Глава 14. "Медовый месяц" с горчинкой

Автоматические двери здания аэропорта распахнулись, стоило только мне поспешно к ним подбежать. Несмотря на наличие собственного авто с водителем, я опаздывала. В кармане джинсов настойчиво вибрировал телефон, но я не спешила его доставать, чтобы ответить, а глазами поспешно прочёсывала людей, заполнивших терминал.

Ярослав уже ждал меня. Мужчина держал смартфон возле уха, но заметив меня, тут же отключился и пошёл мне навстречу.

— Ну, наконец-то! — воскликнул он и строго посмотрел на телохранителя. — Михаил, в чём дело?

— Ярослав Александрович, Надежда Владимировна заезжала в ресторан, — невозмутимо сдал меня охранник.

Ярослав перевёл взгляд на меня и уж было открыл рот что-то сказать, но передумал и заспешил.

— Так, нет времени разбираться. Уже объявили посадку на наш рейс. Постой, — он притормозил и окинул удивлённым взглядом мой скромный багаж. — Один чемодан? Ты серьёзно?

Я в свою очередь посмотрела на свой небольшой чемодан, поправила на плече кожаный рюкзачок и встряхнула зажатый в левой руке чехол с платьем.

— А что не так? — растерянно посмотрела на удивлённого мужчину. — Я взяла всё необходимое. Чего не будет хватать — куплю на месте. Главное — гидрокостюм со мной. Платье вот, — приподняла чехол, демонстрируя его наличие, — на выход.

Ярослав улыбнулся, тряхнул головой и достал из наплечной сумки билеты и наши паспорта.

— Раз ты готова к путешествию, то идём.

Он предупредительно перехватил выдвинутую ручку моего чемодана и покатил его сам. Я поспешила за мужчиной, оглянувшись на прощание на охранника и махнув ему рукой.

Мы быстро оформили документы на стойке регистрации. Улыбчивая девушка с восхищением стала поглядывать на моего супруга, когда прочитала его паспортные данные, видимо, признавая в нём того самого Давыдова, ровно до того момента, пока не взялась за мои документы и не поняла, что господин Давыдов женат. Хорошенькое личико недовольно скривилось. Штамп на посадочном талоне она поставила со злостью и громко хлопнула нашими паспортами о стойку, пожелав нам счастливого пути таким тоном, каким обычно желают обратного.

Ярослав, казалось, не заметил странного поведения женщины, подхватил наши документы. Сам передал наши вещи в багажное отделение, кроме тех, что числились ручной кладью, получил взамен бирки и, подхватив меня за локоть, потянул проходить пограничный контроль.

На вопросы серьёзного пограничника: «Надолго едете?», «Какова цель поездки?» — мы, по очереди проходя контроль, ответили одинаково: «Летим на отдых. Медовый месяц». На удивление, мужчина на этот ответ отреагировал улыбкой и даже пожелал нам хорошо отдохнуть.

Предполётный досмотр обошёлся без приключений. И я, и Ярослав — мы часто летали рейсами разных авиакомпаний, поэтому процедура прошла быстро. Запрещённых вещей у нас не было, ничего не пришлось декларировать.

В зоне вылета к своему гейту мы подошли ровно за десять минут до посадки и на автобусе, наконец-то, добрались до самолёта.

Путь мы проделали неблизкий, с двумя пересадками. Первый рейс был до столицы нашей родины, а дальше «Катарскими авиалиниями» с одной пересадкой нас доставили в международный аэропорт «Пуант-Ларю» в столице Сейшел Виктории, расположенной на главном острове архипелага — Маэ.

От аэропорта трансфером на вертолёте мы долетели до острова Праслин и поселились в уединённом бунгало на берегу океана, предназначенном для молодожёнов.

Несмотря на усталость от длительных перелётов, я с удовольствием остановилась на роскошной деревянной террасе с видом на тропический берег.

— Великолепно! — полной грудью вдохнула солёный влажноватый океанический воздух.

— Надежда, идём в номер. Будет ещё время полюбоваться, — окликнул меня Ярослав, сопровождая работника, который заносил наши чемоданы в бунгало.

Внутри всё было выполнено в основном из дерева и частично из камня. Я с любопытством прошлась по гостиной, заглянула в просторную ванную и вошла в спальню. Большую часть пространства занимала низкая двуспальная кровать, покрывало которой было украшено гирляндами из живых цветов, посредине сплелись два белых лебедя из полотенец, видимо, символизируя супружескую верность. Всё в номере было подобрано со вкусом и вызывало радостную улыбку.

Единственный беспокоящий момент — это общая с Ярославом постель. Стоило, наверное, об этом задуматься раньше, но только сейчас накатило понимание, что теперь мы окажемся очень близко друг к другу. Слишком интимно. И это не так, как было в нашу брачную ночь, когда я была не при памяти, и даже не так, как было после празднования нашей свадьбы в ресторане, когда мы вчетвером: я, Ярослав, Артур и Сергей Григорьевич, который почему-то к концу вечера стал просто Серёжей, — завалились ко мне домой переночевать. И я им устроила туристическую ночёвку в нашем саду.

— Чего замерла? — раздался рядом немного усталый голос. — Кто первый в душ: ты или я? — Ярослав закатил мой чемодан и оставил возле встроенного шкафа.

— Давай ты, — тихо ответила и пошла разбирать вещи.

Пока мы освежались после перелётов, наступило время ужина. Я надела белые кюлоты, футболку с широким горлом и открытыми плечами в сине-белую горизонтальную полоску — а-ля матроска, и удобные белые кроссовки. Ярослав — светлые льняные брюки и белую рубашку на выпуск с расстёгнутыми двумя пуговицами. Эта одежда ему очень шла, делая его каким-то простым и доступным.

Окинув меня удовлетворённым взглядом, он взял меня за руку и повёл в сторону ресторана. На территории комплекса всё выглядело ухоженным, начиная от растущих самих по себе пальм и раскидистых тропических растений, до фонариков, бегущих цепочкой вдоль вычищенных дощатых настилов, по которым мы шли. Персонал был малозаметен, а отдыхающих почти не было видно. Только уже в самом ресторане можно было увидеть скопление людей.

Столиков было двадцать, по количеству бунгало, составляющих комплекс. Летний сезон здесь был в разгаре, хотя уже уменьшилось количество туристов, приехавших ради волн. Наилучшие волны в мае — так нам пояснил сопровождающий, когда мы только летели на вертолёте на остров, и я с высоты видела, как сёрферы покоряют волны у одного скалистого мыса на восточном краю острова.

Ярослав приостановился на входе, легко придержав меня за талию. Окинув внимательным взглядом помещение с широким выходом на открытую террасу, уверенно направился к столу, за которым уже сидели немецкие партнёры с семьями.

— Ярослав! — оживлённо воскликнул господин Вермеер и хлопнул господина Кёльна по плечу, привлекая внимание того к нам. Мужчины приподнялись, приветствуя нас.

— А вот и молодожёны! — оповестил господин Кёльн и, стоило нам подойти, стал представлять сидящих за столом дам: — Барбара, моя супруга, — указал он на худощавую женщину спортивного телосложения с коротким высветленным ёжиком волос на голове. — Рядом наша дочь Софи, — девушка-подросток лет шестнадцати, очень похожая на достаточно привлекательного отца, приветливо улыбнулась и непосредственно помахала рукой нам. — Этот молодой человек, — указал он на мальчика лет десяти, — наш сын Альберт. — Теперь уже я помахала ладошкой мальчонке, который с нескрываемым интересом нас рассматривал.

— Разрешите мне представить и свою супругу Агату, — произнёс господин Вермеер и указал на женщину лет сорока пяти. Она была крупнее, чем Барбара, но тоже в отличной форме. Каштановые волосы, уже посеребрённые сединой, были собраны в хвостик. Эта пара была без детей, о чём и сообщил Уве. — Мы в этот раз путешествуем без Лукаса. Мальчик вырос, у него другие интересы. Он укатил с друзьями на фолк-фестиваль в Прованс.

— Так, леди, — обратился он к своим спутницам, — а это молодое семейство — Давыдовы, Ярослав и Надин, — на европейский манер назвал он моё имя. — Ребята только отгуляли свадьбу. Думаю, что мы их мало будем видеть, — он со значением улыбнулся и, подхватив руку жены, поцеловал в ладонь — Мы с Агатой, когда поженились очень долго не могли отлипнуть друг от друга. Эх, любовь! Замечательное чувство!

— Очень приятно, — Ярослав слегка поклонился дамам. — Мы с женой будем рады провести этот отдых с вами.

Господин Вермеер подозвал официанта и нам организовали два места, придвинув небольшой стол к большому столу, за которым сидели немцы.

Ужин прошёл в дружеской атмосфере. Присутствующие делились впечатлениями о перелётах, трансферте, отеле. Оказывается, немцы прилетели вчера и уже успели разузнать, как разнообразить досуг. По сути, вечером здесь, на островах, делать было нечего, кроме как посещать бар. А вот в баре была определённая развлекательная программа. Например, сегодня был вечер караоке. Нас активно приглашали, но Ярослав отказался, сославшись на необходимость отдыха. Разошлись мы довольные общением и с договорённостью встретиться завтра на пляже.

Обратная дорога до нашего бунгало нашлась легко. Ярослав зашёл внутрь, а я осталась на террасе, удобно расположившись в кресле из ротанга. Ночь надвинулась быстро, но за счёт низких звёзд и почти полной луны, было достаточно светло, да и океан не выглядел таким тёмным, как наше Чёрное море. Я умиротворённо вздохнула, погружаясь в спокойное, медитативное состояние. Воздух был так насыщен незнакомыми ароматами цветов, прелым запахом тропической растительности, свежестью океана, благоуханием дерева, из которого был построен бунгало, что дышалось намного глубже, чем обычно. Я вдыхала ароматный воздух и не могла надышаться. Прикрыла глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям и вслушиваясь в окружающие меня звуки, стрекот насекомых, потрескивание ловушки от комаров, чьи-то приглушенные голоса на пляже, перемежающиеся взрывами задорного смеха. Всё было великолепно, если бы не одно но.

Причиной, по которой я практически опоздала, был разговор с родителями. Я максимально долго его откладывала, ограничиваясь перепиской с мамой в Телеграмм, но сколько верёвочке не виться, а конец наступит. Конечно, второй администратор согласилась подменить меня на те три дня, пока не вернутся родители, тем более, я сделала все заказы с запасом, выплатила работникам пораньше недельную зарплату, но я оставляла ресторан, «детище» родителей, без присмотра хозяев.

Разговор состоялся по скайпу. Воодушевлённая мама рассказывала про свадьбу Аннушки, моей двоюродной сестры, о том, какой замечательный ей муж достался, а я в это время старалась безмятежно улыбаться, впиваясь ногтями в ладони сжатых в кулаки рук. Как сказать, что я тоже оказалась «счастливо» замужем?

— Мама, — начала я осторожно и сказала ту фразу, после которой обычно начинают переживать ещё больше: — Ты только не переживай…

— Что случилось, Наденька? — мама оглянулась себе за спину, в комнату вошёл отец и она позвала его к экрану: — Володя, иди с дочкой поздоровайся.

Присутствие отца ещё больше усложняло задачу, но сама дел натворила — сама и расхлёбывай.

— Привет, котёнок! — рядом с лицом матери появилось лицо отца. — Как там дома?

— Привет, па, — махнула рукой и, тяжело вздохнув, продолжила, чувствуя, что сейчас грянет гром: — Я расписалась.

— Где? — не понял отец. — Кто уже приходил с проверкой? Что там уже накопали эти крючкотворцы-проверяющие? Пожарные? Или госсаннадзор?

— Да подожди ты, Володя! — воскликнула мама и оттолкнула разнервничавшегося отца. — Надя, кто он? — строго спросила она. — К тебе что, этот плешивый Грэг прилетел?

— Чего это он плешивый? — возмутилась и тут же сдулась, вспоминая, как некрасиво обошёлся со мной австралиец. — Это не Грэг, ма.

— Надя, — въехал в тему отец и строго стукнул кулаком рядом с ноутбуком, — ты чего творишь? Что это за спонтанные, необдуманные решения? Мы уезжали, у тебя кроме этого кенгурятника, никого не было. Или это Тимур тебя наконец-то окрутил? — отец напряжённо смотрел на экран, ожидая моего ответа.

— При чём тут Тимур! — удивилась ходу его мыслей. — Вы его не знаете. Он… Его зовут Ярослав. Мы с ним познакомились… В общем, у нас любовь с первого взгляда, — выдала единственную подходящую версию своего безумного поступка.

— Какая такая любовь? — взревел, багровея, отец. — Вера, ты слышала, что твоя дочь мелет! Надя, как ты могла? Ты должна была прежде нас познакомить. Кто он, чем занимается? А если он голодранец, альфонс какой-то, ищущий богатеньких невест!

У меня внутри всё сжималось от каждой новой реплики отца. Моя глупость не имела оправдания в их глазах, да я и себя не могла никаким образом оправдать, учитывая то, как всё сложилось на самом деле.

«Эх, папа, это уж скорее меня можно было бы причислить к «голодранцам», если сравнивать наши уровни доходов с доходами семейства Давыдовых», — подумала, но поостереглась вываливать ещё и эту информацию на родителей.

— Папа, ты ошибаешься. Нас познакомила Полина Сергеевна, мы случайно встретились в городе. Ярослав не из тех, кто охотится за состоятельными невестами. Он бизнесмен. Мы сегодня улетаем в медовый месяц на Сейшельские острова. Стоп! — предупредила новый поток укоров в мой адрес. — В ресторане всё будет под присмотром Алины. А через три дня и вы прилетите. Мы с вами увидимся числа двадцать второго.

— Я не знаю, Надя, — заговорила мама, смахивая слезинку с лица. — Это так на тебя не похоже. Но если Полина Сергеевна знает этого мужчину и познакомила вас, то может… Володя, успокойся, — она погладила по лицу разъярённого папу, готового рвать и метать. Он нервно отбросил её руку и, негодуя, высказался:

— Вера, твоя дочь — безответственная, легкомысленная и ей ничего нельзя доверить! — конечно, мне было обидно слышать его слова, но ответить было нечем. То как это выглядело с их точки зрения, именно так и мной бы расценилось, не знай я всей подоплёки.

— Это и твоя дочь, Владимир! — нервно выкрикнула мама. — Или как? Если Надя во всём была первой, грамоты, медали приносила, то твоя? А как допустила оплошность, то сразу только моя? Что за дискриминация?

— Верочка, — немного притих отец и миролюбиво стал оправдываться, глядя на разбушевавшуюся любимую женщину, пышущую праведным гневом, — Я не то хотел сказать. Конечно, она и моя дочь. Но, Вера, согласись, её поступок не имеет оправдания.

— Почему же? — вклинилась в родительские разборки, припоминая их собственное знакомство: — А как вы познакомились, забыли? И расписались тоже через два месяца знакомства. Ну, у меня это произошло немного быстрее.

Крыть им было нечем. Знакомство родителей было оригинальным: отец на каникулах приехал в Украину во Львов к родственникам друга, с которым он поехал за компанию. А мама жила по соседству. Там они и познакомились, и случилась у них та самая настоящая любовь с первого взгляда. Отец как-то обаял родителей мамы и увез её с собой через два месяца, уже замужней.

Распрощались мы уже не так эмоционально пылая негативом — они, и внутренним трепетом и страхом — я. В конце разговора отец только пригрозил, что посмотрит, кто это так задурил голову его «умненькому котёночку».

— Наденька, — Ярослав тронул меня за плечо. От неожиданности я дёрнулась всем телом и испуганно посмотрела на мужчину, — испугалась? Ты тут не уснула?

— Ты тихо подошёл, — ответила и ровно села в кресле, подтягивая под себя вытянутые ноги. — Задумалась. Я всё-таки сказала родителям о нас с тобой перед отъездом.

Ярослав держал в руке открытую бутылку французского красного вина и два фужера. Он присел в соседнее кресло и с интересом посмотрел на меня, ожидая продолжения моего рассказа. Я потянулась к нему и помогла расставить на столике между креслами фужеры и, дождавшись, пока мужчина нальёт, взяла один и пригубила, пробуя на вкус прохладное красное полусухое вино урожая две тысячи пятого года.

— Хороший букет, — одобрительно кивнула. Я не сомелье, но, как бармен, кое-что понимала в спиртных напитках. Ярослав потянулся ко мне фужером, предлагая чокнуться. Звук получился звонкий и громкий.

— За нас! — провозгласил он тост и неспешно отпил из бокала, смакуя вкус дорогого вина. — И что родители? — напомнил он мне то, о чём я не дорассказала.

— Не в восторге. Сказала им, что у нас приключилась любовь с первого взгляда. Готовься, муж, тебе предстоит встреча с моими родственниками, которые уже негативно настроены по отношению к тебе. Чем уж ты их будешь задабривать — не знаю, но сделать это нужно. Это мои родители и я их очень люблю и уважаю.

Ярослав неспешно потягивал вино, сидя вполоборота ко мне, на его губах блуждала лёгкая, чуть хитроватая улыбка, в глазах сверкали смешинки.

— Не беспокойся, жена, — подчеркнуто выделил он обращение, — твой муж способен достигнуть консенсуса на самых сложных переговорах. Я всё сделаю для тебя, лишь бы ты была довольна, Наденька, — благожелательно кивнул головой. — Идём отдыхать? Или ты ещё посидишь здесь?