23

Жизнь почти вернулась в обычную колею. Только Марко раздражал. Всегда успевал оказаться возле Анны первым: то попить принесет, то стул в сад вынесет, чтобы работала на свежем воздухе. Крис вспоминал, как сам уговаривал сновидицу выйти погулять, и как получал отказ раз за разом. Теперь оставалось вздыхать и заниматься домом: следить, чтобы все работало, оплачивать счета, планировать бюджет… Правда, назвать Марко нахлебником тоже не получалось: он взял на себя заботу о приусадебном участке. Отныне газон радовал стриженой травой, сорняки с цветников исчезли, да и деревья казались наряднее в белых полосках извести.

— А разве их не весной белят, чтобы уберечь от ожогов?

— Весной, — соглашался Марко. — Но я туда лекарство добавил, болеют деревья, лечить надо.

И Крис смирился.

Анна не обращала на их перепали внимания. Она почти не вставала из-за компьютера, прерываясь только после настойчивых напоминаний: трижды в день ей требовалась специальная гимнастика. Но, сделав комплекс, снова возвращалась к ноутбуку. Что она там искала, Крис так и не смог допытаться, но время от времени ему приходилось оплачивать счета из странных магазинов. В конвертах, что приносили курьеры, лежали газеты. Пожелтевшие страницы, выцветшие фотографии. Анна читала и перечитывала, что-то выписывала и лезла в ноутбук. В тетради, что она завела вместо сгоревшей, оставалось все меньше пустых страниц.

— Нельзя так себя изводить! — сокрушался Марко. Но Анна не слушала. И все чаще её взгляд останавливался на Крисе. Наконец, она решилась:

— Поможешь?

Теперь уже Крис мог ехидно улыбаться Марко. Но только, когда никто не видел: семинарист прекрасно понимал, что ему не по чину любые чувства к Анне. Но поделать с собой ничего не мог.

Он снова много молился. Об избавлении сестры, о своем спасении. Но теперь он просил прощения и за то, что поддался греху, забыл о будущем сане. И после завтрака спешил в кабинет, рассортировывал газеты, вырезал отмеченные статьи, раскладывал их по папкам. А после и сам заинтересовался содержимым.

Убийства. Самоубийства. Изнасилования. Анна скрупулезно собирала их по датам, месту, часу. А потом «привязывала» к передвижению кардинала.

— Вот, взгляни, — показала она схему. На карте красной линией отмечался маршрут Его Высокопреосвященства. И в городах, которые он посещал, происходил всплеск преступлений.

— А вот тут смотри, даже серийный убийца объявился, — остро отточенный карандаш обвел город кольцом.

— Поймали? — Крис кинулся искать статью.

— Нет. Стоило кардиналу уехать, все стихло, — Анна закрыла вкладку. — Ну, а ты как? Сестра так и приходит? Извини, пока не могу помочь.

— Нет, пока все тихо, — ложь далась неожиданно легко.

Агата являлась. Но в дом проникнуть не могла. Слонялась по саду, заглядывала в окна. Иногда, просыпаясь ночью, Крис видел её лицо, прижатое к стеклу второго этажа. После второго раза он перестал открывать занавески даже на день.

— Врешь ведь, — вздохнула Анна. — Я же слышу, как ты молишься. Обещай: если станет невмоготу, ты скажешь.

— Обещаю! — Крис скрестил за спиной пальцы. Две лжи подряд — это уже много.

Пару раз в неделю он ездил на курсы. Анна тоже выбиралась в город. Марко играл роль верного паладина и всегда её сопровождал, к большому неудовольствию Криса. Дом оставался пустым.

И, вернувшись в очередной раз, они нашли его разгромленным.

Распахнутые створки являли миру пустые недра шкафов. Вещи валялись на полу, мужские и женские вперемешку. Пропали ноутбуки, игровая приставка и маленький телевизор из спальни Марко. Анна не досчиталась украшений.

Полиция только добавила хаоса. Ходили по дому в уличной обуви, лезли во все углы. Анна уже не могла отвечать на вопросы, так часто её допрашивали. Марко откровенно злился:

— Лучше бы воров искали.

Крис не выдержал, подошел к самому активному следователю:

— Простите. Но Анна только недавно вышла из больницы. Ей надо отдохнуть.

— Конечно-конечно, — согласился детектив, — но все же ей придется ответить на несколько вопросов.

— Если позволите, на них отвечу я.

Детектив скользнул взглядом по колоратке и кивнул:

— Как скажете, падре.

В этот раз Крис не стал поправлять.

Анна, получив разрешение, тут же поднялась наверх. Но не в комнату, а в кабинет. Уселась на диван, обняла подушку. Взгляд перебегал с одного предмета на другой.

— Они ушли? — спросила она замершего у дверей Марко.

— Как же! Везде носы суют, вынюхивают… — в голосе мужчины звучал гнев, смешанный с презрением.

— Ты не любишь полицию? — Анна смотрела на Марко с любопытством. Тот смутился:

— А кто их любит? Только и норовят… — договорить он не успел.

— Ушли!

Марко воспользовался приходом Криса и улизнул.

— Что это с ним?

— Кажется, что-то личное, — пожала плечами Анна. — Ну, что тебе поведали наши стражи правопорядка?

— Подозревают простой грабеж. Говорят, нам не стоит беспокоиться. И намекают, что украденного не вернуть.

— Конечно, не вернуть, — Анна крепче прижала к себе диванную подушку, — оно нигде не всплывет.

— Не понял. Почему это? — Крис пододвинул стул и уселся верхом, облокотившись локтями на спинку.

— Ворам нужны были не компьютеры. И не другая техника… — Анна говорила, не глядя на собеседника. Её взгляд следил за облаками в окне. — Пропали документы. Все, над чем мы работали последние две недели.

Крис не поверил. Кинулся к рассыпанным по полу бумагам. Обрезки газет, вырванные страницы… Разная ерунда. Папка и заветная тетрадь исчезли.

— И… что теперь делать? Все заново?

— Зачем? — Анна достала телефон. Щелчок, и на ладонь выпала карта памяти. — С собой ношу. Так что беспокоиться нам о другом надо.

— О том, что они… знают? — Крис огляделся, словно боялся слежки.

— И о том, что мы не знаем, кто такие «они», — добавила Анна.

— Разве… не Орден?

Сновидица покачала головой:

— Все может быть. Но не факт, что твоя догадка верна. Кардинал член Ордена. Но кто знает, какие цели он преследует? Поэтому… зови Марко обратно.

Тот вошел, сразу приковав к себе внимание Анны. Крис отошел сторону: не до личных предпочтений сейчас.

— Ангел, ты звала?

— Ты так стремительно убежал… Я не успела остановить. Хочу посмотреть, что происходит в Вересковой Пустоши. Ты мне поможешь?

— Разумеется. Все, что ты захочешь.

— Анна, это опасно! — не выдержал Крис. — Тебе запретили сновидеть! Врачи…

— Я сама буду решать…

— Я буду рядом с Ангелом…

Они возмутились одновременно. Но Крис услышал лишь сновидицу: она не собиралась уступать. Из груди вырвался обреченный вздох:

— Тогда подождите, аптечку принесу.

Прежнюю коробочку давно сменил большой пластиковый ящик. Крис набил его бинтами, стерильными салфетками, антисептиком и гемостатическими губками. Даже кетгут и иглы припас. Но пока пользоваться ими не имел права: курсы не включали этого умения.

— Снотворное дай, — попросил Марко. Он лежал на ковре. Анна кинула ему подушку:

— Не волнуйся сильно. Я постараюсь…

— Ангел, я буду тебя ждать… — Марко заснул прежде, чем договорил.

Анна подтянула к себе дзё и укуталась в одеяло:

— Холодно тут… Крис, если с Марко что-то будет не так — буди его. Хорошо?

Она заснула, едва коснувшись головой подушки. Крис в который раз удивился этой особенности сновидицы, придвинул кресло поближе и уселся ждать.

Ничего не происходило. За три часа Анна даже не пошевелилась. Крис всматривался в резьбу на дзе, но она оставалась холодной. Марко удостоился мимолетных взглядов.

— Все в порядке? — Анна села в кровати. — Буди Марко. И сделай кофе!

Из сновидений Анна возвращалась голодной, и Крис, пока она приходила в себя, приготовил бутерброды. Хлеб, масло, копченая рыба. Где-то он слышал, что содержащиеся в ней вещества помогают работе мозга и старался почаще кормить сновидицу морепродуктами. Та не обращала внимания на все рассуждения своего хранителя и просто ела. Но, когда рыба стала входить в любой сэндвич, взбунтовалась. Крису пришлось предлагать альтернативу. Вот и теперь тут же схватила бутерброд прежде, чем Крис поставил тарелку на стол. К большому разочарованию молодого человека — с расплавленным сыром.

Он потянулся гибкой ниточкой. Потом порвался, оставшись завитком возле губ, чуть припухших после сна. Анна слизнула его и от этого движения замерли оба: и Крис, и Марко.

— Кофе, кофе!!! — раздался стон.

Крис спохватился. На кухне загудела машина и вскоре дом наполнил аромат кофе. Над кружками поднимался пар, Марко хлебнул и даже не заметил, что кипяток. Анна зябко обхватила фарфор, грея руки и собираясь с мыслями.

— Значит, так…

Мужчины превратились в слух.

— Я была в Пустоши. Там… В общем, они уже особо и не скрываются.

— Кто — они? — перебил Крис. — Как вспомню, что видел, мурашки по коже. До сих пор.

— Да ничего ты еще не видел, — вздохнула Анна, — так, прощупывали тебя. А кто… Да так, нечисть всякая. Пустошь неспроста появилась, этот городок стоит на месте «провала», его облюбовали те, кого люди зовут эльфами, феями, домовыми… бесы, одним словом. Особо не шалили, сидели тише воды, ниже травы… но своего не упускали. Помнишь, я велела тебе ничего не есть там?

— Так это из-за легенд? Тьфу ты!

— Легенды легендами, да они не просто так складывались. Возьмешь у бесов еду или питье — и уйдешь с ними навечно. И поверь, не в рай.

— Подожди-подожди… Так там… в самом деле не люди живут? Все те, кого мы видели? Они — нечисть?

— Почему же? — удивилась Анна, — просто они местные, рождены в Пустоши, знают, чем она грозит тому, кто её тайны выдаст. Или мешать вздумает. Живут тихо-мирно, местные законы соблюдает.

— А Мари?

— Мари была последней из Хранителей Рябиновой грозди. Убежища для заплутавших людей. Тех, кто вступал под сень Рябины, никто тронуть не смел.

— И… что с ней случилось? Кафе казалось давно заброшенным.

— Это и меня тревожило, — призналась Анна, — поэтому я сразу в Пустошь и пошла.

— Меня почему не взяла с собой? — не выдержал Марко. — Обещала же! Как я могу тебя защитить…

— Кстати… Ты где так драться научился?

Марко отвернулся:

— Да так… Буйная юность.

— А рассказать о ней не хочешь? — крылья носа у Анны трепетали. Она была на грани.

— Вы о чем? — не понял Крис.

— О своем, — отмахнулась сновидица. — Марко, это не игрушки. Даже с твоим прошлым тебе нечего делать там, где я могу и одна справиться. В общем, спасибо за помощь, но я сама решу, когда ею воспользоваться. И не перебивайте! — воскликнула она, хотя мужчины молчали. Все еще нервничая, слишком резко поставила чашку. Фарфор треснул, по столешнице расползлась кофейная лужица. Крис кинулся за тряпкой.

— Да сядь ты! — в голосе Анны слышалась истерика. — Нашел, о чем волноваться. Тут Мари убили…

— Кто? — мужчины спросили хором. Посмотрели друг на друга и уставились на сновидицу.

— Не знаю. Мари просто попросила похоронить её тело. Бродит по улицам Пустоши, даже в кафе свое войти не может… Но то, что на Хранителя подняли руку… Послушайте, мне страшно!

Анна закрыла лицо руками. Плечи вздрогнули раз, другой… Послышался всхлип и… Через минуту девушка смотрела на мужчин, как ни в чем не бывало:

— Надо туда наведаться. Вы со мной?