Глава 39 · Спасение

— Гадкие эльфы! Когда они нужны, никогда их рядом нет! — бормотала я себе поднос, сгибаясь под безумной тяжестью. Кари едва волочил ноги. Он лежал на мне мешком и с трудом шевелился.

Казалось, что в любой момент моя спина переломится надвое, и я просто его не дотащу. Но я старалась изо всех сил, боролась за каждый шаг вперед, отчаянно мечтая увидеть нужную крепость.

Безумно грела мысль, что Кари жив, что он не умер, что он воскрес! Неужели он столько дней провел под горой этих трупов? В это трудно было поверить. Возможно, эльфы действительно настолько живучи, но это не имело значения. Главное, что я снова вижу его и слышу его голос.

— Селестия, — просипел Кари из последних сил. — Оставь меня здесь и просто сходи за помощью.

— Нет, — как отрезала поспешно, — я тебя одного не брошу. Ты можешь тут умереть, пока я буду бегать туда. Осталось немножко, потерпи…

И он шел дальше, борясь за каждый шаг. Наконец, узкие темные башни крепости показались на горизонте. Я воспрянула духом.

— Еще немного, еще чуть-чуть, — шептала буквально каждое мгновение, но в какой-то момент замерла, почувствовав явную вибрацию, исходящую от земли. Вскоре впереди показались клубы пыли и послышалось отчетливое ржание лошадей. Сердце радостно забилось. Неужели кто-то едет сюда? Помогут или нет?

* * *

Во главе отряда был сам Эранор. Его белоснежные волосы развевались на ветру, придавая эльфу очень зловещий вид. Но когда он увидел, кого я тащу на себе, слегка раскосые глаза эльфийского генерала расширились и стали круглыми, как две монеты. Он оторопело открыл рот, прохрипел что-то нечленораздельное, а потом вскочил с коня так неуклюже, что едва не упал.

Доблестный генерал был просто сражен увиденным. На отнявшейся ногах он попытался приблизиться ко мне и едва устоял.

— Кайриэль! — выдавил из себя, наконец-то приблизившись и хватая брата в объятья. — О боги, ты жив! Как это возможно?

Император криво усмехнулся, едва приоткрыв один глаз.

— Не дождешься, Эранор! Не дождешься моей смерти. Ты же знаешь, меня не так-то просто убить…

Генерал крепко прижал императора к себе.

Я получила возможность отступить в сторону и облегченно выдохнуть. Колени дрожали от слабости. Голова кружилась. Эранор развернулся и выкрикнул подчиненным:

— Скорее! Лекаря сюда и носилки!!!

Двое из его охраны развернулись и стремглав ускакали обратно в крепость.

— Позаботься о Селестии, — неожиданно приказным тоном проговорил Кайриэль, словно у него прибавилось сил, и Эранор впервые за всё это время взглянул мне в лицо. В нем боролась много чувств. Я видела его прежнюю ненависть, которая жаждала выплеснуться наружу. Но то, что я нашла его брата, заставило эльфа побороть негативное отношение ко мне.

— Забирайся на моего коня, — приказал он, — и езжай в крепость. Покажешь именную табличку, прикрепленную к седлу, и тебя пропустят.

— Я останусь с Кари, — произнесла твердо, вздергивая подбородок.

— Селестия, уезжай, — вмешался Кайриэль, повиснув на брате. — Я буду в порядке, дождись меня в крепости.

В голосе друга прозвучала мольба, и я не смогла ему отказать. Комок застрял в горле, комок невыплаканных слез, но я скрепилась, кивнула и с трудом забралась на высокого скакуна.

Тот послушно помчал меня вперед, и я даже не заметила, как оказалась возле крепости. Стражники, которые еще недавно изгоняли меня прочь, с удивлением рассматривали теперь.

— Меня прислал ваш генерал, — произнесла я твердо. — Пропустите!

И показала табличку…

Меня пропустили, и я с упоением вдохнула воздух военной крепости…

* * *

Конь послушно довёл до большого особняка, теряющегося в центре крепости. Похоже, именно здесь обитал генерал. Я спешилась и отдала коня подбежавшему конюху, который рассматривал меня с огромным удивлением. Ещё бы, на моём платье остались следы грязи и застарелой крови. Выглядела я, мягко говоря, очень неопрятно.

— Генерал Эранор приказал мне приехать. Он здесь живёт? — я старалась вести себя уверенно, хотя сердце колотилось от волнения.

Конюх кивнул и указал мне на входную дверь. Что ж, придётся воспользоваться чужим гостеприимством. Мне срочно нужно отдохнуть.

Когда я вошла в просторный холл дома, мне навстречу вышли две служанки эльфийского происхождения. При виде меня они скривились, но я повторила требования генерала, и они недоумённо переглянулись. Возможно, меня быстро бы выгнали за шею, если бы не именная табличка, открывающая любые двери.

И служанки не рискнули изгонять. Усадив меня на диване в малой гостиной, принесли чашку с напитком, тарелку с диковинными сладостями и ушли.

Я не стала есть, просто не было сил. Свернулась калачиком на диване и уснула…

* * *

Проснулась от поцелуев.

Точнее, мне подумалось, что это лишь сладкий сон. Заулыбалась.

Поцелуи переместились с губ на щеки, потом на нос и лоб. От этого стало щекотно, и я захихикала. Попыталась отвернуться. Но ускользнуть от чужих губ не удалось.

И тут до меня дошло, что это несколько не типичная для меня ситуация, и я стремительно открыла глаза. Взгляд встретился с яркими синими глазами напротив. Они смотрели на меня с превеликой нежностью. И вместо ледяного холода, который, казалось, поселился в них навсегда, я видела в них любовь. Большую, огромную, безбрежную и удивительную.

— Кари, это ты? — прошептала сонно, пытаясь поверить увиденному. Император улыбнулся, и его бледное лицо стало совсем юным, мальчишеским.

— А кто же еще?

Он сидел на краешке дивана — опрятно одетый, причесанный. Правда, очень изможденный.

Я резко присела.

— Почему ты не в кровати? Почему пришел? Тебе нужно отдыхать, срочно!

Но Кайриэль схватил меня в объятья и прижал к себе. Я, трепеща, выдохнула.

— У меня все в порядке, — прошептал Кари на ухо.

— Но ты ведь пробыл на том поле не один день! Почти умер!!! Тебе нужно лечение.

Кари, не отпуская меня, ответил:

— Я жив. Почти здоров. У меня всё будет хорошо. Точнее, у нас всё будет хорошо. Потому что я тебя больше не отпущу. Никогда!

Я замерла, переваривая эти слова, произнесенные таким многообещающим шепотом. Неужели правда? Неужели мы еще сможем быть вместе???

— Почему ты передумал? — спросила тихо.

— Потому что я не могу без тебя, — еще тише прошептал император. — Ты станешь моей женой?