Глава 27
Нашим заказчиком в этот раз оказалась колоритная дама в кокетливом розовом халате с подолом, расшитым крашеными перьями. Она держала в руках маленькую пушистую собачку. На вид даме было лет тридцать, но по ощущениям намного больше.
Учитывая, что крысану этот заказ описали, как сложный и требующий незамедлительного вмешательства, я ожидала чего угодно. Однако оказалось, что у дамы… сбежало дорогое дизайнерское пальто!
Я аж фыркнула от неожиданности. Вот и дождалась носящихся по дому предметов гардероба! А я ещё мысленно хихикала, помнится, по поводу сбежавших брюк.
– Вам что-то кажется смешным, милочка? – высокомерно уточнила дама, глядя на меня, как барыня на нерадивую служанку, которую надлежит немедленно выпороть. – Вы хоть представляете, сколько всего натворило это бессовестное пальто? Оно подстерегало слуг и нападало на них из-за углов, пытаясь придушить поясом! А ещё швырялось в них дорогой коллекционной посудой! Все разбежались, отказавшись работать в таких условиях! А нам с Фифи пришлось спешно покинуть особняк и пока поселиться в пристройке с сауной! Хорошо хоть, там есть комнаты отдыха…
– Получается, воздействию поля искажения подверглось только пальто? Разве так бывает? – удивилась я. Папаша Кыц ответил мне таким же недоумённым взглядом.
– В чём вы меня подозреваете?! – тут же вспылила дама. Причём вспылила так, что стало ясно – её действительно есть, в чём подозревать. Собачка на её руках звонко тявкнула. – Да, подверглось только пальто! Выплеск был крошечным!
Ну ясно. Мы с папашей были правы, когда предположили, что аристократы начали нарочно устраивать небольшие выплески, чтобы вызвать нашу нашумевшую службу. А у этой дамы, видимо, эксперимент вышел из-под контроля, и всё поле искажения впиталось в пальто.
– Угу. И от нас вы хотите, чтобы мы обыскали особняк, поймали пальто и обезвредили его, так?
– Да! И побыстрее! – властно распорядилась она, как будто не сомневалась, что мы не осмелимся её ослушаться. – Только учтите, особняк набит дорогими коллекционными вещами. Если вы что-то случайно опрокинете или разобьёте…
– А если разобьёт убегающее пальто?
– Убегать оно будет от вас, так что с вас возмещение ущерба.
Ага. Надо думать, нас тут пытаются наколоть. Предполагаю, что пальто уже перебило там большую часть ценностей, а в итоге в этом обвинят нас.
Папаша Кыц аж покраснел, осознав, куда всё идёт. Бедняга! В отличие от меня он просто физически не мог отказать аристократам.
– Простите, задание слишком ответственное, – невозмутимо заявила я. – Я не могу его принять без одобрения куратора. А ещё мне запрещено заниматься работой, которая влечёт за собой высокую материальную ответственность. Поэтому мы вынуждены отказаться. Обратитесь, пожалуйста, к элитной команде Брызда. Всего доброго!
Отказа она явно не ждала и оказалась к нему не готова. Неужто у неё была такая крепкая и непоколебимая уверенность в том, что мы идиоты?
– Но как… Но подождите! Вы не можете мне отказать! Мы с Фифи уже устали сидеть в пристройке!
– Понимаю. Я живу в общежитии с крохотными комнатами, набитыми бывшими бандитами, – с фальшивым сочувствием кивнула я. – Так что пристройка – не худший вариант. Но, уверяю, команда Брызда – профессионалы высшего уровня и прибудут очень быстро. Кроме того, служба у них куда богаче нашей.
А ещё они, надо думать, отлично знают, какие условия работы выставлять, и уж точно не дадут себя облапошить.
– Ладно, давайте так: за повреждённые вещи вы не будете платить деньгами, а просто на эту сумму должны будете отработать. Например, починить и восстановить пару магических вещей… Я слышала, у вас это получается.
Вот ведь хитрая лиса! И платить, как видно, не хочет да ещё и заполучить себе бесплатного мастера пытается.
– Заниматься починкой вещей куратор мне тоже запретил. Подобное предложение уже поступало от одного уважаемого аристократического семейства. Поэтому на испытательном сроке я работаю только на службу чистильщиков.
Папаша Кыц активно кивал, хоть и явно робел перед дамой. Но сейчас он, надо думать, тоже представил, в какие затраты всё это может вылиться.
Мы развернулись и шагнули обратно к фургону.
– Стойте! – взвизгнула дама. – Не смейте мне отказывать! Лучше не заводить такого врага, как я!
Почему-то меня это разозлило. Мало мне Пырща, бандитов и экзаменационной комиссии, так ещё и с ней разбираться?! Ну нет!
Я обернулась, шагнула к ней и закатала рукав, обнажив предплечье.
– Видите эту печать? Это печать мгновенного уничтожения. Её активируют в случае любого нарушения. Так что я каждый день ношу смерть на своём плече. Так чем вы планируете мне угрожать?
Она аж онемела, с ужасом глядя на печать, как будто та могла перескочить на неё. Я чуть качнулась вперёд, она отшатнулась.
Тогда я вежливо ей поклонилась и снова развернулась к фургону.
– Плачу двойную цену, – хрипло раздалось за спиной. – В случае поломок никаких претензий.
Мы остановились, не оборачиваясь.
– Готова заключить магическую сделку, – добавила дама.
Мы переглянулись и крысан кивнул.
– Хорошо, на таких условиях мы согласны, – за всех ответила я.
Дама кивнула, сверля меня странным взглядом. Даже интересно, о чём она думала.
С отловом беглеца мы закончили очень быстро. Точнее, я закончила, ведь крысаны, как и заведено, остались у порога. В общем-то, искать одичавшее пальто даже не пришлось. Оно вовсе не считало себя жертвой, поэтому убегать не собиралось. Стоило мне пересечь холл, как оно с ловкостью профессионального злодея выпрыгнуло на меня из ближайшего проёма и попыталось придушить рукавами.
К счастью, от соприкосновения с окружающим меня невидимым щитом, о котором я, признаться, совсем забыла, тряпичный душитель моментально обмяк и стёк на пол лужей киселя. Пришлось вызывать Шур-шура и возвращать пальто прежний облик.
Распрощавшись с дамой, которая всё никак не могла прийти в себя после того, как увидела мою печать, мы отправились на следующий заказ. Оплату она, кстати, перечислила добросовестно.
Следующие несколько заказов тоже оказались относительно простенькими.
За каких-то часа три-четыре я успела: восстановить пару предметов мебели; «побрить» покрывшуюся густым мехом нежно урчащую дверь; «успокоить» враждебно настроенный ужин двух поцапавшихся аристократов, покусанных озверевшими бутербродами и… отбиться от странноватых заигрываний со стороны крайне заинтригованных моей персоной заказчиков мужского пола.
Вот последнее меня искренне удивило. Я ж, говоря их языком, «грязная человечка»!
И тем не менее то ли от скуки, то ли ведомые жаждой экзотики, многие заказчики вели себя непотребным образом.
Они буквально «лезли под кожу», задавая много неудобных и откровенных вопросов обо мне, моих пристрастиях и увлечениях, а ещё, будучи свято уверенными, что интерес с их стороны льстит мне и доставляет невероятное удовольствие, приглашали продолжить разговор за ужином.
Причём все как один предлагали это с таким видом, будто оказывают величайшую честь и явно ждали радостного визга в ответ.
Мой вежливый отказ вызывал неизменное удивление, граничащее с шоком. Мол, мне же такую честь оказали, а я, дурында, ещё нос ворочу.
Чтобы избежать ссор и обид, я прибегала к уже испытанному ранее способу: показывала всем печать уничтожения на плече и, пока они с ужасом её рассматривали, грустно сообщала, что мне запрещается делать всё, кроме работы, иначе могут быть последствия. Красок при этом не жалела, чтобы уж точно сбить игривый настрой. Это отлично работало! Печать неизменно выбивала аристократов из колеи. Некоторые потом смотрели на меня даже с жалостью. Но главное, после демонстрации печати, они боялись ко мне приближаться вплотную и тем более прикасаться, как будто могли заразиться.
А вот Пырщ так и не появился. И словами не передать, как сильно меня напрягало то, что он затих! Что же он задумал? И каким будет следующий удар? В покое меня этот мстительный гад, жаждущий заполучить чёрный дар, явно не оставит…
Ах да, в промежутках между заказами я успевала готовиться к экзамену. Попросив у мамаши лист и ручку, я составила список всех бытовых чар. Учитывая, что крысаны пользовались только ими, поскольку у них не хватало сил для серьёзной магии, именно в бытовых чарах они разбирались отлично. Я ещё чуток позлорадствовала, что, отправляя меня на унизительную работу, Пырщ не учёл, что именно мои работодатели окажутся лучшими учителями, способными подготовить меня к экзамену.
Однако же, как бы я ни тужилась, всё равно мои чары заметно отличались от того, что демонстрировали крысаны. Слишком легко, слишком быстро!
Я так и эдак пробовала подогнать их под возможные ожидания комиссии, даже изображала, что сначала сосредоточенно замираю, но это не улучшало ситуацию.
Допустим, у Фыра, Пискуна и мамаши порванный лист срастался постепенно, а у меня он просто моментально становился целым. По словам мамаши с папашей это выглядело странно и очень неестественно. Я уж молчу о том, что у меня до сих пор не было никаких идей, как скрыть магию искажений, если меня попросят пропустить её через пальцы.
На самый последний заказ мы отправились, уже когда начали спускаться мягкие сумерки.
В этот раз нас неожиданно встретили не хозяева дома, а слуга – немолодой и прямой, как палка, мужчина с выражением фоновой брезгливости на лице, которое не смогла исправить даже дружелюбная улыбка.
Он назвался дворецким и заявил, что ему поручили ввести нас в курс дела и сопроводить на место.
– Только вот поля возникло два, в разных концах особняка, – добавил он, вышагивая впереди и показывая нам дорогу. – В одном конце зацепило стол, и он весь перекрутился, а в другом мебель не задело, но в воздухе висит небольшой сгусток искажённой магии…
– Тогда мы займёмся сгустком, – оживился папаша Кыц. Наверное, он всё же соскучился по работе. – А ты, Марго, пока восстановишь стол. Управимся за пару минут.
– Мудрое решение, – тут же одобрил дворецкий, будто только и ждал этого предложения. Он махнул рукой куда-то в сторону и к нам тут же подбежал худощавый вёрткий паренёк. – Вир, сопроводи господ крысанов в левое крыло. Нужная вам комната находится в самом конце.
В особняк мы вошли все вместе, а потом парнишка с крысанами ушёл влево, а дворецкий повёл меня к центральной лестнице.
Мы с ним поднялись на один пролёт, миновали широкий коридор и упёрлись в дверь, за которой оказался ещё коридор, поменьше.
– Не беспокойтесь, у нас просто был скачок электричества и лампы здесь перегорели, – внезапно сказал мой сопровождающий, пропуская меня вперёд. Сам он шагнул следом, и дверь с мягким щелчком за ним захлопнулась. – Но я работаю здесь давно, поэтому и без света хорошо ориентируюсь. Просто держитесь рядом. Или можете взять меня под локоть.
При этом, произнося последнюю фразу, он откровенно поморщился, словно ему было очень неприятно предлагать мне локоть. Голос же при этом звучал предельно вежливо и даже с заботой.
В первую секунду я удивилась, а потом поняла, что, судя по всему, здесь царила кромешная темнота, учитывая, что окна в коридоре отсутствовали. Просто из-за своей способности видеть в темноте, как днём, я этого не заметила, поскольку к последнему заказу уже утомилась и была погружена в свои размышления по поводу предстоящего экзамена.
Что ж, это объясняет, почему дворецкий не считает нужным контролировать выражение лица. Он ведь уверен, что я его не вижу.
Но неужели у богатых магов-аристократов перегорают лампы? Странно это как-то. Почему они как минимум не воспользовались бытовыми чарами быстрого восстановления? На лампы ведь они тоже должны действовать? Что-то не нравится мне это.
Дворецкий, который уверял меня, что прекрасно ориентируется, со всего размаху приложился ногой, обутой, к слову, в довольно-таки мягкие ботинки, об угол большой квадратной вазы. Его так перекосило! И хоть он мужественно не издал ни звука, по губам я отчётливо прочитала нецензурное слово. Ага, значит, сам он в темноте точно не видит, а действительно ориентируется на воспоминания о том, где и что расположено.
– Пришли! – внезапно сказал дворецкий, останавливаясь возле какой-то двери и не с первого раза нащупывая ручку. Мне не понравилось выражение его лица, внезапно ставшее очень злорадным.
Он прикрыл глаза рукой и рывком распахнул дверь. Там горел яркий свет. Надо думать, по его расчётам, после кромешной тьмы такой переход должен был меня ослепить. Но не ослепил, хоть свет и в самом деле был неприятен для глаз.
Дворецкий неожиданно проворно толкнул меня вперёд и захлопнул дверь. Сам же при этом остался в коридоре. Я услышала, как щёлкнул замок.
– Вы идите вперёд, там увидите нужную комнату. А я не пойду, боюсь поля искажения. Так что жду вас здесь, – пояснил он с той стороны. И гадко усмехнулся.
– А дверь зачем заперли? – спокойно уточнила я.
– Ну чтобы не прорвалось ничего оттуда. Безопасность лишней не бывает! – отозвался этот прохвост. – Да вы не переживайте! Вам в любом случае очень щедро оплатят этот заказ. Так щедро вам ещё точно не платили. Так что просто делайте, что нужно, и, уверяю, в накладе не останетесь. Даже удовольствие получите.
Что-то мне не нравится его насмешливый голос. И намёки эти… Теперь он со мной говорит, будто с девочкой по вызову. Что ж, даже, пожалуй, интересно посмотреть, чем дело кончится. Хотя кое-какие догадки уже есть, конечно.
Страшно мне не было вообще.
Наоборот, я очень хотела поквитаться с теми, кто всё это задумал, чтобы отбить у них охоту к подобным розыгрышам.