Глава 12 · Как я изучала хранилище артефактов

Руки делали все сами, а мысли были заняты совсем другим. Я упорно пыталась вспомнить, о чем думала, когда открывала этот чертов шкаф? Почему там оказался столь странный наряд? Да Бог его знает! Наверное, я тогда настолько устала от корсета, что была готова примерить на себя все, что угодно — хоть платье из веселых кварталов, хоть костюм мушкетера.

Под размышления я вытащила из пузырька с зельем пробку и щедро окропила содержимое подноса, чуть замешкалась, на всякий случай засунула в туфлю и сам флакон, а после со всем «натюрмортом» направилась к камину.

Там опустилась на колени, подкинула в прожорливую пасть пару полешек и отряхнула руки. Дело осталось за малым. Нужно было запалить огонь. Как у меня это вышло в прошлый раз? Я нахмурила брови. Кажется, надо погладить каминную решетку и попросить? Да не вопрос!

Я коснулась пальцами закопченного металла и вслух произнесла:

— Миленький, мне очень нужен огонь. Пожалуйста, не упрямься.

И тут же заулыбалась. Камин был послушным. По старым углям пробежалась искра, вонзилась в новую древесину и заалела жаркими языками пламени. Очень скоро огонь полыхал вовсю, жадно похрустывая дровишками. Я не стала ждать, пока он догорит, засунула поднос внутрь почти до половины и наклонила.

Роза, туфля, перо и иже с ними бухнулись вниз, подняв в воздух серую взвесь. А я, памятуя о прошлом разе, быстро поднялась и отошла в сторону, чтобы не мешать появлению феникса.

Как оказалось, вовремя — пламя выплеснулось наружу, обдало все вокруг жаром и взметнулось под потолок горящей птицей. Миг, и перед камином встал Гамлет.

— Быстро вы на этот раз управились, — сказал он с извечной своей нахальной улыбкой.

— А чего тянуть? — в тон ему ответила я. — У Ули, как выяснилось, было заготовлено еще одно заклятие.

— Очень предусмотрительно.

Гамлет со смаком потянулся, лукаво меня оглядел, а после сгреб в охапку и от души расцеловал. На радостях я даже и не подумала сопротивляться.

* * *

Это вышел весьма сомнительный рекорд. Так быстро я еще никогда не попадала в постель ни к одному мужчине. Сказать по правде, в этом вопросе у меня вообще был не слишком выдающийся опыт.

Так что сейчас я лежала под боком самого красивого мужчины в моей жизни и ни о чем не жалела. Просто была неожиданно счастлива.

Гамлет мурлыкал себе под нос нечто веселое и бодрое. Я изучала взглядом книги на стеллажах, заранее прикидывая фронт работ. И чем больше смотрела, тем яснее понимала, что вкалывать придется, как рабам на галерах. В конце концов не выдержала и спросила:

— Чем займемся, как встанем?

Феникс оборвал мотивчик и тут же предположил:

— Ты мне покажешь стриптиз?

Кто о чем, а вшивый о бане! От возмущения я едва не лягнула его пяткой.

— Гамлет! Я серьезно.

— А что? — тон у него стал совсем мечтательный. — Между прочим, я его не досмотрел! Могла бы и повторить.

— Если еще хоть слово скажешь про стриптиз, — предупредила я почти серьезно, — получишь в лоб.

— Угу, — феникс приподнялся на одном локте, глянул просительно и проговорил, — сначала в лоб, а потом? Неужели все равно не покажешь?

Вид у него был такой умильный, что я не сдержалась и сдавленно хрюкнула.

— Я подумаю. Если ты будешь хорошо себя вести…

Гамлет понял мои слова как-то совсем неправильно, ловким движением перевернулся, навис надо мной и принялся со смаком покрывать поцелуями. Я тут же растаяла, как пломбир под солнцем.

— Примерно так? — поинтересовался феникс между делом.

Я едва вынырнула из сладкого дурмана, заставив себя говорить.

— Не совсем… Я другое имела ввиду… Но это тоже пойдет.

Феникс громко фыркнул мне в живот, заржал и вернулся на подушки.

— Какая ты непоследовательная.

Я тут же надулась, правда, ненадолго.

— Ну я серьезно. Дел у нас невпроворот. И с заказом, и с твоими превращениями.

Моими словами тут же заинтересовались. На этот раз без шуточек и подколок.

— Уля тебе что-то рассказала?

— О чем именно?

— О том, как вернуть меня в человеческий облик?

— Не совсем. Только намекнула, что нужно искать информацию о каком-то там сердце феникса. Дескать, это может нам помочь. Только ничего конкретного она и сама о нем не знала.

— А где искать?

— Там! — Я ткнула пальцем в нужную сторону спальни. — На этих стеллажах собрано все, что Уля смогла найти о фениксах.

— У-у-у-у…

Это «У» получилось у него совсем невеселым.

— А тут что? — мужской палец показал на книжные полки с другой стороны кровати.

— А здесь все, что нужно для агентства.

Феникс вновь обнял меня и вздохнул.

— Да нам лет сто понадобится, чтобы все это перечитать. С чего предлагаешь начать?

Я чуть поразмыслила и ткнула пальцем в агентство. Гамлет определенно поразился моему выбору.

— А почему?

Я оттолкнулась от него ладонями, выползла из объятий и уселась.

— Мне тут пришла в голову гениальная мысль.

— Какая? — спросил он скорее для приличия.

— Как я поняла из договора, у Ули вся работа зависела от магических артефактов. Так?

Гамлет кивнул и подтвердил вслух:

— Так. А что?

— Уля их делала сама или покупала готовые?

— По-разному. Но чаще сама. Ей нравилось изобретать что-нибудь новенькое.

— Вот! — сказала я с торжеством и уткнула в него палец. — А если и нам с тобой попробовать изобрести такую штуку, которая поможет разыскивать в библиотеке нужную информацию?

* * *

Легко сказать, изобрести! Ха! Три дня пролетели, как один миг. Столько я не читала ни разу в жизни. Голова пухла от новых знаний. Жаль, только нужного в них почти что не было.

К концу третьего дня, когда я уже была готова психануть, Гамлет вдруг отнял у меня очередной гримуар и сказал:

— Офелия, все, хватит, успокойся. Нам нужно переключиться на что-то другое. Завтра придет чета Амброуз, а у нас ничего для них не готово. Что ты собираешься им говорить?

Я на миг застыла, а потом выдала убито:

— Вот же зараза, я совсем про них забыла! Погоди, где-то тут мне попадалась книга про зачарованные сады!

Я обернулась к стеллажу и принялась заполошно шарить по полкам. Гамлет вздохнул, поднял с пола фолиант в тисненном золотом переплете и протянул.

— Эта?

Я мельком глянула на обложку. Там значилось: «Практика получения волшебных парков и садов». Радостно воскликнула:

— Она!

И попыталась выхватить добычу из цепких пальцев. Феникс мне не позволил. Он проворно поднял руку вверх и велел:

— Пойдем-ка вниз, моя дорогая. На дворе почти ночь, а ты еще не обедала. И имей ввиду, пока не поешь, я тебе это, — он выразительно постучал пальцем по обложке, — не отдам.

— Но Гамлет!

— Никаких «Но». Не хватало еще, чтобы ты тут ноги протянула. Пойдем, пойдем…

Он обхватил меня свободной рукой за талию и принялся подталкивать к двери, попутно ворча:

— А будешь спорить, я тебя свяжу и накормлю силой!

Вот как тут не сдаться? Я оглядела книжные завалы и понуро побрела к выходу. Мой живот в такт шагам взрыкивал обиженным бурчанием, словно был с вредным фениксом заодно.

* * *

Уже внизу, стало понятно, что Гамлет, как всегда, прав. Едва показалась кухня, у меня разыгрался дикий аппетит. Я шустро метнулась в туалетную комнату и вернулась обратно. В самом центре стола уже стояло большое блюдо, накрытое серебряным колпаком. Рядом пыхал паром пузатый чайник. Белели кружевные салфетки. В низеньких фарфоровых чашках темным янтарем благоухал чай.

Я уселась за стол, залпом выдула чашку и восторженно выдохнула:

— Боже, какое блаженство!

Феникс заулыбался:

— Ты еще не видела, какой сюрприз я тебе приготовил!

Вид у него был до жути загадочный и довольный. Я махнула рукой и разрешила:

— Показывай! Я сейчас готова съесть все, что угодно.

— Ловлю на слове!

Гамлет картинно приподнялся и медленно-медленно принялся поднимать крышку. В воздухе разлился божественный аромат. Пахло грибами, чесночком и чем-то еще ужасно знакомым.

Я нетерпеливо оттолкнула его руку, заглянула внутрь и удивленно приоткрыла рот. На блюде в узеньком кольце из золотистого риса лежало нечто поджаристое, аппетитное, но мне незнакомое.

— Что это? — осторожно уточнила я.

Улыбка Гамлета стала триумфальной:

— Фаршированные кальмары.

— Кальмары? Никогда бы не догадалась.

Дальше меня можно было не уговаривать. Не дожидаясь помощи, я проворно набрала себе целую тарелку и принялась уплетать за обе щеки.

Гамлет, посмеиваясь, положил себе ложку риса и добавил один зажаристый кусочек и взялся за вилку.

— Нравится? — спросил он, наблюдая, как я урчанием голодного пса вонзаю зубы в деликатес.

— Восторг! — я была совершенно искренней. — А что будет на десерт?

— Что пожелаешь, — легко разрешил он.

— Правда? — Я на миг отложила нож и задумалась. — Хочу попробовать твое самое любимое пирожное!

Он неожиданно поморщился.

— Прости, я не слишком люблю сладкое. Могу добыть любимое пирожное Ули.

— Давай, — согласилась я.

Феникс направился к заветному шкафчику и скоро вернулся с чем-то пышным, взбитым, но неожиданно голубым.

— Называется: «Седьмое небо», — сказал он совершенно серьезно, — попробуй, тебе должно понравится.

Я молча кивнула и оглядела остатки кальмара, прикидывая про себя, влезут ли в меня еще и небеса. Потом решила, что влезут и вновь взялась за нож.

* * *

Пирожное вполне оправдало свое название. Сытая и довольная я ковырялась в вазочке крохотной серебряной вилкой и отправляла в рот по кусочку «неба». Любимое Улино лакомство моментально таяло, растекаясь по языку. Сначала легко пощипывало нёбо, потом разливалось приятным теплом. Мне не с чем было его сравнить. И это казалось прекрасным.

Гамлет уже успел убрать со стола, оставив лишь чайник и чашки. Теперь вместо блюда с кальмарами по центру лежал мой договор. И открыт он был на последних страницах.

— Я тебе очень советую поискать здесь.

Феникс указал на испещренные текстом страницы.

— Если посмотришь, то поймешь — Уля все разбила для удобства по разделам. И здесь почти три страницы артефактов для садовой магии.

Я придвинула договор к себе и принялась медленно вести пальцем поперек строк, стараясь глазами отыскать нужное. А Гамлет все говорил.

— Выберешь, что нам больше подходит. Потом я тебя отведу в хранилище.

Я подняла голову от текста и растерянно уточнила:

— А как я в этом хранилище узнаю нужный артефакт?

Он усмехнулся:

— Без проблем. Видишь, возле каждого из них стоит номер.

— Вижу, — я украдкой заглянула в конец договора и изумленно присвистнула. Последним в списке значились «Крылья фей» под номером 246. И вновь подняла глаза на феникса: — Ничего себе! Для чего так много?

— Здесь все самое необходимое, — Гамлет придавил листы и опять ткнул пальцем в нужный раздел, — ищи, не отвлекайся.

Я показала ему язык и послушно побежала глазами по строчкам.

— Так вот, — сказал он, — в хранилище все артефакты хранятся в коробах с такими же номерами.

— Это разумно, — согласилась я, перевернула страницу и почти сразу воскликнула: — нашла!

Гамлет легко поднялся, обогнул стол и встал у меня за спиной.

— Что нашла?

— Вот! — Мой палец постучал по нужному месту. — Свирель Фавна.

Потом чуть спустился вниз, а я прочла вслух:

— Помогает вернуть утраченную гармонию зачарованным садам и паркам.

Гамлет шумно выдохнул, от души чмокнул меня в затылок и выдал:

— Умница! Я в тебе ни минуты не сомневался.

Только мне в его голосе почему-то послышалась ирония.

* * *

До сих пор не понимаю, как нам удалось не поругаться? Сказать по правде, я очень старалась — буквально нарывалась на скандал. Но Гамлет на каждый возмущенный вопль отвечал неизменным поцелуем. А попробуйте злиться, когда жадные губы не дают вам и рта раскрыть.

Но давайте обо всем по порядку.

Для начала мы не сговариваясь рванули к хранилищу — по лестнице на второй этаж, потом мимо распахнутых дверей спальни, налево, до самого торца.

В конце крыла остановились у ничем непримечательной двери. Гамлет хлопнул в ладоши, зажигая свет, и провел меня внутрь в царство бесконечных стеллажей. На полках действительно стояли короба и коробочки. Большие и маленькие. Всех мастей и форм.

Тут-то и выяснилось, что ни я, ни феникс не запомнили номера артефакта. И я возмутилась первый раз, за что была нахально зацелована. Когда удалось вырваться из объятий и слегка отдышаться, я поняла, что договор остался внизу, возмутилась опять и получила новую порцию поцелуев.

Зато потом Феникс совершенно добровольно упорхнул вниз добывать инструкцию. А я пошла вдоль рядов, заглядывая по очереди то в одну, то в другую коробку. И с каждой новой находкой изумлялась все сильнее. Внутри лежали непонятные штуки, не похожие ни на что. Не было там ни флейты, ни свирели, ни крыльев.

Зато обнаружился странный моток проволоки с вплетенными в него живыми розовыми бутонами. Четыре деревянные рамочки, лежащие одна внутри другой, как матрешки. Не прикрепленные друг к другу ничем, но при этом неожиданно монолитные. Я их честно попыталась разъединить, не смогла, а потом вдруг испугалась, что сломаю, и вернула на место. Еще были конфетные фантики, привязанные на разноцветные шнурки и заплетенные в затейливую косу. Потом нечто, похожее на мелко наструганное мыло. Дальше ожерелье из сверкающих крыльев жуков.

Добила меня крышка от чугунной кастрюли с десятком рваных дыр по середине. В две центральные дыры, как серебристая ленточка, была продета вилка, а после завязана изящным узлом.

Я решила, что на этом экскурсию стоит закончить, убрала непонятный агрегат на место, плотно прикрыла короб и отошла к порогу.

В голове крутились строчки песни и далекого теперь мира: «Я его слепила из того, что было». Навязчивый мотивчик повторялся раз за разом.

— Принес! — раздалось сзади.

Я вздрогнула, обернулась и вспылила в третий раз:

— Ты нарочно что ли подкрадываешься? Я испугалась! Я…

Гамлет расплылся в исключительно довольной улыбке, проворно сунул на полку и книгу, и договор, вновь полез целоваться. Я выждала очередной прилив нежностей и спросила уже без возмущения:

— Ты теперь каждый раз так будешь?

— Да, — уверенно подтвердил он.

Тьфу! Что за напасть? Я нахмурила брови.

— Ты совершенно невыносим. С тобой невозможно ругаться!

— Я знаю.

Из груди моей вырвался тяжкий вздох.

— Хорошо, — сказала я, — показывай, что принес.

* * *

В договоре свирель значилась под номером «148». Я тут же пробежалась вдоль стеллажей и с удивлением поняла, что оказалась возле короба, который только что закрыла. Глаза мои откровенно полезли на лоб. Палец ткнулся в серый картон.

— Это свирель? Да они тут все с ума посходили!

— Что не как? — заинтересовался Гамлет. Хорошо хоть целоваться опять не полез.

— Все не так! Сам открой и посмотри.

Меня аккуратно сдвинули в сторону. Феникс открыл коробку и извлек дырявую крышку. Глаза его стали такими же изумленными, как и мои. Он покрутил непонятную штуковину в руках, потрогал завязанную узлом вилку, многозначительно хмыкнул и произнес:

— Согласен, со свирелью они слегка погорячились.

— Слегка? — обозленно выпалила я. — Ну знаешь! Лучше скажи, как ею пользоваться?

— Да кто ж его знает?

На возмущение уже не хватило сил. Феникс утешающе чмокнул меня в щеку и решил смилостивиться:

— Ты в книжке своей посмотри. Не зря же я ее сюда тащил.

И правда! Чего это я?

Я подхватила с полки гримуар, засунула его подмышку. В другой руке зажала договор и приказала Гамлету:

— Забирай эту, хм, «свирель». Пойдем в спальню.

— Зачем? — тут же заинтересовался феникс.

— Затем! — остудила я его пыл. — Там света больше.

Гамлет подхватил крышку, напялил ее себе на маковку на манер соломенной шляпки и притворно вздохнул:

— Вот умеешь ты, Фелечка, сначала обнадежить, а потом все испортить!

Я только фыркнула в ответ и вышла из хранилища.