Глава 48

Алекс явился один и несколько в непотребном состоянии. Я, грешным делом, думала, что он притащит в номер какую-нибудь девицу, но нет, удержался от соблазна. Даже похвалить захотелось. Не стала, конечно, даже из тени не вышла, но мысленно похлопала. Хоть от свидетельниц избавляться не придётся.

Парень явно нервничал, бросал скомканные вещи на пол, постоянно проверял телефон и неустанно прикладывался к бутылке. А ведь у него завтра тоже экзамен. На кого он там заявился, на мастера? Боится опозориться? Что ж, можно ему помочь.

— Привет, — вышла из тени у двери в ванную.

Алекс взвизгнул и запустил в меня бутылкой. Неожиданно, хоть и забавно.

— Как ты здесь оказалась?! — на всё той же высокой ноте воскликнул парень.

— И я рада тебя видеть, — ухмыльнулась я, пройдя в комнату. — Соскучилась.

Не получалось у меня изобразить трепетную лань. Ещё и сама перенервничала. Так себе, в общем, выходил романтический вечер.

— Неожиданно, — грохнулся на кровать Алекс, пошарил вокруг рукой и не найдя искомое, тихо выругался.

Пьяное тельце пошло рябью, и принял сидячее положение уже вполне трезвый Воронцов. Кто бы сомневался, что заклинание очищения у него отработано до автоматизма.

— Сама в шоке, — шутливо отсалютовала бутылкой, которую успела поймать в полёте.

— Так как ты сюда попала?

— Не только ты умеешь дружить с обслугой.

Не выходя из роли, хлебнула из бутылки и чуть не сожгла себе горло к чёртовой бабушке. Самогон, чтоб его! Аж слёзы на глаза навернулись.

— Может тебе вина заказать? — не упустил момент Алекс.

— Не стоит, — сипло ответила я, и сама офигела от звучания севшего голоса.

Ядрёное пойло.

С уважением посмотрела на парня. Он эту гадость лакал, как живительную влагу, даже не морщился.

— Может, десерт или шампанское? — настаивал Алекс и аккуратно подкрадывался ко мне.

— Ничего не надо, — поспешно отказалась я, отступая в сторону кресла.

Вот мне только толпы официантов в номере для полного счастья не хватало. Всегда же мечтала, чтобы свечку держали халдеи с накрахмаленными воротничками.

— Я, безусловно, приятно удивлён, но, Кейт, зачем ты здесь? — томно проворковал Алекс, подавшись ко мне, когда добрался до кресла.

Вместе с трезвостью к парню вернулась излишняя самоуверенность и стойкое желание затащить меня в койку. Не то чтобы это не входило и в мои планы, но как-то неуютно стало. Да чего уж там, откровенно погано.

— Сама не знаю. Возможно, искала человеческого тепла. Поехала в клуб, а оказалась тут, — обхватив себя за плечи, с горестной миной выдала подготовленную заранее речь.

Конечно, жест не укрылся от опытного взгляда Алекса. А уж в опыте ему явно не откажешь. Я со своими сотнями лет за плечами, рядом не стояла.

Воронцов не заставил себя уговаривать и без лишних слов притянул меня к себе, по-хозяйски оглаживая обнажённую кожу.

Платье на мне было оригинальное. По моему мнению, во всяком случае, Поля же одобрила безоговорочно, с одного взгляда, брошенного на фото. Правда, ей я сказала, что наряд для клуба, не вдаваясь в дальнейшие планы. Алиби же.

Так вот, платье на мне было мало того, что короткое и блестящее, так ещё и с одним рукавом. Чем думал модельер, создавая сей шедевр, останется загадкой, которую решать не было никакого желания. Хватало полностью голой руки, наполовину вывалившейся груди и тканевого хомута на шее. Но Алексу платье пришлось по вкусу. Да и пока по городу шлялась, наслушалась сомнительных комплиментов в свой адрес.

И вот по кромке этого самого платья, Алекс нагло водил пальцем, медленно оттягивая ткань вниз. А я там голенькая, под платьем, между прочим. Это Полина настояла, что под такие платья носить бельё — преступление против сексуальности. Я померила и согласилась.

— Знаешь, весь вечер не мог выбросить тебя из головы, — проникновенно начал Алекс, опаляя горячим дыханием плечо. — Я был несдержан, но меня понял бы любой мужчина на планете. Ты, в броне, такая вся страстная и недоступная.

Это он извиняется или комплименты делает? Хоть Павлушу на помощь призывай. Лучше бы Полю, она в этой романтической чуши лучше разбирается, но где мы, а где Полина?

— Мне это льстит, — скромно ответила я, наклонив голову, подставляя шею под лёгкие поцелуи.

Неплохо, чего уж тут скрывать. Интригует. Сильные руки, мягкие губы, шёпот этот томный ещё. Алекс точно в курсе, как расположить к себе девушку.

Платье давно проиграло схватку за моё целомудрие и опало блестящим каскадом на кресло. Мужские губы скользили по коже настойчивее, откровеннее. Тело горело от пылких касаний. Сердце ускоряло ритм, пробуждая неведанный ранее жар в груди. Дальше случился он, мой первый настоящий поцелуй.

Это было… Влажно.

Как-то даже настрой сбился. Ну а потом, Алекс добил меня окончательно:

— Доверься мне, малыш, — выдохнул он мне в губы и запустил руку между ног.

Вот умеет испортить момент. Я, конечно, помнила для чего мы тут вообще друг о друга тёрлись, но ведь приятно было. Я может, поплыла уже. Никогда меня не ласкали так уверенно, настойчиво, распаляя, завоёвывая. Не из страха или долга, грубо развернув к стене и стараясь не смотреть лишний раз. Не по приказу… А, ну да, по нему самому.

И что ведь обидно, Воронцов сам уже на пределе. Ещё чуток и задымится. Могла бы возгордиться, да не получалось. Мерзко.

Удобно он устроился, и удовольствие собрался получить, и долг перед отцом выполнить. Ловко он придумал, дважды поиметь несчастную дурочку одним махом.

Алекс, не подозревая, какая буря негатива набирала обороты внутри меня, подхватил меня под ягодицы и перенёс на кровать, бережно уложив на прохладное покрывало.

— Не бойся, малыш, — продолжал шептать он, иногда пристально вглядываясь в меня, словно дожидаясь одобрения. — Расслабься, малыш.

А я поняла, что реально боюсь. Не продолжения банкета, конечно, но как только рассудок вернулся ко мне в полной мере, я вдруг осознала, что боюсь процесса отбора дара. Я знала, как это сделать, но никогда не применяла на практике.

Уверена ли я, что самая умная? Уверена ли я, что Воронцов не обладает чем-то уникальным? Вдруг под кроватью ритуальный круг подготовлен. Или ещё какая хитрость? С чего я вообще взяла, что можно прийти в чужой мир и установить свои правила? Не знают они о рунах, но мало ли что за века придумали. Магия появилась не вчера, и время, когда новоиспечённые одарённые слепо тыкались наугад, давно прошло.

Готова ли я рискнуть ради бесполезного для меня дара воздуха? Готова ли я рискнуть не только магией, телом, но и посмертием?

Ещё не до конца сформировав ответ, перехватила инициативу и оседлала на всё готового парня. Победная улыбка и торжество в глазах, окончательно расставили точки.

Легко потянула Воронцова на себя, и вот он уже сидя нацеловывал мою грудь. Он так увлёкся, уверовав в собственный триумф, что не заметил ни рук, удобно расположенных на висках, ни ног, которые пришлось напрячь, чтобы перенести вес. Он не отвлекался.

Хруст позвонков, треск лопнувшей кожи, застывшее удивление в глазах, и вот на одного одарённого в мире стало меньше.

В топку риски!

— Кать, а ты не богомол, случайно? — высунул голову из стены озадаченный Павлуша.

Я только растерянно похлопала глазами.

— Посмотри потом, насекомое это такое, — махнул рукой призрак, вплыв целиком в комнату. — Хотя они вроде после спаривания убивают, а не до. Ты может того? Любитель нежити? — подозрительно уточнил он.

И тут меня накрыло. Я сидела на голом трупе, до сих пор демонстрирующем готовность, и ржала до слёз. Надо же было такое предположить.

— Точно нет? А то мало ли, удостовериться требовалось. Кто вас знает, сегодня труп откапывают, а завтра непотребства учиняют, — на грани слышимости бурчал Павлуша, пока я пыталась успокоиться и привести себя в порядок.

— И что теперь? Такое не скроешь, — спросил Павлик, когда я уже оделась и прошлась по себе очищающим заклинанием.

Обслюнявил меня Алекс всю. И эта гадость липкая никак не хотела проходить, даже после заклинания. Не в грязи дело, чего уж себя обманывать.

— А мы и не будем, — хмыкнула я, передёрнув плечами, ведро антисептика бы сюда. — Хватить быть добренькой, пора переходить от теории к практике.

Всё-таки Империал — отличный отель, и выбор косметических и гигиенических средств отменный. Одного кускового мыла в ящике тумбы в ванной нашлось три вида. А зачем мне три, мне и одного хватит.

— Цени Алекс, ты первый зомби с запахом ванили, — выводя первый символ, обратилась я к трупу.

Но труп мне не ответил, пока это был просто труп.