официальные результаты расследования выглядели смешно. Сомневаюсь, что какое-то неизвестное проклятье убило двух здоровых мужчин за несколько минут, и в странный ритуал, который якобы они проводили, тоже не верилось. Но дразнить убийц, продолжая исследования старого города магов, опасно.
– Ты не боишься, что тебя тоже могут…
Мысль о том, что ему грозит опасность, неприятно кольнула сердце.
– Пусть попробуют. Я – боевой маг и готов к неожиданностям.
Шон подтащил еще один стул и сел за стол рядом со мной.
– Кто бы это ни сделал, они не станут действовать честно.
– Мне приятно, что ты за меня переживаешь, – улыбнулся он. – Но пока никто, кроме тебя, не знает, что я нашел записи отца. Точнее копии записей. Я показательно смирился со смертью родственников, выжидал. Думаю, мне удалось успокоить убийц.
– Допустим. Но причем тут список участников экспедиции? Это те, кто до твоего отца искали…
– Артефакт овеществления желаний, – подсказал граф. – Да! Они нашли Лездон, но не успели углубиться в город, случилось землетрясение и вход завалило. Хотя там от экспедиции одно название было. Несколько исследователей с парочкой учеников, наемные охранники, да искатели сокровищ. Тем не менее те, кто остался в живых, смогли вынести из Лездона ценности и выгодно их продать.
– Ты хочешь сказать, что мой предок…
– Номер тридцать четыре, – озвучил Шон.
Я отыскала взглядом нужную строчку и вслух прочла:
– Черуз Блоу, снаряженец.
– Присмотрись, его имя подчеркнуто красным. Это значит, что он был среди тех счастливчиков, кто сохранил жизнь.
– Так… зачеркнуты те имена, кто погиб? – предположила я. Шон кивнул, подтверждая мою догадку. – А черное подчеркивание что значит?
– Не только остался в живых, но и сумел вынести что-то ценное с собой, – граф выжидательно посмотрел на меня, слегка подняв брови.
Так-так, кажется, он хочет, чтобы я отгадала, что именно его насторожило в этом списке. Имен, что были подчеркнуты красным, оказалось всего три. Мой прадед Черуз Блоу и два охранника: Мавен Лострайт и Периат Новис.
– Но имя моего предка не подчеркнуто черным, значит, ему никаких богатств не перепало, – вслух задумалась я. – Тут фамилия без приставки дье, получается, что он тогда еще не купил титул.
– Именно! Однако после этой экспедиции он разбогател и стал дье Блоу.
– Думаешь, что на самом деле он вывез какие-то ценности из древнего города и смог их утаить?
– Да. Это что-то маленькое. Небольшое по размеру.
– Намекаешь на артефакт овеществления желаний? Ты веришь, что он существует?
– Не знаю, – Шон нервно взъерошил волосы. – Но все складывается один к одному. Есть дневники этой экспедиции, точнее то, что от них осталось. Твой предок и еще двое мужчин попали в какую-то хитрую ловушку древних магов и надышались ядовитыми парами. Они долго не приходили в себя, поэтому пока остальные грабили город, эти трое остались ни с чем. Однако перед самым землетрясением они очнулись и смогли покинуть опасную зону и остаться в живых. О судьбе двух охранников мне ничего не известно. Твой прадед, возвратившись из экспедиции вроде бы ни с чем, вдруг быстро богатеет, покупает титул и основывает свой род. Ему везет в делах, он женится на обедневшей аристократке с целительской магией, у него рождаются одаренные дети.
– Это все может быть просто совпадением.
– Может. Но мой отец и брат, что пытались докопаться до истины, внезапно умирают загадочной смертью. Возможно, из-за того, что они обратили внимание на чрезвычайное везение человека, который вернулся вроде бы ни с чем из города древних магов. Представь, если ценность, которую он все же вынес, осталась в семье. Понимаешь, к чему я веду?
Я сглотнула ставшую вязкой слюну и продолжила:
– Кто-то хотел меня убить, столкнув с лестницы, а потом повторил покушение рядом с театром.
– Да. И одновременно какая-то странная дама пытается выйти замуж за твоего брата, – добавил Шон. – Уж не для того ли, чтобы войти в семью, избавится от тебя и Эдмонда и стать единственной наследницей?
– Боже, – прошептала я, понимая, что все это укладывается в одну чудовищную схему. – Но с Эдом не получилось. Он не захотел жениться, тогда решили убить уже его, подложив шип под седло лошади.
– Значит, они передумали избавляться от тебя. Скорее всего, подошлют какого-нибудь красавчика, что предложит тебе брак.
– Уже, – произнесла я одними губами.
– Что уже?
– Еттер дье Кналиб. Он встретился со мной на приеме у леди дье Андинал. Мы разговорились. Мне он показался очень приятным мужчиной. Рассказал о себе и попросил разрешения за мной ухаживать с самыми серьезными намерениями.
– И ты согласилась?
– Пока нет, но хотела согласиться.
– Хотела? Но ты же заявляла, что не хочешь замуж! – обижено возмутился Шон.
– Замуж не собираюсь. Просто мне желательно появляться на приемах в целях… – я замешкалась, подбирая слова, – в рекламных целях, назовем это так, а репутацию любовницы или содержанки приобретать не хочется. Конечно, сейчас общество к этому более спокойно относится, чем лет тридцать или пятьдесят назад, но все равно неприятно ловить презрительные взгляды. Достаточно и того, что на меня косо смотрят из-за работы в театре. Дье Кналиб предложил именно ухаживания. Его не смущала ни моя работа, ни самостоятельность. Так что неудивительно, что я хотела согласиться. Кстати, может быть, ты знаешь что-то о дье Кналибе?
– Не припоминаю ничего. Кто он вообще такой?
– Он сехойнец, прибыл сюда… – я запнулась, внезапно вспоминая строки из доклада, что мне собрали детективы. – Он лгал! Я только сейчас сообразила, что меня насторожило в сведениях переданных детективами! Дье Кналиб подошел ко мне в центральном парке Маракта. Он знал мое имя и утверждал, что мы были представлены на приеме, который устраивал отец одной из моих клиенток. Но это невозможно, потому что дье Кналиб прибыл в империю в прошлом году в августе, а помолвка Риты, ну тот прием, где мы якобы с ним встретились, устраивался весной! То есть он не мог со мной там познакомиться, ведь к тому времени еще не приехал в империю.
– И без этой небольшой детали, понятно, что он заодно с теми негодяями, что ищут артефакт, – заключил Шон.
Я печально вдохнула. Очень обидно. Вот появился симпатичный мужчина, который хотел серьезных отношений, с уважением и даже восхищением относился к моей работе и манере общения, но, оказалось, что все это лишь ради того, чтобы, убив меня, завладеть артефактом. Никому нельзя верить!
– Ладно, с дье Кналибом все ясно, – признала я. – Непонятно, что делать дальше. Может, согласиться на его ухаживания и попробовать подобраться ближе?
– Зачем? Наоборот, тебе нужно держаться подальше от этого негодяя!
– Чтобы раззадорить его интерес?
– Какой интерес? О чем ты?
– Ну… по факту у нас на дье Кналиба ничего нет. Только подозрения. Мы не может просто так его схватить и допросить. Значит, надо спровоцировать, чтобы он сделал что-то противозаконное. На этом его и поймаем!
– На чем? Он будет добиваться тебя с целью жениться! В этом нет ничего противозаконного, наоборот! Или ты готова выйти за него замуж, а потом ждать, когда он тебя убьет?! За этим мерзавцем надо установить слежку, узнать, с кем он сотрудничает, и схватить всю банду. Кстати, за этой соседкой Эдмонда тоже необходимо наблюдать.
– Значит, надо дье Кналибу отказать, да так, чтобы он ничего не заподозрил и не обиделся, – сказала я. – Придумать какую-то причину.
– Скажи, что тебе другой мужчина предложения руки и сердца сделал.
– Нет, ерунда получится. Он спросит кто именно, и что я отвечу? Загадочно промолчу?
– Говори, что я тебе сделал предложение.
– Ты?
– Да, и что ты согласилась стать моей женой, – улыбнулся Шон. – Хорошо я придумал? Если ты будешь считаться невестой, ухаживать за тобой дье Кналиб не сможет.
Я внимательно посмотрела на Шона, стараясь понять, шутит он или нет.
– Знаешь, странный план…
– Почему? Или я недостаточно хорош, чтобы быть твоим женихом?
– Нет, что ты! Просто не понимаю, зачем тебе это надо. Одна невеста уже разорвала с тобой помолвку, если еще и мне придется это сделать…
– А если не придется?
– Что ты хочешь сказать? Мы будем вечно ходить в качестве жениха и невесты? Тоже, знаешь, странная мысль.
– А вариант выйти за меня ты не рассматриваешь?
– Не пойму, ты шутишь так, что ли? – спросила я после долгой паузы.
– Нет. Я действительно думаю, что мы могли бы пожениться.
– Но я ведь вдова…
– Фиктивная, как ты сама говорила! Так ты согласна?
– Зачем тебе это, Шон? Или ты решил вместо дье Кналиба получить артефакт, женившись на мне?
– Вот, значит, как ты обо мне думаешь! – дье Омри вскочил со стула, на котором сидел рядом со мной, и раздраженно прошелся по кабинету.
– А как мне о тебе думать?! Ты сам предложил мне место содержанки. Сам! Точнее, когда я, не зная, употребила определенную фразу, решил, что предлагаю свое тело! Не спросил, не попытался поговорить…
– Я говорил!
– Ну да, конечно, когда прошел месяц, и стало понятно, что я точно не то имела в виду. Видимо, кроме как на содержанку я не тяну! Недостойна!
– Ты сама говорила до этого, что замуж не хочешь!
– В отличие от других женщин я не ставлю целью замужество, потому что не желаю зависеть от мужа. Но мне хочется любви, как и всем. Проблема в том, что в этом дурацком обществе любовь дает чаще любовница, а не жена! А брак предлагают только из-за выгоды! И раньше я тебе интересная не была! Но вдруг выясняется, что у нас в семье есть редкий артефакт, который так долго искал твой отец – и все! Ты уже готов жениться!
Я сама не заметила, как встала, подошла к Шону и выговаривала ему претензии в лицо. Было до боли в груди обидно. Жаль, что мужчины видят не меня, а лишь возможность завладеть артефактом.
– С какой стати ты решила, что была мне неинтересна?!
– О да, интересно тебе было! Только не я, а мои якобы совершенные преступления! Ты, наверное, как увидел, меня сразу подумал: «Что за дрянь там с Винсентом пришла? Интересно!».
– Нет! Я подумал, что ты очень красивая и позавидовал Винсу.
– Что?
– Не веришь? А я докажу!
Шон мгновенно оказался близко и впился в мои губы поцелуем.
Я не знаю, почему сразу его не оттолкнула. Наверное, растерялась. А потом не получилось. Ну, в конце концов, я же не каменная! Я в теле двадцатилетней девушки, у которой есть определенные желания и с гормонами все в порядке. Отчасти, для того чтобы приглушить все это, я постоянно работала. Когда каждый день устаешь так, что валишься с ног, думать о всяких там любовях не получается.
Да и что уж скрывать, Шон мне нравился, но симпатию к нему я старательно давила, ведь считала, что никакого будущего у нас нет. Содержанкой я не буду, а женой… он просто никогда не предложит мне чего-то подобного. По крайней мере, до этого момента я была уверена, что не предложит.
А сейчас, когда он решил, что моей семье принадлежит редкий артефакт, сразу сделал предложение руки и сердца. Это было до слез обидно, но обида и злость на него как-то быстро переплавились в страсть. Я неожиданно для себя стала отвечать так, что дыхания не хватало. Сама обвила его шею руками, притягивая ближе, сама прижалась к горячему телу, сама потерлась бедрами о твердый бугор на штанах Шона.
Это не оставило его равнодушным: руки графа спустились с моей талии на ягодицы и чуть сжали. Я застонала, отстраняясь от его губ, и Шон начал целовать шею. Ох, какая тут чувствительная кожа, меня словно маленькой молнией ударило, я выгнулась назад, открывая пространство для дальнейших поцелуев. Шон не подвел.
– Если ты сейчас не прекратишь, то я за себя не ручаюсь, – хрипло сказал дье Омри, посмотрев на меня так, что от вожделения, горящего в его взгляде, все внутри сжалось от предвкушения.
– Что прекращу? – еле выговорила я.
Между ног было горячо и влажно. Мозг, кажется, вообще не работал.
Шон скосил глаза, и я поняла, что расстегнула три пуговицы на его рубашке. Когда успела-то?
– Плевать! – выдохнул он, махнув рукой в сторону двери.
Какая-то магическая защита обвила ручку. Похоже, теперь в кабинет не войти. Пока я растеряно моргала, Шон подхватил меня под ягодицы и посадил на край стола, задрав юбку выше колен.
– Стоп! Стой! – наконец, пришла в себя я, перехватив руки графа, которыми он уже оглаживал мои бедра.
Ох, как же приятно-то…
– Шон, остановись!
– Я хочу тебя! – интимно прошептал он, наклонившись к моему уху, но руки убрал, упершись в край стола.
– Я тоже, – призналась я. – Но кабинет Юранса – ужасный выбор. Первый раз всегда больно, идет кровь, а тут неудобно.
– А у тебя будет в первый раз? – недоверчиво поднял брови Шон.
– Ты опять не веришь моим словам! – раздраженно произнесла я, отталкивая мужчину.
Конечно, скромные девственницы себя так не ведут, но я как-то об этом не думала, поддавшись чувствам. А он, видимо, решил, что раз я отвечаю, да еще так развратно, значит, уже познала мужчину.
– Прости! – Шон перехватил мои ладони и поцеловал их. – Ты просто сводишь меня с ума. С тобой я чувствую себя, как несдержанный мальчишка. Постоянно говорю какую-то ерунду, ревную и злюсь.
– Это не лучшая характеристика, – недовольно буркнула я, но пихаться прекратила.
– Но это правда. Когда я тебя увидел в театре, то обомлел. Такая красивая девушка, с нежной улыбкой, восторженными глазами. Ты словно светилась…
– Да? – фыркнула я. – Почему же ты тогда делал вид, что меня не существует?
– Вспомнил Лилиану. Она точно так же показалась мне прекрасной в первую встречу, но, оказалось, что ее слова о любви были неправдой. Я одновременно злился на себя за то, что меня тянуло к тебе, и завидовал Винсенту. Я внушал себе, что ты двуличная притворщица, которая использует мужчин в меркантильных целях. Хотел доказать это Винсу и прежде всего себе, чтобы перестать чувствовать к тебе симпатию. Но ты все делала не так. Аферистка должна хорошо владеть эмоциями, но твое отношение к Тьянмире было очевидным, ненаигранным и волнение неподдельным. Что бы вы с Винсом ни задумали, ты, однозначно, делала это в первый раз. Совсем не похоже на аферистку, которой я тебя представлял. Тем не менее твоя идея с призраком была просто замечательной. Я не мог не восхититься.
– Но все равно наговорил гадостей.
– Хотел проверить. Думал, ты смутишься, а я потом приглашу тебя на свидание, но ты вдруг повела себя уверено, напористо, нагло, начала сама диктовать условия. Передо мной была не волнующаяся девушка, а какая-то торговка с рыночной площади. Но при этом меня все равно к тебе тянуло.
Ну да, тогда он весьма одобрительно смотрел на мою грудь, приподнятую корсетом.
– Просто такие, как Людвиг и Тьянмира считают скромность слабостью и пытаются использовать это. Я уверилась, что ты точно такой же, и хочешь чего-то добиться от меня шантажом.
– Я не подумал об этом, просто не понимал, кто ты, и почему так себя ведешь. А потом это покушение. Мне стало ужасно страшно за тебя, несмотря на то, что мы были знакомы лишь пару часов. Я запутался в своих чувствах, стал следить за тобой, пытался понять, но не смог. Ты вроде бы открыто проявляешь эмоции, но при этом остаешься загадкой. Ты как будто состоишь из противоречий: то говоришь так, словно мудрый старик, то вдруг изрекаешь что-то совсем наивное; то подмечаешь мелкие, но важные нюансы, на которые никто не обращает внимания, то не замечаешь очевидного; то скромница, то развратница.
– Ничего я не развратная! Просто ты меня тоже привлекаешь. Именно ты, а не другие мужчины. И вообще не нравится – не…
– Нравится! – перебил меня довольный Шон, снова собираясь поцеловать, но я отстранилась.
Не хотелось снова терять голову.
– Хватит, мы еще не договорили.
– А когда договорим, можно будет продолжить?! – невинно поинтересовался дье Омри.
– Будет зависеть от твоего поведения! – строго сказала я, слезая со стола и одергивая юбку.
Шон печально вздохнул и соорудил на лице крайне несчастное выражение. Вот актер! И ведь вижу, что доволен.
– Значит, ты хочешь жениться на мне не из-за артефакта? – вернулась я к теме.
– Вообще-то наследство передается по мужской линии. Хотел бы получить артефакт, пришлось бы жениться на Эдмонде, – проворчал дье Омри.
– Боюсь, тебя бы не поняли, – усмехнулась я. – Но, Шон, ты же понимаешь, что образцовой женой я не стану. Театр не брошу, бесконечно пропадать на чаепитиях с другими дамами не смогу, сидеть дома, заниматься только хозяйством, и вышивать не стану. Что еще делают замужние аристократки?
– Воспитывают детей, – подсказал Шон.
– Знаю, как они их воспитывают. Отдают нянечкам и гувернанткам, а сами торчат на приемах и хвастаются платьями и украшениями. А некоторые и вовсе в пансионы детей отсылают.
– Как тебя?
– Не сравнивай. У моих родителей не хватало денег, чтобы нанимать учителей-магов, а целительский дар необходимо было развивать. Стоимость обучения в пансионе ниже, отец и мать смогли накопить нужную сумму. Однако я сейчас не о тех случаях, когда у ребенка есть магический дар, который надо развивать, а денег в семье нет. Часто от ненужных детей без дара избавляются, отсылая в подобные пансионы. С глаз долой. Что потом из этого ребенка вырастет – очень большой вопрос.
– Ты считаешь, что родители должны больше участвовать в жизни детей?
– Конечно. Тогда хотя бы можно говорить о том, что они их воспитывают. В любом случае своими детьми я буду заниматься сама. От помощи нянечек, учителей и гувернеров не отказываюсь, но и отдавать им ребенка на все время, как это делают другие аристократы, не стану.
– Полагаю, раз ты говоришь о наших детях, значит, согласна выйти за меня замуж, – самодовольно решил Шон.
– Ошибаешься. Я говорю о своих детях, потому что пока насчет брака мы не договорились. Мне нужно, чтобы ты понимал, что я не смогу жить так, как этого требует высшее общество.
– И не надо, – тихо, но прочувствовано сказал дье Омри. – После этой истории с Лилианой я понял, что мне плевать на мнение чужих людей. Я не буду требовать от тебя бросить работу в театре и заниматься домом и хозяйством. Для последнего есть экономка и управляющий. Делай то, что тебе нравится.
– Ну, тогда будь готов к тому, что наш союз назовут мезальянсом. Я вдова, а это само по себе значит, что порченная.
– Это не страшно. Конечно, общественное осуждение иногда может доставлять некоторые неудобства, но, как оказалось, хорошие связи и деньги эти проблемы быстро решают. Обратимся к Марису, он напишет пару статеек.
– Кстати, вполне реально назвать нас спонсорами или даже меценатами, которые возрождают искусство, – вслух задумалась я. – Вон жена мэра открыла художественную галерею и привечает молодых талантливых художников. А мы театр будем развивать. Если это правильно подать…
– Прекрасно придумано. Означает ли это, что ты согласна стать моей женой?
– Нет. Пока только невестой. Вот составим брачный контракт, тогда…
– Какая-то ты совсем неромантичная, – недовольно буркнул Шон.
– Не устраивает – не женись! – рассмеялась я.
– Ладно, невестой так невестой.
Пока мы говорили, дье Омри успел подвинуться ко мне вплотную. Быстро сняв одно из своих многочисленных колец, он надел его на указательный палец моей левой руки. В этом мире именно так носились помолвочные кольца.
Какой быстрый! Украшение было мужским, довольно массивным, но мне нравилось, как оно смотрелось на руке.
– Спадать будет, – авторитетно заявила я, сравнив наши с Шоном размеры.
Несмотря на изящные руки, пальцы у мужчины были потолще моих.
– Не будет, – произнес он, взглядом показав на кольцо.
Прямо на глазах оно вдруг стало ужиматься и село точно по размеру.
– Ух ты! Это удобно, – оценила я.
Даже рукой потрясла, но ободок с крупным красным камнем держался на пальце и не соскальзывал. Красивое. А если учесть, что подстраиваться по размеру могут только артефакты, полагаю, колечко обладает еще какими-то функциями.
– Если хочешь, можем выбрать другое. Купить новое или подыскать что-то более изящное из моей родовой сокровищницы. Осталось там не так чтобы много, но есть уникальные вещицы.
– Лучше расскажи про это. Что оно делает?
– Может парализовать противника, если он обычный человек или слабый маг без защиты. А еще кольцо маскируется, если нажать на вот эти камни одновременно и подержать примерно десять секунд. Иллюзия не слишком высокого порядка, но все же. Кстати, в ободке есть маячок, позволяющий найти перстень на небольшом расстоянии.
– Каком именно?
– Около двадцати миль.
Значит, по-нашему где-то чуть больше тридцати километров. Плюс шанс парализовать. Вряд ли, конечно, нападающий попрет на мага без защиты, но все равно неплохой туз в рукаве, особенно вместе с возможностью скрывать кольцо.
– Пусть будет это, – решила я.
– Отлично! – просиял Шон. – Ты моя невеста, кольцо я подарил, осталась малость, чтобы завершить ритуал.
Опа! Вот это подстава. Что еще надо сделать? У брата согласия спросить, что ли? Но ведь я совершеннолетняя, к тому же, вдова, и на замужество разрешение родственников не требуется. Ох, как сложно, когда не вся память передалась!
– Ты не знаешь, как завершить помолку? – оценив мое выражение лица, поинтересовался Шон.
– Не знаю, – призналась я.
– Поцелуем, конечно! – улыбнулся дье Омри и приник к моим губам.
Умеет он целоваться, сразу чувствуется, с душой к этому делу подходит. Второй раз меня, кажется, повело еще сильнее. В отличие от настоящей Илы, я знала, что следует за поцелуями, и заранее предвкушала удовольствие от этого процесса. Думаю, мы не будем терпеть до свадьбы, и в ближайшее время насладимся друг другом по-взрослому.
М-да, похоже, сам того не ведая, Шон разбудил вулкан, и теперь изображать каменную леди будет очень трудно. Раньше мне как-то удавалось сдерживать гормональные порывы тела, но сейчас голову напрочь сносило от самых простых ласк.
Лишь мысли о том, что театр неподходящее место для первого раза, помогли взять себя в руки и оторваться от Шона. Его глаза горели, волосы лежали в беспорядке, у меня были расстегнуты две верхние пуговицы, и слегка помялась юбка. Приятно знать, что не только я схожу с ума от желания.
Мы едва успели привести себя в порядок, когда явился дье Кналиб. Шон с порога заявил, что теперь является моим женихом и продемонстрировал помолвочное кольцо. Я скомкано извинилась перед Еттером.
– Надеюсь, вы не совершили ошибку, леди Илаида, – ледяным тоном сказал дье Кналиб, и, хлопнув дверью, покинул кабинет.
Взгляд, который он на нас бросил напоследок, заставил меня поежиться.
– Сегодня же поменяем твоего телохранителя, – безапелляционно заявил Шон.
Я даже и не думала спорить с его самоуправством. Что теперь будут делать охотники за артефактом овеществления желаний?