ГЛАВА 11

Я помолчала, переваривая услышанное и слушая, как размеренно, сильно бьётся его сердце под щекой. Неожиданно собственную грудь сдавило непонятной тоской, но в причинах такой реакции я опасалась копаться.

— Поэтому ты приехал сюда, в Благородную Академию, где учатся неиспорченные высшим светом леди, — негромко произнесла наконец. — Не хотел связывать себя с кем-то недостойным ради того, чтобы разрушить проклятье.

— Я надеялся, вдруг и правда встречу здесь хорошую, достойную девушку, — он откинулся на подушки, уставившись в потолок, и подтянул меня ближе к себе, обняв уже двумя руками.

Сказать на это мне было нечего. Угу, а встретил меня, взрослую и не совсем девушку, и вряд ли достойную.

— Ну, у тебя еще предстоят свидания с ними, — преувеличенно бодро заявила я. — Вдруг узнаешь получше и кто-то приглянется?

Пальцы Айнара ухватили меня за подбородок и подняли, заставив смотреть ему в глаза.

— А давай не будем портить такой чудесный вечер разговорами об этом клятом отборе? — вкрадчиво произнёс вдруг он, и его глаза блеснули янтарными искрами.

— Давай, — легко согласилась я, подумав, что расписание встреч с девушками можно обсудить и за завтраком.

— Тогда моя очередь спрашивать, — он прищурился и с предвкушением усмехнулся. — Почему ты до сих пор одна, Сильвия? Ты роскошная женщина, — он убрал с моего лица несколько упавших прядей, очертил контур губ. — Неужели никто не пытался завоевать твоё сердце?

Пришла моя очередь вздыхать и прятать взгляд.

— Пытались, — кивнула я и не сдержала кривой улыбки. — Только не моё сердце, Айнар. Влияние моего отца, или моей матери, заполучить меня в коллекцию завоеваний, просто как красивую игрушку и подтверждение высокого статуса. А то и просто как экзотическую любовницу. С ментальным даром сложно в некоторых аспектах жизни, особенно личной. Сразу чувствуешь, когда тебе врут, — я помолчала. — Мой первый парень, ещё в Академии, тоже был очень искренним в своих чувствах. Только я тогда училась управлять даром и не умела толком им пользоваться. Поэтому и не распознала вовремя. Просто как-то из библиотеки вернулась раньше и решила зайти к нему, сюрприз сделать. И застала вместе с моей подругой в одной постели, он еще и убеждал, что остаётся со мной только потому, что я помогаю ему с заданиями по общим дисциплинам. Я же не допускала ничего серьёзнее поцелуев и объятий, не хотела торопиться.

— Ну и дурак, что променял тебя на какую-то легкодоступную фифу, — фыркнул дракон и крепче прижал меня к себе. — Хотя, оно и к лучшему, что ты до сих пор свободна, — пробормотал Айнар мне в макушку. — И что ты сделала с несчастным?

— Бросила его первым и сообщила всем преподавателям, что его успеваемость во многом моя заслуга, — я пожала плечами. — Его заставили пересдавать зачёты и парочку экзаменов, это ударило по его самолюбию сильнее, чем разрыв со мной. А я с того момента еще усиленнее начала заниматься, тренируя дар, и к выпуску стала единственной девушкой, у которой не было никакой личной жизни кроме учёбы. На вечеринке в честь вручения диплома я решила, что репутация девственницы-недотроги мне совершенно не нужна, и переспала с самым красивым парнем курса, — вспомнила его лицо, когда поутру заявила, что это была разовая благотворительная акция, и он мне ничего не должен, и чуть не захихикала. — После чего решила, что серьёзные отношения точно не для меня, и ограничивалась любовниками.

Подняв голову, заглянула в задумчивые глаза Айнара и осторожно уточнила:

— Тебя не коробят мои откровения?

— А должны? — невозмутимо отозвался дракон, запустив пальцы в мои растрёпанные волосы и легонько поглаживая. — Я не ханжа, милая, и не повёрнут на мысли, что женщинам нельзя того же, что и мужчинам.

Однако невесту себе ты приехал выбирать в Благородную Академию. Подавила вздох и потянулась к пустому бокалу.

— Что ж, это радует, — весело заявила выгнула бровь. — Тогда предлагаю закончить вечер откровений и заняться более приятными вещами.

Возражений у Айнара не нашлось, к моей радости и облегчению. Больше мы не вспоминали о прошлом, и я не позволила никаким грустным мыслям испортить мне настроение и эту чудесную ночь.

Следующие несколько дней прошли на удивление спокойно и слишком уж… романтично, что ли. Я никак не могла отделаться от ощущения, что эта идиллия долго не продлится, даже несмотря на то, что Айнар сам настоял на моём присутствии при встречах с девушками. На всякий случай, как он сам сказал, во избежание неожиданностей. Ну и для соблюдения приличий, естественно. Однако даже барышни вели себя образцово, поддерживали вежливую беседу на общие темы, не пытались провоцировать дракона или подстраивать какие-то гадости друг другу. Подозрительно, очень. Коллеги тоже затаились, то ли смирились с тем, что Кэрвальд выбрал меня, то ли опять же, задумали нечто грандиозное. Даже Розина, не уволенная, но получившая выговор в личное дело и предупреждение от ректора, лишь крайне вежливо здоровалась, если вдруг мы встречались в коридорах. Однако это случалось редко к моему облегчению.

Мы еще несколько раз ездили в приюты — оказывается, их в окрестностях Акиффы было несколько, — регулярно обедали в городе, и почти каждый вечер я оставалась с Айнаром. Так получилось, что мы встречались чаще у меня, поскольку не хотелось ставить Гилару в неудобное положение, да и завтракать, не натягивая на себя кучу одежды, тоже приятнее. Однако время имеет свойство неумолимо бежать, и Айнару осталось встретиться всего с двумя девушками. Разговор назрел, я это понимала, и всё чаще ловила на себе какой-то слишком задумчивый взгляд дракона. Что ж, если ему сложно, я сделаю это за него.

В этот вечер мы снова остались у меня, обосновавшись у камина в гостиной, на мягкой и пушистой шкуре.

— Ну что, как с выбором? — завела я разговор непринуждённым тоном, рассеяно перебирая рыжие пряди — Айнар лежал на моих коленях, прикрыв глаза и явно млея от моих действий. — Ведь пора заканчивать, да?

— Пора, угу, — протянул он лениво, и уголок губ приподнялся в намёке на улыбку. — Думаю, на днях возвращаюсь в столицу. Кстати, я уже поговорил, с кем нужно, ты можешь спокойно приезжать в столичную Академию, тебя там с нетерпением ждут, — добавил Кэрвальд, приоткрыв глаз и одарив довольным взглядом.

— Спасибо, — совершенно искренне поблагодарила я, а вот уточнить насчёт невесты у меня малодушно не повернулся язык.

Тишина тоже вполне уютная, и ужасно не хотелось омрачать её! В конце концов, у меня еще есть несколько дней, так использую их на всю катушку! Чтобы было потом, что вспомнить. И я наклонилась за поцелуем, отодвинув все грустные мысли. Мгновение спустя уже лежала на спине на шкуре, а дракон навис надо мной, гладя моё лицо, и тем неожиданнее прозвучал его вопрос:

— Не хочешь узнать, кого я выбрал?

— А ты всё-таки определился? — задавив в зародыше тоску, уточнила я, утопая в тёмно-зелёной глубине его глаз.

— Определился, — загадочная улыбка насторожила несказанно, заставив сердце предательски ёкнуть.

— И кто она? — едва не затаила дыхание, но опять отвесила себе сердито подзатыльника.

Ну ясно же, что не ты, дорогая моя! Кто-то, помнится, уверенно так заявлял, что замуж не собирается, а у Айнара хорошая память.

— Завтра скажу, — шепнул он, наклонившись и опаляя горячим дыханием губы. — Вечером…

Когда он так целует, я вообще ни о чём думать не могу, вот и сейчас подлый чешуйчатый воспользовался нечестным приёмом, отвлекая моё внимание и усыпляя любопытство. Ладно, сдаюсь, до завтрашнего вечера как-нибудь дотерплю. И я обвила руками шею Айнара, притягивая ближе и с удовольствием отвечая.

Кто бы знал, что всего лишь за один день моя жизнь сделает крутой вираж, разбив вдребезги все тайные мечты и надежды…

Айнар стоял в гостиной с задумчивой улыбкой и вертел в руках тяжёлый перстень с ярко-оранжевым камнем. Внутри словно горело маленькое солнце — огневик, символ их рода. Простенький артефакт, способный подстраиваться под нужный размер, и удивительным образом смотревшийся на изящной женской ручке вполне элегантно, и ничуть не грубо. По крайней мере, так утверждал отец: ведь мама носила его как раз с помолвки дo свадьбы. А потом в шестнадцать лет кольцо торжественно вручили ему, и до сих пор Айнар особо не вспоминал о нём. Сюда пришлось взять, и вот, похоже, пригодилось.

— О, смотрю, вы определились с выбором, милорд? — раздался весёлый голос его помощницы, и дракон вздрогнул, чуть не выронив перстень.

Надо же, так ушёл в мысли, что не услышал её появления.

— Доброе утро. Да, определился, — он улыбнулся, последний раз провёл пальцем по камню и спрятал в коробочку. — Думаю, на днях мы вернёмся в столицу.

— И кто же счастливица, кого из юных выпускниц вы обрадуете? — Гилара лукаво улыбнулась и посмотрела на него сквозь ресницы.

— А кто сказал, что это выпускница? — хмыкнул Айнар. — Можешь собираться, Гилара, завтра-послезавтра мы покинем это благословенное местечко, — последние слова он произнёс с нескрываемой иронией.

А потом вышел из дома, отправившись в Акиффу, заказывать ужин в любимом ресторане Сильвии. Самое удачное место для задуманного, и Айнар очень надеялся, что она согласится. Пусть даже не совсем из чувства симпатии, а просто чтобы помочь… Но дракон доверял своему чутью, а оно подсказывало, что у них с Сильвией вполне может получиться что-то серьёзное. И он готов был рискнуть. Ну а перед этим их ждало очередное посещение приюта, Айнар искренне радовался, что Сильвия так же любила животных, как он.

Сегодня в приёмной ректора царило некоторое оживление: пришло время сдавать индивидуальные расписания зачётов и экзаменов. Леди сидели, чинно ожидая своей очереди, чтобы подписать бумаги у госпожи ректора, и тихо переговариваясь, когда неожиданно дверь в приёмную распахнулась. Тут же в помещении воцарилась тишина, все дамы уставились на визитёра, замерев от восторга, и было от чего. К ним пожаловал настоящий альв! Высокий, темноволосый, с правильными, аристократически тонкими чертами лица, необычно яркие голубые глаза смотрели пристально и с лёгким пренебрежением, чётко очерченные губы плотно сжаты. Камзол сидел на нём безупречно, белоснежная рубашка резала взгляд, и от всей его фигуры буквально веяло властностью и решительностью. Леди едва дышали, боясь пошевелиться, и гадая, что забыл этот красавец в их Благородной Академии. И к кому пришёл, ведь ясно, что не просто так.

— Добрый день, могу я поговорить с госпожой ректором? — небрежно спросил он, скользнув рассеянным взглядом по ряду женщин. — Она у себя?

— Д-да, — выдохнула одна из леди, нервно скомкав юбку. — Леди Маргела у себя… Простите, а вы к кому? — осмелев, выпалила она.

— Меня интересует леди Сильвия Лойхард, я её жених и намерен как можно скорее забрать мою невесту, — огорошил альв и широким шагом направился к кабинету ректора под ошарашенными взглядами остальных.

И только когда за ним закрылась дверь, дамы шумно выдохнули и разом загомонили.

— Жених?! Он — её жених?! О-о-о…

— А она шашни с драконом водит! Да как можно променять такого красавца на герцога!.. Ну, то есть, я имею в виду…

— Да все поняли, леди, конечно! И за что некоторым всё и сразу?! И дракон в любовниках, и альв в женихах! — а вот последняя фраза принадлежала леди Розине, которая покосилась на дверь приёмной и нехорошо прищурилась.

Взбудораженные дамы гурьбой покинули приёмную, не дожидаясь выхода альва — всем хотелось поделиться свежей сплетней, поэтому даже подслушать разговор никто не остался. А он вышел весьма занятным, хоть и коротким.

— Леди Маргела, я желаю увидеться с моей невестой, леди Сильвией Лойхард, — заявил с порога альв, поздоровавшись лёгким кивком.

— Сожалею, но леди Лойхард сейчас нет в Академии, — спокойно ответила госпожа ректор, хотя внутри от услышанного мысленно ахнула. — Я передам вам, что вы приходили. А вы можете подождать в городе. По правилам нашей Академии на её территории мужчина может находиться только по личному приглашению кого-то из преподавателей, если он — родственник учениц, или приехал выбирать невесту. Вы не подходите ни под одну категорию, — леди Маргела вежливо улыбнулась.

Обаяние альва задело её по касательной, если так можно выразиться. Нет, она им восхищалась, как мужчиной, однако прекрасно отдавала себе отчёт, что такой вряд ли вообще вспомнит о её существовании, выйдя за порог кабинета. Альв же поджал губы и нахмурился, смерив собеседницу раздражённым взглядом.

— Может, хотя бы скажете, где она проживает? — попробовал всё же еще раз он.

— Я передам леди Лойхард, что вы приходили, — повторила леди Маргела, соединив кончики пальцев перед собой.

Гость с раздражением выдохнул, снова коротко кивнул и обронил:

— Что ж, благодарю. Всего хорошего.

После чего вышел из кабинета, а госпожа ректор, глянув в окно, лишь задумчиво покачала головой. Какая бурная личная жизнь, однако, подумать только!

Я вернулась с поездки с Айнаром в странном состоянии. Его загадочные взгляды, улыбки, и сдерживаемое волнение, которое я отлично улавливала, заставляли волноваться и меня, и еще немножко нервничать. Вопросов не задавала, прекрасно понимая, что если дракон не захочет, то ничего не скажет. И потом, он же обещал, что вечером. Ох, дожить бы ещё до того вечера! Часы показывали всего лишь начало шестого, и распрощавшись с Айнаром у порога моего дома, я тут же задумалась, как бы убить время. За своей работой точно не посижу, мысли вообще не о том, может, забраться в ванну да книгу почитать?.. Однако, зайдя в дом, я сразу увидела подсунутую под дверь записку, а подняв и прочитав, повеселела: отлично, Γилара звала посидеть в Акиффе! Вот знала бы, сразу там осталась, а так, придётся полчаса потратить на поездку. Вот и убью время, отвлекусь и не буду думать, что задумал Айнар и что ждёт меня вечером.

Так что, даже не переодеваясь, я вышла обратно и поспешила к извозчику, назвала указанный в записке адрес и откинулась на спинку, прикрыв глаза и позволив себе помечтать. О том, что… возможно… вечером… Айнар же сказал, что выбрал. Да, да, помню, я как-то заявила ему, что замуж не тороплюсь, но кто ж знал, что за какую-то неделю всё так изменится? К дракону меня тянуло, и сильно, мне было очень хорошо с ним, и не только в постели. У нас оказалось достаточно много общих интересов, и он вовсе не против моей работы на кафедре в столичной Академии. Он относится ко мне, как к равной, и вместе с тем, заботится, проявляет галантность, ухаживает. Ох… А еще это проклятье. Я не хотела, чтобы Айнар погиб из-за такой нелепости, и не хотела, чтобы он женился исключительно по расчёту и потом всю жизнь страдал из-за этого! Ой, да кого обманываю… Я категорически не желала видеть рядом с ним другую женщину, во мне сразу просыпалась ревность, рвавшая острыми когтями грудь.

Приехали, Сильва, кажется, кто-то втрескался по уши в свою ожившую мечту. Не сдержавшись, я хихикнула, и экипаж остановился — мы в самом деле приехали. Я вышла, огляделась — мы сюда как-то пару раз захаживали с Гилей, да. Уютная кофейня на тихой улочке, в стороне от шумных центральных. Зайдя, окинула взглядом несколько занятых столиков — подруги еще не было, и я выбрала свободный, в глубине заведения, потянувшись к меню. Однако не успела: на плечо легла чья-то ладонь и голос, который я совершенно не ожидала услышать, насмешливо и одновременно довольно произнёс:

— Ну что, леди Лойхард, пора возвращаться в род.

Каких тухлых демонов здесь делает Ингерран, мать его альвовскую, ал’Синнери?!

…Это были зимние каникулы, я приехала к родителям повидаться, ну и разведать обстановку заодно. Всё еще наивно надеялась, что маркиз не настолько злопамятен. Наверное, потому, что сильно соскучилась за три месяца, и согласилась пойти с мамой на какой-то там приём, куда её с папой пригласили. Она была так счастлива, что я не рискнула огорчать родительницу, пообещав себе быть паинькой и забыть на время о своём ершистом и независимом характере. Может, даже пофлиртую с кем-нибудь, всё равно через неделю возвращаться в Благородную Академию.

Всё было как обычно, много гостей в роскошных фамильных украшениях, леди в туалетах по последней столичной моде, бесшумные слуги с подносами, музыканты в бальной зале. Я улыбалась, кивала, здоровалась, в общем, вела себя в самом деле безупречно, даже приняла несколько приглашений на танцы, как и обещала. И вот третьим как раз оказался высокородный альв Ингерран aл’Синнери. Лучше бы я отказалась, но кто же знал, чем всё обернётся! Однако сначала он был весьма мил, сыпал изысканными комплиментами и смотрел весьма заинтересованно. Ровно до тех пор, пока речь не зашла о моём занятии.

— Вы работаете в Академии? — несказанно удивился альв. — Но зачем, миледи? Любой мужчина счастлив был бы обеспечить вас всем необходимым…

— Милорд, я сама себя прекрасно обеспечиваю, — вежливо прервала я его, всё еще улыбаясь. — И в покровителе не нуждаюсь.

— Такая красивая женщина, как вы, миледи, не должна утруждать себя, — твёрдо заявил он. — Вы рождены, чтобы блистать и быть украшением любого дома…

— Прошу прощения, у меня что-то голова разболелась, — не выдержала я, понимая, что еще слово от этого высокомерного махрового сторонника патриархата, и я что-нибудь ему скажу, крайне невежливое.

Поэтому ушла прямо среди танца, не дожидаясь окончания музыки. Ну ведь знала, что альвы крайне высокомерны и относятся к женщинам, мягко говоря, лишь как к собственному приложению, способному только рожать наследников и быть примерными жёнами! Надо, надо было отказать ему в танце! Весь остаток вечера превратился в кошмар. Я изо всех сил избегала нового столкновения с Ингерраном, а он настойчиво искал моего общества. В конце концов, пришлось как приклеенной ходить с мамой, по крайней мере, в её присутствии он не позволял себе ничего лишнего, слава всем богам.

Ну а оставшуюся до отъезда неделю этот альв проявлял завидную настырность. Не знаю, что за вожжа ему под хвост попала, но этот Ингерран буквально преследовал меня. Присылал цветы, подарки — естественно, дорогие безделушки, которые я отсылала обратно без сожаления. Папа молча одобрял, а мама только вздыхала, не вмешиваясь. Уже знала, что бесполезно уговаривать меня, по её мнению, альв — не самый плохой вариант, и вполне можно было бы сходить с ним на свидание. Только слушать его разглагольствования о месте женщины рядом с мужчиной мне совершенно не хотелось. Хорошо, что я возвращалась в Благородную Академию. А в день отъезда получила письмо от альва, точнее, короткое послание. «Ещё встретимся, моя строптивая леди». Тогда я не придала этому значения, и, видимо, зря.

Услышав ненавистный голос, я отреагировала моментально: вскочила, с грохотом уронив стул, и уставилась на Ингеррана, сжав кулаки.

— Что ты тут делаешь? — требовательно спросила, и это всё, что успела сделать.

Потому что демонов альв с гадской, снисходительной ухмылочкой резко выбросил руку, схватив меня за предплечье, и дёрнул к себе, одновременно активировав портал. Я ахнуть не успела, как оказалась в сотнях километров от Благородной Академии, на землях княжеств альвов, откуда родом моя мать. Всё случилось так быстро, что в реальность происходящего верилось с трудом, ведь ещё буквально днём я нежно прощалась с Айнаром, предвкушая вечернюю встречу! О, боги, встреча! Он же придёт, а меня не будет, и…

— Немедленно верни меня обратно, ты… — я аж задохнулась от вспышки злости, не сумев подобрать приличный эпитет, и с яростью уставилась на невозмутимого Ингеррана.

— О, нет, моя дорогая, не верну, — спокойно отозвался он, скрестив руки на груди и по — хозяйски окинув меня взглядом. — Присядьте, леди Лойхард, поговорим.

Да сейчас, с разбегу, еще тратить время на разговоры со всякими похитителями! Я увидела за его спиной дверь из гостиной и рванула к ней, и мне бы насторожиться, почему это Ингерран не остановил, но эмоции ослепили. Коснулась ручки, рванула… И ничего не произошло. Дверь не открылась. Я уставилась на преграду, ещё раз подёргала без всякого результата, и вот тут по спине скатилась волна ледяных мурашек, а в животе образовалась целая глыба из льда.

— Магия вас не выпустит, миледи, даже не пытайтесь. Это мой особняк, и всё тут подчиняется мне. Пока я не разрешу, вы не выйдете из этой комнаты. Присядьте же, — настойчиво повторил он.

Я сглотнула вязкий ком, обрывки мыслей панически метались в голове, и впервые в жизни, пожалуй, я ощущала себя настолько беспомощной. Жуткое чувство, и меня начала бить мелкая дрожь, так, что пришлось стиснуть до хруста зубы, заставив эмоции успокоиться. По крайней мере, чтобы эта сволочь их не увидела. Распрямив плечи, я медленно развернулась, держа спину и вздёрнув подбородок, прошла мимо Ингеррана, даже не поглядев на него, и села в кресло, сложив руки на коленях.

— Слушаю, — ровно произнесла, изучая узоры на серебристо-розовом шёлке на противоположной стене.

— Итак, объясню ваше нынешнее положение, миледи, — Ингерран сел во второе кресло, соединив перед собой кончики пальцев, и не сводя с меня пристального взгляда. — Тогда, зимой, ваша холодность, признаюсь, изрядно меня задела, я еще не встречал такой упрямой женщины, — от искреннего восхищения в его голосе меня едва не передёрнуло, однако я сдержалась, по — прежнему храня отстранённость. — Вы отвергали все мои ухаживания и подарки, без объяснений, а потом и вовсе уехали. Знаете ли, сильный удар по моему самолюбию, — усмешка Ингеррана вышла слегка кривой, подарив мне мимолётное удовлетворение.

«Переживёшь как-нибудь, скотина», — с чувством выругалась я про себя, однако вслух ничего не сказала, продолжая молча слушать.

— В общем, я узнал всё, что мог про вас и вашу семью, леди, это заняло некоторое время. Приятной неожиданностью стал ваш дар — жена-ментал очень ценное приобретение, — а вот от этих слов меня покоробило, будто я улитку живьём съела. — Ваша магия очень мне пригодится, поможете определить, замышляет ли кто-то за моей спиной…

— Я не стану вашей женой, — не выдержав, перебила его тем же ровным голосом.

Ярость пополам со страхом никак не желали униматься, меня бесило в этом альве всё: от снисходительно-высокомерного тона до его взгляда, внимательного, пронизывающего и слишком откровенного. Пальцы чесались колдануть ему что-нибудь нехорошее и поскорее выбраться отсюда, найти способ вернуться в Академию к Айнару, однако я хотела сначала послушать этого хлыща и понять, что вообще происходит.

— Станете, и знаете, почему? — его усмешка стала шире. — Пожалуй, я начну немного издалека. Альвы никогда не отгораживались от людей, хотя и не смешивались с ними, жили обособленно. Однако время от времени случались и межрасовые браки, интересы рода требовали подобных решений. С незапамятных времён альв или альва, связывающий свою жизнь с человеком, давал клятву роду, магическую, разумеется, что в случае нужды глава рода имеет право потребовать возвращения первенца такой пары в род и распорядиться его судьбой по своему усмотрению. Этим главы обеспечивали лояльность тех, кто покидал наши земли, клятвой практически не пользовались, потому что кому нужны полукровки, — он поморщился, а меня снова окатило волной злости.

Я уставилась на него яростным взглядом и поинтересовалась:

— Так с какого перепуга вы решили притащить меня сюда, милорд? Неужели у вас такая тонкая душевная организация, что не переживёт от женщины отказа? — на последних словах всё же не удержалась, и ядовитая ирония просочилась в тон. — Но я же полукровка, разве вам не зазорно жениться на мне?

— О, миледи, ну что вы, вы очень ценное приобретение, я же сказал, — ничуть не задетый, он коротко рассмеялся. — Во-первых, род вашей матери вполне знатный и старинный, вы не такая уж низкая по положению, а во-вторых, я уже говорил, ваш дар весьма ценен, он мне пригодится. Правда, вас придётся поучить манерам, женщине не пристало перебивать мужчину, пока ей не дадут разрешение сказать, — он чуть нахмурился, а мне захотелось запустить в его физиономию чем-нибудь поувесистее.

Например, той статуэткой с каминной полки. Уверена, шишка у господина наглеца будет знатной.

— Так что, я пошёл к главе рода, моему дяде, и попросил у него вернуть вас в род, — непринуждённо закончил Ингерран, откинувшись на спинку стула. — И теперь вы официально моя невеста. Вечер в честь помолвки состоится завтра, сейчас к вам придёт портниха, подготовить платье, а свадьбу сыграем через неделю, этого хватит для подготовки, — деловито добавил он так, будто всё уже дело решённое, и моё согласие ему совершенно не требуется. — Как уже сказал, из этой комнаты вы не выйдете без моего разрешения или сопровождения, магией даже не пытайтесь воспользоваться — все слуги давали клятву крови моему роду и подчиняются только мне. При любой попытке воздействовать на них клятва их убьёт. Я пришлю учителя по этикету, он вам расскажет хотя бы азы, чтобы завтра вы не опозорили меня перед гостями.

Признаться, дар речи покинул от его тирады, так, что я только могла складывать витиеватые ругательства на голову альва, а внутри всё замирало от ужаса и паники. Он отрезал мне все пути к отступлению. Все! Я не смогу рисковать здоровьем слуг, пытаясь взломать их защиту! В который раз тихо прокляла свой дар, столь же опасный, сколь и бесполезный. Да, я могу влиять на людей, но только если они не защищены, и строго дозированно, иначе причиню непоправимый вред. Мозг человека — очень тонкая штука, как и сознание. И ведь никто не знает, что я у него! Молнией сверкнула мысль: записка. Неужели… Гилара подставила меня? Но зачем, боги, что я ей сделала-то? Или не Гиля, или это всё же Ρозина решила отыграться?

— Как вы нашли меня? — выговорила всё же я непослушными губами.

— Ну так а вы не делали из этого тайны, — пожал плечами Ингерран, обернувшись у самой двери. — А в Академии одна леди любезно согласилась мне помочь в вашей поимке, — одарив еще одной снисходительной улыбочкой, он вышел, аккуратно прикрыв дверь.

Я осталась одна, в полном отчаянии, и, пожалуй, впервые за очень долгое время просто расплакалась, закрыв лицо ладонями и дав волю эмоциям. Никто не найдёт меня здесь, Ингерран не позволит связаться даже с родителями, и скорее всего, лишь после свадьбы разрешит отправить им весточку. Клятва рода… Вряд ли он врал, ведь это очень легко проверить завтра, наверняка глава рода придёт на этот клятый вечер, ведь Ингерран его племянник. А и проверю, спрошу обязательно! И даже если это в самом деле правда, этот альв еще пожалеет, что запер меня в золотую клетку. Всё, Сильва, поплакали, и будет. Айнар точно станет искать, я же исчезла так внезапно. Моя задача — продержаться и не позволить свадьбе случиться, ведь после этого пути назад не будет. По законам альвов Ингерран получит надо мной полную власть, а разводов у них нет в принципе.

Последний раз шмыгнув носом, я вытерла лицо и выпрямилась, сжав губы. Этот высокомерный урод ещё не знает, с кем связался. Что ж, его ждёт очень неприятный сюрприз.