Глава 20

Поставив коробку на стол, Риар взглянул на стоящую рядом Полетту. На ее лице читалась сосредоточенность и готовность реагировать на любую неожиданность.

Спустя несколько секунд, явно заметив заминку, она подняла взгляд. Некоторое время Полетта смотрела на него в ответ спокойным и серьезным взглядом, но вскоре ее кожа, покрытая веснушками, чуть порозовела на скулах.

— Что? — спросила она. Ее поза неуловимо изменилась. Казалось, взгляд Риара ее сильно смущал, отчего Полетта не знала, как на него реагировать.

— Хотел сказать тебе спасибо за то, что помогла сегодня, — прямо ответил Риар.

— Я ничего не сделала, — ответила она, слегка пожав плечами. — Просто обернулась и стояла рядом.

Риар хмыкнул.

— Поверь, это очень много для меня значит.

Полетта опустила взгляд и кивнула.

— Тогда пожалуйста, — сказала она после недолгой паузы.

Риару хотелось многое обсудить, но он понимал, что время поджимало. В конце концов, им пришлось оставить Арчи на попечение Тишона. И как бы он ни доверял этому человеку, беспокойство о сыне подталкивало действовать быстрее. Поэтому он с готовностью поранил руку и размазал выступившую кровь по печати.

Их поприветствовала уже знакомая вспышка. Сразу после этого послышался тихий щелчок, знаменующий открытие шкатулки. Убедившись, что никаких сюрпризов не предполагалось, Риар откинул крышку и заглянул внутрь. Там на темном бархате лежало несколько предметов.

Первое, что бросалось в глаза, это две короны. Одна явно предназначалась для мужской головы, а вторую, судя по тонкости отделки и изящности, должна была носить будущая королева.

Риар взглянул на Полетту, а затем опустил взгляд и взял меньший венец. Недолго думая, он повернулся и возложил его на голову Полетты. Баронесса некоторое время стояла неподвижно, а затем тихо ахнула и сняла корону с головы. На ее лице появилась хмурость.

— Это не шутки, ваше величество! — произнесла она, аккуратно положив корону на стол.

Казалось, Полетта даже прикасаться к ней опасалась.

Риар не сдержал улыбки. Неужели ему действительно повезло? Он боялся даже надеяться на это. Другая на месте баронессы вцепилась бы мертвой хваткой, а она…

— И мы снова на «вы»? — спросил он, вытаскивая мужскую корону и небрежно откладывая ее в сторону.

— Вы теперь король…

— Еще нет.

— Нет? — Полетта посмотрела на него с вопросом в глазах.

— Меня не короновали, — пояснил Риар. — В королевстве есть обязательные процедуры, которые необходимо соблюсти, чтобы законно сидеть на троне.

Полетта на короткий миг задумалась, а затем кивнула.

— Звучит логично, но сути не меняет. Даже если сейчас вы не король, то вскоре это изменится. Тем более люди и так уже считают вас таковым.

— И все-таки я настаиваю на том, чтобы ты обращалась ко мне более лично. Тем более что ты практически моя жена…

— Я не давала согласия! — мгновенно отреагировала Полетта. Риар состроил грустное выражение. — Никаких манипуляций! — добавила она, взглянув на его лицо.

— Я даже не пытался, — бесстыдно солгал Риар.

Полетта на это фыркнула.

— Заметно, — бросила она, складывая руки на груди. — Вы должны быть серьезным, ваше величество. Вы теперь почти король. Все в этой стране смотрят на вас. Вам нужно выбрать жену себе под стать и…

Риар отреагировал мгновенно. Повернувшись, он положил руки на тонкую талию баронессы и притянул ее к себе, глядя в изумленное и немного испуганное от неожиданного движения лицо.

— Я выбрал, — произнес он спокойно и наклонился. От его внимания не укрылось, как дыхание Полетты на мгновение сбилось. Мельком взглянув на ее губы, Риар усилием воли заставил себя отступить. Он не хотел ни пугать, ни давить. — Бежать в другую страну бессмысленно, — на всякий случай предупредил он.

Полетта фыркнула. Отчего-то этот звук показался Риару очень милым.

— Это давление, — заверила она. Риар на это виновато вздохнул, но, судя по лицу, раскаяние его было насквозь фальшивым.

— Я стараюсь быть честным, — произнес Риар и достал из коробки королевскую печать. — Думаешь, все это подлинное?

— Полагаю, — Полетта кивнула. — Теперь меня интересует один важный момент.

— Ты думаешь о законности всех указов, которые были заверены фальшивой печатью? — спросил Риар.

— Верно, — баронесса кивнула.

Риар поморщился. Достаточно было просто представить, сколько бумаг придется пересмотреть и переделать в ближайшее время, как у него начинала болеть голова. В этот момент он начал сомневаться, что идея отобрать трон у самозванца была хорошей.

Некоторое время они оба молчали, сосредоточенно глядя на последний предмет в шкатулке. В конце концов терпение Полетты закончилось.

— Как… ты думаешь, в этом письме написано что-то важное? — спросила она, глядя на безобидный кусок бумаги, лежащий на самом дне шкатулки.

Риар вздохнул и протянул руку, подхватывая запечатанное письмо.

— Нам остается только посмотреть.

С этими словами он мазнул кровью по печати, а затем открыл конверт и вынул из него сложенный лист бумаги.

Полине было очень интересно, что там написано, но она, конечно, не собиралась подглядывать. Впрочем, спустя время Риар без каких-либо сомнений передал письмо ей.

Полина неуверенно на него посмотрела.

— Ты…

— Можешь прочесть, — заверил он и принялся осматривать стол.

Полина еще какое-то время понаблюдала за ним, а затем опустила взгляд на ровные, чуть витиеватые строчки.

«Здравствуй, мое любимое дитя» — именно так начиналось письмо. — Я должна многое тебе поведать, но первое, о чем действительно хочу сказать, это то, как сильно люблю тебя, мой заветный ребенок. Я знаю, что мои слова могут показаться тебе ложью, ведь меня не было рядом, когда ты рос и взрослел, но знай, что все, что я сделала, я сделала ради того, чтобы ты смог жить. Несмотря на то, как мне хочется, чтобы ты прочитал написанные в час тоски по своему ребенку слова, я надеюсь, что ты никогда не увидишь этого письма. Это будет означать, что тебе не пришлось возвращать предназначенное по праву рождения место. Я могу лишь молиться, чтобы ты избежал злой участи, которая нависла над королевским родом. К сожалению, я знаю, как устроен мир, поэтому это письмо было написано и передано дорогим друзьям, которые в час нужды откликнулись на мою отчаянную просьбу и взяли тебя к себе, чтобы сохранить».

Поля оторвала взгляд от изящно написанных строчек. Она нахмурилась, пытаясь обдумать прочитанное.

Первое, что было сразу понятно: королева любила своего ребенка. И судя по всему, именно она передала его графу и графине Де Виль. Но зачем? Можно было предположить, что дело в некой «злой участи, нависшей над королевским родом». Полине было очень интересно, о чем шла речь, и она могла только надеяться, что ее величество напишет об этом в письме.

«О том, что я скажу дальше, знает очень малое число людей. В тайну посвящены лишь короли с королевами и их наследники. Почему во множественном числе? Потому что я имею в виду правителей всех стран мира. Как ты знаешь, они являются драконами. Многие не любят нас, боятся и считают, что нельзя отдавать власть над людьми в наши руки. Но у них нет выбора, ведь только драконы способны удержать этот мир от полного разрушения».

Полина тревожно сглотнула, ощущая, как начинает волноваться. Она была уверена, что впереди не ждали хорошие новости.

«Люди любят думать о нас как о монстрах, но правда в том, что нет более ужасных существ в мире, чем сами люди. Тысячелетия назад именно из-за них едва не произошла катастрофа, которая могла уничтожить все живое в этом мире. Война между людьми породила страшное проклятие, которое нависло над всеми разумными существами. И лишь драконам, рожденным с практически неисчерпаемой магической энергией, под силу было связать проклятие древних некромантов. Тогда драконы, рассерженные на людей, взяли власть в свои руки. Люди, поначалу благодарные за спасение, очень быстро забыли, что именно они были виноваты в том, что случилось».

Поля слегка сжала края письма. Все звучало очень и очень плохо. И почему-то ей казалось, что это не самые плохие новости. Она оказалась права.

«К сожалению, даже нашей силы не хватило, чтобы подавить человеческую злобу. Проклятие, даже в таком состоянии, продолжало набирать силу. С каждым столетием оно брало все больше и больше, пока не стало ясно, что печати, за которые отвечали драконы, осушают их, сокращая жизнь».

— Это звучит плохо, — пробормотала Полина, ощущая, как сердце в груди колотится от накатывающего волнения.

«Раньше драконы жили тысячелетия. Мы были практически бессмертными существами, которые молча наблюдали за короткоживущими расами, не вмешиваясь в их дела. Но сейчас… Твой прапрадед прожил всего семьдесят лет, пока проклятие не выпило все его силы. Твой прадед умер сразу после своего пятидесятилетия. Твой дед не дожил даже до сорока. А мой муж… Уже сейчас проклятие дает о себе знать. Я знаю, что ему осталось недолго. Как и мне, ведь мы связаны узами, а это значит, что после его смерти уйду и я».

Полина на миг прикрыла глаза, а потом посмотрела на Риара. Она знала, что он перешел отметку в тридцать лет.

— Ты… в порядке? — спросила она, не зная, как правильно озвучить свою тревогу.

Риар взглянул на нее и слегка дернул губами в легкой усмешке.

— Умирать прямо сейчас не собираюсь, — ответил он, каким-то образом поняв, о чем именно она спрашивала.

Поля отрывисто кивнула и снова опустила взгляд на бумагу.

«Я всегда знала, что моему ребенку придется умереть молодым. Поверь мне, нет большего горя для матери, чем знать что-то подобное. Я желала тебе счастья и долгой жизни. Я хотела, чтобы ты был освобожден от этих оков и мог жить так, как тебе хочется. Когда я увидела тебя после твоего рождения, то сразу поняла, что должна сделать. Ты был таким крошечным и бесконечно милым, что я не могла позволить злой судьбе коснуться тебя. Я отдала тебя моим друзьям, попросив их вырастить тебя в любви, а за своего сына выдала ребенка кормилицы. Позже я сделала все, чтобы тайна твоего рождения осталась тайной. Я не жалею о своих поступках, так как ради тебя, мое заветное дитя, я готова была сделать все что угодно».

Полина была впечатлена прочитанным. Она не была наивной, поэтому сразу поняла, что имела в виду королева. Судя по всему, именно по ее приказу были убиты и кормилица, и лекарь. Первая — потому что знала правду. А второй… Полина полагала, что королеве не удалось обмануть опытного человека.

«Я понимаю, что проклятие все еще существует, но я рада позволить другим разбираться с ним. Я надеялась, что тебе никогда не придется заявлять права на эту проклятую корону. Но мы здесь, и ты держишь в руках это письмо. Мне хочется верить, что я смогла подарить тебе хотя бы несколько десятилетий спокойной и счастливой жизни. Прости, Риар, кажется, это все, что я смогла тебе дать. С бессмертной любовью, твоя мама».

Дочитав, Полина отложила письмо и посмотрела на Риара. Тот стоял неподвижно и выглядел задумчивым.

— Это было… — начала Поля, не зная, как выразить чувства, которые бурлили у нее внутри.

— Наивно, — со вздохом произнес Риар.

Полина не была уверена, что может описать поступок королевы правильными словами. Несмотря на то что у нее самой не было детей, она могла понять желание другой женщины сделать хоть что-то, чтобы оградить своего ребенка от столь ужасной участи.

— Она любила тебя, — резюмировала Поля, решив сосредоточиться именно на этом.

— Возможно, — Риар покачал головой, то ли отрицая, то ли не желая прямо сейчас об этом говорить, а затем добавил: — Но сейчас нам стоит подумать кое о чем другом.

— Проклятие, — предположила Полина.

— Верно, — согласился Риар и нахмурился.

Ему не нравилось то, что открылось. Кажется, владение троном оказалось более проблематичным делом, чем он думал изначально.

В ближайшее время придется разобраться не только с бывшим королем, его преступлениями, всеми принятыми во время правления Кайлоса законами, но еще и с каким-то проклятием, которое не позволит Риару жениться на Полетте.

Он совершенно точно не хотел, чтобы этот чудесный человек страдал из-за связи с ним. Поэтому Риар намеревался сделать так, чтобы проклятие не стояло между ним и его планами по завоеванию желанной женщины.

Теперь, когда Риар узнал о проклятии, он кое-что понял. Еще в заключении он ощущал, как из него тянули силы. Его ослабили не только вливаемые в него на начальном этапе зелья, отсутствие еды и питья.

Кроме этого, Риар понял причину, по которой Кайлос держал его живым. Судя по всему, самозванцу требовался дракон, чтобы продолжать кормить проклятие магией, тем самым сдерживая его.

По всей видимости, проклятие затронуло не только Сторвинд. Именно поэтому во главе всех стран стояли драконы. Риар предполагал, что в каждом королевстве имелась некая точка силы, за которой необходим постоянный присмотр.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила Полетта.

Риар вырвался из своих мыслей и посмотрел на стоящую неподалеку баронессу. Ему хотелось, чтобы она была рядом, но он видел усталость в ее глазах, поэтому решил, что справится сам.

— Думаю, тебе стоит отправиться домой, — произнес он и подошел к Полетте. Она вскинула голову и глянула на него вопросительно. Риар поднял руку и подхватил чужую ладонь. После он склонился над ней и оставил легкий поцелуй на тыльной стороне. — Спасибо за помощь, — поблагодарил он, выпрямляясь.

Ему нравилось видеть, как от его действий лицо Полетты покрылось легким румянцем. Она смущенно отвела взгляд и спрятала руку за спиной.

— Пожалуйста, — произнесла Полетта тихо и направилась к выходу. — Тогда я откланиваюсь.

— Подожди, — остановил ее Риар. — Я прикажу охране проводить тебя.

— Не надо…

— Не обсуждается, — перебил Риар.

Полетта явно хотела возразить, но в последний момент передумала. За пределами кабинета они нашли несколько стражей.

— Ой, это вы?

Риар повернулся к баронессе, когда услышал ее вопрос. Проследив за ее взглядом, он понял, что Полетта смотрела на одного из охранников. Высокий крепкий мужчина мгновенно поклонился. Риар прищурился. Не было сомнений, что Полетта знала этого человека. Откуда? Внутренности слегка сжались от едва уловимой вспышки ревности.

— Ваше величество, — поздоровался мужчина, — ваше… высочество.

Было видно, что он не был до конца уверен, как обращаться к Полетте.

— Ты его знаешь? — спросил Риар, сумев удержать желание скрыть стоящую рядом девушку от чужого взгляда.

— Это Альгрей, начальник городской стражи. Не так давно он помог мне, — ответила она. — Когда меня похитили, он выследил преступников и арестовал Вудроу.

Риар окинул стражника оценивающим взглядом. Кислое ощущение недовольства слегка приглушилось. Этот человек мог быть полезен.

— Он проводит тебя, — решил Риар, полностью задавив любые признаки ревности. И нет, он доверял Полетте, но не доверял всем остальным людям.

Полетта вздохнула, но отказываться не стала.

Вскоре она ушла под присмотром пары стражников, а Риар вернулся в кабинет. Ему требовалось отыскать любые упоминания о проклятии. Впрочем, минут через пять он решил сменить стратегию.

— Позовите ко мне магов, — приказал он заступившему на смену стражу около своих дверей.

Вскоре требуемые люди уже стояли перед ним. Риар задумчивым взглядом осмотрел их.

— Итак, — начал Риар, не сводя с явно нервничающих людей тяжелого взгляда, — проклятие.

Он видел, как один человек вздрогнул и опустил голову, а еще пара поспешно отвела взгляды, словно опасаясь, что он прочтет что-то в их глазах.

Риар хмыкнул. Нетрудно было понять, кто из этих людей участвовал в его пленении и настройке всех заклятий.

— Я хочу услышать, что именно вы о нем знаете, — закончил он.

Несколько магов переглянулись. Затем один из них сделал небольшой шаг вперед.

— Прошу прощения, ваше величество, но о каком именно проклятии идет речь?

— А их много?

— Конечно, — ответил маг с готовностью. — Есть родовые проклятия, есть проклятия личные, есть…

Риар махнул рукой, отчего маг сразу закрыл рот. Позвав стражу, Риар приказал вывести тех, кто его не интересовал, оставив магов, выделившихся поведением, хотя это не означало, что он не подозревал всех остальных.

Некоторое время Риар молчал, просто глядя на оставшуюся четверку. С каждой минутой дискомфорт магов увеличивался. Это было видно по тому, как они ерзали на месте и не смотрели ему прямо в глаза.

— Говорите, — приказал Риар, позволяя дракону приблизиться к краю его разума. От ощущения столь могущественного существа в кабинете стало трудно дышать. Он видел, что маги затряслись сильнее. — Если вы все мне сами расскажете, то, может быть, я помилую вас.

Услышав его слова, мужчины переглянулись. На лице каждого читались сомнения. Некоторое время они еще молчали, а затем первый из них опустился на колени.

— Простите нас, ваше величество, мы не могли поступить иначе.

Риар стиснул зубы. Он очень в этом сомневался.

— Рассказывайте, — приказал он отрывисто.

Маги представляли собой угрозу. По-хорошему их следовало арестовать. Вот только Риар знал, что немагическими способами их вряд ли можно будет удержать. Кроме этого, он осознавал: стоит магам понять, что новый король угрожает их свободе и жизни, как они начнут действовать. Поэтому он решил пока сосредоточить внимание исключительно на проклятии.

За участие в своем пленении он, конечно, отомстит, но позже и согласно уровню вины каждого, кто имел к этому отношение.

Все рассказать маги не могли, так как их по-прежнему сковывала клятва верности Кайлосу. Да и о проклятии они толком ничего не знали, видимо, бывший король не соизволил поделиться подобной информацией с кем-то еще. Они лишь могли сказать, что им пришлось создать магический конструкт, который перенаправлял жизненные силы Риара в определенное место. Зачем и почему — им сказано не было.

Место, куда требовалось направить силу, оказалось не так далеко. Во дворе замка находился старый храм, который, как знал Риар, был построен еще в те времена, когда сам замок только возводился. По крайней мере, такой была официальная история.

Оглядев небольшое здание, Риар открыл замок ключом, который нашел в кабинете Кайлоса в ящике стола. После он толкнул тяжелую железную дверь и вошел внутрь. Храм выглядел пустым, но Риар знал, что это не так. Посмотрев направо, он увидел держатель для факела, который был частью механизма открытия.

Риар дернул факел, и вскоре послышался скрежет. Пол в центре храма начал расходиться в стороны, открывая каменную лестницу, ведущую вниз.

Взяв с собой факел, Риар отправился дальше. Лестница вела все глубже и глубже. Воздух вокруг становился все более спертым и затхлым. Было видно, что в этом месте редко кто бывал.

В конце концов Риар достиг дна. Перед ним предстала еще одна дверь. Он открыл ее другим ключом, висевшим в связке, и вошел внутрь.

Подняв факел, он попытался хоть что-нибудь рассмотреть, но вокруг царила непроглядная тьма. Риар нахмурился, понимая, что находится в огромной пещере. Тогда он осмотрел стены около входа, надеясь увидеть еще факелы. Ничего подобного он не нашел, зато увидел тускло сияющий голубоватый камень, вмурованный в стену.

Наверное, следовало опасаться прикасаться к чему-либо в этом месте, но Риар не считал, что здесь ему могла угрожать опасность, так как храм был построен драконами прошлого, чтобы сдержать проклятие. Поэтому он спокойно прикоснулся к камню.

В следующий миг он ощутил легкий укол в ладонь и не успел даже отдернуть руку, как стена загорелась голубоватым светом. С каждым мгновением это свечение охватывало все большую площадь.

Риар внимательно наблюдал, как голубой свет поднимался и расширялся. Спустя какое-то время свечением были объяты все стены и даже потолок (к слову, довольно высокий).

Тогда его взгляд остановился в центре. Огонь, казалось, взбирался по чему-то еще. Чему-то большому, установленному прямо в середине этой пещеры.

Спустя еще несколько минут голубой свет резко вспыхнул, заставив Риара зажмуриться. Когда он открыл глаза, то увидел, на что именно недавно смотрел.

Это был очень большой тотемный столб, стоящий в центре горящего синим пламенем круга. Но самым примечательным было даже не это, а то, что столб пробивал кого-то насквозь.

Подойдя ближе, Риар осмотрел неизвестное существо, больше похожее на скелет, обтянутый сухой, местами потрескавшейся черной кожей. Существо отличалось от дракона, но только не размерами. Да, при жизни оно должно было быть примерно таким же большим.

По виду тела можно было предположить, что это какая-то собака. И тут Риар вспомнил старые рассказы, в которых фигурировали призрачные гончие. Считалось, что это бессмертные существа, способные принести миру погибель. В легендах они не имели физического воплощения, но там, где ступали эти существа, начинался голод, мор и война.

Только подумав, что в каждом королевстве есть что-то подобное, Риар едва сдержал желание выругаться. Судя по всему, даже драконы не могли их уничтожить. А это означало, что миру рано или поздно придет конец.

По словам прежней королевы, короли-драконы с каждым новым поколением жили все меньше и меньше. Когда смерть придет за драконами раньше, чем они успеют оставить потомство, наступит конец, так как Риар сомневался, что гончие были мертвы.

В некотором роде он даже сочувствовал этим существам, ведь ему довелось самому испытать на себе «прелести» подобного плена. Это заставило его нахмуриться. Он видел, чем именно был вдохновлен Кайлос, когда связывал его дракона.

К сожалению, у самого Риара не было особого выбора. Он не мог позволить бродить по миру чему-то подобному, как бы ему ни было жаль это существо. А это означало, что необходимо найти способ избавиться от угрозы. И желательно как можно скорее.

Все для себя решив, Риар собирался уже вернуться в замок, но тут глаз существа резко открылся. Это было настолько неожиданно, что Риар сделал шаг назад и внезапно запнулся о выступающий камень. Потеряв равновесие, он рухнул на пол.

Его взгляд при этом все время был прикован к горящему зеленым призрачным огнем глазу. Риар собирался встать, но в этот момент его сознание утянуло в опаляющую разум черноту.