Глава 49. Свидание вопреки

Ночь отступала, а небо над деревьями серело. В лесу же по прежнему было темно. Над рекой, несшей свои воды среди камней серебристой змеей, пушистыми клубами поднимался туман.

Я вышла из душного шатра. Холодный воздух тотчас пробрался через тонкую ткань, заставив меня зябко поежиться.

Он ни чем не выдал своего появления, но я мгновенно его почувствовала. Я ощущала его приближение так, будто на затылке моем были глаза. И точно знала, что это он. Что его выдало? Запах, его аура? Почему я думаю именно о нем? Или я так же, как и тысячи девчонок до меня, предпочла другим плохого парня?

Сердечко бешено колотилось и кричало — рискни! Мозг же врубил сирену — беги! А в ушах у меня звенели колокольчики, в животе заводили хоровод бабочки. А может, ну ее, осторожность и расчет? И просто отдаться волнам чувства, послушать свой инстинкт?

Когда на плечи мне набросили теплое одеяло и сильные руки притянули к груди, я не сопротивлялась. Откинув голову ему на плечо и позволив держать себя в объятиях, я вдруг почувствовала себя счастливой. Я спиной ощутила, как его сердце спустя мгновение тишины бешено застучало. Не ожидал? Думал, убегу? Я улыбнулась и закрыла глаза. В его руках было тепло, уютно. Его трепет зажигал во мне неизведанный мной ранее огонь.

Судорожный вздох и мужчина разворачивает меня к себе лицом. Цепко держа за плечи он всматривается мне в лицо. Я чувствую его взгляд. Открываю глаза — и утонула. Утонула в том огне, что бушевал в его глазах. Медленно, словно давая мне возможность убежать, он наклоняется ко мне. Его губы приникают к моим нежно и мягко, словно пробуют на ощупь, на вкус. Сильнее… Сколько ласки и мягкости в этом жестком, сильном мужчине.

Сейчас даже не имеет значения чешуя, прикрывающая его лицо и не дающая мне рассмотреть его. Не имеют значения слова, произнесенные им той ночью в кругу друзей. Сейчас есть только я и он.

Стоило мне поднять руки и положить их на напряженные плечи, как он будто взорвался. Пока его губы сминали мои, я ощущала его сильные руки, обхватившие мое тело. Чувствовала его пальцы, немного шершавые и в то же время удивительно ласковые, нежные, чуткие. Вновь закрыв глаза, наслаждалась его волшебными губами, твердыми и жадными до поцелуев.

Глубокий, подчиняющий поцелуй ввергает в трепет, я выгибаюсь, впиваясь в неожиданно мягкие волосы Халеба, упоенно целуя его, а его рука сжимает ягодицу, скользит ниже.

Язык танцует во мне, и меня захлестывают волны жара. Царапая его плечи, сжимая его волосы, я задыхаюсь от судорожных волн удовольствия, и он склоняется, целует мою шею и грудь, продолжая двигать пальцами в волосах, пока я не сдаюсь с томным хриплым стоном.

Жаркое мужское тело прижалось вплотную, показывая, до чего оно напряжено и восхищено моим телом.

— Кхе. Кхе.

Я не сразу поняла, что рядом появился кто-то еще. Какое-то время казалось, что он пытается меня спрятать, прикрыть своим телом от всего мира.

— Кхе.

Он больше меня не целует, а прижался лбом к моему лбу. Я открыла глаза, он зажмурился, словно пытается взять себя в руки. Его объятия теплые и надежные. Мужественный квадратный подбородок, выдающий непростой характер. Да что уж тут. Крутой нрав. Он завораживал. Каждое движение чешуек, покрывавших его скулы, каждый жаркий взгляд …

— Котенок мой…

— Кхе, кхе, — прозвучало так громогласно, будто у кого-то уже заканчивается терпение. Кто-бы сомневался — Жрица надменным памятником стояла рядом и прожигала… довольным взглядом мужчину, не торопившегося отпускать меня из своих объятий.

— Девушке пора собираться. А Вам, уважаемый портальщик, пора прокладывать для нас дорогу домой.

Я выскользнула из его рук, и чувствуя, как краснею, побежала к своему шатру.

***

— И я даже не скажу Вашим друзьям, Халеб, — подойдя к мужчине вплотную, почти прошептала Жрица, — что Вы нарушаете правила Отбора, устраивая за моей спиной свидание.

И гордо прошествовала мимо него к воинам, толпившимся возле костров. Даже в порванной одежде, закутавшись в одеяло, она умудрилась выглядеть величественно.

Подойдя к мужчинам, почтительно расступившимся перед нею, она отблагодарила их за спасение девушек. За то, что не бросили, а отстояли честь невинных и за то, что проявили мужество и доблесть, достойные настоящих мужчин.

А затем, вдоволь потешив мужское самолюбие, сделала им предложение, от которого никто не смог отказаться.

— Этот, пробужденный преступниками Алтарь, сможет поддержать сильную, и восстановить ослабевшую мужскую силу. Именно ту, — Жрица перешла на громкий, заговорщический шепот, — за которую вас любят женщины, и без которой не появятся ваши дети.

Мужчины кто роптал, кто перешептывался, а кто и откровенно хохотал. Но уже спустя короткое время, огромный лунный камень, превратившийся в еще один Алтарь любви, затаскивали в открытый Халебом портал.

— И вы, и ваши потомки, смогут без подаяний и пожертвований, пополнять свою силу у этого Алтаря.

Вскоре поляна у разрушенного замка опустела, а воронка портала, пропустив последнего воина, закрылась.