Эпилог

Атернон. Шерб Дора— Ваше величество?Я улыбнулась и покачала головой.И как это называть? Убежала из дворца, чтобы немного подумать, вновь примерила на себя облик Вилли, а меня всё равно нашли. И зачем только призналась, каким образом пользовалась все эти годы?— Не называй меня так, — посмотрела на Эдвера, который хмуро смотрел на меня, — чувствую себя неуютно.— Я больше не имею права называть вас иначе, — поклонился мне лорд.Именно лорд. Не друг и не возлюбленный, а холодный лорд, который сегодня отправляется на службу в пограничный гарнизон у Лирменских болот. Его совесть не позволила отсиживаться в ссылке, Эдвер решил, что непременно должен искупить свою вину. И я не стала его останавливать.Он не умер, ранение оказалось неопасным, скорее, впечатляющим, благодаря таланту Ирвина создавать иллюзии. Вся та кровь, что испугала меня, была всего лишь плодом нашего воображения. Да, Эдвер потерял сознание и очнулся лишь после того, как всё закончилось, но его отец расплакался, впервые на моей памяти взрослый мужчина плакал от счастья, и я… Я сделал то, за что Ирвин на меня обиделся, — не позволила казнить лорда Мотенье. Глупая девичья сентиментальность, ведь я прекрасно понимаю, что Эд виноват, что он намеренно влюблял меня в себя, обманывал, готовился к тому, чтобы стать королём. И всё-таки я собираюсь дать ему ещё один шанс.— Что ты здесь делаешь?Я спустилась с лестницы храма Лакко и встала рядом с ним.— Хотел попрощаться.— Уже? — я поёжилась.— Сегодня день вашей свадьбы, ваше величество, и не думаю, что я буду желанным гостем на празднике. Вам не стоило убегать, его величество наверняка волнуется.— Он знает, где я, — не буду же рассказывать, что намеренно выбралась из дворца, чтобы организовать встречу мужа с тем, кого он сам бы никогда не захотел приглашать на нашу официальную свадьбу.Сегодня не простой день, а праздник для всего королевства. Простой народ будет плясать и петь, отмечать весёлое и доброе событие, благодаря которому между двумя самыми большими королевствами Энвера наконец-то наступит мир. И мне очень хотелось, чтобы всё прошло идеально, поэтому мы и не назначали дату раньше, ждали, когда Матис поймает последнего из тех, кто помогал Маринелии и её матери. Ну и я тянула, потому что не было ответа от моего последнего гостя, а я очень хотела, чтобы она в этот день была здесь.— Будь счастлива, Дора, — Эд дёрнулся, будто хотел мен я обнять, но в последний момент передумал, поклонился и добавил: — Я верну нашему роду его славу. Клянусь.— Я в этом и не сомневаюсь.Ещё один короткий поклон, и я провожаю взглядом высокую фигуру лорда Мотенье.— Ты ведь знаешь, что я ревнив? — раздалось у меня за спиной.Охнула, разворачиваясь, и с притворным возмущением стукнула его по груди.— Ты меня напугал!— Прости, — он мягко поцеловал меня и погладил по щеке, — больше не буду. Я торопился, ты отправила вестника, что ждёшь, но пока что я стал свидетелем только душераздирающей сцены прощания, — Ирвин говорил весело, но я чувствовала его недовольство.Плохо, надеюсь, он не разозлится ещё сильнее, когда узнает, зачем я его позвала.— Да, я хочу тебя… отвести в одно место, — нашлась быстро и потянула его к таверне Иссы.— У нас есть пара часов, а потом придётся возвращаться, чтобы подготовиться к церемонии.— Наложишь иллюзию, мне так больше нравится! — легкомысленно улыбнулась ему, пряча истинное настроение.— Дора!В таверне сегодня было тихо, все жители Атернона ждали вечера, когда откроются дворцовые двери, и слуги вынесут еду и напитки, чтобы каждый мог отметить судьбоносное событие. Занят был лишь один стол, к которому я и направилась. Перед закутанной в чёрный дорожный плащ фигурой дымилась чашка с чаем, и я невольно напряглась, понимая, что плохо продумала эту встречу. Точнее, не продумала её совсем, окрылённая втемяшившейся в голову идеей.— Дора?— Ирвин, — остановилась перед столом, нервно улыбнулась и выпалила: — Я знаю, что ты можешь не одобрить моего желания, чтобы на этом празднике был кто-то из наших родных… Ох, не так… От моей семьи никого не осталось, тётя виновна в смерти родителей, сестра до конца жизни будет заперта в монастыре Маяны, один только дед и продолжает здравствовать… Но я — не ты. У тебя осталась…— Здравствуй, мама, — сухо произнёс Ирвин.— Здравствуй, — пока я пыталась произнести речь, Маритана Кроу поднялась и откинула с головы капюшон.— Прости, любимая, но этот подарок не ко двору, — и мой муж развернулся, чтобы уйти.— Ирвиндэл! — возмущённо воскликнула я и топнула ногой. — Да как ты смеешь! После всего, что я…— Дормерри, не стоит, — мягко прервала меня Маритана.— Да, не стоит, — вдруг взорвался Ирвин. — Не стоило приглашать эту женщину, не после того, что она натворила!— Я сожалею…— О чём ты сожалеешь? Что не была мне матерью? Что предела отца? Не была верной и любящей женой?— Ты ведь уже вырос, Бран, скоро станешь мужем, — она по-доброму мне улыбнулась и села за стол, устало притянув к себе чашку и согревая об неё руки. — Я думала, что ты всё поймёшь. Разве у тебя был отец, а у меня муж? — Маритана горько скривила губы. — Я была юной, мечтала о любви, но стала женой того, кому нужны были земли, что шли в качестве приданого. И стоило родиться наследнику, как стала не нужна. Я благодарна Свеару за то, что однажды стала вдовой, и ты смог вырасти именно таким.— Ты…— Я мечтала о любви и пошла за тем, кто дал мне её иллюзию.— Он мёртв.— Я знаю, — улыбка бывшей королевы стала нежной. Маритана отогнула рукав, и мы увидели золотую вязь брачной татуировки. — Кристон бросил меня сразу же, как мы попали на болота, сбежал, оставив одну. Я продала имение и перебралась в пограничный городок, скорее крепость, в тайне надеясь, что однажды не вернусь с прогулки по болотам. У меня не осталось ничего. Мужчина, которого я любила, предал, а сын возненавидел… зачем жить?— У тебя была магия отца.— Ты забыл, что родовая магия откликается лишь на зов тех, кого искренне любят, — мне достался лукавый взгляд, и я покраснела.— Откуда у тебя татуировка?Маритана погладила её пальцами и вновь спрятала под манжетом.— У тебя есть брат. Ему пять, — неожиданно произнесла она. — Я не думала, что жизнь когда-нибудь повернётся ко мне лицом, боги смилостивятся, и я смогу обрести своё счастье. Он простой воин, ему не нужны богатства и плевать, кем был мой муж до ссылки. Но лишь сейчас я могу не прятать запястья и выдохнуть, не боясь, что Кристон решит вернуться за мной.— Брат? — голос Ирвина оборвался, и я взяла его за руку, сжала её ободряюще. — Если бы я знал…— Не нужно, — мягко оборвала его уже немолодая, но очень красивая женщина, совсем не похожая на те портреты, которые мне доводилось видеть раньше. — Я счастлива и хочу, чтобы ты тоже был счастлив. Мне не нужно денег и богатств, это всё пустое, но я буду счастлива, если когда-нибудь в мою дверь постучится путешественник Ирвин, странствующий маг, и его молодая жена, и я познакомлю их с мужем и сыном.— Он не знает, кто ты?— Нет. Когда-то мы решили, что то, что было до нашей встречи, должно остаться в прошлом, и жить тем днём, что подарили боги. Альвину известно, что у меня есть сын, он даже порывался найти тебя, но я не разрешила, сказала, что время придёт. И я очень надеюсь, что оно пришло.— Да. Я… мы вас навестим. Ты придёшь на церемонию?— Я буду там.Это был первый маленький шажок. Я знала, что всё у нас будет хорошо, ведь как бы ни началась история, закончится она ещё не скоро. Мы познакомимся с братиком Ирвина, очистим Лирменские болота от болотников, создадим сильное государство и когда-нибудь обзаведёмся своими детьми, обязательно мальчиком и девочкой, которым будем рассказывать сказку о прекрасной принцессе, которую возлюбленный искал очень долго, но всё-таки нашёл.