Глава 16

Утро традиционно началось с совместного завтрака. Причем Алиса настолько привыкла к этому за пару дней, что уже вполне естественно и беззаботно разговаривала с Максимилианом, рассказывая о том, как прошел ее день. Она сама не заметила того, как ей стало легко в обществе мага. Он уже воспринимался не кем-то посторонним и чужим, скорее, хорошим соседом, с которым они часто виделись.

«Вот если бы он еще не старался меня завалить учебой для каких-то ему одному известных целей…»

Как бы ей ни нравились некоторые люди в этом мире, домой вернуться по-прежнему хотелось. Именно там ее жизнь, родственники и друзья. Да, магический дар — это чудесно, волшебно, прекрасно и еще много разных слов, но когда рядом нет близких людей, все это теряло большую часть своей прелести.

Поэтому заводить серьезные знакомства и обрастать друзьями Алиса не планировала. Лишь договор с Лаетаном останавливал от поисков информации по порталам в библиотеке ледяного мага.

«Да вряд ли дракон соврал, утверждая, что без его помощи я не смогу вернуться, — размышляла Алиса, намазывая на еще теплую булочку масло. — Это у нас только Максимилиан любитель нагло врать, глядя прямо в глаза».

Бросив быстрый взгляд на сидящего напротив нее мужчину, девушка вновь вернулась к прерванному занятию. Она все еще немного злилась на него, хотя и понимала, что скажи он правду, это бы ничего не изменило. Маг не намерен был ее отпускать. И тут их намерения радикально расходились.

Неожиданно Алиса заметила, что девушка, прислуживающая им за столом, странно на неё косится. Дождавшись, когда служанка в очередной раз покинет столовую, Алиса, не вытерпев, поинтересовалась:

— Вы не знаете, что происходит с… Ташей?

— Знаю, — хмыкнул маг, на мгновение оторвав взгляд от каких-то документов, которые просматривал за завтраком.

Выждав некоторое время и поняв, что продолжать мужчина не собирается, Алиса, недовольно нахмурившись, спросила:

— А мне рассказать не хотите?

Посмотрев на подопечную так, словно она надоедливая муха, отвлекающая от важных дел, Макс соизволил ответить:

— Все с ней будет хорошо. Просто постарайся больше не засыпать в непредназначенных для этого местах.

Алиса моментально насторожилась. Вчера до поздней ночи она засиделась в библиотеке и там же уснула. А вот проснулась уже у себя в спальне, совершенно не помня, как там оказалась.

— И что из этого? — осторожно поинтересовалась она.

— Да ничего особенного. — Поняв, что документы ему просмотреть не удастся, Макс отложил их в сторону. — Таша видела, как я переносил тебя спящую, а ты так доверчиво обнимала меня за шею и тихо сопела… А она девушка молодая, впечатлительная, вот и смущается немного.

— А разбудить меня нельзя было? — чувствуя, как вспыхнули от смущения щеки, возмутилась Алиса.

— Думаешь, я не пробовал? — спокойно ответил Максимилиан. — Но ты пробормотала: «Отвали, старый пень» — и наотрез отказалась просыпаться. Не бросать же мне тебя там. Кстати, что тебе снилось?

— Не помню, — быстро ответила она, надеясь не сгореть со стыда. — Я благодарна вам… — стараясь поскорее замять опасную тему, сказала Алиса, но, кое-что вспомнив, внимательно посмотрела на мужчину. — А раздевал меня кто?

— Да что я там не видел! — фыркнул маг, но тут же понял свою ошибку, наткнувшись на прищуренный взгляд светло-карих глаз. — То есть я не смотрел, мне было не интересно. Женские тела везде одинаковы… Алаиса, положи нож, а то еще поранишься!

Переведя взгляд на свою руку, Алиса действительно увидела в ней столовый прибор, зажатый до побелевших костяшек пальцев. Медленно, словно нехотя, она положила его на стол, одновременно размышляя, что же больше всего ее задело в словах Макса. То, что он действительно осмелился раздеть ее, или то, что даже не попытался рассмотреть, потому что ему было совсем не интересно.

Все варианты оказались обидны по-своему. Нет, Алисе вовсе не хотелось, чтобы маг разглядывал ее полуголую фигуру. Но если учитывать подсознательное желание женщин нравиться абсолютно всему противоположному полу, отсутствие интереса со стороны Максимилиана было довольно неприятно.

— Вам не пора… куда-нибудь по делам? — холодно спросила Алиса, принявшись как можно более безразлично намазывать еще одну булочку маслом.

— Сегодня нет, — настороженно наблюдая за девушкой, ответил не знавший что от нее ожидать Макс. — Я останусь, чтобы помочь Мириан.

— Какие-то проблемы? — сразу же позабыв об обиде, обеспокоенно поинтересовалась Алиса.

— Нет, не волнуйся, — ободряюще улыбнулся маг. — Я скорее буду наблюдателем, чем участником. Ларра Мириан заверила меня, что отлично справится сама, но мне бы хотелось остаться.

Алиса сразу же почувствовала облегчение от его слов. Целительнице девушка, конечно, доверяла, но именно глядя в спокойные глаза мага, ей верилось, что все будет хорошо. Он не допустит ничего плохого и обязательно поможет. Алиса не могла ответить, откуда взялась эта уверенность, просто знала — все будет именно так.

К приходу ларры Мириан они уже вполне мирно разговаривали, обсуждая прочитанное Алисой накануне вечером.

— Какая мирная картина! — воскликнула целительница, входя в библиотеку, где они и расположились. — Прямо отрада для моих глаз!

— У тебя что-то случилось? — склоняясь над ее рукой для поцелуя, спросил Макс.

— Студенты — катастрофа мирового масштаба, — тяжело вздохнув, ответила Мириан. — Стихийники решили подшутить над травницами, а те шутки не оценили, позвав на помощь боевиков. Как итог — одно крыло мужского общежития выжжено, женское полностью затоплено, а административная часть пропахла чем-то вонючим и плохо выветриваемым. Хорошо, хоть все обошлось только ушибами и испугом. Лишь у одного сломана рука да еще у двоих вывих ноги.

— Знатно они погуляли, — рассмеялся маг, подводя целительницу к креслу. — Но неужели там не смогли справиться без тебя?

— Декан целительского факультета отбыл по делам на неделю, а другие целители точат зубы на все тех же стихийников и боевиков еще с прошлой практики, — усмехнулась Мириан. — Нет, будь там что-то серьезное, они бы сразу помогли, а так пришлось справляться мне, не вовремя оказавшейся рядом. Конечно, магистр Изабель устроит им сладкую жизнь за отказ оказать помощь пострадавшим, но это будет потом.

— А что об этом говорит ректор? — с живейшим интересом поинтересовался Макс.

— Ларр Дарэн клянется отправиться к Заслону, заодно прихватив и тебя, облагодетельствовавшего его этой должностью.

— Ну, допустим, на должность его назначил сам император, — удовлетворенно сверкая глазами, усмехнулся Максимилиан.

— А кто его на это подговорил? — скептически спросила целительница. — Ну и мстительный же ты!

— Есть такое, — не стал отпираться герцог Ортанский.

— А что между вами произошло? — не вытерпев, спросила Алиса, с интересом слушавшая разговор.

— Мы не сошлись во мнении по одному вопросу, — высокомерно ответил Макс.

— Коня они не поделили, — тут же сдала его Мириан. — Ты представляешь, всего лишь какого-то коня.

— Не какого-то, а самого лучшего! — возмутился ледяной маг. — Ты хоть знаешь, что черные ортайские жеребята очень ценятся? Эта порода и так считается самой лучшей, но в основном они все гнедой масти. Черные среди них — словно бриллианты среди полудрагоценных камней. А ларр Дарэн заупрямился, не пожелав мне его уступить, хотя я предлагал заплатить в два раза дороже, чем он его приобрел.

— Заводчик все равно через два года продал следующего черного лично тебе, даже не выставляя на торги, — укоризненно напомнила целительница.

— Ну и что? С некоторых людей полезно сбить спесь.

«Кто бы говорил», — явственно читалось во взгляде Забирающей.

— Может, приступим? — меняя тему, спросил Максимилиан. Он успел заметить нервозность Алисы, но неправильно понял ее.

— Думаю, нам будет удобнее в ее спальне, — моментально став серьезной, ответила целительница.

Нервозность Алисы не исчезла, а вот причина изменилась. Теперь предстоящее и страшило ее, и в то же время наполняло душу радостным ожиданием чего-то необычного.

— Ты готова? — пристально всмотревшись в лицо девушки, поинтересовался Макс.

— Да, — твердо ответила она.

Весь путь до комнаты Алисы они прошли в гробовом молчании. Каждый думал о своем, готовясь к тому, что им предстояло сделать. Максимилиан изредка косился в сторону девушки, словно проверяя, не передумала ли она. Но Алиса уверенно шла вперед, внешне оставаясь вполне спокойной. Обратного пути не было, да и не желала она отступать.

— Ложись, — поправив подушку, сказала Мириан.

Алиса удобно расположилась на кровати, неосознанно скрестив руки в области живота. Целительница, присев рядом, успокаивающе погладила ее по плечу, пообещав, что больно не будет. Максимилиан молча встал немного сбоку от них, чтобы не мешать, но все видеть.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась целительница, перейдя к распутыванию печати.

— Немного странно, — призналась Алиса, так и не открыв глаза. — К тому теплу, что исходит от ваших рук, прибавилось щекочущее ощущение. Словно у меня под кожей забурлили тысячи пузырьков.

— Хорошо, — улыбнулась Мириан. — Это освобожденные магические потоки гуляют по телу. Знала бы ты, как себя чувствовала я, когда мой дар проснулся. Было до ужаса щекотно, а еще мне казалось, что я легкая, словно перышко. Это не продлится долго, через пару часов пройдет. Кстати, а ты не помнишь, в твоем мире у тебя такого не было? Ведь твой дар запечатали уже после его пробуждения.

— Нет, — отрицательно качнула головой Алиса. — Мне тогда пять лет всего было. Я мало что помню.

— Сколько? — воскликнули в один голос целительница и маг.

— Пять лет. А что?.. — Девушка приоткрыла глаза и хмуро осмотрела удивленные лица. — Ах да, вы же говорили, что у ваших детей магия просыпается лет в десять.

— Вот именно, поэтому мы так и удивились, — пояснила Мириан. — Это очень рано.

— Возможно, это был просто всплеск, — сказал Максимилиан, задумчиво потерев подбородок. — Вспомни, у нас есть документы, свидетельствующие о подобном.

— Но это было много столетий назад, — не согласилась целительница. — Сейчас такого и в помине нет.

— Ты забываешь, что Алаиса не из нашего мира, — хмыкнул маг. — Мы не знаем, как там у них обстоят дела. А еще мне очень интересно, кто и по какой причине заблокировал ее дар?

— Алаиса, ты говорила, что о твоем даре знала только бабушка, — посмотрев на нее, сказала ларра Мириан. — А не могла она…

— Не знаю, — ответила Алиса. — Я никогда ничего такого за ней не замечала. Бабушка Тая была совершенно обычным человеком. По крайней мере, на мой взгляд.

— Ну, мы все равно не сможем узнать правду, так что не забивай голову, — отмахнулся ледяной маг.

«Кто и не узнает, а кто и обязательно спросит!» — мысленно усмехнулась Алиса, давая себе зарок по возвращении домой вытянуть из бабушки все ответы.

— Тогда… Ой! — воскликнула Мириан, глядя на девушку. — А вот об этом мы не подумали.

— Как красиво, — нагнувшись над девушкой, восхищенно сказал Макс. — Давно я уже такого не видел.

— Да что там?! — требовательно спросила Алиса, немного смущенная столь пристальным вниманием.

— Сама посмотри. — Широко улыбнувшись, Макс показал девушке ее косу.

Вот только если раньше она радовала Алису насыщенным каштановым цветом, то сейчас буквально светилась золотом.

— Ой-ей, я что, теперь блондинка? — недоверчиво ощупывая свои волосы, удивилась девушка.

— Ну что ты, зо-олотко, тебе очень идет, — съехидничал маг, с любопытством глядя на возмущенную девушку.

— Не смешно! — гневно посмотрев на веселящегося мужчину, припечатала Алиса.

— Действительно не смешно, — задумчиво пробормотала Мириан. — Максимилиан, ты забываешь, что ларра Фирэн видела Алаису немного с другим цветом волос.

— Ну и что? — беспечно отмахнулся маг, перехватив из рук девушки ее волосы и с каким-то благоговением погладив кончик косы. — С сегодняшнего дня Алаиса станет такой же последовательницей иллианской моды, как и многие из нашей молодежи.

— Что еще за мода? — подозрительно спросила девушка и, не выдержав такого издевательства, возмутилась: — Да отпустите же!

— Прости, не смог удержаться, — с сожалением выпуская из рук золотистое великолепие, вздохнул герцог. — А мода довольна проста. В Иллиане женщины повязывают на голову шелковые платки, полностью скрывающие их прически. Там считается позором, если посторонний мужчина, не являющийся близким родственником или мужем, увидит их волосы.

— А лица они случайно не скрывают? — поинтересовалась Алиса и подозрительно прищурилась, отодвинувшись от мага.

— Нет, конечно, — фыркнул маг, с хищным интересом наблюдая за движениями своей подопечной. — Зачем им это делать?

— Да так… — неопределенно буркнула девушка, потерев виски. — Мне кажется или щекотка усилилась?

Тряхнув головой, Алиса постаралась отогнать странное золотистое марево, плавающее перед глазами. А еще ей мешал какой-то шум в ушах. Или это вовсе не шум был? Создавалось впечатление, словно в голову и грудь девушки бьют мощные волны, заставляя немного задыхаться и создавая легкий неприятный гул в ушах.

— Алаиса, что-то не так? — присев рядом с ней, спросил герцог.

— Вот только не надо притворяться, что вы беспокоитесь, — резко отпрянув от него, немного истерично усмехнулась Алиса. — Вы же сейчас просто в полном восторге от происходящего.

Замерев на несколько мгновений, Максимилиан недоверчиво посмотрел на бледную Алису и тихо выдохнул:

— А сейчас?

Немного наклонив голову набок, словно к чему-то прислушиваясь, девушка потерла лоб рукой, слегка нахмурилась и ответила:

— Ничего не ощущаю. Что это такое?

Оттеснив мага, Мириан внимательно всмотрелась куда-то в область груди Алисы, ахнув:

— Они сами распутываются! Но почему? Что за странная печать?

— Не знаю, но, кажется, тебе придется закончить все прямо сейчас, — как-то глухо проговорил Макс, глядя туда же, куда и целительница.

Не став ничего отвечать, Мириан сосредоточилась на своем занятии. Изредка она бросала осторожные взгляды на Алису, следя за состоянием девушки. И вскоре даже успокоилась, не заметив ничего необычного.

Максимилиан, вновь занявший свой пост, прекрасно видел и печать, и действия Мириан и тоже хмурился. Он беспокоился, как бы эта блокировка не преподнесла им неприятных сюрпризов. Слишком необычной она была. Мало того, что дар не был запечатан наглухо, как они ожидали. Так печать еще и сама стремилась исчезнуть, стоило только начать ее распутывать.

«Словно подарочная упаковка. Потяни за нужный край, и она сама откроется», — пришла ему в голову неожиданная мысль.

Но посмотрев на Алису, маг тут же обо всем забыл.

Девушка то кусала губы, то сжимала их в тонкую линию, делая очень медленные глубокие вдохи. И при этом сильно жмурилась.

— Алаиса, что с тобой? — обойдя целительницу, подскочил к ней маг. — Тебе больно?

— Щ-ш-шекотно, — сквозь плотно сжатые зубы пробормотала Алиса. — Такое чувство… что у меня… пузырится и пенится… все под кожей.

— Терпи, осталось недолго, — приказал Максимилиан, осторожно, но в то же время сильно прижав плечи девушки своими руками.

Еле сдержавшись, чтобы не огрызнуться, Алиса сосредоточилась на ладонях ледяного мага. Его прикосновения странным образом приносили хоть немного успокоения, сглаживая желание потереть кожу, чтобы унять сводящую с ума щекотку.

Откинув голову назад, Алиса глубоко и часто задышала, упрямо оставаясь в одном положении. Но «пузырьки», которые волнами растекались под кожей, словно только этого и ждали, чтобы усилить свой напор. И когда, казалось, девушка больше не выдержит, Макс резко сказал:

— Алаиса, посмотри на меня!

И девушка не смогла не подчиниться этому голосу и открыла глаза. Наткнувшись на сосредоточенный взгляд мага, Алиса в первое мгновение даже задохнулась от такой яркой голубизны. Она, словно завороженная, смотрела в его глаза, не в силах оторваться и обратить внимание на что-то другое.

Эти ледяные омуты притягивали девушку, как магнитом, не давая возможности отвлечься. Неприятная щекотка тут же отошла на второй план, напоминая о себе неприятным зудом где-то там, далеко, на самом краю сознания. И Алиса не видела в этом ничего странного.

Сейчас она вообще не могла рассуждать ни о каких странностях, так как все мысли буквально вымело из головы и там образовалась какая-то звенящая пустота. Мир сузился до этих голубых озер, покрытых тонкой корочкой льда. Больше ничего не имело значения.

— Все!

Это восклицание с трудом пробилось до затуманенного сознания Алисы. Вот только отвести взгляд не было никакой возможности. Глаза мага все так же цепко удерживали ее. И если бы он сам не отвернулся, девушка так бы и продолжала смотреть на него.

— Алаиса, как ты? — обеспокоенно спросила целительница, устало потерев лоб.

— Все хорошо, только щекотно, — выдохнув, заверила ее девушка.

— Не уверена, — немного испуганно пробормотала целительница. — Макс, у нее глаза золотом отливают!

Эти слова послужили спусковым крючком. Алиса только хотела спросить, что все это значит, как ее будто придавило гранитной плитой. Весь воздух вмиг вышибло из легких, а в панически раскрытых глазах заплясали круги. Бушующие волны эмоций стремились поглотить, утопить ее в беснующемся море. Алису охватила крупная дрожь, а тело выгнулось дугой. Но из открытого в беззвучном крике рота, не доносилось ни единого звука.

Страх, боль, радость, испуг, безграничное счастье, злость, веселье…

Все это слилось в один мощный водоворот, разрывая голову несчастной девушки на части. И не было спасения, не было укрытия от них.

— Алаиса, смотри на меня! — сквозь боль послышался чей-то голос. — Маленькая, ну же, посмотри на меня!

С трудом переведя затуманенный болью взгляд на говорившего, Алиса сморгнула выступившие слезы. И вновь ее манили голубые озера. Только теперь она сама изо всех сил стремилась к ним, желая раствориться, отгородиться ото всего. Алиса верила, что только в них ее спасение. И они не подвели, неся успокоение и защиту от враждебных сейчас эмоций.

— Тише, девочка, тише, — шептал Макс, обхватив ладонями заплаканное лицо девушки. — Я помогу, все будет хорошо.

Почувствовав, как боль отступает, а вокруг нее словно вырастает стена, Алиса жалобно всхлипнула, погружаясь во тьму.