Глава 18

Глава 18

Приподнятое настроение снова падает. Хотя, на самом деле я изо всех сил стараюсь изобразить счастливый вид.

Илья так старается, так беспокоится, и я не хочу его огорчать своей кислой физиономией. А ещё внезапно понимаю, что на этот раз хочу что-то вкусненькое приготовить на вечер. Сама. Вот просто отблагодарить тем, чем могу. Хотя повар из меня так себе, до звезды Мишлена далеко, но элементарные и сытные блюда я уж точно в состоянии приготовить.

Как раз и шанс появляется для моего замысла. Илья предупреждает, что остаток дня будет занят в каком-то проекте, и я могу делать, что угодно.

Ставлю мясо по-французски в духовку и вытираю руки о полотенце. Вот кажется и всё. Должно быть вкусно. Дома я не раз готовила это блюдо на праздники, оно мне отлично удается. Минут через двадцать в воздухе начинают витать невероятные ароматы, а на лестнице слышатся шаги.

— Чем это так вкусно пахнет? — Илья подходит и обнимает меня со спины. Это, мягко говоря, непривычно. Но очень приятно. Впервые я ловлю себя на мысли, что в данную минуту чувствую себя в абсолютной безопасности. Так спокойно мне не было… да наверно, никогда в жизни.

— Ужином, — откидываю голову ему на плечо. — Ты не против мяса по-французски?

— Я не против всего, что ты приготовишь. Даже бутерброда с салом и чесноком.

— Это тебе тогда к моей бабушке надо ехать. Знал бы ты, какое она сало готовит. Запеченное в печи, с чесночком, горчицей. Ммм… просто пальчики оближешь.

— Интересное предложение. Приглашаешь?

Мгновенно краснею, только сейчас осознав, как звучит мое предложение.

— Буду чрезвычайно счастлив познакомиться с твоей бабушкой, — добивает следующей фразой Илья…

— Ты серьезно? — обернувшись, вопросительно на в него смотрю. Пытаюсь найти в выражении его лица признаки того, что он пошутил, но он даже не улыбается.

— Серьёзнее некуда…

Кусаю губы. Что-то слишком быстро. Я пока даже не уверена, какие у нас отношения, а он уже готов с моей семьёй знакомиться… Или я что-то не так поняла?!

— Ась, — словно мысли мои читает. Подхватывает за талию и рывком сажает на столешницу. Так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Я серьезно. Ты мне… твою мать, как сказать-то… Короче, я хочу большего, чем есть сейчас… Чёрт! — нервно взъерошивает волосы на затылке. — В общем, я не мастер красиво говорить. Тем более после того, что ты пережила. Боюсь спугнуть и всё такое…

— Илья, я… — начинаю, но он прижимает палец к моим губам…

— Подожди, не перебивай, я и без тебя собьюсь.

Что-то чувственное есть в этом жесте. В животе всё скручивается в горячий тугой узел. Но вместе с тем почему-то по позвоночнику пробегает неприятный холодок. Я сглатываю тяжелый комок в горле и сосредотачиваюсь на спасительном голосе Ильи.

— Я просто хочу расставить между нами все точки, чтобы тебе было понятно. Я не хочу ни насиловать тебя, ни делать больно. И тем более не хочу, чтобы ты соглашалась на отношения со мной из чувства благодарности. Поверь, это будет ещё паршивее, чем твой отказ. Поэтому давай всё сразу выясним. Я тебе нравлюсь? Как мужчина? Потому что если нет, то поверь, я к тебе больше и пальцем не притронусь. Буду помогать по-прежнему, не зависимо ни от чего. Обещаю, что ты всегда сможешь на меня положиться. Но я хочу понимать как мне вести себя дальше…

Прямой вопрос ошарашивает. Я растерянно моргаю, в упор смотря на Илью. А он наклоняется ближе. Почти вплотную. Сжимает. ладонями мое лицо, не давая отвести взгляд. И хрипло заканчивает фразу:

— Так как? Нравлюсь? — шепчет почти в губы. — потому что я от тебя, Снегурка, просто нахрен голову теряю.

В горле пересыхает. С телом творится что-то странное. Словно маленькие искорки тока пробегают по коже и теряются на кончиках пальцев.

— Я… я… — нервно облизываю губы. Так страшно признаться. Не только ему… себе. Поэтому закрываю от страха глаза, и словно в холодную воду ныряю. — Ты тоже мне нравишься… очень…

А дальше больше ничего не успеваю сказать, потому что к моим губам прикасаются его. Осторожно. Едва ощутимо. Будто на вкус пробуют.

Чувствую, что Илья отпустит меня, если я попрошу… но я ничего не говорю.

Наоборот. Поднимаю руки, чтобы обнять его за шею. И едва не вспыхиваю, когда поцелуй становится более глубоким напористым.

Моё тело словно молния пронзает, заставляет. выгнуться в объятиях, прижаться крепче к мужскому телу. В горле застревает тихий стон. Что-то внутри меня нестерпимо хочет большего, и только холодный ум и вбитые в голову правила приличия мешают переступить черту.

Но, когда рука Ильи осторожно касается края футболки, самыми кончиками пальцев пробегается по обнаженной коже чуть выше резинки спортивок, в животе внезапно расползается холод. И колючие мурашки, не имеющие ничего общего с желанием, пробегают по позвоночнику. Туман в голове и, бродящие по телу горячие волны, мгновенно испаряются. Каменею, словно облили ледяной водой. Илья пока не понимает, что со мной. И я не понимаю, по инерции продолжая отвечать. И не знаю, как поступить дальше.

Спасает внезапный сигнал духовки. Она пищит немного пронзительно и мгновенно отрезвляет. Отстраняюсь, смотрю в его затуманенные глаза.

— Ужин… готов, — шепчу на выдохе.

— Сиди, я достану… — целует в нос и берёт прихватки. Я послушно остаюсь на столешнице. Всё ещё тяжело дыша, смотрю на Илью и пытаюсь осознать, что только что произошло.

Поцелуй был восхитительный. Просто невероятный. Лучший в моей жизни. И если всё пойдет и дальше так, то я рискую по уши влюбиться. А то, что случилось чуть позже… это пройдёт. Конечно пройдёт. Просто в подсознании отчеканились действия Артёма… Как он трогал меня. Лез руками под свитер. Воспоминания ещё слишком свежие. Со временем они поблекнут.

— И на вид, и на запах просто обалденно! — поворачивается ко мне Илья. — Я тогда сервирую стол? Где будем ужинать, на кухне или в гостиной? Можем фильм посмотреть….

— В гостиной, — выныриваю из тяжёлых мыслей. — Тебе помочь?

— Отдыхай. Ты готовила, дальше моя очередь.

Минут через десять мы уже удобно усаживаемся на диване. Мясо получилось действительно восхитительным, нежным, сочным, тающим во рту. Мне нечего стыдиться. Пока я ковыряю одну порцию, Илья уже дважды поднимается за добавкой.

На экране жужжат голоса актёров. Мы смотрим какую-то комедию. И так тепло и уютно мне, что даже поверить трудно. Так страшно, что это всё вскоре может исчезнуть.

После ужина удобно ложимся рядом, укрывшись пледом. Илья обнимает меня, я чувствую размеренный стук его сердца, слышу ровное дыхание и сама не замечаю, в какой момент отключаюсь.