Глава 36 · Возвращение

Кари молчал, поэтому я набралась смелость и продолжила:

— Я всегда любила тебя, даже если не осознавала этого. Но теперь понимаю это ясно. Прошу, не уходи…

— Всё стало на свои места, — наконец проговорил он безжизненным голосом. — Я очень рад, что тогда это была не ты. Но это ничего не меняет, — в его голосе звенела тоска. — Я защищу тебя. Ты будешь жить хорошо…

— Кари, прошу тебя, — прервала я его с жаром, — я не хочу жить без тебя!

Кари вздрогнул от этих слов и медленно развернулся. Он посмотрел на меня с такой болью, что я не сдержалась — по щеке поползла одинокая слеза.

— Всё уничтожено. Нас уже не существует, — проговорил он. — Прошлого не вернуть. Никогда… — император выдохнул. — Побудь здесь. Запри дверь. Скоро за тобой придут воины — не бойся их. Они отвезут тебя домой и будут охранять день и ночь. Позже я перевезу вас с отцом в безопасное место…

Даже не прощаясь, Кари развернулся и стремительно зашагал прочь. А я поняла, что проиграла. Он не будет со мной. Это была бессмысленная надежда.

Кари исчез за дверью, а я поплелась к ней, чтобы запереть. Горькие слезы стекали по щекам.

— Неужели это конец? — прошептала я сама себе. — Неужели ничего нельзя изменить?

* * *

Император Кайриэль ставил печати одну за другой, так что чернила угрожали растечься по столу. Эранор ворвался в кабинет, как раз тогда, когда император ставил печать на одном из важнейших документов.

— Брат, что происходит?

Кайриэль, не отрываясь от работы, закрепил печать, развеял магическую пыль, скрепляющую чернила, и убрал документ в сторону. Только после этого его ледяные синие глаза вперились в лицо младшего брата.

— Я делаю то, что должен, — ответил он холодно.

— Ты сошёл с ума! — заорал Эранор. — Служанок императрицы уже повесили. За что⁈

— Как будто ты не понимаешь, — ответил Кайриэль, доставая следующий документ.

Когда Эранор увидел стопку бумаг, его лицо побледнело.

— Что это? — он схватил первый попавшийся сверток и принялся читать. Его глаза расширились в ужасе. — Развод с императрицей? Да как такое может быть?

Кайриэль молча наблюдал за ним. Эранор стукнул по столу обеими кулаками, заставив чернильницу задрожать. Печать едва не свалилась на пол.

— Она околдовала тебя! — крикнул он.

— Селестия здесь ни при чём, — спокойно ответил Кайриэль. — Это моё личное решение.

Глаза Эранора зловеще вспыхнули, но император продолжил:

— Она помогла мне увидеть, кто меня окружает. Ты не предан мне, брат. Ты предан своей собственной идее, своей ненависти. Если бы тебе действительно было важно моё мнение, ты бы не воевал со мной.

Лицо Эранора побледнело. В глазах отразилось удивление — кажется, Кайриэлю удалось пошатнуть его самоуверенность.

— Императрица использовала меня для собственных целей, предала, ослушалась. Зачем мне такая жена?

— И ты хочешь заменить её жалкой человечкой-предательницей??? — процедил Эранор.

Но император не повёлся на его тон.

— Селестия уедет из дворца навсегда. Между нами ничего не может быть. И да, она не предательница. Я узнал правду. Мои сегодняшние решения продиктованы здравым смыслом. Но учти, брат, ты или со мной, или против меня. Либо доверяешь мне, либо императрице. Выбирай.

Слова Кайриэля звучали жёстко, и Эранор понял, что брат не шутит. Всё было слишком серьёзно. Состояние Кайриэля его испугало. Он отступил от стола, не веря своим ушам.

— Что же на самом деле произошло? — прошептал Эранор.

— Чудовищная ошибка и не менее чудовищные последствия, — ответил Кайриэль. — Но это уже не важно. Вирте не место рядом со мной. Я лучше буду один, чем разделю власть с эльфийкой, которая меня ни во что не ставит.

Генерал замер, не в силах поверить услышанному.

— Почему ты изгоняешь эту женщину, Селестию? — не удержался он от вопроса. — Ты же привязывал её к себе всё это время!

— Она не моя рабыня, — голос Кайриэля дрогнул, выдавая бурю эмоций. — Она достаточно настрадалась от моей руки. Я подарю ей хорошую жизнь — без себя.

Эранор был шокирован.

— И ты так просто её простил?

— Мне не за что её прощать. Нас предала не она. А теперь уходи. Я должен закончить свои дела.

Эранор развернулся и вышел, понимая, что брат сейчас подобен скале, которую ничто на этой земле не сдвинет с места и не заставит изменить его решений…

* * *

Карета остановилась у знакомых ворот. Моё сердце упало куда-то в пятки, голова закружилась от волнения.

Отец, как он там?

Я выскочила из кареты прежде, чем кучер успел открыть дверь, и рванула к воротам. С трудом приоткрыла их — кажется, их давно пора смазать, — и побежала к крыльцу. Краем глаза заметила, что за мной двинулись две тени — телохранители, приставленные Кайриэлем для моей охраны.

На порог я заскочила уже спокойнее, хотя внутри всё продолжало трепетать. Открыла дверь и вошла в холодный холл.

— Отец! — крикнула я и побежала в мастерскую.

Он сидел за столом у окна. Инструменты для работы лежали рядом, но он к ним даже не притронулся. Лицо было испещрено морщинами, взгляд — потухший.

— Отец…

Я шагнула на середину комнаты, и отец резко вздрогнул, обернулся. Его глаза наполнились светом, лицо вытянулось от удивления. Поднявшись, он неверяще прошептал:

— Доченька, это ты? Правда?

А потом были объятия, слёзы, радость, боль. Я была счастлива и благодарна Кайриэлю за то, что он отпустил меня.

Отец долго не мог прийти в себя от новостей, но я постаралась рассказать ему всё, что знала, скрыв лишь негативные моменты отношений с Кари вначале. Не хочу, чтобы отец гневался на императора. К тому же, присутствие молчаливых охранников, стоящих у входа, невольно вызывало вопросы. Наличие эльфийских воинов с острыми ушами нельзя было проигнорировать.

Отец был ошеломлен, узнав, что великий и грозный император эльфов — это тот самый щуплый мальчишка, с которым я дружила в детстве. До эльфийской бойни он и не подозревал, что Кари — эльф. Но отец всегда хорошо относился к этому народу, и моя дружба с парнем его не смущала.

Я рассказала ему обо всём и подозрения насчёт Джулии не утаила. Да что там говорить — я была уверена, что это она во всём виновата. Отец был в шоке. Он огорчился так сильно, словно сам оказался предателем.

— Всё-таки Мэгги моя сестра, — прошептал он горько. — Так больно осознавать, что твоя семья настолько испорчена.

— Они — не наша семья, — нахмурилась я. — После того, что они сделали, я не хочу иметь с ними ничего общего.

— Увы, как бы мы ни ссорились, кровь — не вода, — тяжело вздохнул отец. — Мы всё равно родственники, нравится нам это или нет.

Я не согласилась с ним и постаралась уйти от этой темы. Мы отлично провели вечер. Я быстро напекла пирожков, сварила суп. Отец всё это время пытался чем-то заняться, но был явно рассеян.

Когда наступила ночь, я вспомнила про наших ушастых охранников. Их, наверное, тоже следовало накормить. Вышла наружу и позвала их к ужину. Оба удивились, словно не ожидали от меня человеческого отношения. Сначала помялись, но потом всё же согласно кивнули. За стол сели, смущённые и растерянные.

Оба оказались молодыми и, как ожидалось, симпатичными. Но на Кари они совсем не походили. Курносые, с бровями вразлёт, гибкие и худощавые — эльфы щеголяли туго завязанными косами, а кончики их острых ушей забавно торчали в разные стороны.

Я налила суп и поставила перед ними тарелку с ароматными пирожками. Оба переглянулись, будто не привыкли к такой пище.

— Ваш император очень любил такую еду, — произнесла я с печальной усмешкой. — Не волнуйтесь, для эльфов она тоже вполне пригодна.

После этих слов парни начали есть. Распробовав, они стали есть быстрее, с удовольствием прикончив и суп, и приличную горку пирожков. Я спрятала довольную улыбку. Кажется, наши отношения начали налаживаться.

Вот только Кари больше рядом нет. Увижу ли я его когда-нибудь снова?