Глава 6

Утро пыталось пробиться сквозь неплотные занавески и густого тумана, заливая избу мягким, сероватым светом. Варя открыла глаза и тут же пожалела об этом: в голове гудело, как в трансформаторной будке, а тело отозвалось ноющей болью, словно она всю ночь разгружала вагоны.

«Где это я? — пронеслась первая паническая мысль. — А-а-а-а-а, моя голова, меня что, кирпичом били?»

Она бегло осмотрелась: деревянный потолок, тяжелые балки, печь, от которой тянуло жаром, и странные тени в углах. Память кусками начала собираться в единую картину:

«Машина заглохла... чертова птица хотела меня сожрать... телефон сдох... туман, сплошная стена... а потом — удар», — пробубнила мысленно Варя. Приподняв туловище, она поморщилась от резкого укола в боку.

— Значит, какой-то хрен меня сбил... и приволок к себе домой, — пробормотала она себе под нос, надеясь, что голос поможет ей заземлиться.

В тот же миг тишину комнаты разорвал радостный, заливистый лай, от которого у Вари в ушах зазвенело. Но самым жутким было не это. Прямо в её мозгу, четко и разборчиво, прозвучал голос — хриплый, добродушный и полный восторга:

«Очнулась! Спящая красавица соизволила глаза продрать! Матроскин, иди сюда, она очнулась! Я же говорил, не ведьма эта Степановна, живая девчонка!»Варя дернулась, вытаращила глаза на Шарика. Пес вилял хвостом так, что едва не сносил стулья, а потом, радостно гавкнул, сорвался с места и выскочил за дверь, явно побежав за хозяином.

— Так, — Варя судорожно сглотнула, нервно отбрасывая плед. — Нет, это видимо всё же «Сайлент Хилл» и нужно отсюда делать ноги. Почему я слышу собачий голос в своей голове?

Она попыталась встать, но на подлокотник дивана бесшумно прыгнул огромный полосатый кот. Он уставился на неё, пронзительными глазами и недовольно фыркнул, словно она была незваным гостем, нарушившим его личное пространство.

«Тебе бы лучше полежать, хиленькая ты еще, — раздался в голове теперь уже другой голос — деловой, с легкой хрипотцой и претензией на аристократизм. — Меня, кстати, Матроскином величать. А этого бешеного пса, что только что пролетел мимо, — Шариком. А тебя каким именем нарекли, двуногая?»

Варя зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли цветные круги. Она схватилась за голову и зашептала:

— Мамочки... я сошла с ума. Или у меня открылся какой-то «врожденный талант», о котором молчала вся медицина? Почему я слышу животных? Меня так сильно пришпандорило бампером, что я превратилась в доктора Дулиттла?

Кот усмехнулся — по крайней мере, выражение его морды стало подозрительно похожим на ироничную улыбку.

«Видать, совсем плохо тебе, девка. Несешь какую-то околесицу. Или это травки Степановны на тебя так влияют? Я же говорил Шарику — ведьма она, накормит чем-нибудь, потом будешь с кошками на одном языке разговаривать! — добавил Матроскин, про язык кошек, чтобы ещё больше напугать девушку».

Варя сдавленно пискнула, отползла на другую половину дивана, прижалась спиной к стене и, дрожащими пальцами сложив их в «крест», пролепетала:

— Изыди... изыди, нечисть полосатая! Это все сон! Просто страшный, очень реалистичный сон!

Дверь с грохотом распахнулась, впуская в избу вихрь холодного тумана. Впереди, радостно гавкая, ворвался Шарик, а следом за ним, стряхивая с плеч капли влаги, показался Фёдор. Варя, всё ещё сидевшая на краю дивана, резко отдёрнула руки, скрестив их на груди. Она старалась придать себе максимально спокойный вид, но в глазах всё ещё плясали отблески недавнего ужаса.

Матроскин, сидевший на спинке кресла, презрительно наблюдал за суетой. Когда радостный пёс пробежал мимо, кот недовольно фыркнул, прижав уши.

«Девка думает, что я нечисть! — проворчал Матроскин, обращаясь скорее к воздуху, чем к собаке. — А я, между прочим, белых аристократских кровей! Что за невежество... — с этими словами он гордо задрал хвост и прыгнул в кресло, подальше от «странной» гостьи, чьё присутствие всё ещё казалось ему подозрительным».

Фёдор, ничего не подозревая, виновато посмотрел на Варю. Он чувствовал неловкость из-за того, что напугал девушку своим внезапным появлением.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил он, снимая промокшую куртку и оставаясь в простом синем комбинезоне. Он прошел на небольшую кухню, которая здесь же, за перегородкой, служила и обеденной зоной. — Меня, кстати, Фёдор зовут. А тебя как? Ты помнишь, что вчера произошло?

Варя застыла. В голове пульсировала мысль:

«Матроскин... Шарик... Фёдор... Я что, сплю, в какой-то другой вселенной?» — Она смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

Фёдор не дождался ответа, сосредоточенно гремел посудой. Спустя мгновение он вернулся с кружкой, от которой шёл горячий пар. Увидев пустой взгляд девушки, он нахмурился:

— У тебя что, потеря памяти? Имя своё хоть помнишь?

Варя смотрела на него неотрывно. Тут в её сознании снова раздался бодрый голос пса:

«Да не переживай ты так, дядя Фёдор у нас мужчина хороший, видный! Да и ты, сама девушка красивая, чего такая кислая?»

Варя вздрогнула от неожиданности на лай пса, вытаращив глаза на Шарика, она часто заморгала. Фёдор, заметив её реакцию, прикрикнул на собаку:

— Шарик, тише! Не пугай человека!

Он присел на корточки прямо перед Варей, заглядывая ей в глаза.

— Так ты имя своё помнишь? — уже мягче, с явной заботой спросил он.

— Варвара... — едва слышно прошептала она, всё ещё косясь на пса. — А где я нахожусь?

Фёдор протянул ей горячую кружку.

— Выпей, это травяной чай, от головокружения самое то. А теперь ответь: ты помнишь, куда шла?

— Я ехала на машине в определённое место... — голос Вари начал обретать дрожащие нотки возмущения. — Она заглохла, я пошла пешком, а потом... потом ты меня решил сбить! — на фразе «решил сбить», девушка слегка озлобилась.

Фёдор тяжело вздохнул, его лицо исказила гримаса досады и лёгкого раздражения.

— Ты появилась из ниоткуда в сплошной стене тумана! Нафига в такую погоду дома не сидится?!

— Я тебя об этом забыла спросить! — раздражённо вскрикнула Варя. — Так где я, чёрт возьми, нахожусь?!

Фёдор выпрямился, посмотрел ей прямо в глаза и отчеканил:

— Ты в моём доме, в селе Простоквашино.

В комнате повисла мрачная тишина. Слышно было только, как в печи с сухим треском разрывается полено и как где-то за окном, в недрах густого тумана, беспокойно каркает птица. Варя застыла, переводя взгляд с одного обитателя избы на другого: пёс — как с картинки, кот — с видом превосходства, и Фёдор — с этим его спокойным, пронзительным взглядом.

Истерика накатила внезапно, прорвавшись наружу звонким, надрывным смехом. Варя буквально сползла по подушкам, хватаясь за живот и указывая пальцем на компанию.

— Село Простоквашино? — захлебываясь смехом, проговорила она, с трудом переводя дыхание. — А ты, стало быть, дядя Фёдор? А это — Матроскин и Шарик? Ну вы даёте! Ребята, вы решили меня разыграть, да? Скажи по-честному, чей это пранк? Светкин? Или моего бывшего начальника, который всё пытался из меня любовницу сделать! Это самый упоротый розыгрыш в моей жизни, честно Простоквашинское!

Она ждала, что сейчас кто-то ухмыльнется, что Фёдор подмигнет, что кот издаст какой-то обычный кошачий звук. Но Фёдор не шелохнулся. Его лицо оставалось пугающе серьезным, глаза — спокойными, как гладь лесного озера. Матроскин, сидевший на кресле, лишь презрительно фыркнул, а Шарик, прижав уши, тихонько обиженно заскулил, явно не понимая, что в их именах такого смешного.

Смех Вари начал оседать, превращаясь в липкий комок страха. Она замолчала, глядя прямо в глаза Фёдору, и, пересохшими губами выдавила:

— Это не шутка, да?

В голове у девушки начался настоящий хаос. Мысли скакали, как сумасшедшие, противореча друг другу. Она в упор рассматривала Фёдора: правильные черты лица, уверенный взгляд, сильный подбородок, одним словом красавчик.

«А ведь для «Дяди Фёдора» он очень даже ничего... прямо как с обложки журнала, — предательски пронеслось в сознании. Она тряхнула головой, отгоняя это наваждение. — Не о том думаешь, Варя! Очнись! Ты попала чёрт знает куда, в какую-то неправильную реальность, и надо выбираться отсюда, пока крыша окончательно не поехала!»

«Неправильную она нашла... — донесся до неё язвительный, обиженный голос Матроскина. — Самая что ни на есть правильная реальность! Ишь, расшумелась тут. Мы тут хозяйство ведем, молоко пьем, а она тут истерики закатывает... Невежество, одним словом!»

«Да не пугайся ты так, Варвара, — раздался в мыслях мягкий, обеспокоенный голос Шарика. — Дядя Фёдор у нас мужик надежный. Посидишь, чаю попьешь, и всё на лад пойдет. Главное — не нервничай, а то хуже будет, у тебя ещё организм не окреп после того, как мы тебя сбили».

Не дожидаясь каких-либо объяснений от хозяина дома, Варя нервно вскочила с дивана. Пол тут же ушёл у неё из-под ног, в глазах потемнело, и она едва не рухнула обратно, покачнувшись от резкого приступа головокружения.

Фёдор среагировал мгновенно. Он шагнул вперёд и крепко перехватил её за локоть, не позволяя упасть, и одновременно перегородил дорогу к выходу.

— Куда ты собралась? — нахмурившись, резко бросил он. — Там туман — зги не видно! И потом, у тебя вон голова кружится, ещё упадёшь где-нибудь по дороге, ищи тебя свищи потом.

Варя яростно вырвала руку, сделала поспешный шаг назад и выставила перед собой кулаки, тяжело и прерывисто дыша. Глаза её горели неподдельным гневом.

— А ну отойди от меня, Федя! — злобно выплюнула она, буравя его взглядом. — Я что, заложница твоя?! Имею право идти куда захочу!

Фёдор раздражённо зыркнул на неё, сделал шаг назад и недовольно скрестил руки на груди. Он хмыкнул, и в его голосе прорезалась ответная жёсткая злость:

— Хочешь свалить? Пожалуйста! Дверь открыта, никто тебя тут насильно не держит. Иди, пропадай в тумане, если совсем ума нет!

— Ну и спасибо! — огрызнулась Варя.

Она резко развернулась и сделала всего несколько размашистых шагов к выходу, как вдруг дорогу ей преградил мохнатый барьер. Шарик с грозным рычанием намертво вцепился зубами в плотную ткань её джинсов внизу штанины. И в ту же секунду в голове Вари снова зазвучал его взволнованный, умоляющий голос:

«Куда, девка?! Там туман, опасно! Обожди, пока он осядет, потом уйдёшь. Или тебя дядя Фёдор отвезёт, куда тебе нужно, он в беде не бросит!»

Варя окончательно потеряла самообладание. Игнорируя навязчивый голос пса в своей несчастной голове, она начала злобно и изо всех сил дёргать ногой, пытаясь стряхнуть собаку, и в ярости закричала, обращаясь к Фёдору:

— Слышь, дядя! Собакена своего убери от меня! Он мне сейчас джинсы порвёт! Ты вообще его контролируешь?!

Фёдор, чьё терпение тоже явно подошло к концу, злобно глянул сначала на Варю, а потом прикрикнул на пса:

— Шарик, фу! Пусти её! — рявкнул он с глухим раздражением. — Пусть уходит, раз такая смелая и не боится куда-то в тумане угодить. Нам же спокойнее будет!

«Вот именно, — подал ленивый голос Матроскин. — иногда ты дядя Фёдор умные вещи говоришь. У нас в Простоквашино своих странных особ хватает».

Пёс обиженно заскулил, нехотя разжал челюсти и отошёл назад, виновато поглядывая на хозяина и девушку. Варя тут же опустила голову и увидела на подоле джинсов приличную дыру с бахромой из ниток. Её лицо перекосило от злости.

— Это были мои любимые джинсы! — гневно выкрикнула она, тыча пальцем в разорванную штанину. — Эксклюзивная коллекция, почти что! Счёт за них я потом тебе вышлю, понял?!

Фёдор лишь снисходительно усмехнулся. Проходя мимо закипающей от ярости девушки, он спокойно потянул на себя входную дверь и шагнул прямо в белую, непроглядную глубь улицы.

— Ага, конечно, — донёсся его саркастичный голос уже из тумана. — Адрес не забудь только записать, куда счёт присылать.

Варя, не желая оставаться в долгу, выскочила следом за ним на крыльцо. Ледяной, влажный воздух мгновенно облепил лицо. Она завертела головой, пытаясь хоть что-то разглядеть в этой молочной пелене. Наконец, уловив в паре метров от себя смутный, удаляющийся тёмный силуэт Фёдора, она изо всех сил крикнула ему вслед:

— Вот и запишу! Отшельник несчастный!

И в этот самый момент откуда-то из глубины двора, куда ушёл Фёдор, раздалось протяжное, оглушительное и до боли знакомое:

— Му-у-у-у!

Варя застыла не подалеку, на секунду лишившись дара речи. Затем она тяжело вздохнула и саркастически фыркнула:

— Ну конечно, — пробормотала она громко, чтобы её услышал хозяин дома. — Простоквашино без коровы — это уже не Простоквашино.

«Всё это — чистой воды ересь, бред сумасшедшего, галлюцинация, может туман ядовитый, — мысленно пробубнила Варвара озираясь по сторонам. — сейчас я просто проснусь где-нибудь в кювете у своей заглохшей старушки и всё закончится».