Глава 13 · Как я попала в зачарованный парк
Гамлет тихо сопел рядом. Он разбросался на бордовых простынях, скинул с себя одеяло. Во сне феникс казался совершенным творением гениального скульптора. Каждая линия его тела была прекрасна.
Я тихонько вздохнула и укрыла его, чтобы не отвлекаться на наготу. От касания ткани Гамлет завозился, перевернулся на бок, перехватил мою ладонь, устроил ее себе под щеку и снова затих.
Мне пришлось чуть выждать. Не хотелось нечаянно разбудить мою нежданную любовь.
Любовь… Эта мысль вызвала у меня грустную улыбку. Кто бы мог подумать, для того, чтобы стать счастливой, мне понадобилось всего лишь попасть в другой мир, примерить на себя чужую личину, и оп! Я осторожно вытянула пальцы из-под шершавой щеки, поправила у себя под спиной подушку, уселась по-турецки и опять взялась за книгу.
Мне ужасно хотелось расцеловать Улю, сказать ей спасибо. Ее библиотека была настоящим сокровищем. Мне, конечно, пришлось основательно потрудиться, но я нашла подробную инструкцию для артефакта. Нашла и поняла, для чего он нужен.
Все оказалось на так уж сложно. И в голове моей начал складываться план. А тревога и ожидание неминуемого провала потихоньку таяли. Я заново перечитала нужную статью, окончательно уверилась в своих силах, загасила волшебные свечи, опустила книгу на пол, и сама уплыла в мир сновидений.
Утром мне предстояло впервые выполнить магический заказ.
* * *
Феникс проснулся первым. Я самым бессовестным образом пропустила его пробуждение. Он не стал меня будить, тихонечко спустился вниз, накрыл стол. Даже умудрился притащить из сада цветы.
Лишь когда до прихода клиентов оставался час, я почувствовала на плечах его поцелуи.
— Фелечка, вставай.
— Не хочу!
Я попыталась зарыться в одеяло с головой, но не смогла. Сильные руки не дали мне этого сделать.
— Офелия, подъем! — скомандовал зычный голос.
Спросонья мне показалось — произошло неч-то страшное. Я подскочила и уселась на кровати, заполошно хлопая ресницами.
— Что случилось?
— Почти ничего, — заявил довольный феникс. — Это я тебя бужу.
— Будишь? Да за такие шутки…
Договорить мне опять не дали. Гамлет применил надежное оружие, и я замолкла под его поцелуями. Когда же смогла освободиться, вновь возмутилась:
— Ну, знаешь!
— Еще скажи, что тебе не нравится!
Он ехидно улыбнулся, но почти сразу принял серьезный вид и протянул мне домашнее платье.
— Одевайся. Скоро придут Амброузы, а ты еще не готова.
Я продела руки в рукава, завязала под грудью пояс.
— Скоро это когда?
Феникс зачем-то глянул на окно, словно там внезапно обнаружились часы.
— Через сорок минут.
— Когда? Да ты шутишь? Я же не успею!
Успеешь, если постараешься.
— Ну знаешь! — привычно начала я, но тут же замолкла, потому что успела усвоить, чем это обычно заканчивается.
Совершенно добровольно сорвалась с постели и понеслась вниз.
* * *
Не поверите, успела! Через двадцать минут я уже перебирала наряды в гардеробной. Со шкафом из спальни за прошедшие дни отношения у меня так не наладились. Раз за разом он выдавал знакомый костюм из веселых кварталов. Поэтому за одеждой каждый раз приходилось топать по старинке, ножками.
Гамлет стоял рядом и дирижировал процессом, чтобы я ненароком опять не напялила какое-нибудь неподобающее одеяние. Правда, и по поводу подобающих у нас постоянно случались споры. Гамлет норовил на меня напялить нечто вычурное и помпезное. Я же пыталась найти что-нибудь попроще.
Сговорились мы на повседневном темно-зеленом платье без сотни рюш и кучи нижних юбок. В таком наряде я не чувствовала себя бабой на чайник. В нем было довольно удобно.
И лишь одно серьезно портило мне настроение — от корсета отвертеться опять не удалось. Ну не ходили здесь приличные дамы без этой варварской сбруи. Зато под платье я разумно надела штаны от амазонки. Кто знает, что ждет нас в зачарованном саду рода Олдрич?
Гамлет собственноручно меня зашнуровал, ломая ногти и поминутно чертыхаясь под нос. Чем слегка поднял настроение. Не мне же одной страдать! Пусть тоже немного помучается. А его потом в утешение поцелую.
Еще через пятнадцать минут мы доедали завтрак, суматошно запевая чаем. Едва все успели убрать со стола, как запел соловей. Лорд Амадей и леди Оливия пришли на пять минут раньше срока.
Я испуганно замерла. Мелодичная птичья трель начисто лишила меня уверенности. Гамлет это уловил и ободряюще подмигнул:
— Не трусь, — приказал он. — Дамы рода Блумм ничего не боятся.
У меня вырвалось:
— А я не этого рода!
— Не важно, — отмахнулся он. — Доставай свои заумные книжки, а я пойду встречать гостей.
Едва феникс скрылся из вида за цветочной стеной, я поморщилась, как от зубной боли. С трудом поборола желание сбежать и спрятаться. Разложила на столе книги и договор, а сверху, для завершения композиции, водрузила дырявую крышку.
После уселась с важным видом, накрепко сцепив под столом пальцы и ничуть не заботясь о том, какое впечатление на неподготовленных людей может произвести мой натюрморт.
* * *
Пока я ждала появления клиентов, окончательно переволновалась. А потому, как только увидела знакомые лица, ткнула пальцем в стол и выпалила сразу, не отвлекаясь на приветствия:
— Мы с вашим парком легко разберемся. У меня даже свирель для этого есть. Только ответьте на один вопрос!
Гамлет подозрительно хрюкнул и прикрыл глаза ладонью. Леди Амброуз обескураженно захлопала ресницами. Голос подал ее супруг:
— Прошу прощения, какая свирель?
Я постучала пальцем по испорченной крышке и важно пояснила:
— Свирель фавна!
А после окинула всю компанию взглядом победителя. Что тут может быть непонятного, ей богу?
Гамлет хрюкнул повторно и быстро отвернулся. Ошарашенная дама, подгребла муженька под локоть и поспешно проговорила:
— Простите, леди Офелия, но мы, наверное, пойдем. И денег нам возвращать надо!
А после начала осторожно пятиться назад.
— Но погодите! — взревела я, вскакивая со стула. — А как же вопросы?
Леди взвизгнула и спряталась за спину супруга. Гамлет заржал в голос.
Я была так удивлена, что не поняла, как на все это реагировать. Сумасшедший дом какой-то!
— Погодите…
Я протянула руку, сделала шаг вперед и замерла. Леди Оливия пронзительно взвизгнула. От этого звука вздрогнули все, а я, на всякий случай шарахнулась назад.
— Мы пойдем, — повторил лорд Амброуз.
— Подождите! — Гамлет проглотил последний смешок. — Стойте, вы все не так поняли!
Он решительно подошел к столу и поднял крышку, выставив ее перед собой, как щит.
— Леди Офелия не хотела вас пугать. Она совсем упустила из вида, что вы не знаете названия артефактов. Эта штука, — феникс показательно покачал крышкой в воздухе, — называется «Свирель Фавна». И она действительно нужна для того, чтобы вернуть гармонию в зачарованный парк.
Я от досады прикусила губу и мысленно отругала сама себя: «Вот же балда! Людей перепугала. Не мудрено, что меня сочли чокнутой. Вон как эта дамочка перепугалась».
Пришлось натянуть на лицо дежурную улыбку и проговорить елейным голосом:
— Прошу прощения, я так хотела поделиться с вами радостной новостью, что слегка перестаралась.
Супруги переглянулись. Было видно, что им ужасно неловко.
— И вы нас извините, леди Офелия. Мы неправильно вас поняли. — Лорд Амброуз нежно поднял ладонь супруги и поцеловал. — Дело в то, что леди Оливия ужасно расстроена. Мы вновь пытались попасть в дом дядюшки и едва не поплатились за это жизнью. Там творится нечто странное. Этот ужасный парк пытался нас убить!
Он замолчал, оглядел скептическим взглядом «свирель» и осторожно уточнил:
— Вы уверены, что это нам поможет?
— Абсолютно, — заверила я. — Но мне нужно задать вам вопрос.
Наши визитеры окончательно успокоились, расселись за столом. Гамлет чуть подумал и вытащил из шкафчика поднос с напитками.
— Какой вопрос, леди Офелия?
Ко мне обратились два внимательных лица. Я мило улыбнулась.
— Дело в том, что зачарованные парки практически живые. А еще они чрезвычайно обидчивы. Постарайтесь вспомнить, не говорили ли вы чего-нибудь такого, что могло оскорбить или напугать…
Я осеклась, не договорив. Оливия виновато потупила взор, а лицо ее мужа основательно вытянулось.
— Я угадала? Я права?
— Думаю, да, леди Офелия. Как бы это сказать, когда мы увидели парк, то решили, что лорд Олдрич основательно его запустил. Но Оливия никого не хотела обидеть! Это вышло случайно.
— Что она сказала? — тут же перебил поток бесполезного словословия Гамлет.
— Сущую ерунду. Она подумала, что было бы неплохо, спилить все старые деревья, а на их месте посадить розы и сделать лужайку…
Я машинально положила ладонь на книги и восхитилась — Уля была абсолютно права. Парк просто-напросто защищал себя. А мне теперь предстояло его утешить и успокоить. А еще…
Я вновь обратилась к клиентам:
— Я вам помогу. Но сначала придется извиниться перед парком и пообещать ему, что вы ничего не станете пилить.
* * *
Дожидаться лучшего времени не стали. Гамлет быстро сбегал на второй этаж, вернулся оттуда с дорожной сумкой. Сразу после этого мы направились на виллу лорда Олдрича.
Чету Амброуз у ворот ждал личный экипаж, и места там было вполне достаточно для четверых. Мы расселись по парам, разделенные узеньким столиком. Мужчины затеяли разговор. Леди Оливия заметно нервничала, хмурила лоб, теребила в пальцах платок. Я же просто смотрела в окно.
В этом городе мне все было в новинку. И далекие горы, и старинные домики, и мостовая. Да что там говорить, даже этот экипаж, в котором мы сейчас мерно тряслись по дороге.
Я с любопытством рассматривала наряды дам, необычные вывески, цветы в открытых окнах, и думала, что здесь совсем не плохо. Если, конечно, у тебя есть зачарованный дом, оставленный в наследство доброй тетушкой. Если повсюду такое удобное волшебство, если рядом собственный феникс.
Гамлет словно почувствовал, что мысли мои обратились к нему, обернулся, глянул сочувственно и подмигнул. А я неожиданно смутилась.
Леди Амброуз оставила в покое платок, протянула через столик руку, тронула мою ладонь и спросила:
— Леди Блумм, а нам с Амодеем не придется заходить в парк?
В словах ее слышался откровенный ужас. Я слегка растерялась.
— А вам не хочется?
Женщина, не скрываясь, поежилась.
— Там довольно неуютно. И деревья эти…
Она замолкла, опустила глаза и вновь принялась терзать платок.
Я подалась вперед:
— Что деревья?
— Они живые, леди Офелия. Они нас чуть не убили.
Ого! Вот это откровение. Мою собеседницу словно прорвало. Говорила она живо, с чувством. Даже мужчины замолкли и принялись ее слушать.
— Мы, когда зашли в парк первый раз, смогли забраться довольно далеко. И знаете, Офелия, — от волнения дама совсем невежливо пропустила слово «леди», — там все живое!
— Конечно живое, — согласилась я.
Чего бы не согласиться? Если бы там все умерло, оно бы стало сухим. Тогда нам со свирелью не было бы смысла туда тащиться. Мертвым растениям гармония не нужно.
Леди Амброуз поморщилась. Глаза ее стали огромными.
— Вы не поняли. Они ЖИВЫЕ! Они ходят и говорят страшные вещи.
— Деревья? — переспросила я глупо.
— Все. И деревья, и кусты. И даже цветы. Мы еле спаслись.
Она обернулась к мужу и велела:
— Амадей, покажи.
Лорд Амброуз послушно расстегнул запонку и закатал манжет рубашки. Мы с Гамлетом уставились на его руку. Там на запястье красовался отчетливый след от зубов.
— Кто это вас так? — спросил с любопытством феникс.
— Розы, — ответила за супруга Оливия. — Держитесь от них подальше.
Я покосилась на сумку, где мирно покоилась дырявая крышка, и вдруг подумала: «Может, пока не поздно, повернуть назад? Какого черта нас несет в этот сад?»
Перед глазами, как живой, встал здоровенный розовый куст. Он нервно перебирал десятком колючих ножек и щерился навстречу непрошенным гостям зубастыми головками цветов. Стало страшно и тошно.
Гамлет под столом незаметно погладил меня по руке.
— Леди Оливия, — произнес он на удивление спокойно, — можете не сомневаться, мы справимся с вашей проблемой. И да, вы можете не заходить внутрь, пока магия не успокоится. Просто подойдете к ограде и принесете извинения. Внутрь пойдем только мы с леди Блумм.
— Правда? — глаза клиентки засияли надеждой и благодарностью. — Спасибо.
Сказав это слово, она отвернулась к окну и больше не произнесла ни звука. Только нервные пальцы опять принялись за несчастный платок.
До самой виллы никто не вел разговоров. Не было ни шуток, ни смешков. Нечаянное откровение всех ввергло в мрачное настроение.
* * *
Дорога заняла чуть больше часа. В моей голове всплыло невесть откуда воспоминание, что лошади везут экипаж со средней скоростью пятнадцать километров в час. А это значит, что от виллы Блумм, до зачарованного парка никак не больше двадцати километров. Зачем мне нужно было сейчас это знание? Бог его знает. Только мысли понесли вскачь. Я представила себе, сколько времени занял бы этот путь, проделай мы его на машине, и усмехнулась. За окошком была эра неспешных людей. И мне это отчаянно нравилось.
Улица, по которой мы ехали, закончилась тупиком. Лошади остановились. Возница проворно спрыгнул с козел и открыл дверь.
Лорд Амброуз заговорил:
— Господа, дом находится чуть в стороне от дороги. Здесь придется пройти.
Я удивилась:
— Неужели к нему нет подъезда?
— Есть, — ответил мужчина. — Но нам пришлось бы делать крюк в сорок миль. С нашей стороны мешает река. Если хотите…
Он поднял руку, чтобы отдать вознице указание.
— Нет-нет, не надо, — остановил его Гамлет, — мы не против прогуляться.
Он первым выбрался наружу, подвинул слугу и сам протянул мне руку. Пальцы у него были невероятно горячие. И я очередной раз подивилась этому факту. Хотя, чему тут удивляться? В фениксах живет огонь.
Следом за нами и экипажа выбрались и Амброузы.
— Нам сюда.
Леди Оливия пыталась казаться спокойной, но голос ее предательски дрогнул. Затянутая в кружево рука указала на последний дом. Парка не было видно ни возле него, ни за ним.
— А парк где? — нетерпеливо выпалила я.
— Не спешите, леди Офелия, — вмешался Амадей, — сейчас все увидите.
Мне стало неловко. Недаром родители все детство твердили, что я совершенно не умею держать язык за зубами. Особенно когда волнуюсь.
Мы пошли вдоль дома. Желтые кирпичики, из которых были сложены глухие без окон стены, украшало кружево резьбы. Я никогда не видела ничего подобного, а потому потихоньку коснулась пальцами и сразу ощутила отголоски магии. Совсем давнишние, стертые временем, практически эхо былой мощи.
Леди Оливия уловила мое движение и спросила:
— Красивый дом, не так ли?
— Красивый, — согласилась я. — Интересно, как он выглядит с парадного входа?
— Если захотите, на обратном пути можем остановиться и посмотреть, — предложила она и тут же осеклась, выжидающе глянув на мужа.
— Непременно посмотрим, дорогая, — поспешил успокоить супругу лорд Амброуз. Можем даже напроситься в гости.
— А это удобно? — не смог скрыть удивления Гамлет.
— О, не беспокойтесь. Здесь живут наши дальние родственники. Они будут рады.
За разговорами я не заметила, как мы оказались возле большой арки, перегороженной кованными воротами. Рисунок на чугунных кружевах в точности повторял каменную резьбу: птицы, листья, цветы и шипы.
Лорд Амброуз толкнул створку внутрь и ворота бесшумно отворились.
— Здесь не заперто. Проходите, — пригласил он.
Арка была неожиданно глубокой и темной. В дальнем конце виднелась еще одна решетка. Сквозь полумрак мы молча добрались до света и вышли на другую улицу.
— Ну вот мы почти и на месте. Видите во-о-он то ограждение. — Мужчина указал рукой налево.
Я глянула в нужную сторону. Там за очередным забором темнел парк. Нет, не так. Сквозь чугунное кружево на нас недобро смотрела настоящая непролазная чащоба.
И сердце мое наполнилось жутью.