Глава 16. Пляжные радости

До пляжа идти было ровно две минуты. К нам подошёл один из спасателей, который в обязательном порядке дежурил здесь, и провёл краткий инструктаж по поведению в воде и на пляже. Побережье было более-менее безопасным от акул. Натянутые противоакульи сетки сдерживали хищниц. На лодке дежурил ещё один спасатель, который отслеживал периметр безопасной акватории.

Мы поблагодарили работника Пабло за разъяснения, пожелали ему хорошего дня и, взявшись за руки, пошли искать немцев. Господа Кёльн и Вермеер вместе со своими семьями расположились на шезлонгах недалеко от кромки воды.

Первой нас заметила Софи, дочь господина Кёльна, и привлекла к нам внимание взрослых. Немцы приветливо замахали, приглашая подойти ближе, что мы и сделали. Пока мы подходили для приветствия, до нас долетал разговор немцев.

— Я говорил, что рано они не придут, — сказал Дитер и с превосходством посмотрел на Уве. — Молодожёнам есть, чем заняться и в бунгало. Да они могли бы вообще весь свой медовый месяц провести в постели и даже еду заказывать туда же!

— И никто бы не осудил, — добавила Барбара, жена Дитера. — Добрый день! — поздоровалась она первой, придерживая спереди широкополую шляпу, край которой опускался на глаза.

— Приветствуем… добрый день, — вразнобой здоровались все сразу, перекрикивая один другого.

Мы так же бодро отвечали им.

Обе старшие женщины были в таких же совместных купальниках, как у меня, только пёстрых расцветок. А вот Софи была в раздельном открытом купальнике. Откровенный наряд серебристого цвета открыл вид на молодое, уже сформировавшееся тело девушки.

Обоим мужчинам — Дитеру и Уве — было в пределах пятидесяти лет, но фигуры у них были подтянутыми. Сразу понятно, спортзал — привычное место обитания. На предплечье господина Кёльна была набита татуировка-надпись: «Не существует ничего невозможного». А вот господин Вермеер оказался достаточно волосат. Рыжеватые волосы закручивались колечками и на широкой груди, и на накачанных икрах. Сын Дитера и Барбары сидел, закутанный в полотенце, видимо, ребёнок только вернулся после купания и с интересом следил за нами.

— Ты идёшь купаться? — стоило нам с Ярославом раздеться, как к нам подошёл маленький Альберт. Ребёнок с такой надеждой заглядывал в глаза, что я тут же согласилась.

— Иду.

— Родители сказали, чтобы я купался с кем-то из взрослых, сам в воду не заходил. А сами не сильно-то спешат. Софи же предпочитает загорать. Крутится под солнцем, как мясо на гриле, — ребёнок тяжело вздохнул и прочертил босой ногой полоску на белом мягком песке.

Берег был великолепен. Белоснежный песок, бирюзовая вода на горизонте становилась насыщенно-синего цвета и встречалась с безоблачным голубым небом с редкими точками морских птиц. Небольшие волны не несли угрозы отдыхающим, но то, что родители опасались отправлять ребёнка купаться одного, было верным решением.

С разрешения родителей мальчика мы с ним пошли купаться. Ярослав отстал на несколько секунд.

Я заметила, что ребёнок ещё слабо говорит по-английски, и заговорила с ним на немецком языке. Мы остановились у кромки воды, намочив только ступни. Небольшие волны накатывали на берег, оставляя после себя ровную гладь прохладного песка. На мальчике были надеты надувные нарукавники, помогающие держаться на воде. Пока я интересовалась, умеет ли он плавать или нырять, нас догнал Ярослав. Я обернулась, чтобы лучше видеть происходящее, и с интересом наблюдала, как мужчина разгоняется и делает сальто в воздухе, приземляясь в воду и окатывая нас с Альбертом миллионом брызг приятно прохладной воды. Прыжок выглядел эффектным и очень техничным.

— Позёр! — улыбнулась, видя, как красиво, головой вперёд, нырнул мой муж и достаточно долго не появлялся из-под воды. Альберт, привлекая внимание, дёрнул меня за руку и удивлённо спросил:

— А куда делся твой муж? Он может дышать под водой?

На такое предположение я рассмеялась и повела ребёнка в воду, придерживая за ладошку.

— Нет. Смотри! — показала рукой вперёд, где на достаточно большом расстоянии вынырнула черноволосая голова. Ярослав красиво плыл брассом. Как по мне, это самый сложный стиль плавания и самый зрелищный, когда широкоплечие фигуры мужчин-пловцов выныривают из воды, подбрасываемые мощным толчком ног, и демонстрируют напряжённые рельефные мышцы рук и спины. Очень сексуальное зрелище.

— Ого, как быстро! — восхитился мальчик. — И я так хочу.

— А мы попросим дядю Ярослава показать, как нужно плавать. Он в школе занимался плаванием, с твоего возраста примерно. Так что и ты можешь попросить родителей, чтобы они отвели тебя в бассейн на плавание. Там тренер тебя научит.

Естественно, глубоко мы не заходили, оставаясь там, где ребенок свободно мог доставать ногами до дна. Плескались на мелководье. Плавали, кто как, я — кругами вокруг него, он — усиленно стараясь перебирать ручками и ножками по-собачьи. Минут через десять к нам присоединились старшие взрослые, как раз в тот момент, когда мой дельфин вернулся ко мне. Я передала ребёнка под надзор Барбаре и повернулась к подплывшему мужу, который довольно улыбался во все тридцать два.

— Не хочешь ещё один заплыв? — с интересом посмотрела на светящегося от удовольствия мужчину, словно вода с него смыла какую-то заскорузлую корку.

— Ты плавать-то умеешь? — он скептически посмотрел на мои барахтанья на мелководье.

— Ммм, — промычала, словно в задумчивости, — немного, но я всегда готова научиться у профессионала. — Встала на ноги и сделала несколько стремительных шагов в сторону глубины. — Лови! — не оглядываясь, крикнула и нырнула «дельфинчиком» вперёд. Плавать я умела. Как никак живу у моря дома и океана в Австралии. И вид спорта, которым занимаюсь, обязывает уметь плавать. Конечно, Ярослав превосходил меня в мастерстве, но и у меня было, чем похвастаться. Вынырнув в метрах двадцати от места, где нырнула, поплыла кролем до маячивших впереди ярко-оранжевых буйков. Ярослав нагнал меня там же, стоило мне зацепиться за один из буйков, чтобы перевести дух. Удерживаясь на плаву, он приблизился и даже похвалил… не считая того, что указал на кучу недочётов по технике плавания способом «кролем».

— А ты красиво плаваешь. Я даже залюбовалась, — не поскупилась на комплимент мужу. — Ты же сейчас редко ходишь в бассейн?

Неожиданно для меня Ярослав смутился от похвалы. Было забавно наблюдать за выражением его лица. Неужели никто не говорил ему подобного?

— Тренер всегда был недоволен моей техникой, — признался он. — Дома у отца есть бассейн, и когда я бываю у него, то плаваю каждый день вместо занятий в спортзале. А так да, редко.

— Я думала, ты живёшь с отцом, — удивилась новому открытию. Ведь Полина Сергеевна говорила, что мы поживём в доме Давыдова-отца, пока у нас действует контракт.

— Нет. У меня своя квартира в городе. Но и там я редкий гость. Я больше времени провожу за границей: то в Америке, то в Германии. Там живу в арендованных апартаментах.

— Как и я в Австралии, а вот дома живу у родителей. Ну, ты видел моё родовое гнездо, — улыбнулась, вспоминая, как укладывала троих выпивших мужчин, кого на раскладушку, а кого на надувной матрас в саду, после празднования нашей свадьбы с ребятами из ресторана.

— У отца останавливаюсь иногда, чаще по его просьбе. В моём возрасте жить с родителями моветон. Отдохнула? — спросил он и предложил оригинальный способ доплыть назад: — Обхвати меня сзади за плечи, я доплыву вместе с тобой. Хочу дать мышцам нагрузку.

Я кивнула и заплыла ему за спину, крепко ухватилась за плечи, стараясь не поцарапать, и прильнула к телу мужа. Вода охладила тело Ярослава, снизила его температуру, и я не чувствовала того жара, который был всегда, стоило ему прижать меня к себе, словно внутри него была печка. Но внутри у меня всё равно как-то приятно сжалось от позы и от мысли, насколько близки наши тела, как это интимно. Муж завёл руку за спину, скользнул по моему голому бедру, давая понять, чтобы я приблизилась ещё к нему, и отпустил буй. Плыл он быстро, рассекая впереди себя воду. Немного изменился ветер, и волны были уже не такими маленькими, но мы благополучно приплыли назад к берегу, в меру уставшие, довольные и весёлые. Ухватив за руку, Ярослав вывел меня из воды и заботливо накинул мне на плечи полотенце, промакивая горько-солёную влагу. Я с благодарностью кивнула, привычно отжала заплетённую косу, и уселась на шезлонг, открыто наблюдая за мужчиной.

Ярослав не стал ложиться, а обсыхал, развернувшись спиной к солнцу и закинув руки в замке за голову. Я открыто наблюдала за супругом, любуясь и не думая ни о чём, кроме того, как классно мы наплавались. Неспешное течение мыслей было прервано жестоким способом — в меня прилетел волейбольный мяч. Я вскрикнула, не столько от боли, сколько от неожиданности. Ярослав резко развернулся, в мгновение оценил ситуацию, подхватил подкатившийся мяч и в два шага оказался рядом, с беспокойством заглядывая мне в лицо:

— Тебе не больно, малыш?

Я отрицательно мотнула головой, потирая ушибленное место, и, опираясь на руку мужа, встала. Ярослав легко поцеловал ушибленную макушку и хмуро посмотрел на подошедшего парня. Тот, искренне извиняясь и передо мной, и перед Ярославом, попросил вернуть мяч.

— О, привет! — узнала в молодом человеке одного из тех, с кем разговаривала за завтраком. — Вы не поехали кататься на сёрфах?

— Надин! — по его лицу было видно, что он только сейчас узнал меня. — Нет. Слабые волны. Другие ребята вернулись, сказали, что никакого удовольствия, но погода должна измениться.

— Да, — согласилась с ним. — Ветер крепчает. Завтра будет волна, — опыт подсказывал и без прогноза, что так и будет.

— Стив, — протянул он руку для приветствия.

Ярослав пожал и представился в ответ:

— Яр.

— Пойдемте с нами играть в волейбол. Здесь есть огороженная площадка. А то мы дурачились, и тебе вот прилетело.

Мы с Ярославом переглянулись и одновременно кивнули друг другу, что не против развлечься. Проходя мимо немцев, предложили и им. Согласилась Софи, заинтересовано поглядывая на Стива.

Нас оказалось нечётное число: четверо парней американцев и нас трое, поэтому Софи вызвалась быть рефери, кокетливо поглядывая на молодых, полных тестостерона ребят. Учитывая, что девочка несовершеннолетняя, представляя её, сразу же назвала и возраст.

— Знакомьтесь. Это Софи. Ей шестнадцать, — недовольная мордашка немки и разочарованные взгляды парней дали понять, что все всё поняли правильно.

Игра началась. Мы с Ярославом оказались в одной команде. Я — под сеткой, он — на задней линии. Играли с отдачей, и к концу матча наша команда вырвала победу со счётом пять — четыре. Победу отпраздновали криками «Ура!» — мы с мужем, и «Yahoo!» — американцы. Ярослав от переизбытка чувств подхватил меня за талию и закружил, весело хохоча вместе со мной. С американцами обменялись дружескими рукопожатиями.

Время перевалило за два. Солнце нещадно припекало, и мы решили вернуться в бунгало. Наши немецкие друзья уже давно ушли. Софи мы проводили к её месту проживания, а сами отправились домой. После сегодняшнего совместного времяпровождения мне стало как-то легче общаться с Ярославом. На пляже он показал себя совсем с другой стороны. Такой же простой в общении, как и те ребята-сёрфингисты. Это было приятное открытие.

— А ты молодец, — Ярослав по-дружески приобнял меня за плечи, пока мы шли по дощатым настилам в сторону нашего бунгало. — И немецкий знаешь.

— И французский, и итальянский, — повернула к нему голову, чтобы увидеть реакцию мужчины на своё признание. Я смогла его удивить.

— Я восхищён! — он приостановился и хлопнул пару раз в ладоши. — А мне вот не так легко даются другие языки, кроме английского. С немецким я не подружился.

— Это всё Полина Сергеевна, — немного смутилась от такой бурной реакции Ярослава на то, что не считала великой заслугой, и отвела взгляд.

— Постой-ка, — он прикоснулся к моему подбородку и приподнял голову, чтобы я обратила на него внимание, — ты совсем не умеешь принимать похвалу.

— Почему же, могу. Только что в этом такого? Базу мне действительно дала Полина Сергеевна, а реальное общение с носителями языка сделало своё дело. Я в Австралии работаю в туристическом агентстве. Ещё и экскурсии часто сопровождаю, вот и приходится общаться с туристами, решать различные проблемы, которые могут возникнуть на ровном месте. Вот выучить китайский оказалось достаточно сложно. Я пока только на начальном уровне. Могу обмениваться лишь простыми фразам.

— Ты — уникум, — сделал заключение Ярослав и щёлкнул меня по носу. — Пойдём, переоденемся и пообедаем? А то физические упражнения нагнали аппетит.

Возражений на это предложение не было, и я сразу же согласилась с таким планом на ближайшее время.

Мы быстро посетили душ, один за другим, и, одевшись, пошли в ресторан. Кажется, у нас уже вошло в привычку, что Ярослав брал меня за руку, как маленькую. Меня не оставляло ощущение, что это неосознанный жест, и точно так же он поступал со своей невестой. Спрашивать не хотелось, чтобы призрак невесты не испортил хорошее настроение ни мне, ни Ярославу. Я удовлетворилась собственной версией, отбрасывая вероятность того, что он именно меня хочет держать за руку.

В ресторане не было фиксированного времени для принятия пищи, как обычно принято на базах отдыха у нас. Здесь каждый жил с собственном ритме, и во сколько считал нужным пойти поесть, во столько и шёл. Мы опять оказались в ресторане, когда основная масса людей уже отобедала. Приветливый официант обслужил наш столик, и минут через десять мы получили наш заказ.

Обед получился спокойным, немного затянутым из-за того, что не хотелось выходить на жару из прохладного обеденного зала.

— Чем займёмся? — поинтересовалась, потягивая прохладное сухое красное вино, которое мы заказали к мясу.

— Что бы ты хотела? — Ярослав поигрывал высоким тонким фужером.

— Пока жара — можно отдохнуть, а вечером сходить к нашим немцам в гости.

Ярослав согласился и с пристальным вниманием смотрел на меня. Хотел что-то сказать — я же видела, но почему-то не спешил это делать. Вот не от скромности же! То ли вопрос был незначительным, то ли мог как-то меня задеть. Я поёрзала на стуле, удобнее располагаясь, и подтолкнула его к озвучиванию мыслей.

— Ты хочешь о чём-то меня спросить?

— Почему ты так легко приняла роль моей жены? — огорошил Ярослав вопросом. Ответила я не сразу, собирая воедино все мысли, чувства и ощущения, которые копились во мне по отношению к этому мужчине.

— А ты ждал конфликта? — отвечать вопросом на вопрос — дурной тон, либо так делают те, кому нечего ответить. — Что я буду упираться в ответ на каждое твоё слово и действие? — Ярослав чуть приподнял краешки губ, обозначив улыбку, и тем самым давая понять, что я угадала ход его мыслей в отношении себя. — Возможно, потому, что я привыкла отдавать отчёт своим действиям и поступкам. Если я сказала: да, я согласна быть твоей женой в рамках договора, то буду. Это не значит, что я полностью погружусь в эту роль и перестану различать, где явь, где фантазия. Или наши с тобой отношения стану воспринимать, как настоящие. Если тебя беспокоит вопрос, буду ли я «стелить мягко», где надо и не надо, напоминать тебе о себе, вешаться тебе на шею после истечения срока контракта, то не дождёшься! — после полного расслабления мои слова, прозвучавшие достаточно жёстко, привели мужчину в тонус.

— Даёшь слово, что так и будет? Что мне не придётся утирать твои слёзы? И выслушивать никому не нужные признания в любви? Не начнёшь меня ревновать? — Ярослав даже подался корпусом вперёд, навстречу мне, напряженно ожидая ответ.

— Даю! — ответила с секундной заминкой. Сказала, а внутри всё сжалось от какого-то непонятного неприятного ощущения, словно я потеряла что-то дорогое, упустила какую-то важную деталь, и холодок пробежал по спине.