Глава 65. Мой

Мама и Аурика решительно перебрались жить ко мне.

Тамара Васильевна властвовала на кухоньке, закармливая своих "звездочек" домашними булочками, оладушками и моими любимыми блинчиками с мясом.

Мамуля выглядела совершенно счастливой, окружив нас своей заботой. Вероятно, я была в юности эгоисткой, потому что совершенно не ценила ее отношение к нам. Мы стали к ней более внимательными, ласковыми. То я, то Аурика обнимали ее, ластились к ней, словно два котенка. А по вечерам мы частенько засыпали, используя ее мягкие колени вместо подушек.

Мама ни разу не спросила меня о том времени, когда я пропала без вести. И я была ей за это очень благодарна.

Рика спала в моей постели, без конца пилила меня за разбрасываемую одежду, кислую мордочку и упадническое настроение. А как было не загрустить? Прошло уже две недели с того момента, как я вернулась домой.

Каждый день я, как на работу, забегала в кафе через дорогу. Выглядывала, не появится ли знакомый черный джип. Съедала кусок черничного пирога и выпивала чашку ароматного кофе. Сидя за столиком на холодном ветру, я втягивала носом воздух, пытаясь поймать запах сандала и мокрой древесины. Всматривалась в каждого крепыша, бодро спешившего мимо меня.

И все мимо, и все напрасно. Он меня бросил. Выбросил из своей жизни и забыл. Неужели его никто не научил, что если девушка говорит "ухожу", то она обязательно ждет, чтобы ее вернули? Наверное, не научили.

Вот и сегодня я перебегаю по пешеходке, ощущая спиной цепкие взгляды любящих женщин. Мне не нужно было оглядываться, я и так знаю, что это мама и Аурика тревожно провожают меня взглядами, стоя, обнявшись у окна.

Быстрый взгляд на заветный угол — мелькнувший зад черной машины заставил меня задержать дыхание. Но нет, не она. На том самом месте стоит совершенно иная машина.

Сегодня впервые пошел снег. Маленькие белые мушки кружатся в хороводе, падают на щеки, прилипают к ресницам. На улице сегодня холодно. Из кафешки приветливо машет рукой официант Толик, приглашая вовнутрь.

— Привет, — улыбаюсь и сажусь у окна. Мой вкус он и без слов знает. Кофе и черничный пирог. Сегодня он как то по-другому пахнет. Хотя нет. Пахнет-то он также, да вот только мне этот запах вдруг стал неприятен.

Хозяин кафешки каждое утро расставляет на столах вазочки с маленькими букетиками. А вот сегодня он что-то припозднился. Я в пол уха слушаю, как он любезничает с девушками за соседним столиком, рассказывая выдуманную историю о крошечном букете. Вот и до меня очередь дошла.

— Аленький цветочек от чудовища, принцесса, — хохотнув, он поставил вазочку с … крошечной алой розой. Надо же, как в тему… Я не удержалась и потянулась носом к цветку. И вздрогнула. Да что ж такое! Сандал и дерево. Я вскочила, расплескав недопитый кофе, и посмотрела по сторонам. Никого. Мое воображение явно разгулялось.

Расстроенно я вышла из кафе, накинула капюшон и пошла, поеживаясь, по улице. Парнишка с рекламными щитами на груди и спине, приплясывая на холодном ветру, раздавал прохожим розовые коробочки. Он призывно улыбнулся мне, но я отвернулась и прошла мимо. Не то настроение для общения.

Домой совершенно идти не хотелось. Буду идти вперед, пока ноги не откажут. Я не успела отойти далеко, как вдруг раздался звонок. Мой новенький айфон надрывно издавал трели. Аурика. Даже смешно стало. Я только-только вышла из их с мамой поля зрения, а они уже названивают. Поднимаю трубку и сразу отставила ее подальше от уха.

— Снежана, беги! — орала сестренка. А где то на заднем фоне я слышу злобный крик мамы, грохот, рев, странный стук, чей-то грубый мат… Какое бежать?! Да их спасать надо!

Разворачиваясь на полном ходу, я поскользнулась, но устояла, чуть не сбила с ног какого-то мужчину, выбив из его рук трость.

— Ой, простите. Я сейчас подниму…

Но даже не успела наклониться, как оказалась в плену сильных рук. Капюшон упал мне на глаза, но мне и не нужно смотреть на него. Я и так знаю. Халеб. Я помню его запах, я помню его руки, я никогда не забывала его губы…

— Посмотри на меня…

Раздался шелест чешуек, я даже не удержалась и нервно хохотнула. Подняла глаза, мне хочется визжать от радости, а у меня, наоборот, текут слезы. Я тебя, все-таки дождалась!

— Еще ни одна девчонка не смогла безнаказанно сбежать от дракона…

Темные омуты глаз пылают жадно и требовательно. Мое тело мгновенно вспомнило его поцелуи, стало душно в тоненькой холодной курточке. Он выжигает меня взглядом, а я плавлюсь, стесняюсь и … какого черта! Я потянулась на носочках и прижалась к его губам. К его наглым, растянувшимся в довольной улыбке губам.

— Шалунья моя…

Мое лицо в его ладонях, его губы на моих глазах, носу, щеках. Они чистая страсть, я исступленно пью его поцелуй.

Я в смятении, я в восторге. Он мой…

— Ты моя, — шепчет мне в волосы мой мужчина и не отпускает. А я и не хочу, чтобы отпускал. Вечно бы так стояла. Но тут перед моим носом появляется бесцеремонная рука с розовой коробочкой.4f7b7c

— Ребят, — хохотнул парнишка с рекламными щитами на груди, — вам это скоро понадобится.

— А ведь он прав, — Халеб подхватил розовое нечто, где синими буквами через всю коробочку была яркая надпись: " Тест на беременность".

— Котенок, не пора ли мне познакомиться с твоей мамой?

— Мама! Я совсем забыла! Там что-то происходит! Бежим скорее.

— Ну уж нет, я предпочитаю прийти к концу спектакля.

Обняв меня за плечи, другой рукой опираясь на трость, мы не спеша отправились ко мне домой. Я все порывалась ускориться, а он все меня притормаживал. Боится, что ли?

Подойдя к подъезду, мы увидели толпу зевак, пялившихся на мои окна. Не встретив никаких препятствий, мы поднялись лифтом на мой этаж. На лестничной клетке мокрые и отряхивающие с одежды дымящуюся капусту со свеклой, стояли растерянные Ариэль и Амир.

— Халеб, ты мой должник, — смущенно улыбнулся Амир. — Тут не поисковик нужен, а бронетранспортер. Жаль, вы поздно пришли. Тут такой цирк был.

— Кажется, это мамин борщ. Он свежий, только сегодня сваренный, — заверила я парней, будто это могло их утешить, и смахнула со щеки брата кусок картошки.

— Я, пожалуй, пойду первый, — галантно и, я бы сказала, рискованно, вызвался Халеб.

Крадучись, словно кошка, готовый в любой момент отпрыгнуть в сторону, он медленно пробирался вперед.

— Зачем тебе поисковик Амир?

— Я не был уверен, что ты не спряталась, — также шепотом ответил Халеб, — а я сейчас не в самой лчшей форме.

Он показал на свою ногу.

— Кое-кто мне порталом ногу прищемил.

Пффф…

В кухне, что-то шепча на ухо растерянной Аурике, крепко ее обнимала Главная Жрица. Как странно, они были так похожи друг на друга. Обе высокие, сухощавые, вздорные, властные. Как я раньше то это не заметила? Аурика не я, она точно с характером Жрицы справится.

— Снежа, это моя мама, — скорчила удивленную рожицу Аурика.

Из спальни доносились странные звуки. Осторожно приоткрыв дверь, мы заглянули, но сразу отпрянули. Прямо в головы нам полетел старый веник.

— Как хорошо, что я вантуз еще раньше вынес, — Халеб стал теснить меня в коридор.

— Но мама… ей нужна помощь.

— Я так не думаю. Помощь нужна твоему отцу. Но не будем ему помогать: наворотил дел, пусть сам и выкручивается.