Глава 10.

Аня

Только теперь до меня доходит, почему Илья Александрович так сильно был против того, чтобы я оставалась с ним.

Черт, почему он мне сразу не сказал, что тут негде спать?!

Мне такое даже в голову не пришло, я была твердо уверена, что в таком крутом доме должен быть целый набор комнат. Кто ж знал, что это курятник какой-то, а не шале!

Теперь я тоже максимально против того, чтобы тут ночевать, но бежать уже некуда. Мы торчим на вершине какой-то чертовой горы, вокруг нас бушует снежный апокалипсис, и уехать отсюда я могу разве что на собаках.

И то этих собак еще надо где-то найти и уговорить высунуть нос на улицу в такую погоду.

Я возвращаюсь в гостиную и придирчиво осматриваю кожаный диван.

Спать на таком я точно не смогу. Он не раскладывается, сиденья состоят из трех отдельных подушек, а подлокотники у него твердые и с какими-то металлическими пуговками.

Провести на таком ночь — равносильно пытке.

Значит, остается один вариант.

Я разворачиваюсь к боссу, одариваю его улыбкой и уверенно говорю:

— Думаю, очевидно, что кровать вы уступите мне. Как настоящий джентльмен.

Илья Александрович от возмущения давится воздухом:

— Это еще почему?

— Потому что я тут застряла по вашей вине, — снисходительно объясняю я.

— По вине Марьяны, — тут же открещивается он. — Я тут ни при чем.

— Марьяна — ваша любовница? Ваша, — не сдаюсь я. — Значит, и проблема тоже ваша. Если бы вы полетели с ней туда, куда она хотела, я бы сейчас преспокойненько спала дома.

— Я такая же жертва ее идиотизма, как и вы, — сообщает Илья Александрович и складывает руки на груди. — Разве справедливо требовать с меня за это расплату?

Черт, по логике он, конечно, прав, но мне сейчас не до логики.

Мне надо отвоевать себе спальное место.

— Вы мужчина, значит, должны мне уступить, — нагло заявляю я. — Я лягу на кровати, а вы — на диване. Все, это не обсуждается.

Босс смотрит на диван и начинает медленно закипать.

— Уважаемая Анна, вы видели этот диван?! Я туда не войду, даже если сложить меня пополам.

— Уважаемый Илья Александрович, мне на это глубоко плевать!

— Поверьте, вам с вашим ростом здесь будет гораздо удобнее.

— При чем тут рост? Мне, знаете ли, уже давно не восемнадцать. Если я посплю хотя бы одну ночь на этом диване, у меня напрочь отвалится спина. Хотите вывозить меня отсюда на вертолете?

Мы стоим друг напротив друга, и в его глазах я вижу отражение своей мрачной решимости.

Да, похоже, босс не собирается сдаваться.

Но и я тоже.

— Не хотите на диване — можете лечь на полу, — великодушно предлагаю я.

— Вот спасибо! Можете сами лечь на полу.

— Я не лягу.

— Я тоже.

Босс пронзает меня яростным взглядом, я отвечаю ему тем же, а потом он вдруг выдает:

— Отлично. Тогда ляжем вместе. Как вам такой вариант?

Он злорадно ухмыляется, и я подозрительно прищуриваюсь.

Запугивает что ли? Думает, я струшу?

Ха! Не на ту напал.

— Давайте вместе, — решительно говорю я. — Отличный вариант!

— Вообще не вопрос! Я вот устал и готов лечь прямо сейчас. — С этими словами Илья Александрович решительно направляется в спальню.

Ага, я, кажется, догадываюсь, что он задумал. Сейчас он разляжется в позе морской звезды на всю площадь кровати, и мне потом будет некуда приткнуться.

Ну уж нет.

— Я тоже устала! И тоже, пожалуй, лягу прямо сейчас! — выдаю я и торопливо бегу за ним.

В спальне, через которую я уже проходила, когда искала туалет, действительно всего одна кровать. Большая, но не настолько, чтобы два лежащих на ней человека не заметили друг друга.

Илья Александрович стоит с одной стороны.

Я встаю с другой.

Мы смотрим друг на друга, как бойцы на ринге.

— Хочу заранее предупредить: я сплю раздетым, — с ухмылкой говорит он и резко стягивает с себя футболку.

У меня перехватывает дыхание.

Я усилием воли придаю своему лицу холодное презрительное выражение и смотрю на его крепкий рельефный торс с таким видом, как будто там ничего интересного нет.

Хотя, если честно, физическая форма босса меня удивляет. В его возрасте у многих мужчин пузо висит над ремнем рубашки, а у этого — красивый плоский живот. С дорожкой темных волос от пупка, кубиками пресса, рельефными косыми мышцами…

Стоп! Я туда не смотрю!

Вернее, смотрю, но без всякого интереса!

Так. Ладно.

Раз уж мы начали применять тактику психологического давления, надо идти до конца.

— Я вообще-то тоже сплю раздетой, — с вызовом говорю я и, не давая себе времени подумать, снимаю через голову водолазку.

Босс же у нас по малолеткам, так что пусть для разнообразия посмотрит на нормальное тело зрелой взрослой женщины. Уверена, это его так травмирует, что он сразу ужаснется, расплачется и убежит.

Ну ладно, не расплачется, конечно, но от идеи спать со мной в одной постели точно откажется.

Я стою, гордо расправив плечи, и жду.

Но почему-то Илья Александрович никуда не убегает, а, наоборот, жадно шарит по мне своими темными глазами.

— Кружевное, значит… — бормочет он.

Я неожиданно вспыхиваю.

Это он про мой лифчик?

Чем ему кружево не угодило? Уже не в моде?

А что там носят на себе всякие Марьяны? Латекс какой-нибудь или кожу?..

— Не нравится, проваливайте на диван! — чеканю я.

— А кто сказал, что мне не нравится? — ухмыляется он и демонстративно оглядывает меня. — Это же вы тут краснеете, не я.

— Я не краснею! — возмущенно вскрикиваю я. — Мне тридцать восемь, меня в этой жизни уже ничем нельзя смутить!

— Звучит как вызов, — усмехается Илья Александрович и начинает расстегивать пуговицу своих джинсов.