Глава 22

Наступает вечер, а это значит, что странный и сумасшедший день подготовки пора заканчивать. Игорь выходит из кабинета первым, а я вслед за ним. Он чуть разворачивается и подает мне ладонь. Так буднично и спокойно, как это делают влюбленные. Я немного теряюсь, потому что мы все еще в офисе.

Мы теперь ничего не скрываем?

Конечно, слухи уже ходят. Все видели, что я слишком часто оказываюсь в его машине. Но одно дело — догадки, и совсем другое — вот так, открыто, перед всеми.

Я нерешительно беру его ладонь. Он тут же сжимает ее и уверенно ведет меня к лифтам. Мимоходом я замечаю, как оживляются рабочие места в общей зоне. Те, кто раньше сосредоточенно смотрел в экраны ноутбуков, теперь украдкой бросают взгляды в нашу сторону. Разговоры стихают. Все смотрят.

Но Игорь не обращает на это внимания. Он вызывает лифт, а потом притягивает меня ближе, приобнимая за талию.

— Может, что-то закажем из ресторана? — буднично спрашивает он. — Я бы съел стейк с овощами.

— Хорошо, — киваю.

Стейк. Ужин вместе. Все звучит так привычно, как будто мы действительно пара. Как будто мы всегда возвращаемся домой вместе, обсуждаем планы на вечер.

А завтра… Завтра мы вовсе объявим о свадьбе.

Я делаю глубокий вдох. Пытаюсь освоиться в новой реальности. Дорога до его апартаментов становится привычной, мы приезжаем к нему и поднимаемся на верхний этаж. Как только за нами закрывается дверь, я сразу ощущаю разницу. Офис остался далеко позади, и здесь уже нет ни любопытных взглядов, ни напряжения. Зато есть приглушенный мягкий свет и приятный аромат после уборки, который всегда бывает в хороших отелях.

Игорь снимает пиджак, бросает его на спинку дивана и поворачивается ко мне.

— Не думай о делах. По тебе видно, что ты устала. Если не переключишься, завтра будет тяжело.

Я выдыхаю и отбрасываю волосы назад. Да, он прав. День был сумасшедший, и, если сейчас не остановиться, я просто сойду с ума от всего этого.

— Как скажете, босс, — улыбаюсь я.

Он усмехается и увлекает меня вглубь апартаментов.

— Пошли ужинать.

За столом я чувствую, как постепенно расслабляюсь. Горячий стейк с кровью, бокал красного вина… так и правда можно прийти в себя после рабочего стресса. И не только рабочего. Игорь сидит напротив, слегка откинувшись на спинку стула, лениво водит пальцем по краю бокала и наблюдает за мной с едва заметной улыбкой.

— Я не думала, что ты можешь быть таким заботливым, — произношу я, разглядывая его.

— Просто привык, что отдохнувший человек работает эффективнее, — усмехается он.

Вот эти его шуточки…

Похоже, он, как и я, не умеет принимать благодарность.

— Ты вообще умеешь ухаживать, — продолжаю, а потом понимаю, что сейчас правильный момент, чтобы узнать его лучше. — У тебя было много отношений?

Игорь, к моему удивлению, становится чуть серьезнее. Он на мгновение смотрит в сторону, будто решая, стоит ли говорить.

— Моя жена была первой женщиной в моей жизни, — говорит он наконец. — Мы познакомились еще в семнадцать.

Я невольно замираю. Не ожидала.

— В семнадцать?

Он кивает, в глазах пробегает тень.

— Да. У нас был период, когда мы расходились надолго, но потом снова сошлись.

— Из-за чего расходились? Или это слишком личное?

— Из-за детей. У нас не получалось завести ребенка, хотя здоровье у обоих было в порядке. Я спокойно к этому относился. Конечно, мне хотелось детей. Но нет так нет. У меня есть брат, у него трое чудесных детей, я всегда думал, что наследство им достанется.

Он немного нервно улыбается.

— Я потом размышлял и пришел к выводу, что я давно ей был поперек горла. У нас с годами сильно разошлись мнения. Она хотела жить в другой стране, хотела вращаться в другом обществе… Но она не могла отказаться от моих денег, поэтому оставалась рядом. Я же…

— Однолюб? — я помогаю ему подобрать слово.

— Наверное. Плюс врожденная слепота, — он усмехается. — Я ничего не замечал, пока не получил несколько пуль в корпус. В больнице было много свободного времени, и я только тогда начал анализировать наш брак.

Я убираю бокал в сторону.

Моя история с предательством Валентина даже немного меркнет на фоне испытаний Игоря. Мне теперь кажется, что он самый настоящий романтик. Влюбился в первую же девушку в своей жизни и сделал ее своей женой. Может, он тоже изменял, может за долгие годы брака между ними случалось разное, но факт остается фактом: он был женат на одной женщине, с которой познакомился еще в семнадцать лет. А поводом для развода стало ее предательство.

Интересно, что было в ее голове? Как так можно поступить с собственным мужем? Ей предложили настолько большие деньги? Или она решила, что это отличный шанс избавиться от супруга, но сохранить свой статус и получить возможность распоряжаться всеми его активами? Баснословно богатая вдова… для некоторых женщин так выглядит заветная мечта.

— Только не думай, что я святой. После развода я догнал показатели, — продолжает Игорь. — Наверстал все, что упустил. Даже с лишком… Хотя я не горжусь этим.

Я молча смотрю на него. Видимо, в тот первый вечер, когда я сама полезла в его руки, для него все складывалось привычно. Очередная интрижка, очередная любовница, очередной показатель.

Я тянусь через стол и беру его за руку.

— Давай правда отдохнем, — мягко говорю я.

Он сжимает мои пальцы в ответ, а потом поднимается.

— Пошли. Только мне нужно в душ.

Я вижу, как закономерная мысль сразу ударяет ему в голову. А в его ладонях появляется ласковая настойчивость.

— Нет, Шумицкий, я не пойду с тобой в душ, — пытаюсь протестовать заранее. — Это уже слишком. Ты настолько оголодал? Третий секс за день…

— Да, я оголодал, — с легкостью соглашается он. — Ты слишком долго дразнилась…

— Долго? Ты прилетел в наш город всего пару дней назад.

Он подхватывает меня на руки, так что все мои доводы становятся бесполезны.

— Ты просто сводишь меня с ума, Катерина, — произносит он над моим ухом, и по моей коже тут же запускается ток.

Черт…

Я тоже, что ли, оголодала?

Так легко откликаюсь, зажигаюсь…

Как только мы заходим в ванную, Игорь запускает воду. Он нежно касается моего запястья, его крепкие пальцы проходят выше, скользя по моему предплечью. Я чувствую, как воздух вокруг меня становится обжигающим.

— Повернись, — просит он.

Я поворачиваюсь к зеркалу, и он оказывается позади. Его руки скользят к пуговицам на моей блузке, не спеша расстегивают одну за другой. Он делает это так неторопливо, что у меня перехватывает дыхание. Ткань плавно сползает с моих плеч, он наклоняется, проводя губами по обнаженной коже.

— Ты сладкая, — шепчет он.

Я едва сдерживаю стон, когда его ладони скользят вниз, касаясь моего живота, а потом бедер. Он ловит мой взгляд в зеркале и улыбается уголками губ.

Я не могу ничего ответить. Только тяжело дышу, пока он медленно стягивает с меня юбку. Его руки скользят по моим бедрам, дразняще задерживаются на нижнем белье. А потом он вдруг опускается на одно колено и целует меня чуть выше колена, потом выше, добираясь до бедра.

— Игорь… — выдыхаю я, закрывая глаза.

— Я здесь, — отвечает он, проводя языком по чувствительной коже.

Он касается меня так, как будто изучает, как будто запоминает каждую деталь. И когда я уже совсем теряюсь в ощущениях, он снова поднимается, ловит мои губы в жадном поцелуе. Я чувствую, как он снимает с меня последнее, а потом тянет в сторону.

Горячая струя душа ударяет по коже, капли стекают по моей спине, по груди, бедрам. Я вздрагиваю от контраста между жаром воды и прохладой воздуха. Игорь заходит следом, обхватывает меня руками, притягивая к себе.

— Мне тоже нужно снять одежду, — усмехается Игорь.

Он делает это быстро, без лишних движений.

— Ты так на меня смотришь, — произношу, когда он ловит мой подбородок.

— Как?

— Так, будто сейчас набросишься.

— А если так и есть?

Он смеется, но в его глазах уже совсем другой огонь.

— Тогда не сдерживай себя, — шепчу, и он прижимает меня к стене и накрывает поцелуем.

Наши тела, горячие и мокрые, сплетаются так крепко и тесно, что становится трудно дышать. Я чувствую, как он гладит меня, как дразнит, как его дыхание становится тяжелее.

— Катя, — выдыхает Игорь, когда я прикасаюсь к нему.

— Я хочу тебя, — отвечаю честно.

Дальше не остается никаких слов. Только прикосновения, поцелуи, горячая вода и импульсы между нами, которые вспыхивают с каждым движением.