Глава 30

Череда переездов вымотала меня окончательно. То к Элоди, то от неё, то сама портниха сменила место жительства, и мы вместе с её детьми Димитром и Амандой, оказавшейся красивой женщиной, смешливой и бойкой, таскали вещи Элоди в повозку, пока они с Эворой «руководили» нами, словно дирижёры, сидя на скамейке и что-то бурно обсуждая.

Наконец, через пару дней всё утряслось, а заказами в это время занимались мои мастерицы. И лишь когда все отдельные части платьев были готовы, я с девушками собрала из них единый наряд. Одно, по желанию клиентки сделала зелёным, другое тёмно-алым. Сейчас я рассматривала их, висящие на манекенах, любуясь игрой света на шикарном атласе. С минуты на минуту должны пожаловать заказчицы.

Тренькнул колокольчик на двери, и я обернулась к вошедшим. Впереди шла женщина лет тридцати пяти, за ней, судя по сходству, её дочь, лет пятнадцати-шестнадцати. Обе они были высокими шатенками с голубыми глазами, только мать отличалась большей пышностью форм. О них мне подробно рассказала Элоди, принявшая заказ и снимавшая с них мерки: жена и дочь богатого торговца.

– Добрый день, дони…, – замялась женщина.

– Дони Исадора, добро пожаловать донья Мэрит, дони Улла (я-то имена запомнила). Ваши вещи готовы, как видите, – отошла в сторону, открывая обзор на наряды.

– Ах! – Вздохнула Улла, – мама, оно прекрасно, – девушке предназначалось алое платье.

– Примерьте, Анита и Кейли помогут вам, – проводила дам к своим помощницам.

Их модели хоть и были пошиты из дорогого материала, но им далеко до той роскоши, что у платья Барбары. В этот раз мы обошлись почти без вышивки, потому что муж Мэрит отказался платить такую баснословную сумму. Лишь по краю лифа Джуни сделала узоры. Однако за счёт фижмы, которая придала особую пышность наряду, и крою юбки «солнце» платья получились шикарными.

Провозившись минут пять, дамы были готовы. Мы убрали большое количество подъюбников, а это существенно облегчило процесс одевания.

– Как легко надеть, – восхищалась из примерочной Мэрит, – но не натрёт ли мне ваше приспособление, дони Исадора?

Она имела в виду фижму.

– Это исключено, уверяю вас, изнутри фижма обшита мягкой тканью.

– Ах да, теперь вижу, – согласилась Мэрит, – когда Барбара рассказала мне о ваших нарядах, я сначала не поверила, а потом пришла к ней глянуть новое платье и больше ни о чём не могла думать. Как удачно, что свадьба сына герцога будет проходить в Меглоре. Вот уж где Улла сможет познакомиться с достойными молодыми людьми.

Значит, слухи не солгали, подумала я, Одхран и правда жениться. Надо в дни свадьбы быть осмотрительней, чтобы не столкнуться с Беатрис или Бруно, вряд ли они, конечно, будут разгуливать по Меглору, но чего только в жизни не бывает.

Наряды были надеты, и теперь Мэрит и Улла вертелись перед большим зеркалом, занимавшим полстены. Девушке необычайно шёл алый, он освежил цвет лица, подчеркнул юношеский румянец.

– Вы просто прекрасны в этом платье, дони Улла, – ни разу не покривив душой, сказала я, – боюсь, вас ожидает много проблем, донья Мэрит, как потом выбирать женихов, если все юноши будут у ног вашей дочери? – Подмигнула матери.

Девушка довольно зарделась, а женщина рассмеялась:

– Если всё сложится так, как вы говорите, клянусь Деей, буду шить одежду только у вас дони Исадора.

– Ловлю вас на слове, – улыбнулась покупательницам.

Довольная Мэрит передала мне два мешочка с деньгами, где приятно звенели серебряные ларины. Мы упаковали платья в специально пошитые чехлы из толстой, грубой холстины, и Аника кликнула извозчика.

– Знаете, – обернулась на выходе женщина, – всё думаю, если вы нам сшили такую красоту, в каком же наряде будете щеголять на свадьбе сами? Хоть бы одним глазком глянуть.

– Не переживайте, – рассмеялась я, – меня там не будет и ваших платьев никто не затмит.

– Вы не придёте на праздник? Ведь соберётся весь Меглор, – удивилась Мэрит.

– Много работы, – пожала я плечами.

Проводила женщин до выхода, и там мы распрощались.

– Ух, – вышла в зал Джуни, – красота какая. На манекене вроде симпатично, а когда на человеке, платье словно оживает. Как переливается материал, а юбка, – девушка закатила глаза, – мне бы такой наряд.

– Так, в чём дело, покупай материал, и мы его тебе сошьём, – приобняла я Джуни за талию.

– Правда? – У неё загорелись глаза.

– Не радуйся раньше времени, ты видела, сколько стоит атлас? Сначала подкопи деньжат, а потом уже всё остальное.

Я бы с удовольствием одела своих девушек как принцесс. Но ткани стоили дорого, и, если пошить наряды для всех, пойду по миру. Сама всё так же ходила в платьях, подаренных Эворой.

Покончив с делами в мастерской, поспешила домой. В голове роились сотни планов. Денег Мэрит хватит на обустройство магазина, который я решила переделать в модный салон. Но в первую очередь меня занимала выделка кожи. Я хоть и знала, как проходит процесс, однако сама его не занималась подобным никогда. Придётся экспериментировать.

На мансарде у доньи Эворы уже дожидались меня два чана. Кое-как уговорила старушку выделать кожу наверху. В магазине нельзя будет пахнуть, а на чердаке можно распахнуть окна, благо на улице теплее с каждым днём. На всё про всё у меня уйдут сутки, может, чуть больше. Я решила сделать так называемое шакшевание киселями. Метод, которым пользовались в старину.

Забежав в лавку и купив все необходимые ингредиенты, поспешила домой. Переодевшись и прихватив всё, что надо, закрылась на мансарде. Так, для того, чтобы смесь забродила, мне нужно тепло, придётся подтопить печурку, а проветрю потом, надеюсь, запах будет не очень сильный.

Я устроилась в своей бывшей комнате, куда Дин затащил чаны и воду.

Подогрела её на огне и замешала грубой овсяной и ржаной муки, добавила квасной гущи, что сделала заранее, хлебной закваски и соли. Хорошенько перемешала получившуюся жижу и погрузила туда кожу. Закрыла всё сверху досками и закутала одеялами, «кисель» должен быть тёплым и бродить. Комната прогрелась, теперь остаётся только караулить. Каждый раз, когда заготовки всплывают оттого, что выделяются газы, их надо снова погружать в раствор, не давая подниматься.

Я прикорнула на кровати, теперь остаётся только ждать. В комнате потянуло кислятиной. Вечером донья Эвора принесла мне ужин, поморщившись от духоты и запаха.

– Ты тут точно ведьма над зельем сидишь, – посмеялась старушка, не став упрекать меня за вонь в комнате.

– Что поделаешь, – вздохнула я, – если хочешь добиться успеха, надо действовать.

Она поставила передо мной на стул поднос с тарелкой каши и бутербродами:

– Подкрепись, совсем отощала за последние дни.

– Донья Эвора, могу я спросить? – Мне не давали покоя их пикировки с портнихой, – о чём вы спорили с доньей Элоди? Это касается мастерской?

– Нет, Дора, – старушка присела рядом на кровать и вздохнула, разглаживая юбку на коленях, – она зовёт меня к себе. Когда-то мы мечтали купить домик на двоих.

– А теперь? Что изменилось?

– У меня появились вы, – улыбнулась старушка, – неужели ты думаешь, я уеду и пропущу самое интересное ради того, чтобы потягивать чай и любоваться кустами роз? Ну уж нет, – лукаво глянула она на меня, – мне хочется видеть ваш успех и, если чем смогу, помочь вам.

– Без вас, донья Эвора, всего бы этого не было, – обняла я хозяйку, которая трепетно прижалась к моей щеке, – но если вы остались только из-за нас…

– Даже не думай, – тут же приняла старушка обычный чопорный вид, – вы же иной раз как дети малые. Кто встретит Дина, когда он приходит с таверны за полночь, кто тебя накормит, если снова забудешь поесть? Не-е-е-ет, милая, я нужна здесь и точка. И потом…

– Вы ждёте своих сыновей и боитесь, что они не разыщут вас, если уедете?

– Для девчонки ты порой слишком проницательна, – печальная улыбка тронула уголки губ доньи Эворы.

Мы ещё немного поболтали, и старушка отправилась спать, а я караулила кожи, палкой прижимая их ко дну, когда те всплывали. Так и просидела над ними всю ночь и утро. Наконец, смесь перебродила и куски перестали всплывать. Аккуратно вытащив их из чана, погрузила в чистую тёплую воду для промывки. Кожа была чуть сморщенной, получилось или нет, пока сказать сложно. После очистки обычной скалкой удалила лишнюю воду. Потом можно будет окрашивать кожу дубовой и ивовой корой, а пока сойдёт и так. Промазала тщательно все куски жиром, чтобы материал остался эластичным, и вывесила на просушку. Посмотрела на итог своей работы и сжала кулаки: только бы всё получилось. Но уже сейчас был виден результат. После шакшевания кожа стала мягкой, приятной на ощупь. Из такой можно и одежду шить. Теперь можно и передохнуть.

Сонная и уставшая спустилась на кухню. Донья Эвора колдовала над плитой, где что-то кипело и скворчало.

– Да на тебе лица нет, Дора! – Всплеснула она руками, – марш за стол и в постель. Чтобы до завтра я тебя не видела.

– В мастерскую надо сходить, глянуть, как идут дела, – зевнула я так, что чуть рот не треснул, спать хотелось зверски.

– Срочные заказы есть? – Упёрла руки в бока старушка.

– Нет, текучка.

– Тогда спать! И никаких возражений!

Сопротивляться мне не хотелось. Наскоро проглотив еду, я поднялась в свою комнату, бухнувшись на кровать, уснула даже не раздевшись.

Утром меня растормошил Дин:

– Вставай, сестрёнка, – постучал он в дверь спальни, – со вчерашнего дня дрыхнешь, а у меня новости.

Я глянула в окно, солнце уже поднялось над крышами домов, заливая светом всю округу.

– Скоро спущусь, – крикнула Диллиану и принялась приводить себя в порядок.

Умывшись и переодевшись, отправилась на кухню, где донья Эвора подогревала молоко. На столе стояли булочки и пирожки с яблочным повидлом, одурманивая своими ароматами.

Цапнув сдобу и откусив добрую половину только поняла, как я голодна.

– Что там за новости? – Прожевав, спросила у Дина, что сидел как на иголках.

– Всё твоё семейство прибывает в Меглор. В начале следующего месяца.

– Братец, ты забываешь, что я работаю с женщинами. А кто поставщик всех городских сплетен? Мне известно про свадьбу Одхрана. Ты лучше скажи, сможешь мне найти толковых строителей?

– Это ещё зачем? – Спросил поскучневший разом Дин.

– Хочу кое-что переделать в магазине, да, ещё мне понадобится новая вывеска. Не возьмёшься за это?

– Дора, а ты не слишком спешишь? Совсем загонишь себя, – покачала головой донья Эвора.

– Сами посудите, раз свадьба сына герцога пройдёт в Меглоре, значит, сюда съедется куча народа. Нам к этому времени надо успеть.

Старушка присела за стол:

– Вынуждена признать, ты права. Да только хватит ли времени?

– Ну, я не собираюсь много менять. Хочу лишь увеличить окна, при условии, что это возможно.

– Зачем? – Спросил Дин.

– Всё просто, – улыбнулась я, – чтобы женщины, проходя мимо, могли видеть, какие наряды у нас есть.

Придётся сшить образец платья, как у Барбары, и поставить его на витрине. Пусть дорого, однако реклама вообще удовольствие не из дешёвых.

– Снова твои затеи, – улыбнулась донья Эвора.

– А как иначе? Чтобы заработать побольше, надо искать новые пути.

– Хорошо, найду тебе мастеров, – кивнул Дин, – но с тебя ещё один костюм.

И цапнув напоследок булочку с тарелки, он умчался в город, я же отправилась в мастерскую.