Глава 17

Варя проснулась, сладко потянулась с широкой улыбкой на лице, осмотрелась вокруг и тихо произнесла самой себе:

— Ну надо же... Это действительно было... Мы с ним...

Она снова улыбнулась, плотнее укутавшись в мягкий махровый халат Феди. На душе было удивительно легко, но в то же время забавно-тревожно:

— И как теперь после такого спокойно уехать обратно в город?

Она резко приподнялась и выпалила вслух:

— Федь, ты ведь не из тех, кто сначала устраивает романтику века, а потом «поматросил и бросил»?!

«Вот только Матросовых сюда приплетать не надо, своих дармоедов на шее хватает!» — тут же раздался недовольный ворчливый басистый голос с подоконника.

Матроскин сидел на кухне, свернувшись плотным клубочком, и хмуро глядел в утреннее окно. Варя усмехнулась, поднялась с дивана и подошла к деревянному столу. На тарелке её ждал простой, но невероятно заботливый деревенский завтрак: свежий зелёный огурчик, пышущая жаром яичница и пара мягких ломтиков домашнего хлеба.

Заметив эту трогательную заботу, она буквально пропищала от восторга:

— Ой, ну надо же, какой он у меня заботливый!

Не раздумывая, она схватила огурец, звонко откусила хрустящий кусочек и с набитым ртом поинтересовалась у кота:

— Слушай, а где ваш дядя Фёдор?

Кот демонстративно фыркнул, отвернул усатую морду к стеклу и процедил:

«Где-где... В сарае он, у Мурки. Где ж ему с утра ещё быть после вчерашних ваших акробатических этюдов...»

Матроскин с важным видом поднялся, картинно выгнул спину дугой, сладко зевнул и добавил, выразительно жмурясь:

«Между прочим, я из-за вас всю спину на жёстком полу в сарае отлежал! Теперь все кости ломит, буду требовать компенсацию в виде двойной порции сметаны и морального ущерба».

Варя звонко рассмеялась, подошла к коту и примирительно погладила его по пушистой шёрстке:

— Ну сори, Матроскин! Не надо было устраивать шпионское шоу, сами напросились на депортацию из дома.

Она случайно бросила взгляд в окно и удивленно замерла: от вчерашнего густого вечернего тумана не осталось и следа — день обещал быть безупречно солнечным и ярким. Варя широко раскрыла глаза и воскликнула:

— Офигеть, туман рассеялся?! Ничего себе!

Матроскин вальяжно уселся на прежнее место, задрав пушистый хвост, и философски изрёк:

«Как видишь, двуногая, природа очистилась и ждёт твоих решений. Так что теперь можешь спокойно вернуться туда, откуда приехала, или остаться — дело теперь твоё. Но учти: ещё одна такая ночная выходка, как вчера, и спать на голой соломе будешь сама».

Дверь скрипнула, и в дом бесшумно вошёл Фёдор. Он аккуратно подошёл сзади, бережно обнял Варю за талию, легко коснулся губами её щеки и с улыбкой прошептал:

— Доброе утро. Смотрю, ты уже проснулась и вовсю допрашиваешь моих хвостатых соседей.

Варя тепло улыбнулась, повернулась к нему лицом и обвила руками его шею, чувствуя надёжность и приятное тепло его рук.

— Спасибо за такой заботливый завтрак, — тихо произнесла она, лукаво заглядывая ему в глаза. — только вот... я тут выглянула в окно, а от вчерашнего густого тумана не осталось и следа.

Фёдор слегка поморщился, нехотя кивнув в сторону окна:

— Да уж, погода шепчет. Тебе крупно повезло, туман рассеялся ещё неделя не прошла, дорога в город абсолютно безопасная.

Варя смущённо улыбнулась, чувствуя, как внутри завязывается лёгкий узел интриги:

— Странно это, ты не находишь? Только недавно всё вокруг было в этой молочной пелене, а сегодня утром — бац, и полная ясность.

Фёдор нежно убрал с её лица упавший тёмный локон, аккуратно заправив его за ухо, и посмотрел на неё взглядом, полным надежды:

— Варь... раз уж зашла речь, можно тебя попросить об одной очень важной услуге? У моего хорошего друга скоро свадьба — помнишь, моя бывшая упоминала об этом? Так вот, я безумно хочу, чтобы ты пошла со мной на это мероприятие. А потом, если захочешь, я сразу отвезу тебя в город.

Варя широко распахнула глаза от неожиданности и слегка отстранилась, скрестив руки на груди:

— Подожди-ка! Федь, ты что, серьёзно хочешь использовать меня как секретное оружие и инструмент стратегического мщения для своей бывшей жены?!

Фёдор тихо и заразительно рассмеялся, качая головой и снова притянул её к себе:

— Ну какое мщение, ты сильно преувеличиваешь! Просто хочу, чтобы она наконец своими глазами увидела: у меня всё прекрасно, рядом есть потрясающий человек, и хватит уже строить на мой счёт воздушные замки.

Варя весело рассмеялась, откинув голову назад и наполняя комнату звонким смехом:

— Ой, умора! Может, ей сразу губозакаточный аппарат в подарок заказать? И вообще, между прочим, меня в вашей деревне никто толком не знает, на эту свадьбу меня никто официально не приглашал... Не находишь, что заявляться туда вот так — это как-то неловко и странно?

Фёдор притянул её к себе ещё ближе, обнимая крепко-крепко, так, что сопротивляться было просто невозможно:

— Брось ты! Коля и Тоня — ребята простые, свои в доску, ты им сразу понравишься с первой же секунды. А насчёт того, что тебя никто не знает... это дело абсолютно поправимое! Раз уж туман рассеялся и утро выдалось на редкость солнечным, мы можем прямо сейчас вместе прогуляться по Простоквашино. У нас тут невероятно красиво, речушка течёт. Заодно и соседям молока развезём.

С подоконника тут же донёсся ехидный и недовольный голос Матроскина, который внимательно следил за каждым их движением:

«Ага, давайте-давайте, идите прогуляйтесь. Молоко само себя по дворам не донесёт, а у меня лапки и спина болит от вашей романтики. Только вернитесь до обеда, а то без ваших концертов тут совсем тоскливо становится!»

Варя лукаво прищурилась с лёгкой иронией в голосе посмотрела на Фёдора:

— Знаешь что, Федь? Если ты хотел, чтобы я осталась здесь надолго, мог бы сказать об этом прямо, без всей этой сложной многоходовочки со свадьбой друзей.

Фёдор тяжело вздохнул, но уголки его губ тут же выдали счастливую и открытую улыбку. Он сделал шаг ближе, легко касаясь её плеч:

— Ладно, ты меня полностью раскусила. Признаю: я хочу, чтобы ты осталась здесь. Желательно... насовсем. Меня к тебе так тянет, будто я тебя не пару дней знаю, а целую тысячу лет.

Не давая ей опомниться, он мягко и нежно коснулся её губ лёгким, тёплым поцелуем. Варя на секунду замерла от неожиданности, а затем смущённо, но очень искренне уткнулась носом в его крепкую грудь, тихо пробормотав:

— И стоило тебе городить весь этот огород и ходить вокруг да около целых несколько дней, а? Мог бы сразу об этом сказать.

Фёдор бережно взял её за подбородок, чуть приподнял лицо и с надеждой заглянул в глаза:

— Ну так что, Варь? Ты останешься?

Девушка звонко рассмеялась, легко высвободилась из его объятий и направилась в сторону зала, бросив через плечо:

— Я подумаю! А сейчас — давай-ка я быстро переоденусь, приведу себя в нормальный человеческий вид и поедем твоё знаменитое молоко развозить. Заодно и покажешь мне все главные достопримечательности вашего Простоквашино!

С подоконника тут же донёсся тяжёлый, исполненный вселенской усталости вздох Матроскина, который картинно подставил лапу под усатую морду:

«Наконец-то! Хоть одно умное решение за всё утро. И смотрите мне там, долго по кустам не шастайте — у меня плотный график обхода территории и проверка качества сметаны! Ша-а-арик, — протянул кот. — а ну-ка делом займись, нечего там воробьёв гонять! Вон поезжай с ними, будешь за ними следить, чтобы они в кустах не застряли!»