Глава 53

Трудно быть первой, трудно обуздать волнение и не поддаться бурлящей внутри силе, но Поля справилась. Ни лишних движений, ни лишних эмоций. Настоящая снежная королева, как её окрестили сокурсники.

Проводил испытание сам ректор, хотя я так и не смогла уловить закономерность смены экзаменаторов. Они же архимаги, уж на таком дилетантском уровне им любые стихии подвластны. Никто же не просит защищаться от слабых атак студентов стеной огня или нападать, вызывая цепные молнии. Нет же, только самые простенькие щиты и такие же по силе шарики чистой стихии.

Подмастерьев проверяли на взаимодействие сразу с двумя стихиями, в случае с Полиной это вода и воздух. В теории, ей, как ярко выраженному магу холода, разделять их было не положено. Возможно, в военной академии программа подготовки шла бы по другому курсу, но здесь и сейчас она могла только морозить всё вокруг. Летит в тебя огненный шарик? Морозь. Летит в тебя пылевая сфера? Морозь так, чтобы рассыпалась на подлёте. С атакой ещё хуже. Такое многогранное направление, а всё, что она могла сделать в рамках обучения — заморозить воздух вокруг человека. Да, быстро. Да, чётко определяя границы, но так однобоко, аж зубы с досады сводило.

А ведь какой потенциал, и так бездарно его используют. Тьфу на них. И на Савицкого, который, кстати, очень недобро поджимал свои подбородки. Вот за что он так с ней?

Ещё и братец плотоядно на неё поглядывает. Нет, Поле определённо пойдёт пепельный блонд.

— Уровень подтверждён, — возвестил слегка исходящий паром ректор, и кузина, не глядя на родню, отправилась ко мне.

А знатно она ректора подморозила, вон до сих пор вынужден воздух вокруг себя аккуратно прогревать. По опыту знаю, можно и резко, одним махом согреться, да только одежда обычно такого надругательства над собой не прощает. А ректор человек явно прошаренный.

— Ты знаешь, что будет после экзамена? — сжав кулаки, решительно спросила девушка, плюхнувшись рядом и игнорируя поздравления.

— В общих чертах.

И ведь действительно знала только основные моменты. Диплом с перечнем гражданских дисциплин будет вручаться отдельно, можно даже не лично получать, вся соль в другом — после окончания экзамена выдадут перстни об окончании академии, вернее о регистрации одарённого как полноправного мага. И вот дальше на сайте академии шло очень размытое определение «время, отведённое для самоопределения». Вот и гадай, что именно в эту фразу вкладывали составители расписания.

— Основные клятвы верности приносятся после получения перстня. Сама понимаешь, клятву можно принести не только своему роду и империи. Академия считается нейтральной территорией. А вот за её пределами возможности может больше и не представиться, — с трудом разжав руки, пояснила Поля.

Ну охренеть просто.

— А мне кому приносить?

— Папа должен был взять перстень рода, но даже если нет, то принесёшь империи. Вряд ли ты захочешь приносить клятвы ещё и Великим Родам.

Вот уж точно не захочу, аж передёрнуло от таких перспектив. Ещё и на Долгорукого глянула невольно. Может в этом смысл такого пристального внимания? Зачем-то он на меня пялится же. Но с другой стороны, с чего бы мне к нему хоть какую-то симпатию или признательность питать? Ничего хорошего я от него ещё не видела. Не за одну фамилию такие клятвы приносят.

— Нас потом выпустят? — подумав немного, задала немаловажный вопрос.

— Ну… должны, — не особо уверенно ответила Полина. — Папа не станет силой удерживать.

— А Юрий?

— А он может попытаться, — опустила она взгляд.

— Когти рвать придётся, — изрёк Павлуша, внимательно слушавший наш разговор. — Но тут я с тобой согласен. Полька — девка правильная, да и знает о тебе много, нельзя её с этими знаниями в чужом роду оставлять.

— У нас ещё одна проблема есть, — вздохнула я, мельком глянув на бойцов в чёрном. — Ко мне тоже возникнут вопросы.

— Значит, будем разделяться, — кивнула своим мыслям Поля.

— Подумай ещё раз, надо ли тебе за мной вообще идти. У меня даже жилья нет, — попыталась вразумить девушку, но она сопротивлялась.

— Плевать на деньги, на жильё. Сама же говорила, что пойдёшь на Изнанку. Я пойду с тобой, — упёрлась кузина, и я махнула рукой.

Я предупредила, какие ещё ко мне вопросы? В Разломе умереть я ей не дам, а если пройдёт посвящение, то и сама не умрёт, а остальное — мелочи.

— О, Шаховскую вызвали, — вдруг встрепенулась Поля, вспомнив о моём интересе к этой фамилии.

— А давай сделаем гадость? — само вырвалось у меня.

Ну а чего? А ей записки с угрозами не подкидывала, вообще ничего плохого не делала. Даже Катя и та не делала.

— Правда, можно? — захлопал в ладошки Павлушка, да и Поля смотрела примерно с таким же выражением лица, разве что на месте не прыгала.

— Можно, только без перебора, — со смешком разрешила я.

Проклятье ей ещё наслать какое-нибудь неприятное, что ли. Прыщей или чесотку, например. Но это потом, если вспомню про неё вообще.

Просто так я Павлику хулиганить не разрешала, нечего силы тратить. Жизнь у нас непредсказуемая, мало ли когда понадобятся, а излишки я из него вытянула подчистую. Так что сейчас он летел на площадку в радостном предвкушении и пару раз сальто в воздухе сделал.

Наталья оказалась магом воды. Судя по всему, так себе магом. То ли обучением пренебрегала, то ли тупа как пробка. Всякое бывает.

Вскоре прозвучала команда защищаться, вверх взметнулся дырявый щит, неровно крутящийся вокруг своей оси, и Павлуша от души хлопнул Наталью по заду. Смачно так, даже я со своего места услышала шлепок. Остальные зрители, конечно, ничего подобного расслышать не могли, зато смогли насладиться видом опавшего щита, сделавшей по инерции пару шагов Натальи и огненного шарика, влетевшего ей ровнёхонько в вырез тренировочного костюма.

А вот нечего было выпендриваться, все люди как люди, застёгнутые под самый подбородок, а она, даже горюя о своём незабвенном Алексе, вывалила все свои достоинства на обозрение публике. Не то чтобы публика сильно сопротивлялась, посмотреть в том декольте было на что, но и площадь поражения оказалась немаленькой.

Архимаг растерялся, девушка завопила от боли, Павлуша заржал на манер коняшки, и мы с Полей тоже тихо, но злорадно поддержали его смехом. И не совестно, вот совсем.

Последствия беспредела устранили быстро, возложив руки на внушительные и порядком обожжённые девичьи прелести. Архимаг же, как-никак, что ему лёгкий ожог, да и от возложения он явно дискомфорта не испытывал. Короче, все в плюсе, кроме самой жертвы женской мести.

Потом была атака и руки Павлика, схватившие Наталью за шею. Шаховская выпучила глаза, поперхнулась, попыталась вздохнуть, но только покраснела от натуги и водяной жгут, что почти долетел до экзаменатора, опал мутной жижей на покрытие.

— Не знаю, как ты это сделала, но спасибо, — от души, но не забывая про конспирацию, поблагодарила меня кузина, а мне и не жалко.

Не люблю стервозных дурочек. Вот когда они превращаются в настоящих матёрых стерв — такое противостояние становится интересным, а пока в юном и частенько глупом теле, кроме гонора и спеси нет больше ничего, то и проучить лишний раз незазорно. Сможет выстоять и вынести урок? Честь и хвала такой амбициозной леди. А если сломают её первые трудности, то и насрать. Сколько их таких по свету ходит. Одной больше, одной меньше, невелика разница.

В общем, Шаховская свой экзамен провалила на радость половины женского состава сокурсников. Это ж как надо было всех достать, чтобы её никто не пожалел даже?

— А Алекс не сам? — задумчиво разглядывая орущую благим матом Наталью, спросила Поля.

— Сам он, всё сам, — буркнула я, настороженно поглядывая по сторонам.

Мы, конечно, старались говорить тихо и рты прикрывали, но на такие темы в общественных местах в принципе не стоит вести разговоры. Самоуверенность до добра не доводит.

Полина развивать мысль не стала, но краешек губ предательски дёрнулся. Догадалась всё-таки. Но радовало, что истерик устраивать не начала, да и нотации читать не стала. Не люблю я эти проповеди. Людей не убивай, трупы не оскверняй, тьфу, святоши.

— Ты видела, как я её?! — носился вокруг нас кругами Павлуша и заглушал голоса и артефакта, и архимагов. Ещё и обзор загораживал, требуя внимания.

— Молодец, Павлик, с меня десерт, — улыбнулась я, и, выдержав паузу, продолжила: — Сам выберешь.

Вот у кого день задался, так это у призрака. И месть свершилась, и напакостить разрешили, ещё и вкусняшкой накормят. Я же его радостного настроя разделить не могла. Тревожно мне было.

И чем дальше, тем сильнее.

— Это был последний, — выдохнула рядом Поля, и я в недоумении посмотрела на крыльцо.

И действительно, там уже вовсю готовили каменюку к обратной транспортировке, а сами архимаги выстраивались на краю в ряд.

— Испытания завершены, — вперёд шагнул ректор, и все взгляды устремились к мощной не по годам фигуре мужчины.