Глава 19 · Неужели узнала?

Сельвестия застонала. Я резко отвернулась от окна и посмотрела на неё. Девушка зашевелилась, приоткрыла глаза, а я присела, пытаясь растормошить ее.

— Вставай, вставай, — проговорила отчаянно, после чего закашлялась: дым попер с новой силой. — Нам нужно выбираться отсюда, иначе умрем!

Наконец эльфийка пришла в себя и слегка расфокусированным взглядом начала оглядываться по сторонам. Увидев под потолком клубы дыма, испугалась, после чего побледнела, как мел, и начала задыхаться. Я поняла, что у неё случился приступ паники. Похоже, она не переносит всё, что связано с пожаром. Кто его знает, что она пережила в прошлом? Наверное, поэтому и грохнулась в обморок посреди коридора — от страха.

— Так, прекрати паниковать! — схватила ее за плечи и тщательно встряхнула. — У нас всё будет в порядке, слышишь, Сельвестия?

Синеглазая эльфийка смотрела на меня в ужасе. Её зрачки были расширены, рот бессильно открывался и закрывался, словно она пыталась что-то сказать и не могла. Немая…

Наконец, я оставила её и снова высунулась из окна.

— Помогите! — заорала, что есть мо́чи. — Нас тут двое! Спасите!

Но никто не обращал внимания. Разозлившись, я стукнула кулаком по подоконнику. Ну что за полное отсутствие мер безопасности? Горит крыло императора. Именно на наши окна должны были заглядывать в первую очередь! Впрочем, возможно, нас игнорируют из-за того, что мы обычные служанки. Мол, таких и спасать не обязательно…

Тяжёлые моменты в последнее время удавалось перенести благодаря использованию магии. Естественно, находясь в печальных обстоятельствах прямо сейчас, я тут же подумала о ней. Да, я очень слабый маг, крайне посредственный, но утопающий будет цепляться даже за соломинку.

Снова присела и заглянула девушке в глаза, стараясь опустить голову пониже. Внизу дыма было ещё не очень много.

— Послушай, есть ли возможность соединить наши магии и чем-то нас закрыть? Например, сделать магическую защиту или что-то подобное…

Но эльфийка, похоже, ничего не соображала, потому что не ответила. Ах да, она же не говорит!

Я схватилась за голову: совсем забыла об этом. Паника начала накатывать волнами. Треск в коридоре становился всё более сильным. Кажется, дыма тоже стало больше. Тогда я подняла глаза к небу и прошептала:

— Боже, помоги мне, помоги нам! Вытащи нас отсюда, прошу тебя.

И вдруг я услышала голос:

— Дай руку, — хриплый, как у дико больного человека, голос. Сельвестия! Я взглянула на эльфийку и увидела, что в ее глазах появилось что-то разумное.

— Мне нужна твоя рука, — каждое слово давалось ей с огромным трудом. Но она говорила, значит эльфийка вовсе не немая. Я послушно протянула руку. Ее холодные пальцы сжали мои.

— Я возьму твою магию, — произнесла она, закашлялась, синие глаза начали слезиться. — Мы сможем выйти. Только помоги дойти…

Я закивала и подползла вплотную, Сельвестия же закрыла глаза и так крепко сжала мою руку, что стало больно. Она что-то зашептала беззвучно, и вдруг по нашим телам пробежали отчетливо яркие «змейки» силы. Они напоминали миниатюрные молнии, которые спутались в один клубок и курсировали туда и обратно от макушки до пят. Одновременно с этим в воздухе прямо вокруг нас сформировалась прозрачная пленка, едва видимая человеческому глазу. Закружилась голова. Я ощутила, как из меня вытягивается душа.

Нет, конечно, это было всего лишь ощущение. Скорее всего, именно так чувствовался отток сил.

Правда, в какой-то момент я решила, что вот-вот упаду в обморок, и вдруг разум посетила четкая мысль: мне нужно научиться выдавать свою силу дозированно, не всю сразу.

Не знаю как, но я интуитивно остановила безумно огромный поток, льющийся из себя, и начала подавать энергию по чуть-чуть, рывками. Сельвестия медленно кивнула, не открывая глаз. Кажется, я всё сделала правильно.

Наконец, плёнка вокруг нас стала плотнее, и эльфийка произнесла:

— Встаём и выходим…

Перспектива выйти в пылающий коридор заставила ужаснуться, и я поняла, что отныне всё зависит от моего доверия этой девушке. Правда, выбора всё равно не было, разве что выброситься из окна. Но это означало бы неминуемую смерть. Поэтому у нас был только один шанс для того, чтобы выжить.

С огромным трудом мы поднялись на ноги, вдвоем пошатываясь от слабости. Похоже, магия защиты вытягивала огромное количество сил. Я обхватила Сельвестию за талию и прижала к себе.

— Пойдём, нам надо спешить, — произнесла устало, а потом схватила свою влажную тряпку, разорвала в две части и дала Сельвестии кусок. Она послушно перемотала лицо, и мы тут же вышли в коридор. Тело обдало жаром. Огонь, который уже пожирал стены, слепил глаза, чёрный дым клубился по потолку. Это было похоже на путь в ад. Но мы шли, и нас ничего не обжигало, только защитная плёнка иногда вспыхивала особенно ярко, если языки пламени касались её. Дым тоже не просачивался, разве что чуть-чуть.

Казалось, шли всю вечность. Наконец обнаружили лестницу. Та была каменной и не сгорела в огне, хотя перила уже отвалились. Идти по ней было страшно. Камень хоть и не горел, но пылал от жара. К счастью, защитная плёнка позволяла не обжигаться, и это было настоящим чудом.

С каждым шагом становилось всё тяжелее идти, потому что заканчивались силы. Я поняла, что Сельвестии пришлось взять нашу жизненную энергию, чтобы мы смогли выжить. В итоге, на первый этаж мы спустились из последних сил и буквально вдвоём повалились на пол к ногам какого-то незнакомца.

— Сестра! — воскликнул тот до боли знакомым голосом. С удивлением узнала в нём императора, но о какой сестре идёт речь?

* * *

Император Кайриэль…

Это было покушение.

Уже к вечеру император знал об этом. Отлично организованное, опасное, почти достигшее своей цели. Что ж, коалиция людей — тайное общество эльфийских противников — хорошо продумала свою атаку. Они просчитались столько в одном: не знали, что Кайриэль фактически неуязвим. Это и сила, и проклятье…

Пламя, вспыхнувшее буквально в его спальне, не причинило никакого вреда. Император первым делом рванул в кабинет, чтобы спасти важнейшие артефакты и печати. После того, как всё это было спрятано в сумку, он остановился посреди коридора и с ужасом вспомнил о Селестии. Она же где-то здесь, неподалёку!

Бежал вперёд, не чувствуя ног, но, когда ворвался в её спальню (а та уже была объята огнём), девушки не нашёл.

Стало страшно, так страшно, как будто едва не умер кто-то очень близкий, но она же его враг!

Готов был надавать себе оплеух, но сжимающееся и тревожащееся сердце утихомирить было невозможно.

Император оббегал весь этаж, но найти свою служанку не смог. Отчаяние начало затапливать душу.

Появились солдаты. Среди них было немало магов, которые начали тушить пожар своей силой, пока остальные носили воду.

Наконец, он выскочил на первый этаж, надеясь, что Селестия где-то здесь. Вдруг к Кайриэлю подскочил Эранор и сообщил ужасную новость:

— Мне сказали, — начал он, задыхаясь от бега, — что сегодня объявилась Веста, и она как раз шла к тебе, когда начался пожар.

Император побледнел. Рванул было к лестнице, как вдруг дверь открылась и оттуда кто-то вывалился. К ногам Кайриэля упали две девушки. В одной из них он тут же узнал Сельвестию, которую в семье ласково называли Вестой.

— Сестра! — воскликнул император, присаживаясь на корточки и переворачивая ее на спину. — Очнись!

Приложил пальцы к шее и, почувствовав сердцебиение, успокоился. Но когда перевел взгляд на ее спутницу, то обомлел. Это была его служанка.

Почему они вместе? Хотя… какая разница? Слава Богу, она тоже жива! Душу затопило облегчением вдвойне.

Подскочил Эранор. Кайриэль отдал ему сестру и приказал отнести к лекарям, а сам склонился над Селестией.

Девушка выглядела крайне бледной. Кожа посерела, и император сразу же увидел признаки сильнейшего магического истощения.

Что это значит?

Тревога затопила изнутри, и Кайриэль не удержался: схватил её на руки, игнорируя изумлённые и непонимающие взгляды окружающих эльфов, выскочил во двор и понёс девушку в соседствующий с дворцом дом.

Этот корпус построили совсем недавно. Штат слуг увеличился, и император приказал отстроить дополнительное здание. Там сейчас было очень много свободных комнат. Кайриэль поспешно поднялся на последний этаж, толкнул одну из дверей и, найдя пустую спальню, уложил Селестию на кровать. Вернулся, закрыл двери и, не отдавая себе отчета в том, что делает, распростер над девушкой руки, пытаясь поделиться энергией жизни. Когда сила потекла в её тело, эльфийский правитель начал успокаиваться.

Лицо Селестии быстро зарумянилось. Очнулась, длинные темные ресницы задрожали.

И вот тут-то Кайриэль наконец-то задал себе вопрос: что он вообще делает? Неужели Эранор прав? Он уже не злится? Уже не ненавидит? Готов открыто проявлять к ней благоволение, несмотря на мнение своих подлинных?

Какое безумие, какой позор! Но не делать этого император не мог. Сокрушенно покачал головой, чувствуя себя предателем.

Занявшись самобичеванием, Кайриэль не сразу заметил, что девушка открыла глаза и испуганно смотрит на него. Когда же их взгляды встретились, император вздрогнул.

— Кари! — прошептала она, а его обдало невероятно мощной волной дрожи. Неужели узнала его? Неужели смогла понять, кто перед ней???

Хотя… что это меняет? Ровным счётом, ничего…