Глава 7. Скай

— Малышка, ты должна будешь сходить со мной на ужин, если хочешь, чтобы я согласился на условия Стефана, — самодовольно изрекает своим хамским ртом «Киллман».

— Я вам не малышка! И это в ваших же интересах! — складываю руки на груди, когда он, абсолютно не стесняясь, начинает раздевать меня своим взглядом. — Так что не отвлекайтесь и начните уже записывать эту свою песню, а я пока пойду. Если что-то будет нужно — обращайтесь к Кимберли, она мне передаст.

— Что, даже не дашь свой номерок? — он подходит ко мне и, не занимая наглости, принимается лапать за задницу. — Ну же! Не противься, малышка.

— Что вы себе позволяете!? — пытаюсь быть вежливой, но всё-таки отпихиваю его руки от себя, а ему хоть бы хны.

— Да брось! Я же знаменитый. Когда ты в последний раз ходила на свидания со звёздами? — он хватает меня за руку и грубо тянет к себе.

— Отстаньте от меня! — уже совсем невежливо кричу я. — Отпустите меня!

— Что здесь происходит, вашу мать? — слышу грозный голос своего босса. «Киллман» моментально отстраняется от меня. Я не успеваю совладать с равновесием и словно мешок с костями валюсь с ног на пол.

— О, Стефан! Да вот, склоняю твою новую сотрудницу к свиданию, — как ни в чём не бывало произносит «Килман». — Разве это запрещено?

Я поднимаю голову и ненавязчиво кошусь на этих беспринципных наглецов, параллельно понимая, что со стороны всё это выглядит просто отвратительно. Я на коленях перед двумя взрослыми, солидными мужчинами, но никто и не торопится протянуть мне руку помощи. Мужчины нынче обмельчали.

— В стенах моей студии это категорически запрещено! — строго выдаёт босс, устремляя взгляд на меня, валяющуюся на полу. Он обходит меня, пока я самостоятельно поднимаюсь на ноги и вплотную подходит к «Киллману». Гросс обращается к нему очень тихо, но это вовсе не означает, что я не слышу, о чём он говорит: — А вот за её пределами может делать с ней всё, что угодно. Хоть трахнуть, если сильно хочется.

Он серьёзно? Какой бесчувственный нахал!

— Я понял! — певец вскидывает руки вверх. — Буду теперь иметь в виду, что в этих стенах понятие флирт и всё, что с ним связано — неуместно! Как ты с этим живёшь, Стефан? Неужели тебе самому иногда не хочется поиграться с девчонками?

Не хочу становиться свидетелем подобных разговоров. Я тихонечко подхожу к двери, чтобы уйти куда подальше от этих болванов.

— Скай, не торопись! — я вздрагиваю от его голоса и замираю в дверях, боясь развернуться к нему лицом. Ну уж нет! Но босс сам обходит меня и встаёт напротив. — Можешь привлечь его к ответственности за сексуальное домогательство, если пожелаешь. Его карьеру уже ничем не испортить.

— Какого чёрта, Стефан!? — вмешивается рэпер, с мольбой в глазах уставившись на уважаемого шефа. — Мы с тобой так не договаривались!

— С законом не договариваются! — сердито произносит он ему, но не сводит глаз с меня. — Его соблюдают или нарушают. Что выберешь ты мне плевать, но, будь любезен, не подрывай репутацию моей же компании. Не имею ни малейшего желания светиться в новостных каналах, если Скай всё же заявит на тебя!

Он и впрямь думает, что я могу заявить на кого-то из-за безобидного шлепка по заднице? Я, конечно, польщена, что в такой щекотливой ситуации он оказался на моей стороне, но он, видимо, тот ещё идиот, если решил, что у меня есть лишнее время и нервы разъезжать по этому поводу по полицейским участкам.

— Для того, чтобы подать заявление необязательно ехать в участок, Скай! Достаточно одного лишь звонка, и они будут здесь, — словно прочитав мои мысли, продолжает он, как будто это я в чём-то провинилась. — Так что в итоге?

— Нет, что вы? Всё в порядке! — отмахиваясь, с напускной доброжелательностью отвечаю я, а сама думаю, как бы свалить от них. — Я могу идти?

Гросс ещё с некоторое время таращится на меня. В его глазах плещется отчётливое разочарование. Он, вероятно, ожидал услышать от меня совсем иной вердикт по произошедшему инциденту. Но что? Он же сам обмолвился, что не желает подрывать репутацию студии. Тогда в чём дело?

В воздухе повисает напряжение, и я не придумываю ничего лучше, чем обнажить свои зубы, кривя рот в широкой улыбке «а-ля Джим Керри». Вот тупость!

— Мисс Гарднер, у вас нервный тик? — его насмешливая ухмылка играет в уголках губ. — Ваше лицо вот-вот разорвёт!

Да, ваше козлячество! У меня такой нервный тик, что даже молоточка не потребуется для того, чтобы пару раз врезать вам между ног!

— Нет, мистер Гросс. Просто я не привыкла к подобного рода ситуациям. Так я могу идти?

— Иди, конечно! И прими что-нибудь успокаивающее! Попроси Кимберли сделать тебе чай с ромашкой. Тебе ведь ещё предстоит вести переговоры с киностудией по поводу клипа для этого идиота! — нахально указывает он в сторону «Килмана». Я вдруг прыскаю со смеху. Почему-то мне кажется этот момент довольно забавным.

— Сами вы идиоты! — недовольно бурчит рэпер.

— Поговори мне ещё тут! — слышу голос Гросса, когда торопливо удаляюсь в свой кабинет.

Понятия не имею, что это может быть за киностудию, на какой номер мне звонить и с кем общаться, но я уж лучше буду выстраивать логическую цепочку самостоятельно, чем утруждать себя излишней болтовнёй с Гроссом. Он действует мне на нервы, а прошло всего каких-то пара часов.

Я сижу за своим рабочим столом и пялю ошалелые глаза на потухший экран компьютера, боясь притронуться к нему и взорваться к чёртовой матери. Помню, как в последний раз я выводила на печать один захудалый сценарий, когда ещё прислуживала Пулману, так меня тогда чуть не зажевало вместе с бумагой. В этот раз подобных пыток я себе не желаю.

Аккуратно прикасаюсь к мышке и монитор моментально оживает. Боже! Сколько здесь папок. Это ж целый лабиринт… Ощущаю себя хомячком, ищущего выход. И что мне с ними делать?

Примерно через час тщательных и небезуспешных поисков, что позавидовала бы сама Мисс Марпл, в папке «Всякое дерьмо», я всё-таки нахожу нужный мне документ под названием «Киностудия Неттинг Фильмз», открываю его и узнаю номер телефона.

Вот! Я справилась сама, как и предполагала. Даже не взорвалась! Нужно бы это отметить! И только спустя время до меня доходит, что можно было обойтись элементарным «поиском». А кто сказал, что я ищу лёгкие пути?

— Добрый день! Могу ли я поговорить с мистером Неттингом?

— Добрый — не то слово, а кто его спрашивает? — радостно отвечает девушка на том конце.

— Оу, прошу прощения. Меня зовут Скай Гарднер, я помощница мистера Гросса, и звоню по вопросу проведения съёмок клипа.

— В таком случае можете обсудить это со мной. Я как раз-таки отвечаю за эти вопросы.

— Эм-м… мисс…, — осекаюсь я.

— Прошу прощения, я частенько забываю представиться. Зовите меня Ассоль! — приветливо говорит девушка.

С этим мы с ней похожи. Она мне уже нравится!

— Ассоль, скажите, когда мы сможем приехать к вам на съёмки? Я так полагаю павильон находится на территории вашей киностудии?

— Да, мистер Гросс говорил, что съёмки буду проходить в павильоне «Лас-Вегас», — она мычит в трубку с некоторое время. — Вы сможете приехать, скажем, завтра в 12 часов дня? Это единственное свободное место в ближайшие две недели как минимум.

— О, но завтра же выходной?! — досадно выпаливаю я.

Девушка хихикает в трубку, а мне хочется повеситься в очередной раз за то, что язык мой бежит вперёд моих мыслей.

— В нашей деятельности понятия «выходной», так же, как и «спокойный сон» не существует. Привыкайте, Скай.

— Вот как? Хорошо, тогда ожидайте нас завтра к полудню.

— Отлично! — уже хочу попрощаться, как вдруг Ассоль загадочно произносит: — И да, Скай… Удачи вам! Она вам как никогда пригодится!

— Угу, спасибо, мисс…э-э… Ассоль.

О чём это она? А хотя неважно!

Время уже близится к обеду, а меня то и дело клонит в сон. Я «клюю носом», сидя за компьютером, и мечтаю включить «Отчаянные домохозяйки», но совесть моя не позволяет мне сделать это в первые рабочие дни.

— Скай! — утробный голос босса пугает меня до усрачки. Я вздрагиваю и громко сглатываю, наблюдая за тем, как он молча проходит в мой кабинет и обходит меня, останавливаясь у меня за спиной.

— Вы х-х-хотели что-то сказать, мистер Гросс? — мой настороженный голос дрожит. Я судорожно проверяю закрыла ли на компьютере вкладку своей страницы на фейсбуке. Слава богу, закрыла!

— Сказать — нет! Спросить — да!

— И что же? — хочется развернуться и посмотреть, что он делает. Мне некомфортно, когда кто-то пристраивается ко мне сзади.

— Ты спала этой ночью? — спокойно спрашивает.

— В смысле, мистер Гросс?

— В прямом! Дрыхла ли ты ночью, укладывалась ли баеньки, отлёживала ли себе бока? Достаточно синонимов для того, чтобы понять меня?

— Конечно! Ночью я отдыхала, если вы об этом!

— Тогда какого чёрта ты болтаешь своей головой в разные стороны вот уже полдня, словно ты на рок-концерте, а не на рабочем месте!?

Ох. Боюсь представить, как это могло выглядеть со стороны. Но откуда он узнал?

— Вы следите за мной? — спрашиваю, разворачиваясь в кресле. Теперь я смотрю прямо ему в глаза, но не вижу абсолютно ничего. Я не могу понять его настоящих эмоций. Мне кажется, что он зол на меня, но в тоже время разум подсказывает мне, что этим самым он просто-напросто решил подшутить надо мной.

Гросс ехидно ухмыляется и выставляет указательный палец вверх. Я медленно поднимаю голову и вижу, как наверху красуются малюсенькие камеры видеонаблюдения, вмонтированные в потолок. Какого хрена?

— Но это же незаконно! Это мой кабинет! Я должна иметь своё личное пространство! — возмущённо срываюсь на крик, но ему всё равно. Гросс лишь закатывает глаза.

— Тебе следует внимательней изучить законы. Давай договоримся так: если нет никаких важных дел, то можешь заниматься своими делами. Интернет в твоём распоряжении, но если вдруг решишь залезть на порносайт, то сразу предупрежу — самый достойный материал без вирусов и подписок на «Порнпабе». На личном опыте убедился, так как твоя предшественница грешила этим. Мне пришлось её уволить.

— Меня это не интересует!

— Хм! Хорошая новость! — он смотрит на свои дорогущие наручные часы и затем снова на меня — Тогда может обед тебя заинтересует?

Он приглашает меня перекусить? Вот это да!!!

— Да, мне не помешало бы отобедать! — произношу синхронно со своим урчанием, доносящимся из живота. Я зверски хочу есть.

— Здорово! Тогда у тебя есть ровно час на всё про всё! Выпей кофе, приободрись, Скай! Не будь размазнёй! — монотонно говорит и устремляется прямиком к выходу. Волны разочарования в один миг накрывают меня с головой.

Не пойму!? Я что, огорчена тем, что иду обедать не с ним? Да не может этого быть!

— Вам что-нибудь принести? Кофе? Сандвичи?

— Нет! — резко бросает — Я привык добывать себе еду самостоятельно!

У меня имеются целых сто баксов, мой желудок об этом догадывается и требует нормальной здоровой пищи, а ещё лучше бы изысканных деликатесов, но я всё же игнорирую его позывы и решаю обойтись вреднейшим хот-догом и не менее вредной колой. Хм… а ровно через час на рабочем месте меня поджидает вредный босс. Если я задержусь на этой работе надолго, то вынуждена буду потребовать от него молоко за вредность, иначе я стану расплывшимся пузырём с неустойчивой психикой.

Я выбираю себе укромное местечко на лавочке в малолюдном сквере, совсем недалеко от офиса и с огромным удовольствием вкушаю эту умопомрачительную еду, которую не ела уже очень долгое время. Я приверженец здоровой пищи, но, видимо, не тогда, когда в моих карманах гуляет безденежный ветер моих разочарований. Уйдя глубоко в размышления о предстоящем дне и что может поджидать меня завтра наедине с боссом, я вдруг различаю незнакомый звук, доносящийся из моей сумочки. Не сразу, но всё-таки вспоминаю, что это должен быть телефон моего босса, точнее теперь уже мой телефон, но мне в жизни к этому не привыкнуть. Такие дорогущие безделушки строго-настрого противопоказаны человеку, у которого всё валится из рук.

— Как дела у тебя и у твоего парня? — первое, что слышу, когда подношу телефон к уху. Как хорошо, что вчера я умудрилась настроить переадресацию, и теперь до меня могут дозвониться моя семья и друзья. Больше ведь некому.

— Привет, Ирма! У меня так себе, а вот у моего парня просто замечательно, ведь он ещё не знаком со мной! — с набитым ртом отвечаю.

— Что-то случилось, дорогая?

Моя подруга, с которой мы дружим с самых пелёнок, знает меня лучше всех остальных, порой даже лучше меня самой, поэтому от неё бывает крайне трудно упрятать своё паршивое настроение. Особенно тогда, когда этого вовсе не хочется делать. Сложно, когда люди частенько видят тебя жизнерадостным и неунывающим. Они привыкают к этому настолько, что хотят видеть тебя таким на постоянной основе, но дело в том, что ты исчерпал весь свой годовой запас позитива и у тебя уже не хватает сил скрывать, что на самом деле ты лишь унылое говнишко.

— Да так! — тягостно вздыхаю — Я совсем запуталась. Не знаю хочу ли я работать на этого Гросса — Босса всея Америки.

— Почему ты вдруг начала сомневаться? Он что, подкатывает к тебе? Только скажи мне! Я ему мигом яйца в морской узел завяжу, ты же меня знаешь! — с вызовом произносит моя любимая подруга, чем очень веселит меня. — Правда, если он начал бы подкатывать ко мне, то я не особо-то и жаловалась, поэтому я требую от тебя незамедлительных объяснений!

— Нет, Ирма! Он не подкатывает ко мне, скорее, наоборот. Дело в том, что он пугает меня. Рядом с ним я не могу расслабиться в полной мере. Представляешь, он следит за мной по камерам видеонаблюдения!? Чувствую себя заключённой!

— Это хорошо! Если следит — значит ты ему интересна.

— Я работаю на него! Естественно, в его интересах, чтобы я занималась работой, а не штаны просиживала! — понимаю, что эта тема начинает меня понемногу напрягать, и спешу от неё отделаться. — Лучше скажи, как у тебя дела?

— Если честно, то не важно, — слышу нотки печали в голосе Ирмы, что бывает довольно редко. Она, как заведённая зайка Энерджайзера — никогда не бывает в плохом расположении духа, поэтому я навострю ухо. — Компания, в которой работал Майлз обанкротилась. Теперь ему нужно срочно искать новую работу, так что со вчерашнего дня мы в таких же условиях, как и ты.

— Зато теперь ты меня понимаешь! В любом случае Майлз что-нибудь придумает! Он у тебя молодчина, — я нисколько не шучу. Ирме очень повезло встретить Майлза. Они как две половинки целого, что в наше время встречается не так часто.

Краем глаза я замечаю, как какой-то молоденький парнишка, направляется в мою сторону, громко шаркая подошвой ботинок. Я немного напрягаюсь и озираюсь по сторонам. Как назло, вокруг не замечаю ни единой души, но всё же не думаю, что этот малой может оказаться каким-нибудь маньяком. Вид у него вполне приличный. Может быть он просто решил прогуляться по парку?

— Девушка, не подскажите который час? — робко спрашивает он, я с облегчением выдыхаю.

— Без четверти час! — отвечаю, быстренько глянув на экран телефона.

Но я в очередной раз доказала самой себе, что несчастье — моё второе имя, и что я очень плохо разбираюсь в людях, поскольку парень неожиданно подбегает ко мне, застав тем самым меня врасплох, и без каких-либо усилий выхватывает сумку у меня из рук, после чего драпает от меня со всех ног. Что за фигня?

— Боже! Это же «Шанель»! — воплю я, пытаясь ринуться за ним вслед, но быстро смекаю, что мне ни за что не догнать его. Остаётся лишь крикнуть ему вдогонку: — Оставь хотя бы два бакса! Как я теперь доберусь до дома?

— Эй, Скай! Скай, мать твою! — слышу взволнованный голос подруги из динамика телефона. — Что там у тебя стряслось?

— Ирма, меня обокрали! Средь бела дня! — я реву и в отчаянии приземляюсь на траву. Почему? Почему я вечно попадаю в передряги?

— Нужно срочно идти в полицию! Где ты сейчас? Там наверняка есть уличные камеры! Может быть им удастся его найти!

Какой отчаянный коп будет искать сумку, в которой не было ничего важного? Да даже, если бы и было, зная моё везение, то её всё равно никогда не найдут. Можно даже не заморачиваться.

— Не люблю я это! Тем более в сумке, кроме сотни баксов и косметички ничего не было. Жаль только сумку. Мне её Ноэль подарил, — я приподнимаюсь с земли, так как время уже поджимает. Через десять минут мне уже нужно быть в офисе. — Хорошо хоть телефон со мной! Правда всё же не мой, но тем мне менее его слава богу не украли. Это уже, в некотором роде, везение!

— Ты так и не отдала ему этот дорогущий гаджет?

— Нет! Он сказал, что это подарок, а подарки на сколько мне известно не возвращают, — снова становится тошно, как только вспоминаю, что мне предстоит ещё шесть часов сидеть под камерами. — Боже! Почему я такая неудачница?

— Не переживай, кошечка. Рано или поздно тебе сполна воздастся. Вот увидишь! Ещё помянешь слова своей горячо любимой подруги Ирмы-прорицательницы в четвёртом поколении! — ей снова удаётся меня рассмешить. Люблю её.