Глава 16 · Как я разгадывала знаки судьбы

Вновь открыла глаза лишь когда безумный шепот прекратился. Вокруг была кромешная тьма. Высоко над головой перемигивались колкие огоньки звезд. Я стояла за оградой парка растерянная и удивленная. Рядом изумленно озирался Гамлет. У меня на пальце, как влитое, сидело кольцо, хоть я точно помнила, что его не надевала. Во второй руке откуда-то взялся старухин посох.

Первым пришел в себя Гамлет.

— Эк она нас заморочила, — усмехнулся он. — Ночь на дворе! А мы даже не заметили.

Он машинально ощупал пальцами свое кольцо и вздохнул:

— Дар еще этот.

Потом уставился на меня и спросил с упреком:

— Какой бес дернул тебя отказываться? Неужели не слышала никогда, что от подарков дриад…

Я его перебила, выпалив с вызовом:

— А вот и не слышала! Откуда мне это знать, скажи на милость? Там, где я жила, дриад и в помине нет!

Из-за забора донесся звенящий смех, а следом и голос:

— Диады есть везде. Только люди загранья разучились их видеть.

Я замолкла, не зная, что на это ответить. Но хозяйке здешних мест мои слова были не нужны.

— А палку посадите у себя в саду, — добавила она уже вполне серьезно. — пусть в вашем парке тоже появится душа.

И замолкла выжидательно. Я тоже молчала. Гамлет чувствительно ткнул меня в бок и прошептал беззвучно:

— Отвечай!

— Обязательно посадим! — поморщилась я и погрозила фениксу кулаком. — Душа никому еще не помешала!

Из парка вырвался теплый, пахнущий медом ветер. Огладил нас ласковыми ладонями по головам и убрался восвояси. Мир вокруг ожил, окрасился пением цикад.

— Все? — обернулась я к фениксу.

— Вроде да, — не совсем уверенно ответил он. — Пойдем.

После хмыкнул и произнес:

— Удивлюсь, если хозяева этого наследства нас дождались.

И я с ним была совершенно согласна.

* * *

Глупо было даже надеяться. В положенном месте не оказалось ни удобного экипажа, ни четы Амброуз. За это время они успели убраться восвояси. Сказать по правде, я ничуть их не осуждала. Нас не было слишком долго — часов десять, не меньше. Кто сможет столько ждать?

— Конечно, никто, — ответила я сама себе вслух.

Гамлет словно бы и не заметил моих слов.

— Что будем делать, Офелия? — спросил он, озадаченно потирая подбородок. — До утра мы точно не найдем извозчика. А пешком идти слишком далеко.

Он оглядел меня скептически и подытожил:

— Ты точно не выдержишь. Такие путешествия не для благородных девиц.

Я только фыркнула, но спорить не стала. Тащиться среди ночи по незнакомому городу в такую даль — глупость несусветная. В голове промелькнула светлая мысль:

— Помнишь, как лорд Амброуз говорил, что здесь живет его дальня родня?

— Ты предлагаешь напроситься к ним на ночлег?

В голосе феникса промелькнули недоверчивые нотки. Во мне же проснулось упрямство:

— А почему бы и нет?

— Это неприлично.

Гамлет был уверен в своей правоте.

— Прилично, неприлично, — отмахнулась я, — какая разница? Или ты предпочитаешь ночевать на улице?

Он чуть поразмыслил и согласно кивнул:

— Нет. Пожалуй, я с тобой соглашусь. Кто знает этих хозяев. Может, и не откажут.

— Пойдем.

Я нащупала в темноте его ладонь и понеслась вперед, сгорая от желания скорее обрести крышу над головой. Гамлет почти сразу высвободил пальцы и нежно подхватил меня под локоть.

— Фелечка, — сказал он преувеличенно ласково, — может, сначала договоримся, что будем рассказывать хозяевам?

— Зачем? — я искренне не поняла его вопроса. — На месте будет видно.

И тут же добавила:

— Не дрейфь. С тобой великая волшебница. Дитя цветов, дочь загранья и новая хозяйка посоха дриады. Это тебе не хухры-мухры!

Получилось это у меня так серьезно, что Гамлет сначала зафыркал, а после вовсе расхохотался.

— Ох, Феля, — сказал он, с трудом вставляя слова между смешками, — с тобой не соскучишься.

— А ты сомневался? — ответила я вопросом и прибавила шаг.

* * *

Объясняться не пришлось. Возле парадного входа стоял знакомый экипаж с гербом четы Амброуз. В доме ярко горели окна. Было видно, что внутри никто не спит.

— Ну вот, — обернулась я к фениксу, — а ты боялся! А я оказалась права!

Он тут же наградил меня коротким поцелуем.

— Ты у меня умница.

Услышала я восхищенный шепот. Правда возгордиться не успела. Следующая фраза сбила всю спесь:

— Новая хозяйка кривой палки.

— Я тебя!

Я шутливо замахнулась клюкой.

— Леди Офелия? Это вы? — раздалось встревоженное от дверей особняка.

— Мы, — за нас двоих ответил Гамлет.

— Оливия!

Этот возглас был преисполнен счастьем и радостью.

— Душа моя, они живы! Они вернулись!

В недрах дома что-то со звоном разбилась. Из дверей наружу метнулся светлый женский силуэт. Он бегом преодолел ступени, долетел до нас и превратился в заплаканную леди Амброуз.

— Леди Офелия! Сэр Гамлет! Как я счастлива, что с вами все в порядке! Я бы ни за что не простила себе…

Дама вновь прослезилась и приложила платок к глазам. Губы ее дрожали, пальцы нервно белые кружева. Амадей спустился во двор следом, обнял жену и увлек в сторону дома.

— Господа, — сказал он взволнованно, — не стойте там. Проходите внутрь.

Феникс усмехнулся и дружески пихнул меня локтем.

— Смотри в оба, Офелия. Теперь нам с тобой придется везде искать знаки судьбы.

Он бросил усталый взгляд на особняк и добавил:

— Почему с пророчествами всегда такая ерунда? Неужели нельзя сразу понятно сказать?

Я не нашлась, что на это ответить. Гамлет осторожно потянул меня вперед. Мы прошли еще буквально пару шагов, как вдруг он остановился вновь, словно вспомнил о чем-то важном.

— Слушай. А что тебе сказала дриада?

Я выпалила, не задумываясь:

— Посади этот посох у себя в парке. Пусть там тоже будет душа.

Феникс только поморщился.

— Нет, не то. Про посох я тоже слышал. Ты скажи, о чем вы с ней шептались на поляне?

— Шептались? — я абсолютно искренне изумилась.

А после ахнула. Ведь точно шептались! Как я могла забыть? Помню, были зеленущие глаза и пронзительный взгляд. А еще у меня кружилась голова.

— Так о чем? — не отставал феникс.

И тут я окончательно осознала, что не могу вспомнить из того разговора ни единого слова.

* * *

Кроме четы Амброуз и пары слуг нас встречала сморщенная, как печеное яблочко, дама в домашнем платье и кружевном чепце. Взгляд ее, вопреки внешности, был колким, цепким и неожиданно мудрым. Леди Оливия жалась к старухе и беспрестанно всхлипывала. Ее супруг стоял чуть поодаль.

В особняке повсюду горели свечи. Было их куда больше, чем нужно для нормального освещения. Я бросила на всю эту иллюминацию изумленный взгляд и тут же услышала объяснения старухи:

— Не удивляйтесь, деточка. Оливия так нервничала, так боялась за вас. Для ее спокойствия мы решили зажечь побольше света. Это успокаивает.

Тут было сложно спорить. Конечно, успокаивает. Это вообще куда лучше, чем сидеть в потемках. Только желательно во всем знать меру. А тут… Я обошла громадный канделябр, перегораживающий половину дверного прохода. Обогнула столик, украшенный сразу тремя подсвечниками, оказалась в центре просторного холла под люстрой, снабженной двумя десятками свечей и присела в вежливом поклоне, чем безмерно поразила и Гамлета, и себя.

— Доброй ночи, — поздоровался за нас двоих феникс. — Позвольте представиться…

Старуха махнула рукой и бесцеремонно его перебила:

— Не стоит, мой дорогой. Я прекрасно знаю, кто вы. Меня же можете называть тетушка Эмили. Я сестра бабушки вот этого шалопая.

Сухая рука, унизанная крупными перстнями, потрепала лорда Амадея по плечу. А я с трудом сдержала улыбку — «шалопаю» было хорошо за тридцать. Но взирал он на тетушку с такой теплотой и нежностью, что не осталось никаких сомнений — старуху здесь обожают.

— Хватит разговоров!

Старая леди обернулась к прислуге.

— Тони, голубчик, проводи гостей в ванную комнату. Им нужно привести себя в порядок с дороги.

«Нужно, — подумалось мне, — ой, как нужно! И как можно быстрее».

Упомянутый Тони указал рукой на одну из дверей:

— Следуйте за мной.

И сам пошел первым. Я побежала за ним едва не вприпрыжку.

Старая леди добавила нам в спины:

— А потом приведешь господ в столовую. Думаю, они не откажутся перекусить.

После этих слов я была готова тетушку Эмили расцеловать. Милая, чудесная, практически святая женщина! Впрочем, это потом. А сначала…

Тони распахнул неприметную дверь и собрался что-то сказать. Мне было уже невмоготу дожидаться разъяснений. Я распихала мужчин, первой рванула внутрь и закрыла дверь на замок.

* * *

Через четверть часа довольные, счастливые и полностью умиротворенные мы с Гамлетом вошли в уютную столовую.

По пути я мимоходом отметила, что свечей значительно поубавилось. Правда, темнее от этого не стало. Слуги успели убрать и канделябр, и подсвечники, и столик. Из-за этого в холле стало куда свободнее.

В столовой горел камин. На столе стояли пузатый чайник и большое блюдо с пирогом. Рядом примостился поднос с фруктами. В вазочке были насыпаны шоколадные конфеты. Возле двух свободных мест сиротливо белели тарелки.

— Присаживайтесь.

Хозяйка сверкнула перстнями и указала на пустые кресла.

— Не думаю, что на ночь нужно основательно наедаться, но перекусить все-таки стоит. Здесь горячее какао и пирог с осетриной и грибами.

Она на миг замолкла и добавила:

— А еще шоколадные трюфели. Но, думаю, вы и сами разберетесь. Слуг я отправила отдыхать. Нечего им слушать страшилки. Лучше обойдемся без любопытных ушей.

Я, не дожидаясь посторонней помощи, придвинула к себе блюдо, щедро плюхнула на тарелку Гамлета пирога и себя не обидела тоже. Феникс разлил по чашкам молочный шоколад.

Но спокойно поесть было не суждено. Леди Оливия нервно заерзала на своем месте и выпалила от нетерпения:

— Вы нам расскажете, что там было?

Вопросительные взоры уставились почему-то исключительно на меня. Я едва не подавилась пирогом, жалобно глянула на Гамлета и в очередной раз поняла, что мне несказанно повезло.

Феникс отложил в сторону нож и проговорил:

— Давайте, я начну. А леди Офелия подхватит чуть позже.

Я поспешно закивала, отхватила еще кусок пирога и запила огромным глотком. Гамлет фыркнул, а после подмигнул мне и приступил к рассказу.

* * *

Кто бы мне сказал, как так вышло? В зачарованно парке мы пробыли целый день. А рассказ об этом занял четверть часа. Странно, что ни говорите. Очень странно. Именно это первым и выдала тетушка Эмили:

— Очень странно, — сказала она задумчиво, подперла кулаком щеку и прищурилась, глядя куда-то в угол.

Я даже оглянулась, пытаясь понять, на что она смотрит. Но тут же пожала плечами — угол был пуст. А тетушка продолжила:

— С чего бы дриаде дарить вам столько всего? Как хотите, а во всех легендах сказано, что они строго блюдут древний порядок.

— Какой? — Оливия оперлась на стол и подалась вперед.

Лорд Амадей хлебнул из бокала золотого вина и проговорил любя:

— Все просто, дорогая. Тетушка хотела сказать, что дриады никогда не дарят лишнего. По правилам наши гости должны были получить что-то одно: кольцо или посох.

— Но почему? — не выдержала я.

— Потому что вы сами принесли лесной матушке один дар.

— Хм… — Я повертела кольцо на своем пальце, глянула на руку Гамлета. — И как это понимать?

Тетушка Эмили многозначительно проронила:

— Кто знает. — И вдруг оживилась. — А покажите мне ваши кольца!

Я попыталась стянуть подарок дриады с пальца, но поняла, что перстень сидит, как влитой. Гамлет вновь хмыкнул.

— Можешь не стараться. Я уже пробовал.

Он просто протянул ладонь через стол. Мне же пришлось вставать и топать ногами. Бог не наделил меня такими длинными ручищами.

На мое кольцо старая леди глянула лишь мельком. Зато перстень феникса заинтересовал ее всерьез. Сухие пальцы вцепились мужскую руку. Они поворачивали перстень и так, и эдак, разглядывая его со всех сторон. После хозяйка дома откинулась на спинку кресла и проговорила довольно:

— Амадей, дружочек, принеси-ка сюда нашу потешную книгу и чернильный прибор.

— Тетушка, — сказал тот уклончиво, — вам не кажется, что сейчас слишком поздно для подобных развлечений. Давайте оставим их на утро.

Старуха притворно разгневалась и пристукнула по столу костлявым кулачком.

— Не смей мне перечить, несносный мальчишка. Быстро неси! Ишь, взяли моду спорить со старушкой.

Но глаза ее при этом лукаво сияли, а в голосе совершенно не было злости, лишь едва сдерживаемый смех.

Лорд Амброуз улыбнулся и поспешно поднялся.

— Хорошо, тетушка. Для вас все, что угодно. Но помяните мое слово — уморите вы наших гостей.

Леди Эмили откровенно рассмеялась:

— Вы их своими страстями не уморили? А от книги им и подавно ничего не сделается.

Она проводила мужчину взглядом, довольно потерла руки и проговорила загадочно:

— Думаю, не зря судьба занесла вас в мой дом. Будет вам первый знак!

Гамлет тут же подобрался, стал невероятно серьезным.

— О какой книге речь? — спросил он.

Тетушка ответила уклончиво:

— Об очень древней. Она в нашем роду уже не первое столетие. Правда, за эти годы никто так и не смог понять, для чего нужна. Но ходили слухи, что кто-то из давних предков получил ее в дар от дриады.

— От дриады? — переспросила я.

— Да, милочка, именно так. Говорят, была там какая-то темная история, связанная с огнем. Уж не знаю, причем здесь огонь, но книга весьма примечательная.

Лорд Амброуз вошел как раз на этих словах, опустил на стол серебряный чернильный прибор и протянул весьма увесистый фолиант. Я успела разглядеть кожаный переплет, забранный по краю черным металлическим кружевом, золоченный обрез страниц и все. Старуха почти без замаха метнула книгу в камин. В самое сердце огня. Пламя вспыхнуло, встало стеной и навсегда скрыло семейный раритет от чужих глаз.

От возмущения, от обиды я позабыла все слова, что хотела сказать. Лишь прикрыла ладонью рот и почувствовала, как глаза наполняются слезами. Ничего себе благодарность за то, что мы сделали для их семьи! Ничего себе добрая тетушка! Мой беспомощный взгляд остановился на фениксе.

Тот был бледен от ярости и с трудом держал себя в руках. Пальцы накрепко вцепились в подлокотники.

— Объяснитесь, как это понимать? — прорычал он сквозь сомкнутые зубы.

Леди Эмили ничуть не смутилась и ответила довольно:

— Никак! Смотрите сами. Чай, не слепые.

Рука ее указала на камин.