Глава 38

Дея Всесильная! Дора, что с тобой произошло?! Дин, на вас напали?! – Донья Эвора, всплеснув руками, а потом, схватившись за сердце, встречала нас на пороге.

– Всё в порядке, – улыбнулась я ей, поморщившись от боли в скуле.

– В порядке?!– Не на шутку рассердилась старушка, – ты себя в зеркале видела?

Она потащила меня за руку в спальню, и я, взглянув на своё отражение, испуганно ахнула, по скуле растёкся багрово-фиолетовый синяк, а лицо распухло от удара. Ничего не скажешь, красотка.

– Вот ведь гад, – ругнулась я сквозь зубы.

– Кто тебя так? – Хозяйка подошла, обняв меня за плечи.

– Друстан, никак не успокоится, – ещё раз глянула на своё отражение и отвернулась, – и как я теперь пойду на работу?

– Ты цела? – Старушка осторожно, точно фарфоровую, повертела меня из стороны в сторону, – а то бывает, поначалу раны не болят.

– Всё хорошо. Не успел он ничего сделать.

– И шпильки не спасли?

– Их трое было. Держали за руки. Если бы не Милли и Дин… Чудо, что они меня вовремя заметили в тёмном переулке.

– Идём на кухню, старушка взяла меня за руку, – вы тоже за мной, – бросила она Диллиану и девушке, что до сих пор перетаптывались с ноги на ногу в прихожей.

Там донья Эвора поставила небольшой чайничек на огонь, сама же достала какие-то травки, истолкла в ступке и, сделав примочку, осторожно наложила её на лицо:

– Послезавтра от твоего синяка и следа не останется, – довольно кивнула старушка, – а теперь, рассказывайте.

Мы изложили всю историю, Милли поведала, что заметила, как вокруг меня стали виться странные субъекты и, не раздумывая, рванула ко мне, а за ней уже Дин.

– И не испугалась? – Спросила я её.

– Очень, – потупила она взгляд, – только за вас. Не хочу, чтобы ещё кто-то пострадал, так как я или того хуже, – сбивчиво пояснила девушка.

– Спасибо тебе! – От души поблагодарила её, пожав узкие ладошки.

Перед нами появились три бокала, откуда шёл парок и сильный запах какой-то незнакомой мне травы.

– Пейте, поможет успокоиться, – сказала донья Эвора, – а тебе завтра обязательно надо идти в магистрат. Многие боятся мести родни и потому на обвинения зачастую закрывают глаза. Однако я попрошу Димирта помочь тебе в этом деле, отправимся вместе. Он не последний человек в Меглоре и бургомистр его очень ценит. Да к тому же он попутно составит жалобу в Атриум. Тогда наш маркизёнок точно не отвертится.

– А мне мести можно не бояться? – С сомнением спросила я. Не то чтобы хотела замять дело, но только дурак не просчитывает все возможные опасности.

– Бербек не глуп, и стоит уйти жалобе в Атриум, ты будешь находиться под их покровительством.

– Если всё так просто, почему же другие девушки молчат?

– Не всё, – мотнула головой старушка, – у других есть родители, которых можно запугать или подкупить, младшие сёстры, братья. Понимаешь? А у тебя только мы с Дином. Мне уже ничего не страшно в этом мире, ну а Диллиан, думаю, на подкуп не согласится, – она подмигнула братцу улыбнувшись.

– Что вы в самом деле, донья Эвора, – поперхнулся отваром менестрель, – завтра я иду с вами и Милли тоже, мы уже всё обсудили.

И когда только успели, подумала я, видя, как переглядываются парень и девушка между собой.

– А это очень даже разумная мысль, – поддержала их старушка, – ты пойми, Дора, ведь многие о таком и сказать боятся, кому охота, чтобы потом на них весь город косился. Но у тебя, к счастью, много свидетелей, кто подтвердит, что твоя честь не пострадала. И стража до особого распоряжения к этим подонкам никого не пустит. Решено, с утра отправляемся в магистрат! – Донья Эвора со стуком поставила стакан на стол, обведя нас победным взглядом, – мы им ещё покажем!

Примочка помогла, и если фингал всё ещё оставался на месте, то опухоль спала и боль прошла, так что спать я легла почти в хорошем настроении.

Утром меня бесцеремонно растолкала донья Эвора:

– Дора, поспеши! Завтрак уже на столе.

Проморгавшись и как следует зевнув, нехотя поднялась с кровати. Интересно, как там дети и Света с Сергеем? Последние, богатые на разнообразные события дни совершенно лишили меня возможности видеть сны, слишком сильно я уставала и просто проваливалась в благодатную тьму. Быстро одевшись, поспешила вниз. Кто его знает, какие связи у отца Друстана в городе, ясно, что немалые. Не хотелось, чтобы он выкупил сыночка до того, как попаду в магистрат.

На кухне были все в сборе, Дин сидел рядышком с Милли, выбирая ей сдобу повкусней. А братцу-то девушка явно пришлась по душе. Вот и славно! Милли мне нравилась: тихая, скромная, работящая, но и за себя способна постоять, если придётся.

Сразу после завтрака, Дин побежал нанять извозчика: во-первых, идти через весь город долго, а во-вторых, не хотелось радовать любопытных огромным фингалом.

Усевшись в лёгкую коляску и раскрыв веер, я вспомнила о своих планах.

– Кстати, донья Эвора, вот вы всё знаете, скажите, сколько стоит в обители Темпл-Эклесси выведать, кто твои настоящие родители?

Старушка удивлённо глянула на меня, а потом сузила глаза:

– Что ты задумала, деточка? Неужто попытаешься претендовать на часть наследства от матери?

– И в мыслях не было, – фыркнула я, – хочу стать поставщиком королевского двора.

На лице Эворы заиграла ехидная улыбочка:

– Решила утереть нос самому герцогу?

– Почему бы и нет. Но в первую очередь хочу обрести имя. Шут с ним, папашей конюхом, но мать-то моя – аристократка, хотя её титул в девичестве мне остался неизвестен.

Милли переводила взгляд с меня на донью Эвору, и глаза её становились всё больше.

– Предвидя твой вопрос, – обернулась к ней, – да, моя мать Беатрис Кассиани, а вот отец точно неизвестен. Я бастард.

– Дея милостивая, – прошептала девушка, ошарашенно глядя на нас.

– Вопрос в другом: как дочь Беатрис могу я претендовать на её титул, что был до брака с Бруно? – Я развернулась к Эворе.

– Можешь, – поджав губы, произнесла она, – с чёрной полосой на гербе и ты не передашь его своим детям, если только не выйдешь замуж за знатного мужчину, но такие, как правило, на бастардах жениться не спешат.

– Да и не надо. Я хочу создать своё дело, которое будет известно на территории всего Террадора. А муж, которому важно лишь моё происхождение, мне не нужен. Уж лучше выйти за простолюдина. Не в титулах счастье.

– Многим бы твои слова пришлись не по нутру, – хмыкнула донья Эвора, – так вот, чего ты ждёшь от поездки в Темпл-Эклесси. Точную сумму тебе не скажет никто, для всех она разная и озвучивает её служитель, что приставлен к святыне. Одно точно – это очень дорого.

– М-да, – потёрла я подбородок, – мне бы поконкретней.

Однако Эвора только пожала плечами, показались стены магистрата, и разговоры прекратились сами собой, мы морально готовились к тому, что сейчас должно произойти.

На пороге буквально столкнулась с Димиртом:

– Дони Исадора, я ждал вас.

– Но откуда вы узнали? Или уже весь город в курсе?

– Ко мне вчера приходил дон Элиан.

У меня непроизвольно взметнулись брови, такого участия я не ожидала.

– Да, да, – улыбнулся Димирт, – прошение в Атриум уже составлено с подробным изложением событий.

– И это всё граф Отис вам рассказал?

– Зачем же, дон Друстан, после… эм-м-м, внушения от дона Элиана, хотя, признаюсь, такие методы не приветствуются.

Всё чудесатее и чудесатее, как писали в одной книге. Я со спутниками поспешила за секретарём, который провёл нас в правое крыло второго этажа, здесь, как поняла, был местный «полицейский участок». Нас завели в просторный кабинет, где сидела вся вчерашняя троица, а с ними ещё какие-то люди. Но из всех выделялся седовласый, ещё не старый мужчина, с горделивой осанкой. Мощь, исходившая от него, какая-то моральная сила прямо-таки витала в воздухе. Не иначе как это сам барон Бербек. С таким тягаться непросто.

– Проходите, дони Исадора, – вышел вперёд Димирт, – все в сборе. Позвольте представить вам командующего статтерии Меглора, главного статтера, дона Дориана виконта Ларса и его помощник дон Неор.

Некоторые названия должностей моему внутреннему переводу не подлежали, но тут не надо быть семи пядей во лбу, дабы понять, что передо мной начальник здешней полиции, а курировал он, так полагаю, местных стражей.

Поднялись двое мужчин, которые сидели подле омерзительной троицы. Один – невысокий, коренастый шатен с цепким взглядом, лет сорока, другой – блондин со светлыми пышными усами и физиономией деревенщины, однако, умные глаза, говорили, что первое впечатление бывает обманчивым.

– Дони Исадора, – сказал шатен, и по его властному голосу я поняла, что он и есть командующий статтерии, – вы можете занять место рядом с моим помощником, дон Неор поможет вам составить бумаги.

Я присела за небольшую конторку, стоявшую у стены. Помощник командующего подвинул свой стул ближе и тихо начал задавать вопросы о вчерашнем, одновременно кивая, когда нужно было всё изложить на бумаге. Старательно скрипела пером под его диктовку, вот уж наказание целое писать эдаким орудием пыток.

В это время дон Бербек не сводил с меня взгляда и, казалось, старался проникнуть им просто до молекул, аж кожа мурашками покрылась.

Друстан сидел, опустив голову, как и его дружки. Кстати, интересно, кто рядом с ними. Родители? Что-то больно тихо себя ведут для аристократов. Где волна возмущений? Попытки выгородить своих сынков. Им-то явно не впервой проворачивать такие делишки.

Когда мои муки были окончены, а бумаги подписаны, Неор кивнул и поднялся с места.

– Итак, доны, – обернулся он к троице, прочистив горло, – по обвинению дони Исадоры мы составили бумаги для Атриума, как вам известно. На время расследования вам запрещается покидать особняк дона Бербека маркиза Залани.

– Стоп, – негромко произнёс отец Друстана, но его голос заставил умолкнуть и Неора и недовольно бурчащих дружков маркизёнка, – кто подтвердит слова дони Исадоры?

– Я, – подошла к нам так и стоявшая у двери Милли, для простолюдинов стульев не нашлось.

– И я, – приблизился к ней Дин.

– Кто вы оба? – Брезгливым взглядом окинул их маркиз.

– Дон Диллиан – менестрель, а дони Милли – помощница дони Исадоры, швея, – ответил за них Неор.

– То есть кабацкий горлодёр и жалкая девчонка, что получает жалование у вышеупомянутой дони? – Вскинул бровь Барбек.

– Простите, – вышла из-за спин донья Эвора, – что вы себе позволяете?

– А эта старуха кем ей приходится? – Поморщился маркиз.

– Бабушкой! – Не задумываясь, ответила наша хозяйка.

– Ну понятно, покрывает внучку, которая пыталась соблазнить троих юнцов. Денег хочешь? – Это он бросил уже мне, – ну так надо было договориться сразу. Тебе бы хорошо заплатили за услуги.

– Маркиз Залани, не забывайте, где вы находитесь, – резко оборвал его виконт Ларс, – ваша попытка оправдать сына понятна, но факт нападения у дони, так сказать, на лице. И я бы попросил вас обращаться немного учтивей.

Бербек заметно «сдулся» от такой отповеди, но извиниться и не подумал:

– Скорее пострадавший тут мой сын, – недовольно буркнул он.

В этот момент Друстан поднял лицо, и я увидела, что его покрывают филетово-чёрные синяки, как и физиономии его приспешников.

– Это не я! – Возмутилась от неожиданности.

– Конечно, нет! – Взвился маркиз, – ваш любовник, – ткнул он в Дина. – Всё это спланировано заранее, чтобы оклеветать моего сына и других отпрысков благородных семейств!

– Это я, – раздался голос Элиана. Как ему удалось бесшумно пробраться в кабинет, не знаю, но его появление произвело неизгладимое впечатление на Бербека, у которого перехватило дыхание. – Вы утверждаете, маркиз Залани, – продолжил граф, – что я любовник этой дони, тогда как понимать ваше обвинение в мой адрес и адрес семьи Отис?

Лицо отца Друстана побагровело, он метнул на меня полный ненависти взгляд, однако промолчал замявшись.

– Я был свидетелем всех событий, каюсь, не сдержал своего гнева и готов выплатить причитающийся в таких случаях штраф, но на бумагах дони Исадоры будет стоять и моя подпись.

– Это вам с рук не сойдёт, – не глядя на Элиана, вскочил маркиз, метнувшись вон из кабинета, буквально расшвыряв всех по сторонам.

– Теперь понятно, в кого сынок уродился, – потирая плечо, которым донья Эвора ушиблась о стену, сказала старушка. Дон Неор бережно поддерживая, усадил её на стул.

– Скандал герцогству обеспечен, – сказал, устало глядя на всё это, статтер Дориан.