Глава 27. Подмена

Снежана

К утру снегопад закончился и ветер утих. Не позавтракав, Ланс ушел на разведку и… пропал. Он оставил мне пульт от прозрачной стены-двери. Моего терпения хватило на очень недолгое ожидание. Нервы совсем расшатались. Я дико жалела о несостоявшейся ночи любви. Уже, можно сказать, по своему приобретенному в другом мире обыкновению, вновь ляпнула не то и не так, заранее ни секундочки не подумав. Мне нужно было обнять адмирала и утешить нежными словами в ответ на признание, а у меня точно руки отсохли, а язык в пятки убежал.

Героям красивых мелодрам хорошо и удобно, они произносят нужные фразы даже в самый неожиданный, казалось бы, момент. Зритель переживает вместо актеров, которые следуют тщательно продуманному сценарию. В жизни все не так просто. Влюбленные люди теряются и стесняются. Кому-то легче, он и стихи наизусть прочитает, и песню споет для любимой, а у кого-то, как в старой комедии “Карнавальная ночь” – “Я не знаю, как начать. В общем, значит, так сказать… Нет, не получается опять”.

Недавно я узнала, что принадлежу к несчастной второй категории. Вдобавок еще и никак не могу избавиться от пакостного чувства, будто я – не более чем соринка на просторах чужого мира. Подцепить на палец и выкинуть вон – никто и не вспомнит, что она тут была. Никто, кроме Ланса. Он меня любит, заботится обо мне, а я не могу ответить ему ласковой взаимностью из-за своих человеческих психологических комплексов, любовного мандража или… как это можно назвать? Надо срочно взять себя в руки, позвать адмирала в пещеру и порадовать. Может, рискнуть его обнять и поцеловать? В самом деле, не укусит же.

Отключив защитную стену, я надела серый платок из куска утеплителя и выглянула из пещеры. Высоту нашего убежища на глаз определила как уровень второго этажа жилого дома.

Ланс стоял внизу, в долине. Что-то тихо нашептывая, как деревенский колдун гипнотический заговор, он гладил защищенную пластинками черного панциря морду гигантского зверя из моего видения-полета. Любитель сочных горячих ягод походил на быка, но ростом, пожалуй, был не меньше слона, разве что длиннее и коренастее того. Четыре красных глаза. Два острых изогнутых вверх рога. Мощная толстая шея, как и все тело, покрытая черными пластинами, блестящими на свету подобно полированному металлу.

– Ты привел к нам на обед говяжьи отбивные, – кто может объяснить, зачем я это сказала?

Самой мне точно было нечего добавить в свое оправдание, кроме того, что будто кто-то вредный взял и щелкнул кнопочку на пульте. Отключил мою способность здраво размышлять, как защитную стенку-дверь, установленную при входе в пещеру. Не о чем было мне больше подумать в тот момент, кроме как о невкусном комбикорме и аппетитных жареных отбивных.

– Я нашел транспорт, – Ланс разочарованно пошевелил нижней губой. – Он довезет нас до следующего пункта отдыха, последнего привала на пути к Храму Ллиэтаира. Нельзя употреблять в пищу того, кто тебе помогает.

Страшно представить, что он обо мне подумал в этот момент. Ясное дело – ничего хорошего.

– Мркиены – редкие животные. Они занесены в список охраняемых галактических видов. Охота на них запрещена, – отчитался передо мной адмирал, как будто бы оправдываясь. – Эти мирные звери не нападают без причины. Мне удалось приманить одного из них и подчинить внушением. Но мы не должны ему навредить. Нельзя, чтобы этот молодой самец отстал от мигрирующего стада и потерялся. Поэтому нам надо спешить, пока стадо не закончило кормиться. Собери все вещи, брось мне рюкзаки и постарайся спуститься самостоятельно. Я не могу разорвать контакт с мркиеном. Если упустим его, то наш путь к храму затянется на неопределенное время, чего мы не можем себе позволить. Враги готовятся к решающей атаке на имперские войска.

– Я быстренько, – и тут же поспешила выполнить задание.

Собрала рюкзаки, кинула их с утеса, затем и сама отправилась вниз, к поймавшему поклажу Лансу, молясь о том, чтобы перчаточные липучки не подвели и надежно удерживали меня на скале. Бочком, кое-где почти ползком, я добралась до горной тропки, рано утром проложенной неизвестными зверями, а дальше побежала прямиком в объятия любимого адмирала. Главное – не забывать держать рот на замке. Особенно если чувствуешь, что сильно волнуешься. В этот момент здравомыслие запросто может улетучиться от нервной встряски.

Ланс подхватил меня, как легкую пушинку, и подсадил на жесткую бронированную спину громадного быка. Снова пригодились липкие перчатки, чтобы удержаться верхом на скользком звере. Усевшись позади меня, мужчина придержал рукой под грудь. Быку он ничего не говорил, но, видимо, чуток ослабил гипнотическое влияние. Могучий зверь пошел к пасущемуся вдали стаду. Его сородичи разрывали мордами сугробы, выискивая побитую бурей теплую синюю траву. К нашему прибытию завтрак рогатых гигантов как раз подходил к концу, и вскоре стадо продолжило путь по долине.

Глядя, как наш бык шустро плывет в снежном океане, утопая по брюхо, я понимала, что пешком мы с Лансом вряд ли преодолели бы путь до следующей остановки за световой день. Взобравшись на холм, стадо пошло вниз быстрее, почти галопом. Снег лежал неравномерно: в низинах кое-где темнела обнаженная ледяная корка, а на возвышениях громоздились сугробы. Мигрирующее стадо то ускоряло, то сбавляло ход. Пару раз я замечала мелькнувшее на фоне темных скал белое стремительное пятно, похожее на вспышку солнечного света. Знакомый нам с Лансом хищник преследовал стадо в надежде поживиться ослабевшим отставшим зверем или детенышем.

Рядом с любимым мужчиной я не боялась диких зверей и лютого мороза – только своего собственного языка, взявшего за правило в самые важные для моей личной жизни моменты превращаться из верного помощника в коварного предателя.

До отмеченного на электронной карте удобного места для привала мы добрались задолго до темноты, солнце только начало клониться к закату. Там наши и стада пути разошлись. Ланс поблагодарил черного быка за помощь на своем языке, который животное вряд ли понимало, как, впрочем, и русский язык. Я тоже сказала быку несколько теплых слов на прощание, пожелала не попасться в когти синеглазого зверя.

Мы вместе с Лансом облагородили наше новое убещище, в пещере до нас обитал какой-то зверь, после которого остались обглоданные кости его добычи. Приведя мысли и эмоции в стройный порядок, я решилась сказать то, на что прошлым вечером не хватило духу.

– Ланс, прошу, выслушай меня, – взяв адмирала за обе руки, я преданно посмотрела в его удивленные глаза. – Мне нужно сказать тебе нечто важное… Признаться…

Левая рука мужчины дернулась, и мне пришлось ее отпустить. От того, как резко он пытался оттолкнуть меня и не позволить себя касаться, на душе стало немного пасмурно.

– Я заблокировал связь и включил защиту от отслеживания, – в тревожном раздражении проворчал адмирал, читая сообщение, пришедшее на встроенный в наруч передатчик. – Меня не должны были найти.

– Что нам делать? Где прятаться? С кем и как сражаться? – его правую руку я так и не смогла отпустить, только крепче в нее вцепилась.

Важное признание и поцелуи с объятиями снова отменяются. Не до романтики, когда речь идет о спасении наших жизней.

– Все в порядке. Не переживай. Это мой союзник.

Ланс постарался успокоить меня, погладив по голове. Теплые прикосновения пальцев, забравшихся в мои растрепанные волосы, принесли покой. Словно маленькое солнышко в груди вспыхнуло.

– Побудь здесь, но заблокируй выход. В горах много хищников. Я скоро вернусь. Не ходи за мной.

Ланс ободряюще кивнул и вышел из пещеры. Я закрыла за ним стену-дверь. Села на согревающую пленку и обняла руками колени в тревожных раздумьях. Правда, союзник? Или злой предатель? Как жаль, что я все равно ничем не могу помочь Лансу. Ни единого импульса энергии ослабшего Ключа не чувствую, и потому не могу призвать волшебный дар магистра на помощь любимому.

***

Лансальд

Прекрасная белая розетия тянется к свету двойной звезды Таир-Элькор, но если день выдается слишком жарким и звездные лучи обжигают нежные лепестки, то цветок прячет их, закрывает бутон. Так и сияние моей славы обжигало Снежану, и это еще пока земная девушка не знала, что я сын императора и наследник престола. Я должен научиться вести себя как обычный человек, чтобы перестать отпугивать ее от себя, стать ближе к ней. Забыть о прежних заслугах, боевых подвигах и долге перед своим народом. Словно родиться заново и посмотреть на мир другими, свободными глазами. Пока что я вижу его будто сквозь мерцающую преграду силового поля.

Как бы странно это ни звучало, но знания родного языка Снежаны мне оказалось недостаточно для того, чтобы я мог с ней общаться на одном с ней языке – в том смысле, чтобы мы достигли идеального взаимопонимания. Или максимально близкого к нему. Истинные идеалы недостижимы, так считают люди. И я сам постепенно начинал верить чужому для себя народу, памятуя о том, что в родном мире мне с детства внушали другое – непоколебимую веру в реальность и доступность идеалов.

Увлеченный навязчивыми размышлениями, я шел вдоль неровной, богатой выступающими скалами, горы навстречу предполагаемой опасности. Старался не отвлекаться, сосредоточиться на окружающей действительности, но после каждого поворота и преодоления слепой зоны снова неизбежно вспоминал о любимой земной девушке. Бластер держал наготове, при этом надеялся, что он не пригодится.

Ниана нашла меня, или советницу пленили враги. Я принял сигнал на передатчик с ее позывным и нашим секретным кодом. Обогнув очередную скалу, автоматически прицелился в неподвижную фигуру, на которой играли блики света и мрак тени, отражаясь в пластинах брони, но тут же опустил бластер, энергетически узнав свою верную помощницу.

Вдали виднелся маленький корабль, а рядом с Нианой я увидел скоростной ремлинг – удобный транспорт для передвижения по поверхности планеты с неблагоприятными условиями и сложным рельефом. Однако хоть и я показал, что не намерен стрелять, все же оставался настороже. Неизвестно, какая ситуация сложилась на флоте после моего таинственного исчезновения и какую роль теперь играет Ниана. Не хотелось сражаться с давней подругой, но я был готов и к этому, если придется.

– Лейтенант Тайтиллиан рассказал мне о твоем плане, – Ниана шагнула навстречу, и я ответно направился к ней. – Я прилетела помочь тебе. Привезла ремлинг, который пригодится в здешних ущельях. Храм защищен сильным магнитным полем, и нам неизвестно, какими он оснащен ловушками. Приближаться к нему на корабле с воздуха опасно.

– Рад, что ты все правильно поняла.

Я ступил в большой сугроб, рискнув потерять вероятное преимущество в маневренности. Напрасно я в последнее время не доверял Ниане. Мы друзья, как и прежде. Советница остановилась в ожидании, когда я подойду ближе к ней и доставленному на планету транспорту. Наши взгляды встретились, и она улыбнулась.

– Тайт – умный и ответственный парень. Он все мне объяснил и попросил помочь. Рассказал, как важно для тебя это необычное дело.

– Не только для меня лично, но и для всех нас, – уточнил я. – Земная девушка – наше спасение.

Невольно пригнулся и чуть не потерял равновесие – нога провалилась глубоко под треснувшую ледяную корку. Почувствовал легкий укол в шею, быстрым движением провел по ней рукой и почувствовал металл крошечного дротика. Вытащил его, но ядовитое вещество успело попасть в кровь. Пальцы онемели. Бластер и дротик выпали из рук. По телу прокатилась дрожь, несущая противоестественную слабость.

– И твое утешение, – Ниана по-своему продолжила мою, быть может, последнюю в этой жизни фразу. – Первое после надолго затянувшегося траура по глупой Килле, не ценившей собственную жизнь. Я честно пыталась тебя спасти, Ланс. Дать тебе шанс. Но ты меня не слышал, не пытался понять и не видел рядом с собой любящую женщину, на все готовую ради тебя, достойную стать твоей императрицей.

– Ради меня? Нет… Ради трона. Ты сама в этом призналась.

Я попытался выпрямиться, чтобы заглянуть ей в глаза. Это удалось, так же, как и произнести несколько коротких фраз. Доверие подруге детства и боевому товарищу в одном лице подвело меня. Поздно я обнаружил у себя привычку видеть в других собственные лучшие качества или вообще созданную в моем воображении иллюзию.

– Но и сама разрушила свою мечту, – хватив морозного воздуха ртом, я продолжил говорить с Нианой. – Напрасно ты предала алверийский народ. Завоевав империю, диркены не позволят тебе остаться у власти. Вместо благодарности за помощь ящеры тебя убьют.

Введенное мне вещество не было предназначено для мгновенного умерщвления. Оно ослабляло тело и слегка замутняло сознание. Я не знал срок его действия, но не терял надежды на то, что мой организм сумеет справиться с отравой и позволит мне победить Ниану.

– Я выбрала другую сторону в этой войне, – сказала предательница. – Заключила союз с тем, кто сильнее и умнее диркенских командиров. С тем, кто ведет свою особую игру. Предпочла остаться рядом с истинным героем-победителем, и это не ты, Ланс.

Из-за скалы вышел Альтерро, до кончика хвоста заключенный в киберброню. Я понял, почему сразу не почувствовал рядом никого, кроме Нианы. Риас мог приглушать свои импульсные вибрации. Сняв шлем, кровожадный дикарь свернул уши и поморщился под пронизывающим ветром. Теплолюбивая тварь. Надеюсь, он простудится. Но почему-то во взгляде этого монстра из пробирки проскользнуло нечто такое, от чего у меня на затылке волосы встали дыбом. Это было необъяснимое чувство, такое интимное, что сам себе не поверил. Отчего у меня в голове родились такие странные предположения? Не иначе как очередная выходка этой твари.

– Да, мы любовники, – Ниана прильнула к риасу, коснулась губами его щеки.

Меня затошнило – от распространяющегося по кровотоку отравляющего вещества, от чувства брезгливости или от всего этого сразу.

– Внимания этого парня мне не пришлось добиваться долгие годы, и его не нужно уговаривать прийти на свидание, – ущипнув кисточку на кончике уха риаса, Ниана торжествующе усмехнулась. – Алти полон страсти.

– И полон глистов, – у меня заострился язык, или как там люди говорят? Притворившись, что быстро слабею, я пригнулся в намерении взять неглубоко провалившийся в снег бластер. Пальцами удалось пошевелить. Мое тело успешно боролось с отравой. – Он ест сырое мясо, и потому весь кишит паразитами. А ты с ним целовалась. Мне жаль тебя.

– Глисты? – Ниана недоверчиво глянула на риаса.

– Не верь ему, – рявкнул Альтерро. – Нет у меня паразитов. Они не выживают в моей внутренней микрофлоре.

Риас метнулся ко мне и поднял бластер прежде, чем оружия коснулись бы мои дрожащие пальцы. Заблокировав возможность выстрела, он прикрепил бластер к своему поясу.

– Ты предала друзей и весь наш народ, – я посмотрел мимо него на Ниану. – Не представляю, как ты сможешь жить с таким тяжким грузом на душе, зная, что наш мир уничтожен.

– Как обычно, ты неправ, Ланс, – теперь уже бывшая моя советница отрицательно качнула головой. – Я спасла наш мир. Просто выбрала более эффективный способ достижения этой цели, чем тот, которому следовал ты. Алти сохранит Алверию в полной неприкосновенности при условии, что наши ученые помогут ему в восстановлении его народа на основе сохранившегося генетического материала. Да, все не согласные с заключенной сделкой погибнут. Но наша раса и материнская планета уцелеют. Я стану законной императрицей. По слухам, которым вскоре предоставлю надежные подтверждения, мы с тобой – состоявшаяся пара. Ты пригласил меня на бал в День Великого Трехлуния. После твоей смерти я буду считаться вдовой императора и первой наследницей престола. Избавиться от твоей сестры не составит труда.

– Народ узнает, что ты устроила своим соратникам ловушку во время совета капитанов.

Действие яда то затухало, то возобновлялось. Я заподозрил, что Альтерро энергетически управляет неизвестным веществом в моей крови. Пока что риас позволил мне встать в полный рост и говорить с Нианой. Словно ему было любопытно послушать.

– По обвинению в шпионаже арестован лейтенант Тайтиллиан, – равнодушно произнесла Ниана. – Он скоро будет казнен вместе с жалким говорящим насекомым, которого ты назвал другом. Признаюсь, Тайта мне немного жаль, но это необходимая жертва.

– Не обманывай ни меня, ни себя. Ты не знаешь жалости. Мне больно признавать, что ты превратилась в чудовище, подобное гнусному дикарю, которого не погнушалась ублажать в постели.

Не преминул воспользоваться своим правом голоса, и тут же риас меня его лишил. Тело парализовало, я замер, подобно каменной статуе в дворцовом парке. А импульсные вибрации монстра в очередной раз показались мне неправильными. Они словно невесомыми прикосновениями шарили по мне и пытались найти ответы, которые были мне неведомы.

– Этой галактической ночью в моей постели окажешься ты, – липкий горячий язык риаса медленно проскользнул от кончика моего носа до линии роста волос.

Я от омерзения поперхнулся набежавшей слюной. Плюнуть в гадкое чудовище, не знающее моральных ограничений, мне не удалось. Яд все сильнее подавлял мою волю. Мысли расплывались.

– Было бы глупо не насладиться столь великолепным трофеем, который сам угодил мне в руки. Знаешь, я не понимал влечения к тебе Нианы. Но теперь многое прояснилось. Адмирал, должен отдать тебе должное, будь мы в других условиях… Как жаль, что лично для меня во вселенной нет ничего приятнее, чем видеть главного врага не просто побежденным, но и покорным, как верный раб, – с придыханием прошипел Альтерро мне в в самое ухо, обвивая хвостом мое ногу пониже бедра. Железные когти его защитной перчатки очертили контуры моего лица и замерли в районе сердца. – Прежде, чем содрать с тебя шкуру, я хочу снять эту маску благочестия и погрузиться в скрывающуюся под ней бездну настоящего. Не надо строить из себя передо мной непорочное божество, мы все подвержены запретным чувствам, и, не знаю, как для вас, но для меня это так же естественно, как и дышать. Эрк восемьдесят пять, смешавшись с твоей кровью, сделает тебя разговорчивее и податливее, притупит все твои инстинкты и вытащит наружу все темные и надежно сокрытые черты. Ты мне откроешь не только военные тайны империи… Но прежде я займусь твоей земной подружкой, Хранительницей Ключа, которая проложит мне путь к власти над всей звездной системой.

– У тебя ничего не получится, я смогу противостоять отраве, а Снежана не отдаст Ключ врагу, – я вновь смог заговорить.

Обретя частичную, по сравнению с обычной, силу в руках, я оттолкнул жарко дышавшее мне в лицо похотливое чудовище. Риас раздраженно оскалился, но убрал от меня свой вертлявый хвост.

– Ключ должен быть передан добровольно, а такая тварь, как ты, не сможет добиться ничего доброго, – продолжил я, стараясь не обращать внимания на то, как подрагивают кончики пальцев, цепляя фоновые импульсы. – Иначе не сработает, и ты впустую потратишь время и силы. Ты не сможешь убедить Снежану довериться тебе.

– Мне и не нужно ни в чем убеждать земную глупышку. Достаточно того, что тебе она доверяет безоговорочно, – Альтерро убрал хвост за спину и вытянул вдоль своего позвоночника. – Так что мне остается заполучить тебя, а она пойдет приятным бонусом. Как думаешь, сколько времени мне потребуется для того, чтобы сломать тебя? Хотя, с таким шикарным экземпляром как ты, я бы согласился позабавиться пару лет.

Нажав кнопку на запястье наруча, он… визуально превратился в меня. Я прежде не видел настолько совершенной маскировочной иллюзии. Существу, не обладающему энергетическим чутьем, не заметить разницы.

– Дождись прибытия командора Ишейрела, – моим голосом приказал Альтерро замершей в неприятном удивлении Ниане. – Он доставит адмирала на полностью подконтрольный мне диркенский крейсер, и ты сможешь вернуться к своим сородичам.

Шокированная женщина не двинулась с места.

– Пошла прочь, – не оборачиваясь, рыкнул риас и нервно ударил невидимым для глаз хвостом по моему боку. – Никто не смеет указывать мне, как поступать со своими игрушками.

– Но… – осеклась моя бывшая подруга.

– Тебе что-то неясно? – Альтерро обернулся и зло сверкнул глазами. – Еще одно слово, и отправишься в бескрайний космос.

Женщина не ожидала, что “лучшему союзнику” ровным счетом все равно, существо какой расы и даже какой половой принадлежности тащить в свою древесную постель. Дикарь, он и есть дикарь, причем не хранящий в сознании ни малейших зачатков моральной культуры, присущей большинству первобытных народов. Я должен бороться. Преодолеть действие подавляющего мою волю ядовитого вещества и сразиться с врагами. Стоило мне так подумать, и я, полностью обессилев, упал лицом в снег.