Глава 28. Совет

Королевский дворец. Атернон. ШербДораЯ рисовала пальцем узоры на столе, слушая, как лорды спорят о какой-то ерунде. С лёгкой насмешкой наблюдала за их истеричными выкриками и не понимала, что они вообще здесь делают, да ещё и с невероятным воодушевлением обсуждают, какого цвета высаживать лилии на подъездной аллее дворца. Кажется, этим обычно занимаются садовники, а не политики. Или им просто хочется показать себя деятельными, радеющими за благополучие королевства? Лучше бы решили проблему с нехваткой работы на востоке и задержками поставок продовольствия на север.Нет, цветы важнее.Фарс. И никто меня ни во что не ставит. Я сижу уже час, и за это время лорды из Совета не подняли ни одного важного вопроса.— Ваше величество? — лорд Мотенье-старший, отец Эдвера, улыбаясь, обратился ко мне. — Вы выглядите расстроенной. Вам скучно?Какой, однако, тонкий намёк, что мне здесь не место. Но не дождётесь, я не уйду, я ещё не отыграла свою роль, не сообщила все новости, зато теперь точно знаю, что Парис не ошибся, да и собственное мнение никак не поменялось. Нужно отстранять Совет Лордов от правления, не доверять им больше.— Что вы! — чуть подалась вперёд. — Это было… занимательно. Знаете, лорд Мотенье, я всё думала, почему среди людей столько недовольства? А теперь понимаю, — поймала озадаченный взгляд старшего дяди Эдвера. — Вы за сегодня не обсудили ничего важного. Вот здесь у меня, — стукнула по папке, что лежала передо мной, — список вопросов, составленных секретарём на основе обращений и просьб. Я надеялась, что вы поднимете хоть один пункт, но, увы, не услышала этого. А между тем вам всем принесли для ознакомления то же самое. Что вы можете сказать по этому поводу, лорд Мотенье? Лорд Версар? Лорд Крешье?Я переводила взгляд с одного лорда на другого, но никто даже не пытался сделать вид, что мои вопросы их интересуют. Разве что тот самый дядя Эдвера, кажется, начал что-то осознавать.— Не забивайте свою прелестную головку такими мелочами, — отмахнулся лорд Версар, который возглавлял Совет ещё при моём отце.Пора, надоело.— Вы правы, всё это несущественно, — растянула губы в радостной улыбке. — У меня есть новость важнее и серьёзнее, чем проблемы жителей королевства, — насмешку никто не заметил. И я продолжила: — Завтра мой день рождения, и я собиралась официально обо всём сообщить именно на празднике, но думаю, что членам Совета можно доверить мой маленький секрет!— Ваше величество? — осторожно позвал лорд Мотенье-старший. — О чём вы?— Вы сами мне не раз намекали, что пора задуматься о браке и наследниках, — лорд начал улыбаться, словно знал, что я хочу сообщить. — И я решила, что пора. Пора сказать! Я уже замужем, лорды-советники!— Что?— Как?— Когда?— Кто он?— Это невозможно!— Ваше величество!Шум, гам, вопросы — они обрушились на меня одновременно со всех сторон, сметая недовольством и возмущением. Лорды превратились в беснующееся нечто, обсуждая мои слова, пытаясь перекричать друг друга. А я наслаждалась этим зрелищем, пряча улыбку.— И кто ваш супруг, можно ли нам узнать? — лорд Версар произнёс свой вопрос тихо, но все услышали и мгновенно успокоились.Я жизнерадостно улыбнулась, обвела взглядом благородное собрание, лишь на мгновение остановившись на лорде Краусаре, который недовольно хмурил брови, и только потом ответила:— Как же я мечтала об этом дне! — не поймут, то мне всё равно, сколько же я ждала возможности поставить всех этих стариков на место. — Но вы меня разочаровали, лорды. Я надеялась, что вы будете радоваться вместе со мной, а в итоге — лишь обвинения и крики. Вы желали политического брака для укрепления королевства? Что ж, вы это получили. Но знакомить вас со своим супругом сегодня я не собираюсь, поэтому объявлю его имя на завтрашнем балу.— Ваше величество, нам необходимо подготовиться, составить объявление для народа, продумать брачный договор…— Никакого договора, — отмахнулась я. — Всё уже решено и совершено, вам не о чем беспокоиться. Красивую сказку для людей вы в состоянии придумать и без имени моего мужа, я в вас верю. Фантазии вам не занимать, как и изобретательности.— Но…— Постойте!— Ларнье? — я чуть повернула голову в сторону, и секретарь тут же появился рядом, помогая мне подняться. — Проследите, чтобы сегодняшнее заседание Совета было закрыто.— Слушаюсь, ваше величество.Взгляд, который мне достался от лорда Мотенье-старшего, согрел душу. Да, второй раз ему меня провести не удастся, я запомнила, что не закрытое заседание можно продолжить, а потом сказать юной и глупой королеве, что решение принято в её отсутствие, потому что сбегать раньше — не выход, нужно терпеливо дожидаться, пока секретарь подведёт итоги. Так что в этот раз последнее слово осталось за мной.— Ваше величество, можно вас на пару слов? — Краусар оказался рядом, и я величественно кивнула, внутри дрожа от неуверенности.И правда, стоило нам выйти в один из кабинетов, как старый вояка дал волю эмоциям.— Дормерри, простите меня за несдержанность, но это глупо! Вы подвергаете себя опасности, сообщая стервятникам, что стали недоступны для их интриг.— Зато выигрываю сутки жизни, пока они не знают имени будущего короля.— Парис? — тут же понял всё Краусар.— Не совсем, но он подтолкнул к этому решению, — не стала лукавить. Вздохнула и призналась: — Мне страшно, впервые за долгое время мне очень страшно принимать решения, ведь от них зависит судьба всего королевства, а не только моя жизнь.— Мы все рано или поздно принимаем решения, от которых зависит слишком многое. Но я считаю, что с вашей стороны, Дормерри, это слишком самонадеянно. Впрочем, даже если вам сейчас вернуться и объявить, что все ваши слова — простая и несмешная шутка, никто не поверит. А что вы будете делать завтра? Ведь они ждут имя супруга.— А завтра он будет здесь, и, надеюсь, поможет мне решить нашу небольшую проблему.Я хотела верить в это, ведь не могут же боги обманывать? Да и Парис сказал всё чётко. Мне оставалось лишь ждать и верить, что мой двадцать первый день рождения не станет последним.— Ваше величество, — лёгкий стук в дверь, и испуганный Ларнье заглянул в кабинет, рискуя оторвать меня от важного разговора. — Там… гости.Удивлённо вскинула бровь.На мой праздник собирались представители многих королевских домов и аристократы всех мастей. Кое-кто даже не стал покидать столицу после прошлого бала, оставшись во дворце или сняв городские дома для самостоятельного проживания. В такие мелочи я не вникала, для этого были специальные люди, управляющие и распорядители, которым выделялись немалые средства из казны. Так что растерянность Ларнье была, мягко говоря, странность.— Поручите это… Ох, кто занимается вопросом размещения гостей? — махнула рукой.— Во дворце — леди Дивалье, но тут необычная ситуация…Жена первого советника не может найти выход и просит у меня о помощи? Действительно, странно.— Простите, лорд, — посмотрела на Краусара, виновато улыбнувшись ему. Продолжать разговор при секретаре и других непосвящённых в мои тайны, было бы глупо.— Я всё понимаю, ваше величество. И со своей стороны прикажу увеличить количество охраны во дворце.— Этим должен был заняться Эдвер… Лорд Мотенье.— Конечно. Но я взял на себя смелость пригласить в помощь лорда Ферне.— Это же не его сфера, — нахмурилась, не понимая, что хочет сказать мне Краусар, хотя в каждом его слове мне чудился какой-то подтекст.— Зато он знаком с приёмами, которые используют преступники, чтобы добиваться целей.— Ваше величество? — снова позвал меня секретарь, и мне пришлось торопливо попрощаться с лордом, потому что от Ларнье исходило такое отчаяние, что мне было не по себе.Что могло так испугать моего всегда спокойного секретаря до такой степени, что он готов встать на колени и умолять о помощи? Это не просто удивительно, а практически уму непостижимо! Я знаю его не один год, и всегда — всегда! — он находил выход из любой ситуации, отводя от меня проблемы, прикрывая перед советом, даже спасал от недовольства Эдвера после очередного покушения.Так что же произошло сейчас?— Ларнье, — торопливо вышагивая по коридору, я стремилась уйти как можно дальше от крыла Совета, где располагались все министерские кабинеты, — объясни мне, отчего такая паника? Не припомню такого раньше.— Просто раньше такого и не было, ваше величество, — как-то невесело и испуганно хмыкнул секретарь. — И я не знаю, как мне быть.— Я не понимаю. У нас ненормальный гость? Закончились покои в гостевом крыле? Принц Тормас подрался с лордом Олерне? Любовницу короля… Любовницу поселили в соседние покои с супругой? Что там такого произошло, что леди Дивалье не может справиться?Мы уже спускались по широкой лестнице, а я всё сыпала вопросами, на которые мой секретарь не стремился ответить. Это заставляло меня нервничать сильнее, ведь с каждым предположением я погружалась в проблему сильнее и глубже, не понимая, как вообще в отлаженной жизни королевского дворца возникла ситуация, с которой не могут справиться лучшие люди? Зачем им вообще королева, чтобы решить хозяйственный вопрос.Ведь хозяйственный же, да?Или нет?— Ваше величество! — с облегчением воскликнула леди Дивалье, женщина уже немолодая, но ещё крепкая и серьёзная.Ответственная, взвалившая на свои плечи большую часть жизни дворца, жена лорда Дивалье, который спас меня от регента, подруга леди Хенте, стояла бледная как привидение, не зная, что делать. И я её понимала. Пусть ситуация и не была ошеломительно необычной, но и простой её назвать было нельзя.— Здравствуй, внучка, — широко улыбаясь, ко мне шагнул его величество Горверний Первый, отец моей мамы. — Как же долго я тебя не видел!— Добрый день, ваше величество, — ответила чуть напряжённо, подумав, что не отказалась бы не видеть его ещё столько же.— Как же ты со мной сурова! Но, надеюсь, мои подарки смягчат твоё девичье сердце, — расхохотался он громко, отчего леди Дивалье вздрогнула.А я даже не обратила внимания, потому что смотрела на второго гостя, гадая, что же он забыл здесь, ведь ясно дал понять, что его интересует другая. Не нашёл?— Здравствуйте, Дора. Прошу прощения, что моё вторжение внесло переполох в подготовку вашего праздника, но не мог не поздравить вас с днём рождения лично, — в тёмных глазах короля Брандэса зажглись смешинки, когда он посмотрел на Горверния, который поморщился, услышав, как меня назвал его извечный соперник.— Я рада приветствовать вас, Бран, — постаралась говорить холодно. — И вас, ваше величество, я всегда рада видеть в Шербе, вы знаете об этом. Леди Дивалье, почему моих долгожданных гостей ещё не разместили?— У нас остались только Сиреневые покои, ваше величество, — шепнула распорядительница.Это плохо. Одни покои — два короля.— Мой дорогой дедушка, вас проводят в Сиреневые покои. Полагаю, эти комнаты придутся вам по душе, Маринелии там всегда нравилось, комната с лилиями практически принадлежит ей. Она ведь прибыла с вами? — не могла не уточнить, хотя на сердце стало неспокойно.— Конечно! — прогрохотал он. — Я не мог оставить вторую любимую внучку, когда здесь грядёт такой праздник! Эй ты, распорядись, чтобы слуги отнесли мой багаж и…— Не волнуйтесь, ваше величество, всё уже сделано, — опустила голову леди Дивалье.Я выдохнула, провожая Горверния взглядом. От его присутствия становилось не по себе. Зачем он решил приехать, если столько лет делал вид, что меня не существует?— А меня вы решили прогнать из дворца, Дора? Как незваного и нежеланного гостя?Вздрогнула, подавив несвоевременную дрожь, прокатившуюся по коже лесным пожаром. И почему он? Почему сейчас, когда я пытаюсь разобраться со своей жизнью и выжить? Подняла взгляд на Брана, ловя что-то знакомое в его взгляде и лукавой улыбке — чуть грустной и понимающей, от которой в груди становилось тесно и горячо. Ненормально так реагировать на незнакомца, но что если…— Вам, Бран, дарована милость звать меня по имени, — сообщила ему. — Как же такой гость может быть нежеланным?Леди ушла провожать короля Горверния, но рядом остался Ларнье, которому я и велела, нарушая все мыслимые правила приличия:— Пусть для короля Бранндэса подготовят Зелёные покои на моём этаже.— Ваше…— Добро пожаловать на праздник, Бран. Надеюсь, вам здесь понравится, — не стала слушать секретаря, который открывал рот, как выброшенная на берег рыба.Резко развернулась, не в силах оставаться на месте, и буквально сбежала, боясь, что выдам свои чувства. Дура ты, Дора! Но, может, это отвлечёт Совет от поисков моего супруга и даст повод для ещё одной сплетни.Почему король Аменции ночует через две двери от королевы Шерба.