ГЛАВА 9

Настенные часы в древнем замке Лирэй представляли собой необычное зрелище и довольно запутанное. Цифры на часах отсутствовали, как и точки, обозначающие конкретное время, вместо них на предполагаемом циферблате из стекла были нарисованы луна и солнце в разных фазах. Стрелок часы тоже не предусматривали. В зависимости от времени суток одна из черно-белых фаз луны или солнца загоралась и постепенно окрашивалась в цветные тона, затем гасла и загоралась новая фаза.

Так вот, когда загорелась вторая фаза луны – если перевести на Земное время, то, пожалуй, это первый час ночи, а в Цэрбесе тридцатый час суток – мы с Эришом поднялись в мои покои. Я со страхом приложила ладонь к панели около двери, опасаясь, что маленький апокалипсис в гостиной вполне мог плавно перейти в спальню. А провести целую ночь на обломках кровати – удовольствие все же сомнительное.

Когда я рассказала Эришу про крысо-книгу, он долго и безостановочно хохотал. В основном над моим названием, данным магическому существу, которое вовсе не крыса и, как выяснилось, даже не книга.

– Это знанило́в! – оповестил Эриш, как только я открыла дверь в покои, а нам навстречу выбежал рыжий шар с хвостом, сел на задние лапки и принялся жалобно пофыркивать. – Точно знанилов! – подхватив толстое создание на руки, Эриш придирчиво его осмотрел. – То есть ловец знаний. Редкое магическое существо, очень ценное. Можешь его не бояться, сам по себе знанилов безобиден.

– Да ладно?! А вот его клыки, – которые, кстати, угольно-черные, – говорят об обратном.

– Знаниловы не кусаются, – успокоил Эриш, – погладь его и убедись сама. Смотри, какой он миленький! По собственному опыту знаю, что всем демоницам нравятся миленькие и безобидные зверушки, которых можно потискать.

– Опыт у тебя большой… это да-а. Я бы даже сказала огромный. Особенно по части демониц.

– Несомненно. – Мне нахально подмигнули. – Чем и горжусь. Всем эмпатам ведь нужны эмоции для долгой и сытой жизни, а эмоции мы предпочтительно берем у демониц вроде тебя – эмоциональных, но закрытых. Взаимовыгодный обмен. Но не переживай, о знаниловах я тоже кое-что знаю. Доводилось с ними встречаться. Даже дарил одного такого не слишком сговорчивой, но дико привлекательной демонице. – Эриш кашлянул, заметив мой удивленный взгляд, и решил пояснить: – Когда-то давно… чтобы она растаяла и стала более сговорчивой. Впрочем, та демоница состарилась и умерла уже лет так десять назад, поэтому… – Эриш махнул хвостом, – давай больше не будем об этом говорить, а то мне как-то немного неловко.

– Тебе и неловко? – хихикнула я. – Что с тобой, демон-искуситель? Я думала тебе априори неловко быть не может.

– Как видишь – может. Редко, но все же. В определенных обстоятельствах с определенными демоницами, которые вызывают во мне противоречивые чувства, а не только одно инстинктивное желание поскорее стащить штаны.

– Ну спасибо. Теперь неловко стало мне.

Я осторожно дотронулась до пушистого шарика. Знанилов от моего прикосновения завозился, забил толстым хвостом по мужским рукам и черной мордочкой потянулся в мою сторону.

– Держи, – Эриш немедля вручил мне магическое существо. Я пикнуть не успела, как знанилов уже перебрался ко мне на руки, вцепился коготками в кожу и принялся шумно меня обнюхивать. – Раньше это был знанилов отца и подчинялся только ему. Но в тот момент, когда отец добровольно передал знанилова тебе, у этого маленького создания сменился хозяин.

– И теперь это мой знанилов?

– Да, пока ты не передашь его обратно отцу или кому-то еще. Знаниловы не особо привязываются к демонам, живут нескончаемую вечность и спокойно переходят из рук в руки.

Затаив дыхание, я провела пальцами по яркой шерсти, коснулась черной мордочки и длинного хвоста, покрытого короткими редкими волосками. Знанилов оказался горячим, а его шерсть неожиданно мягкой. Чихнув, он повис на моей руке. Со стороны это выглядело очень забавно. Толстенькая рыжая тушка с болтающимися в воздухе короткими лапками.

Я невольно улыбнулась, наблюдая за неуклюжим рыжим шариком. Эриш тоже улыбнулся, вот только чему именно он улыбнулся не совсем понятно, потому как смотрел эмпат исключительно на меня, магическое существо его не очень-то интересовало.

– Знанилов крайне полезен, – Эриш скользнул взглядом по моему лицу и со вздохом отвернулся, – особенно для молодых демонов и для тех, кто желает обучаться и совершенствоваться. Знаниловы обладают массой информации. – Эмпат переключил свое внимание на погром в гостиной. – Если ты менталист или телепат, то знанилов может общаться с тобой мысленно и обмениваться знаниями посредством прямого диалога, что очень удобно и здорово экономит время.

– А так как я не менталист и не телепат… – уже и сама догадалась к чему ведет Эриш.

– То говорить с ним, естественно, ты не сможешь, но знанилов понимает каждое твое слово, поэтому способен принимать облик той или иной книги, которую ты захочешь прочесть. Например, энциклопедии по мертвым видам магии.

Рыжий пушистик, услышав название книги, спрыгнул с моих рук и где-то в прыжке, еще не достигнув пола, превратился в знакомый древний фолиант в кожаном переплете, взлетел в воздух и услужливо раскрылся на разделе о магии возрождения.

Я с новой волной интереса осмотрела потрепанную временем книгу… у которой почему-то хвост не успел трансформироваться и теперь болтался из стороны в строну как продолжение корешка. То есть получается, что знанилов, если я все правильно понимаю, это неисчерпаемый доступ к любой информации? Тогда неудивительно, что Сэйн мне его отдал. С помощью такой зверушки за короткий срок можно многое узнать и не только о магии возрождения, но и о Цэрбесе, о демонах и о других существах, при этом не блуждая часами в библиотеке средь полок хищников, готовых отцапать пальцы при первой же возможности. Вредные зверюги эти иномирные книги. Но что поделать? Все книги и справочники, которые содержат информацию о магии, невольно сами этой магией начинают управлять.

– А знанилов может принять облик любой книги? – уточнила я. – Даже Земной?

– Не совсем так, Дэви. Знанилов способен принять облик только той книги, которую сам когда-то сожрал.

– Ой.

– Вот именно, – передразнил меня Эриш: – Ой. Сомневаюсь, что ему попадались Земные книги, разве что Крайгановские и то вряд ли.

– И что-то мне подсказывает, – я прикрыла дверь, чтобы знанилов, вновь принявший облик любопытной крысы не выбежал в коридор и не начал крушить замок, – что питается он как раз таки другими книгами?

– Верно! – Эриш прошелся по гостиной, расшвыривая ногами мусор и оценивая степень апокалипсиса. – Знанилов как вместительная, переносная, интеллектуально и магически развитая библиотека. Ты же не можешь носить с собой тысячу книг, даже если они тебе все нужны, к примеру, во время экспедиции в дальние лесные поселения или в Крайган. А вот маленького милого знанилова вполне можешь. Ловцы знаний неприхотливы и очень послушны. Поэтому ты берешь всю эту тысячу нужных тебе книг, документов, рецептов зелий и прочего и отдаешь знанилову, он их благополучно сжирает, а затем может видоизмениться в любую из сожранных книг, при этом не теряя ни страницы содержания и не упуская ни единой буквы из текста. Проблема с ними одна, – Эриш остановился посреди гостиной и демонстративно обвел рукой беспорядок, – оставишь голодного знанилова без внимания на долгое время, и он все перевернет в поиске знаний, то есть книг, документов или заметок, в общем, всего бумажного, что можно слопать. Давай поступим так, Дэви: я пришлю к тебе завтра рабочих демонов гнезда. – Эриш пропустил прошмыгнувшего под его ногами знанилова и вернулся ко мне, по пути перешагивая через стекло, куски дивана и обломки стола. – Рабочие здесь все поправят. Что-то восстановят, что-то выбросят, что-то заменят. Драконье стекло так просто магией не склеить, требуются минералы. Не блокируй завтра покои, чтобы демоны смогли прийти, убрать беспорядок и уйти, тебя не тревожа и не отвлекая от занятий с наставником. Хорошо?

– Конечно, – я с улыбкой кивнула. – Спасибо тебе.

– А отец не предупредил, – недоверчиво спросил хвостатый, – что отдает тебе знанилова?

Если бы… Сэйн та еще скотина.

– Сэйн сказал, что это книга, – припомнила я его последние слова в кабинете, – и что мне не стоит оставлять ее в спальне.

– О да! – воскликнул Эриш и требовательно указал на рыжий шарик. – В спальне ни за что не оставляй! Знаниловы жрут энциклопедии и учебные пособия по всевозможной магии, поэтому нередко, хоть и не специально, воспроизводят заклинания смерти, вызывают огонь, наводнения и орду мертвых существ. Так можно заснуть в кровати, а проснуться у ворот Анграхара.

У меня от лица отхлынула кровь.

– Орда мертвецов в моих покоях?! – холодея, переспросила я. – И Сэйн не посчитал нужным об этом рассказать?

– Видимо, отец решил проверить, как ты справишься самостоятельно. Вполне в его духе. Он любит испытывать демонов, в редких случаях заинтересовавших его демониц.

– И что мне теперь с ним делать?

– С отцом? – не понял Эриш.

– Да нет же! Со знаниловом!

– Кормить, разумеется, любить и использовать по его прямому назначению. – Эриш пожал плечами, как и я, рассматривая необычайное существо. – Тебе нужны книги. Если будешь часто и своевременно кормить знанилова, то рыться в вещах в поисках знаний и устраивать погромы он перестанет. Я могу принести тебе старые документы с работы, – предложил Эриш, – и ненужные копии книг. Будешь отрывать по паре страниц в день и скармливать их знанилову. Или по целой книге, но один раз в неделю.

– И это поможет?

– Не проверим, – ухмыльнулся демон, – не узнаем. Но, чисто теоретически, должно помочь. Знаниловы обычно спокойны и…

Эриш внезапно замолчал.

– Спокойны и?.. – потребовала я продолжения.

Но продолжения не последовало. Вместо этого Эриш недобро нахмурился и устремил сосредоточенный взгляд на стену поверх моей головы.

Я проследила за его взглядом, обернулась, но на стене ничего не обнаружила, кроме трещины. И вот вряд ли высшего эмпата так сильно удивила трещина, что он аж дар речи из-за нее потерял и впал в минутный ступор.

– Эриш? – обеспокоенно позвала я.

Он не ответил, кажется, вообще меня не слышал. Демон нахмурился еще сильнее, угрожающе сжал кулаки, и вокруг его алых глаз на коже обознались четкие кроваво-красные круги, которые меня здорово напугали.

– Эриш… – Я осторожно коснулась его плеча. – Ты сильно побледнел, и твои глаза… Все в порядке?

Эмпат вздрогнул от прикосновения, перехватил мою руку, быстро ее поцеловал и, ничего не объясняя, стремительно направился на выход из покоев.

– Прости, милая, но мне нужно бежать, – единственное, что он торопливо обронил на ходу, – у Регхара проблемы.

И все. С этими словами Эриш скрылся за дверью, оставляя меня одну в полной растерянности.

Несколько секунд я пораженно смотрела ему вслед, пытаясь понять, что сейчас произошло и, гадая, какие проблемы могут возникнуть у Регхара посреди ночи. Хотя с другой стороны, это же Регхар… Со своим импульсивно убийственным нравом и бурлящей магией огня в крови он проблем способен отыскать где угодно и в любое время суток. И я даже как-то не удивлена, что его проблемы приходится решать старшему брату.

***

Ночь выдалась долгой.

После того как Эриш ушел, я позвала знанилова и попросила его вновь принять облик книги по вымершим видам магии. Рыжий пушистик беспрекословно подчинился, поэтому на пару часов я выпала из жизни, полностью погрузившись в изучение магии возрождения. Прочла немного истории, которая упирается корнями в богов Анграхара, точнее, в одного из богов всего сущего – бога Хар, покровителя мертвых – который в свое время наделил избранных демонов и древних существ магией возрождения и открыл им дорогу в Анграхар.

Когда Брухо сказал, что магия возрождения «своеобразна», он оказался всецело прав. Но в тот момент я еще не догадывалась, насколько она своеобразна.

– Потомственные демоны возрождения, – прочла я на пожелтевшей странице книги, – обладают редкой способностью «перемещения», которая позволяет им проходить сквозь врата Анграхара в царство Вечной Тьмы или Света. Используя способность «перемещения», демон возрождения покидает свою телесную оболочку, чтобы найти душу почившего существа в мире мертвых и вернуть ее в мир живых (возродить), тем самым заменив своей магией дар бессмертия у не бессмертного существа. Нередки случаи, – заметила я пометку в углу страницы, – когда демоны возрождения навсегда оставались в Анграхаре, не в силах отыскать врата обратно в мир живых. Но так же известны случаи, когда во времена сражений с драконами высшие демоны возрождения настолько развивали свои магические способности, что могли за одно посещение мира мертвых вернуть обратно в наш мир под сотни душ, недавно почивших демонов и существ. – И дальше сноска: – Магия возрождения не имеет ничего общего с некромантией, магией жизни, смерти или природной магией, хотя сам принцип возрождения и использования замещающей силы является основополагающим для многих групп оживляющей и исцеляющей магии. Но если некромантия возвращает к жизни одно лишь тело, то магия возрождения возвращает душу, личность и сознание. На древнем языке магия возрождения именуется как магия, дарующая бессмертие, а на языке их-ра (язык священных духов) – как магия богов.

Пролистав несколько страниц с подробным описанием способности «перемещения» и способами перехода меж миров, я наткнулась на занятное предостережение:

«Перемещаясь в царство Вечной Тьмы, стоит остерегаться пожирателей душ и посланников бога Ан – бога равновесия. Первые несут неминуемую смерть и агонию, вторые – порабощение души на веки вечные.»

Захлопнув книгу, вывод я сделала один – в царство Вечной Тьмы ни ногой, никогда и ни при каких обстоятельствах. Да и вообще с этим «перемещением» проблем столько, что лучше к этой стороне магии даже не прикасаться и довольствоваться простыми заклинаниями, боевой защитой и бытовыми магическими способностями. Игры с богами и темными силами до хорошего не доведут.

Оставив знанилова в гостиной, я закрылась в спальне, опасаясь незапланированного наводнения и пижамной вечеринки с ордой мертвецов. Но добравшись до кровати, мысли тут же рассеялись, я свернулась калачиком под одеялом и заснула крепким сном. Правда, снились мне сегодня одни кошмары! Огромные скелеты и страшные чудовища, сверкающие во тьме глазами, призраки и жуткие когти, а еще дьявол с козлиной головой, но голосом Сэйна, и огненная геенна, в которую меня дьявол бросил гореть за грехи предков.

Проснулась я на рассвете, едва кровать из драконьего стекла начала раскаляться из-за восстающего над горизонтом демонического солнца Цэрбеса. Резко вынырнув из очередного ночного кошмара, где рогатые черти затаскивали меня в кипящий котел, я в ужасе подскочила на кровати и в панике начала озираться по сторонам, выискивая чертей с вилами. А когда поняла, что я в безопасности, в своей спальне, в кровати, а не в Аду, и все эти кошмары лишь дурной сон и следствие демонических будней плюс последних событий, медленно села и, тяжело дыша, попыталась успокоиться.

– Дурацкие сны, – проворчала я, вставая с кровати и направляясь в ванную. – Так и свихнуться недолго.

Знанилов дрых на обломке стеклянного столика. При моем появлении он вытянул мордочку из густой шерсти, лениво потянулся и снова завалился спать.

– Мертвецов нет, – обрадовалась я, убедившись, что никто не притаился за дверью ванной. – Что ж, и на этом спасибо.

В ответ едва различимое пофыркивание сонной морды.

После быстрого душа я покинула покои, плотно прикрыв дверь, но рунами ее не блокируя, как просил вчера Эриш, чтобы рабочие демоны гнезда смогли поправить беспорядок, учиненный знаниловом, насколько это вообще возможно, учитывая степень тотального разрушения гостиной и частичного ванной комнаты.

А уже ближе к обеду, когда наставник, пребывая в самом скверном расположении духа, видимо, из-за вчерашних проблем с женой и костяным зарго, с особым остервенением загонял меня и остальных учеников на арене до полуобморочного от усталости состояния, я забыла и о ночных кошмарах, и о голодном знанилове, и о событиях былого дня и думала лишь о том, как бы не отправиться в межмирье от удара боевым волкером по голове.

Сперва последовала утренняя разминка. Брухо разбил всех учеников по парам отрабатывать защитные позиции и атакующие приемы без использования магии. Меня поставил в пару с демоницей, той, что не слышит своих инстинктов, с молодой девушкой вида найта́са, которая обладает магией крови, носит золотую эмблему грифона на груди и живет в гнезде уже тринадцать лет, почти с младенчества. По словам Эриша, впервые найтаса попала в поле зрения Сэйна, когда охотники доставили ее в службу контроля – голодную, исхудавшую, на пороге смерти. Охотники нашли младенца в опустевшем поселении, удаленном от центральных жилых кварталов Цэрбеса. Родителей найтасы сожрал подземный жерль, впрочем, как и всех остальных жителей того забытого богами поселения. Магия найтасы исключительно редкая, да и сам вид найтаса находится на грани исчезновения, поэтому Сэйн взял демоницу под свое крыло. В три года найтаса начала обучаться у «знающих» гнезда, у не бессмертных демонов, которые многие столетия проработали в службе контроля или в сенате Цэрбеса и в итоге ушли на заслуженный покой, то есть стали «знающими», другими словами – учителями в преклонном демоническом возрасте. Никакой магии они детям не преподают, только общее образование, если можно так выразиться: история, языки, письменность, законы и прочее. А в пять лет демоница перешла на обучение к Брухо, который к тринадцати годам сделал из нее настающую воительницу.

О найтаса я читала в видовой книге. Демоницы этого вида, как правило, довольно-таки агрессивны. Найтаса рождаются лишь женщинами: они все имеют маленькие рожки, длинный хвост, глаза цвета ярких изумрудов и лиловый оттенок кожи. По сути найтаса являются почти собратьями эмпатов, только их обольщающие чары действуют исключительно на мужчин. И отнимают найтаса не отрицательные эмоции, как это делают эмпаты, взамен облегчая страдания, найтаса отнимают совершенно все чувства и эмоции, плохие и хорошие, превращая своих любовников в безэмоциональных марионеток, которые теряют смысл жизни и чаще всего отправляются в Анграхар после близости с демоницами коварного вида, потому как перестают есть, пить, спать, думать, и жизнь для них в целом превращается в серое бессмысленное пятно.

Но вопреки всему, что я узнала о найтаса, за прошедший месяц ежедневных тренировок более или менее сблизиться у меня получилось именно с молодой демоницей без инстинктов, которая своего имени не называет – у меня закралось подозрение, что у нее вообще нет имени – и предпочитает, чтобы к ней обращались по названию вида.

И еще с вампиром. Иногда мы обменивались с клыкастым парой-тройкой фраз в перерывах на арене… но смотрел на меня вампир слишком голодными глазами, и зубы свои острые постоянно облизывал, и на шею на мою при этом косился. Так что от вампира я старалась держаться на расстоянии.

Остальные же ученики анлихора относились ко мне с настороженностью, а кто и с нескрываемым презрением. Многие побаивались связываться с «избранной» господина всея Цэрбеса, другим просто не нравилась демоница хищного вида кьяни, а кто-то завидовал моей жизни в замке.

Но Брухо говорил:

– На арене все равны! И если я хоть краем глаза увижу, что вы мне здесь устраиваете противостояние видов и гонение на демониц, под себя будете ходить до скончания дней своих, которые уверяю вас, солнышки мои ненаглядные, в таком случае наступят очень и очень скоро.

Анлихора все боялись, анлихора уважали, анлихору не перечили, поэтому на меня и на найтасу хоть многие и поглядывали с недовольными рожами, но ни единого злого слова в нашу сторону еще никто не обронил. Дисциплина.

***

День сегодня не задался с самого утра.

За пару часов непрерывных сражений на арене наставник приласкал своим волкером каждого, кто отличался особой медлительностью, неправильно держал в руках оружие или валился на землю, чтобы хоть немного передохнуть.

– В Анграхаре передохнешь, ходячее ты недоразумение! – Брухо за шкирку вздернул с земли скалозуба, парня лет так десяти с огромными рогами и татуировкой на шее, черной руной для концентрации магической энергии, и, толкнув скалозуба к противнику, жестко приказал: – Сражайся! До победного! За периметром гнезда противник тебе руку не протянет и подняться не поможет, он проломит тебе череп и выжрет мозги.

Впрочем, сейчас противником скалозуба выступал вампир, который на арене показывал себя превосходно, и магией к своим шестнадцати годам владел не хуже взрослых демонов, и руническими татуировками для усиления магии, как у анлихора, тоже обзавелся, только в гораздо меньшем количестве, поэтому бедному скалозубу пришлось несладко. В Анграхар он, конечно, не отправился раньше времени, а вот в межмирье почти сразу – вампир был гораздо сильнее его и мощь свою не сдерживал.

– Любой новорожденный гахар догонит вас в мгновение ока и вырвет сердце, – наставник с силой ударил меня по ногам тупым концом волкера, проходя мимо нашей с демоницей пары, таким образом напоминая, что в позиции блокирующей защиты ноги должны быть согнуты в коленях, – если вы не научитесь владеть своим телом в совершенстве. Демоны превосходят другие расы существ за счет своей скорости – мы самые быстрые существа в Цэрбесе, даже кьяни и полудохлый скалозуб. За счет своих инстинктов, что позволяют нам предугадывать опасность и просчитывать риски, ведь инстинктов больше нет ни у одной разумной расы… драконов исключаем. – Брухо встал в пару с вампиром, почти сразу выбил у того волкер из рук и наградил болезненным ударом, после чего вампир со стоном рухнул на землю. – Чтобы стать лидерами Цэрбеса, как ваши предки, как большинство ныне живущих демонов, и низших и высших, вы должны овладеть всеми преимуществами нашей расы. Либо же сдохнуть поскорее, – предоставил простой выбор наставник, – и не позорить нашу величественную расу своим ущербным существованием. Вы либо лидеры пищевой цепи, – возвестил Брухо, поднимая меня с земли, когда я не успела заблокировать оглушающий выпад демоницы с разворота и в прыжке, – либо мясо для лидеров. Другого не дано – закон природы един для всех существ.

После разминки и сражений на волкерах последовала длительная пробежка от арены до горной реки, затем по берегу до северных скал и обратно до арены, а это, на минуточку, не один километр, и даже не пять, и не десять. Если встать спиной к арене и обратить взор в северном направлении, то чтобы увидеть скалы, подернутые зеленоватой дымкой защитного заклинания Сэйна, нужно быть очень глазастым или же иметь при себе какой-нибудь иномирный бинокль с неплохими такими диоптриями.

– Сонные мойри с поломанными крыльями и то летают быстрее, чем вы двигаетесь! – возмутился Брухо, то и дело подгоняя отстающих от нашего дружного, но уже, откровенно говоря, несчастного строя разрядами болезненных молний, которые срывались с пальцев наставника.

Дважды молнии прилетали мне в спину, едва я начинала отставать от бегущего впереди демона, и ощущения от них, надо заметить… ну просто непередаваемые… никогда не втыкала пальцы в розетку, но, кажется, теперь я знаю, каково это… В общем, третьей молнии я дожидаться не стала и вырвалась вперед к вампиру, подальше от Брухо.

Первый круг все держались хорошо. А вот уже на втором многие начали сбавлять темп, спотыкаться и молить о пощаде, то есть о том, чтобы тренировка поскорее закончилась. Стыдно признавать, что я была в их числе, но тем не менее бежать продолжала, как и остальные. Никому не хотелось получить разряд магии от анлихора.

– У меня сейчас сердце остановится, – простонала найтаса. – Еще один круг я не выдержу…30f6fc

Я ответить ей не смогла, я сама едва дышала, в глазах роились черные точки, и ноги налились свинцом. За меня ответил вампир, у которого ни капли пота на коже не выступило, и, вообще, складывалось у меня такое впечатление, что пробежка для него была в сущее удовольствие. Ну подумаешь, сорок километров! Солнцепек и адская жарища!

– Какое именно из трех сердец у тебя остановится, прекрасная найтаса? – вампир замедлился, сбивая строй, чтобы бежать рядом с нами… и, видимо, издеваться. Один его бодрый вид вызывал немое раздражение.

– Все три остановятся! – отозвалась демоница сбивчивым полушепотом. – Разом!

И упала на колени.

И я уже было хотела рухнуть на землю следом за ней, как вампир подхватил меня за локоть и потянул вперед.

– У меня сердце только одно! – предупредила я, оббегая демоницу. – И оно не железное!

– Так тренируй его, – посоветовал черноглазый парень, – больше нагрузок, больше магии. Знаешь, как демоны познают свои силы? – спросил он, снова подхватывая меня за локоть. – И физические, и магические? Да и ментальные тоже?

Я глубоко втянула носом воздух. Выдохнула. Снова втянула. Выдохнула. И побежала дальше по берегу реки, уже смутно различая дорогу из-за соленого пота, который заливал глаза, катился по лицу, по всему телу.

– Без понятия, – созналась я. И, глянув на вампира, у которого кожа на солнечном свете становилась неестественно бледной, гладкой, будто фарфоровой, уверенно заявила: – Но думаю, ты сейчас… фу-ух… мне расскажешь.

– Ага. – Вампир кивнул. – Мы познаем свои силы, когда начинаем искать их предел. Например, твое, – парень окинул меня голодными глазенками и облизнулся, – аппетитное тело может бежать куда быстрее, при этом не чувствуя усталости – любое демоническое тело так может.

– В данный момент мое аппетитное тело… у-ух… щас сдохну… хочет лечь на землю и отчалить в мир иной.

– Сдохнуть в присутствии вампира, – расхохотался этот, раздражающе бодрый, – ты чего? С ума сошла? Душу мне не трави! Я же о-о-о-очень голоден. Не могу больше хлебать синтетическую кровь! Меня от нее тошнит! А твое теплое и бездыханное тело, м-м-м, вкуснятина. Изысканный деликатес из крови молодой кьяни! – Кое-кто клыкастый ко мне приблизился, кое-кто клыкастый ко мне принюхался и попытался лизнуть шею раздвоенным, как у гадкой змеюки, языком.

Я вздрогнула и ускорилась. Сама от себя не ожидала, ведь секунду назад казалось, быстрее бежать я уже ни за что не смогу, ан нет. Жить захочешь, и силы найдутся. Донором крови для голодных существ кровососущих я становиться не планировала!

Вампир от моей реакции хохотал долго. Потом успокоился и сказал, посмеиваясь:

– Возвращаясь к теме познания силы. Ни один демон не подозревает о своих физических возможностях, пока не начинает искать их предел и, соответственно, развивать. Но знаешь в чем главный секрет, мой сочненький деликатес? – Вампир обнажил клыки в загадочной улыбке. – У нас нет никаких пределов! Ни у одного демона нет рамок, ограничивающих возможности его тела! Ты можешь бежать так быстро и так долго, как только захочешь. Можешь летать, как прорежутся крылья, так далеко и так высоко, – вампир раскинул руками, – как только ты этого захочешь. Можешь спрыгнуть с самой вершины башни контроля и остаться невредимой, потому что тело твое невесомо в полете и обладает инстинктивным раскрытием крыльев. Нужно лишь приложить не-е-емного усердия, чтобы перейти мнимый предел. – Вампир похлопал меня по плечу, развернулся и весело пожелал: – Ну все, удачно тебе оставаться в рамках! Я побежал за их пределы.

Я пораженно ахнула. Вампира и след простыл. Я успела только моргнуть, а он уже оказался у скал, преодолев нешуточное расстояние быстрее порыва ветра.

Кстати, найтаса отдыхала недолго. Брухо, который следовал за нашим строем верхом на черном грифоне, очень похожим на Драгона, только с более массивными лапами и серебристо-серым окрасом, потоком воздуха скинул развалившуюся на земле найтасу в горную реку прямо с обрыва. Как она кричала, слышали все… барахталась в быстром и смертоносном течении, уходила с головой под воду, выныривала, отплевывалась и звала на помощь, старалась ухватиться за камни, но пальцы соскальзывали, и течение неминуемо несло ее к водопаду у северных скал. И вот глядя на найтасу, желание отдыхать у всех учеников отшибло разом. И наш распавшийся строй вновь стал дружным и успешно, хоть и с горем пополам, преодолел и второй, и третий многокилометровый круг. А если кто и падал, то тут же взвивался на ноги и бежал дальше.

Вот это я понимаю, коллективная, мать ее, мотивация!

В замок я вернулась еще засветло. После своеобразной лекции о видах боевых заклинаний, о защитных энергетических барьерах и о пульсирующих шарах смерти, в воссоздании которых завтра всем ученикам, владеющим магией, предстоит практиковаться, наставник решил, что на сегодня с нас более чем достаточно. Многие уже и вечернюю лекцию были не в состоянии слушать. Хотя ученики постарше, такие, как вампир, были готовы и еще на один забег сорваться, и на волкерах с наставником сразиться, и инстинкты свои подтянуть благодаря костяным псам, поэтому, когда Брухо всех отпустил, они остались на арене, в надежде уговорить анлихора еще позаниматься, но уже в индивидуальном порядке.

Вернувшись в замок, первым делом я направилась в столовую, благо для приближенных она была открыта тридцать шесть часов в сутки.

Из-за долгих тренировок до позднего вечера мне всегда приходилось ужинать с толпой избранных демонов Сэйна. У жителей замка принято спускаться к ужину с наступлением сумерек. К счастью, от меня никто не требовал поддерживать традиции замка и следовать установленным в обиталище стихийника негласным правилам приближенных. Поэтому сегодня я впервые ужинала в спокойной обстановке, без прожигающих затылок взглядов, наполненных ненавистью демониц, и пошлых ухмылок бессмертных демонов.

Покончив с трапезой, которая внезапно обрела вкус и перестала быть до отвращения пресной – что, в общем-то, поразительно, ведь еда не изменилась, рацион в гнезде вообще меняется редко (съедобных овощей или фруктов в Цэрбесе крайне мало, а еще меньше животных, чье мясо можно употреблять в пищу без опасений), видимо, все дело в компании, точнее в отсутствии компании приближенных, которые с меня глаз не сводят, будто так и ждут, что я подавлюсь и сдохну всем на радость, – я поднялась в свои покои, где меня ожидал приятный сюрприз.

Никакого погрома в гостиной словно никогда и не было. Трещины на стенах пропали, как и копоть, белоснежные диваны стояли на своих местах нетронутые, кресло и журнальный столик вернулись в первозданный вид. Но главное даже не это… посреди гостиной сидел знанилов и довольно урчал. Передними лапками он безжалостно вырывал страницы из невесть откуда взявшейся книги – хотя, полагаю, не обошлось без Эриша – тут же отправлял их в маленькую зубастую пасть и с удовольствием поглощал, причмокивая.

До вечера я просидела в спальне, листая видовую книгу магических существ, которую, да-да, знанилов, видимо, когда-то сожрал. Свободное время, которое раньше в гнезде у меня появлялось нечасто, я посвятила изучению демонов и прочих существ, населяющих недружелюбный родной мир, в котором мне предстоит жить долго… надеюсь, что долго, а не до раскрытия крыльев… и со всеми этими существами как-то ладить, ну или хотя бы уметь их различать и знать, какую угрозу представляет тот или иной вид существ.

Затем открыла руническую энциклопедию Брухо. То, что однажды анлихор спросит с меня все эти руны и заставит объяснить их значение, и вероятно, еще и применить, я не сомневалась. Как и не сомневалась в том, что наставник вышвырнет меня с арены и из числа своих учеников раз и навсегда, если я о боевых рунах ему ничего рассказать не смогу. Все же Брухо излишне принципиален, что для любого анлихора вполне естественно.

Когда за окном наступила ночь, бескрайнее небо Цэрбеса заволокли звезды, и в долине перед замком заиграли светлячки, я выпустила знанилова в гостиную, а сама решила наведаться в библиотеку. Обычно в такое время мы встречались с Эришом, но сегодня старший сын инспектора был либо занят в службе контроля, либо все еще разбирался с проблемами Регхара.

Побродив в одиночестве между высоченных стеллажей и парящих в воздухе книг, я вернулась к себе в комнаты и продолжила изучение рун.