Глава 28. Дар

Мы с Тионой выходим из замка и направляемся к лесу. Уже вечереет, и клонящееся к горизонту солнце золотит хвою деревьев. За несколько часов после снятия оков мое тело окрепло, будто и не было всех тех дней, когда мне было трудно даже дышать. Тиона совершила невозможное, подняв меня на ноги, и вот я, босая, покорно шагаю за ней по лесной тропинке. Я зябко обхватываю себя руками. Денек сегодня выдался не из теплых, а на мне лишь простое платье, но остатки магической силы Тионы все еще согревают меня. Тиона, кажется, и вовсе не чувствует холода. Именно она настояла на том, чтобы я переоделась, но я до сих пор не понимаю для чего. Чтобы простыть еще больше? Я бросаю взгляд на каменную стену, увитую плющом. Я прохожу мимо нее уже третий раз в своей жизни и ловлю дежавю. Как много всего изменилось с тех пор, как я влезла в спальню к герцогу… Будто целая жизнь! Тогда я ни о чем не подозревала: ни о нашей связи с Кираном, ни о вампирах и оборотнях, живущих бок о бок с обычными людьми. Даже не глядя на окна замка, я знаю, что за нами наблюдают. Чувствую обеспокоенность Кирана – в последние дни я стала гораздо ярче внимать его эмоциям – но чтобы не усиливать его тревогу, я беру пример с Тионы и уверенно распрямляю спину. Когда мы заходим в лес, я ощущаю под стопами каждую веточку и каждую еловую иголочку. Морщусь от каждой мелочи, неприятно колющей кожу. В очередной раз наступив на шишку, я ойкаю от боли и спрашиваю: – Зачем надо было снимать обувь? Без нее я далеко не уйду. Тиона оборачивается, легко ступая по лесному покрову, и спокойно отвечает: – Это необходимо, Лайла. Иначе не почувствовать связь. Понимаешь? – Нет, не понимаю, – бурчу я и, преодолев последние несколько шагов, встаю рядом с Тионой на залитой солнцем опушке. Мой живот урчит, и хотя я недавно пообедала, меня продолжает мучить неожиданно появившийся голод. – Какая еще связь? Тиона внимательно осматривает меня и вздыхает. Но я правда не понимаю! – Связь, – начинает объяснять она, – это единение природы и ведьмы. Мы – естественны. Так же как дыхание земли, течение реки или шелест листвы. Ведьмы и природные стихии – единое целое, Лайла. И чтобы научиться владеть способностями, ты должна стать частью окружающего мира. Тиона берет меня за руку и тянет вниз, к земле. Когда мы ложимся на траву и она раскидывает руки в стороны, я вторю ее движениям и прикрываю от солнца глаза. Потом слышу шепот: – Ты ведьма, Лайла. И у тебя есть связь со всем, что находится на земле и под землей. Ты слышишь пение птиц, чувствуешь запахи полыни, тепло солнечных лучей и ощущаешь дрожь земли… Дрожь? Какую еще дрожь? Вдруг, неожиданно для самой себя я понимаю, что земля подрагивает. Эта вибрация… – В земле струится твоя сила, Лайла. С ее помощью ты можешь дотянуться до чего угодно: до человека, птицы или зверя. Земля – твой надежный союзник. Ты чувствуешь ее? – Да… – шепотом отвечаю я, дрожа от закручивающейся спирали силы внутри меня. Вибрация земли прокатывается по нам, питая меня и Тиону. Тепло струится в вены, насыщая магией и даря энергию. Эта пульсация идет в такт биению наших сердец. – В ветре ты слышишь слова. Можешь послать по нему весточку, а можешь перенести саму себя. Ветер – твой верный гонец, которому ты всегда можешь доверить тайны. – Ветер устремляется вверх, а потом опускается и ласково треплет наши волосы. Кроны деревьев начинают шелестеть, подхваченные воздушными потоками. – Ты чувствуешь его? – Да, – отвечаю я, и мои губы трогает легкая улыбка. – На земле и под ней протекает вода, которая всегда укажет путь, которая всегда находится рядом – журчит в ручьях и течет под нашими ногами. Она целительна, может помочь убрать недуг, а может потопить врага. – Я слышу, как звонко бурлит между камнями ручей неподалеку от нас, уносясь к озеру. – Ты чувствуешь силу воды? – Да. – Деревья – это могучие исполины, которые охраняют тебя и служат домом для птиц и зверей. Маленькие пташки перепрыгивают с ветки на ветку. В чаще хищно крадется лиса. Видишь ли ты их, чувствуешь, Лайла? В этот момент я будто наяву вижу, как между стволами мелькает рыжий хвост, а над головой устраивается на ветке сойка с красной грудкой. Ощущаю мощь деревьев, охраняющих лесной покой. – Да, чувствую. Силы земли, воды, ветра, деревьев, зверей и птиц наполняют меня, одаряя теплом, и я понимаю – вот что питает меня. Я чувствую эту силу, но она не пересыщает, лишь струится через мое тело, через мое сердце и легкие. Дышит вместе со мной. Пульсирует внутри меня и снаружи. – А теперь почувствуй ночь. Она скрывает тебя. Она темна, но в ней горят звезды. Ночью ты можешь сбить врага со следа и бесследно исчезнуть, а можешь подчинить себе луну и найти тропку в непролазной чаще. Высвободи ночь, Лайла. Пульсация увеличивается, тепло окутывает меня, попит в эйфории и побуждает высвободить силу наружу. Я с легкостью выпускаю магию, погружая весь лес во тьму. Затем открываю глаза и оборачиваюсь на Тиону, которая разводит руки ладонями ко звездному небу. – Все это время ты бежала от самой себя, а сейчас должна вернуться к себе. Позови свою сущность и позволь ей остаться, не скрывай ее больше. Ты – величайшая сила, Лайла, и тебе не нужно от кого-либо прятаться. – Тиона улыбается. – Научись чувствовать себя, и магия станет твоим самым верным защитником. Дар убережет твоих близких, поможет нуждающимся и станет опорой во всем. Позволь себе быть той, кто ты есть. Некоторые пряди в волосах Тионы начинают светиться, сменяя цвет с рыжего на белый, и я интуитивно копирую ее позу. Магия внутри меня пробуждается, откликаясь на зов ведьмы, сжигая на своем пути все лишнее и обнажая мою истинную внешность. Мои волосы стремительно белеют, а из радужки исчезает чужой пигмент, и глазам возвращается натуральный оттенок. Когда магия выплескивается из меня во второй раз, ночной лес взрывается буйством неоновых красок, поражающих сознание. Наша ведьмовская магия сливается, взмывая в небеса, и Тиона шире распахивает глаза. Она явно удивлена моему всплеску магической силы. Еще несколько ударов сердца магия исходит из меня, а потом источник внутри меня иссекает, и я обессиленно опускаю руки. Свечение гаснет, и нас снова окутывает ночная тьма. Но сейчас краски леса кажутся мне более яркими, а зрение – более четким. – Ты… – выдыхает Тиона, приходя в себя после столь мощного всплеска силы. – Ты носишь в себе силу Первой. Ты… Ты и есть Первая, Лайла. – Она мотает головой. – Это очень… – Плохо? – предполагаю я, пытаясь восстановить дыхание и унять бешеное сердцебиение. От использования магии мои щеки покраснели, а по телу растекается приятная нега. Меня захлестывает неожиданный прилив энергии, кажется, будто я могу свернуть горы. И хотя Тиона подтвердила слова Кирана о том, что мне передали Дар Первой, я не чувствую по этому поводу печали или тревоги. – Нет. Опасно, – тихо отвечает она. Мое сердце бьется спокойно, ни на минуту не сбиваясь с ритма. Я не взволнована ответом Тионы – просто принимаю его как данность. Я завороженно наблюдаю за волшебными светлячками, которые взмывают в воздух из травы и кружатся вокруг нас. – Почему? – спрашиваю чисто из интереса. Не более. В отличие от меня, Тиона выглядит взволнованной. Она кусает губы, но ее взгляд по-прежнему решителен и серьезен. – В тот момент, когда наши с тобой силы объединились, я углубилась в твою магию. У тебя нет границ Дара, зато они есть у твоего тела. Ты сосуд для магии, Лайла. Все ведьмы носят внутри себя Дар Ночи. Именно он формирует связь с природой и открывает нам возможность использовать другие стихии. У ведьм Дар Ночи не слишком силен. У ведьм Дар Ночи не слишком силен и он даже не играет никакой роли, ведь мы не копим свою силу внутри тел и можем в любой момент напитать себя извне. Другое дело ты. – Тиона делает паузу и смотрит мне прямо в глаза. – Сосуд твоего тела ограничен, как и у всех нас, но твой Дар практически полностью заполняет его, не оставляя места для магии другого рода. Ты можешь подчерпнуть ровно столько от природы, сколько хватит для того, чтобы заполнить границы. И я бы так не переживала, если бы знала, что твой Дар прекратит расти… Если бы знала? То есть она не уверена в этом? Я сглатываю и выдыхаю через рот. – Он же… должен остановиться, да? – спрашиваю я уже не так уверенно. Я смотрю на рыжеволосую ведьму в легком салатовом платье, на ее оголенные хрупкие плечи и замечаю во взгляде грусть. – Прости, Лайла, – с горечью шепчет она и качает головой. – Исходя из своих ощущений – а я еще ни разу в таком не ошибалась, – я более чем уверена, что Дар будет расти, пока не перейдет за границы твоего тела. А если твоя сила выйдет за пределы твоих физических возможностей, это… уничтожит тебя. Страх медленно сковывает внутренности. Это невозможно! Я всю жизнь была уверена, что мой Дар слишком слабый, ничтожный. Он не подчиняется мне, когда нужен. Не ощущается, ничем не выдает себя. Прячется. Мой Дар просто не может быть таковым. Тиона ошибается. – Неправда, – говорю я, и Тиона лишь печально улыбается в ответ. – Не пытайся это отрицать. Самовнушение не поможет, ты только усугубишь свое положение. – А что поможет? – не выдерживаю я. От моего крика деревья обдает мощной волной магического всплеска, и я ойкаю. Я не хотела! – Послушай, Лайла, – говорит Тиона и берет меня за руки, но это не успокаивает меня. Мое настроение меняется с умиротворения на тревожное состояние. – Я лишь говорю, что может случиться, если ты пустишь все на самотек. Это предостережение, а не смертельный приговор. Ты не первая, кто вынужден жить с такими поистине обширными способностями. И выход есть. Есть выход? Значит, Тиона знает, как мне избежать смерти от перенасыщения собственными магическими дарами? – Что мне нужно сделать? Кого-то убить? – едко интересуюсь я и тут же чувствую горечь на языке. – Вовсе нет, дорогая, – отвечает она с мягкой улыбкой, поглаживая меня по голове, как маленького ребенка, и я льну к ее руке. Тиона своим характером слишком напоминает мне Николь, мою единственную подругу.С тех пор как покинула деревню, я сильно скучала по той, кто всегда поддерживал меня Сердце сжимается от боли. Мне всем своим существом хочется принять помощь Тионы и довериться ей, как доверяла Лили. Кстати о ней… Я должна проведать ее! Тиона тихо объясняет: – Первая ведьма умещала в себе гораздо больше магии Ночи, чем любая из нас, но она же и решила разделить магию на два сосуда. Вторым сосудом стал ее возлюбленный дампир, с которым они были соединены истинной связью. Только он мог принять часть ее магических дарований и выжить. Дампир. Такой же, как Киран. Возлюбленный Первой. – И как… как она разделила Дар? Я не понимаю. Разве можно сделать так, чтобы магия была в двух телах одновременно? – С помощью Ритуала Звездной Пыли на вершине горы Летос. Это особый ритуал очищения, принятия связи и единения, сплетающий души ведьмы и дампира воедино и разделяющий их силы на равные части. После ритуала такая пара становится непобедимой, и ей полностью подчиняются все стихии Саяры. Их союз не могут разрушить никакие силы, потому что даже после смерти их души остаются связаны друг с другом во веки веков. По моей спине бежит холодок, а потом дрожь от осознания того, насколько этот ритуал личный и сокровенный. Значит, именно его мы с Кираном должны совершить, чтобы я не умерла? Но согласится ли он на это? Связать наши души воедино навеки? – А если один из нас… погибнет после Ритуала? – спрашиваю я едва ворочая языком. – То второй тоже умрет. О Ночь! Как я скажу Кирану об этом, как признаюсь? Конечно, он говорил, что пойдет на все ради меня, но если мы в самом деле сделаем это, то как я буду жить дальше, зная, что от моей жизни зависит и его? – Есть другие способы, кроме этого? – спрашиваю я, хоть и знаю ответ. – Нет, Лайла. Боюсь, это единственный выход, – отвечает Тиона, а потом добавляет: – Мне жаль. Мы молчим, погрузившись в свои собственные мысли. Наверно, Тиона видит во мне спасительницу, но я совсем не такая. Я разрушительница, несущая смерть всем, кто окружает меня. Мой путь выложен трупами тех, кто пытался мне помочь. Я – монстр. Даже хуже, чем вампиры, питающиеся человеческой кровью. Возможно, мне стоит принять свою судьбу и покориться ей, избавив других от страданий. – Вы с Кираном сможете положить к своим ногам весь мир, Лайла, – говорит Тиона, вырывая меня из пучины мыслей. – И установить свои порядки, чтобы ведьмам не пришлось прятаться, а люди получили шанс на спокойную жизнь. Вы сможете прекратить войны и принести мир. Ты и Киран – единственная надежда Саяры. Ты Великая Императрица всего континента, приход которой предрекала Первая. И только ты сможешь найти лекарство от бессмертия, терзающего потомков Пяти. Нет! Нет, нет, нет, нет!.. Я поднимаюсь с колен и отшатываюсь от нее. – Я не она… – шепчу одними губами. Я не могу быть Первой! – Я слабая. Я трусиха. И никакая не Императрица, и уж точно не надежда Саяры! – Мой голос срывается на крик, и я обхватываю себя руками. Тиона встает следов и делает шаг ко мне, но я качаю головой и отхожу, не позволяя ей приблизиться. – Ты не знаешь, что говоришь, Тиона. Ты не знаешь меня. По моему телу струится холод: магия больше не греет меня, а сила временно покидает, будто обидевшись из-за того, что я не хочу ее принимать. Ночь медленно отступает, и в лес проникают первые лучи солнца. – Я только что видела тебя, Лайла. Чувствовала твою силу и мощь, – уверенно говорит Тиона, больше не пытаясь подойти ко мне. – Даже если ты не захочешь принять роль, уготованную тебе судьбой, то тебе придется решать: Дар или убьет тебя, или пробудит мощь, ранее не ведомую ни одной ведьме, кроме Первой. Решать тебе, Лайла. Только тебе. – Я не девочка из пророчества, Тиона, – бормочу я, пытаясь убедить саму себя в этой лжи. – Я не та, кто нужен Саяре. Я вовсе не спасительница. Тиона жалостливо смотрит на меня с вымученной улыбкой. – Никто не желает взваливать на себя подобное бремя, Лайла. Но у тебя есть выбор. В первую очередь подумай, хочешь ли ты жить и хватило ли тебе восемнадцатилет, чтобы насладиться жизнью. И вот тогда ты сможешь либо избрать путь, где тебя наконец-то нагонит тень смерти, либо попытаться изменить свою судьбу. Повторюсь, решать только тебе. Никто не будет на тебя давить, а этот разговор останется между нами. Я киваю, чувствуя себя опустошенной. Холод пронизывает меня до костей, от босых ступней пробираясь все выше и выше, прямо к сердцу. – Тебе не нужно выбирать сейчас, Лайла. У нас есть время. – Сколько? – Хороший вопрос. – Тиона поджимает губы. – Думаю, где-то месяц, может быть, меньше. Разумеется, если будешь тренироваться ежедневно. Иначе твой Дар будет стихийно расти. Месяц… Ровно столько осталось бы до окончания нашего с герцогом соглашения, если бы не случившееся. Если бы не открывшаяся правда. Хотя я по-прежнему не знала, какие теперь отношения между нами. Кто мы друг другу? И как мне теперь вести себя с Кираном? Нам с Тионой пора возвращаться. Мы в молчании отправляемся по лесной тропинке, пока вокруг нас продолжает струиться энергия. А думаю лишь о том, что просто не смогу выбрать смерть, когда только начала жить.