Глава 24. Поздний вечер

Лансальд

Время в ожидании движется предательски медленно. Спрятавшись в своей каюте от пристальных взглядов и неудобных вопросов, я жевал безвкусную массу размоченного комбикорма, мясной процент в котором был ничтожен, если он там вообще присутствовал. Пока протестующий желудок пытался смириться с тем, что ему придется усваивать неаппетитное месиво, усталый мозг старательно переваривал свежую информацию. Все те взгляды, от которых тянуло скрыться, вновь буравили меня в воспоминаниях и слышались возмущенные или печальные голоса.

– У нас есть тайный план спасения? Я правильно думаю?

– Мы воспользуемся выигранным временем, чтобы победить диркенов?

– Не верю, что мы отдадим гадким ящерицам свой дом!

Так говорили юные парни и девушки, выпускники военных учебных заведений. Бойцы постарше были уклончивее в разговорах, чувствовалось – они хотят верить в лучший исход ситуации, но при этом осознают его невозможность. Ветераны старались помалкивать или предавались воспоминаниям о лучших годах империи. Я уходил от прямого ответа. Выкручивался, чтобы не лишить последней надежды и при этом не дать повода для заблуждения.

Не считая моей веры в помощь дара магистра, а ее никто из граждан империи, кроме нас с Тайтом, не мог принять во внимание, положение представлялось абсолютно безнадежным. Все понимали, что невозможно вывести население нескольких планет на имеющихся кораблях. В таких случаях спасающиеся бегством народы жертвуют самыми слабыми, пожилыми и больными сородичами. Эвакуируют молодых и сильных, способных произвести здоровое потомство.

Мой отец выступил с обращением к народу – далеко не обнадеживающим. Признался, что со своей женой не покинет Алверии, вместе они готовы погибнуть на родной планете, но не отнимут места на спасательном корабле у молодых сограждан. Новым императором отец повелел считать меня, но не уточнил, с какого момента. Он находился в состоянии сильнейшего стресса. Наверное, впервые в жизни запинался и путал слова, произнося заранее подготовленную и выверенную до мелочей свитой советников долгую речь. Сразу же после ее окончания к отцу поспешил семейный доктор. Я заметил, как этот худощавый старик с растрепанными длинными волосами продвигается в обеспокоенной толпе, прежде чем завершилась прямая трансляция с Триумфальной площади в столице Алверии.

Никто не хотел терять родителей и покидать планету. Никто не хотел признавать проигрыш, но и отрицать его не решался. На меня давило всеобщее отчаяние. Преследовало даже в полном уединении. С трудом доел комбикорм, понимая, что он необходим для поддержания пока еще продолжающейся жизни. Хотел прилечь на койку, отдохнуть перед необычным марш-броском.

Встал со стула, прошелся по каюте, чувствуя приятную мягкость белой одежды для сна. Скоро придется ее сменить на бронированный термокостюм и взять аналогичный нужного размера для Снежаны. На корабле переодевать девушку нельзя, это вызовет подозрения у дежурных, а самому выходить в мундире и затем его менять на киберброню – лишняя трата времени, когда важен каждый миг.

Я освободил волосы из-под резинки, провел по ним рукой от лба к затылку. Присел на койку, проверил будильник в наручном передатчике и собирался выключить освещение.

Дверь открылась, и вошла Ниана. В темно-синем строгом форменном костюме, но с небрежно распущенными волосами.

Я не ждал ее, точнее сказать – не хотел с ней видеться перед побегом. Мы дружили с детства, она часто выручала меня в бою, и потому обманывать ее было как-то особенно неприятно. Но я понимал – прагматичная Ниана не увидит смысла в моей погоне за сказочным чудом. Спорить с ней бесполезно. Попытки ее переубедить будут обречены на провал.

– Могу тебя поздравить? Ты теперь наш император? – она тоже не смогла точно истолковать речь моего отца, и потому ждала объяснительных комментариев.

– А есть с чем поздравлять? – я скептически нахмурился, встречая ее взглядом. – Правитель погибающего мира – не самое почетное звание во вселенной.

– У нас появился уникальный шанс на спасение. Не понимаю, почему ты не спешишь им воспользоваться, – Ниана развернула стул и присела напротив меня, закинув ногу на ногу. – Человеческая особь с неизученным опасным паразитом внутри. Можно считать огромным везением то, как жаждет Альтерро заполучить ее. Пусть он поскорее сожрет земную девушку, после чего впадет в безумие или потеряет сознание, а лучше сразу издохнет. Без риасийского командира диркены запаникуют. У них не хватит ума выстроить правильную стратегию решающей битвы. Вместе мы выстоим в новом сражении и отбросим врага от границ империи.

– Не уверен… Ниана, ты знаешь, как я не люблю использовать это отдающее ледяной скользкостью слово, но силы неравны. И без участия в битве риаса наши шансы на успех ничтожны.

– Ты успел привязаться к живому трофею, как к своей подопечной? Я права? Присущее тебе милосердие не позволяет отдать девушку на растерзание риасу? Но ты должен понять – она и так обречена. Ее убивает энергетический паразит. А нас хоть и считают обреченными, все может измениться. Нам только нужно сбросить груз уныния, отстраниться от чувства жалости и почувствовать себя творцами собственной судьбы.

– Решение о выдаче человеческой особи принято на высшем государственном уровне, – безэмоционально процедил я, стараясь не выдать истинного настроения. – Мы ждем улучшения ее состояния. Прогресс зафиксирован… Но пока девушка остается без сознания, попытка ее передачи может быть блокирована принимающей стороной. Риас не глуп. Думаешь, он обрадуется тому, что ему принесли умирающую жертву?

Ниана задумчиво потупила взгляд и нервно сцепила пальцы на колене. Справедливо ли я чувствовал разочарование при общении с советницей? По причине крепнущей привязанности к земной девушке я был готов отвергнуть ту, которую еще недавно едва не согласился пригласить на бал в честь праздника Великого Трехлуния и назвать своей невестой. Мы с Нианой словно разлетелись в противоположные стороны, как два отстыковавшихся друг от друга космических корабля, и разделяющее нас пространство стремительно росло.

– Альтерро хитер и осторожен. Он обвинит нас в покушении на убийство. Срыв сделки приведет к непредсказуемым, но точно для нас не полезным последствиям, – продолжил я доказывать свою теорию.

– Ты прав, – глаза Нианы азартно блеснули.

– Миридна постарается к утру привести необычную пациентку в нужное для передачи состояние. Земная девушка сможет ходить и говорить. Я сообщу тебе, когда она будет готова к транспортировке.

– Мудрое решение.

Ниана улыбнулась. Я заподозрил: советница меня намеренно хвалит. Она что-то задумала. Во время всеобщего уныния Ниана выглядела бодрее всех, кого я повидал за условный вечер. Ее замысел открылся раньше, чем я ожидал.

– Давай проведем ночь ожидания без тревог и планов новых битв, – грациозно соскользнув со стула, Ниана молниеносно переместилась ко мне на колени. – Ланс, представь… – она провела кончиками пальцев по моей щеке. – Мы одни на корабле. За иллюминатором сияют далекие звезды. Мы видим чистый космос, свободный от вражеских армад…, и наслаждаемся нашей любовью.

Погладив мою шею, женская рука проникла под рубашку. Я поймал ее сквозь мягкую ткань, задержал, прижимая к своей груди, но не позволяя опуститься ниже.

– Не время. Понимаю твои чувства, но… Пока лучше думать о битвах, чем…

– Ты не любишь меня, Ланс? Я думала, война нас сблизила. Мы стали больше, чем друзьями. Разве не так? – Ниана недовольно скривила губы.

– Я не задумывался о большем. Война – неподходящее время для того, чтобы позволять мечтам блокировать течение разума, направленное на разработку верных решений.

Мне было стыдно перед ней, а не наоборот. Я искал в недрах памяти, где и когда выдал неточное слово или неловкий жест. Сам того не желая, подал знак, который мог быть истолкован двояко. Ниана любила меня. А я сам не замечал ни ее особого ко мне внимания, ни ревности к Килле. Для меня она всегда оставалась другом. Но женщины несколько иначе смотрят на мир. Я не учел этого, а теперь настало время ловить последствия.

– Закрой глаза и представь на моем месте Киллу, если не желаешь видеть меня рядом с собой. Разве ты не хочешь немного расслабиться после долгого пребывания в постоянном напряжении, в круглосуточной боевой готовности? Я знаю, нам обоим это нужно… Подзарядиться положительными эмоциями. Пробудить в себе новый источник энергии жизни… Ланс… Эта ночь может стать последней для нас. А может дать начало новой эпохе. Отвлекись от войны. Оставь ее за бортом корабля… Доверься мне.

Губы Нианы приникли к моим губам, но им не удалось пробудить во мне жажду поцелуя. Все мое существо противилось близости с этой женщиной, отталкивало ее. Мне было жаль огорчать Ниану. Я не знал, как объясниться с ней, пока не могу назвать имя своей истинной возлюбленной. Той единственной, с кем я мечтал остаться наедине.

– Я хочу тебя видеть, но не так близко, – деликатно отстранив Ниану, я встал с койки. – Образ Киллы для меня болезнен. Он нас не спасет.

– Не прогоняй меня, Ланс, – женщина, которую я привык видеть сильной и независимой, смотрела на меня увлажнившимися глазами.

Я не хотел, чтобы Ниана плакала. Она этого не заслужила.

– Не время. Пойми меня правильно, – я утешительно коснулся ее плеча, тронул волнистую прядку черных волос. – Ты дорога мне, и я не хочу тебя огорчать. Но не могу дать то, чего ты ждешь. Разрешится так или иначе ситуация с диркенским нашествием, и если мы оба выживем, то встретимся и поговорим о чувствах. Постараемся вместе разобраться в них, отличить миражи от реальности. Договорились?

– Проще договориться с дикарем риасом, чем с тобой, – обиженно выпалила Ниана. – Скажи честно – я нужна тебе как ценный сотрудник, и все. В таком случае позовешь, когда понадобится моя профессиональная помощь.

Она резко и широко шагнула назад от меня. Мстительно прищурившись, заглянула в глаза и, развернувшись, пошла к выходу из каюты. Уходя, с силой захлопнула дверь.

Я с усталым вздохом опустился на койку. Сел, затем лег почти поперек постели, свесив за край обутые ноги. Чувствовал себя опустошенным, словно меня покидали последние капли жизненной силы. Комбикорм не помог ею зарядиться. Ничто так не способно подкрепить дух, как счастливая любовь. Но пока я не смел мечтать о счастье, точно боялся его спугнуть по древнему суеверию.

Моя возлюбленная спала глубоким искусственным сном. Скоро я пробужу ее в кабине небольшого и слабо защищенного транспортного челнока… Если у меня получится вынести Снежану с флагмана и доставить на борт корабля, выбранного для побега. На истребителе нам не уйти. Диркены сразу же постараюсь сбить его. Направляющийся в сторону Алверии мирный челнок не должен вызвать подозрений как у чужих, так и у своих воинов.