Глава 30. Риас

Лансальд

– Не стреляй! Ланс! Ты меня слышишь? Опусти бластер! Немедленно! – зажужжал влетевший в Храм вслед за штурмовиками принц Рафинель.

Кружась перед моими глазами, он мешал прицелиться в голову Альтерро.

– Что с тобой, друг? Ты под гипнотическим влиянием риаса? – я отмахнулся от него, как от назойливого насекомого.

– Нет! Я в чистом сознании! В чистейшем! – принц щелкнул меня лапками по лбу, затем ущипнул за нос. – Убьешь Альтерро – и Снежана тут же погибнет вместе с ним. Риас укусил земную девушку. Посмотри на ее руку. Видишь кровь и отметины от его клыков? Прежде чем отправиться в свое первое космическое путешествие, я внимательно изучил галактические энциклопедии и исторические публикации. Мне запомнилось, что у риасов очень хитрый яд. Он объединяет хищника и жертву, так что если риас умрет, то и Снежану невозможно будет спасти. Противоядие можно получить только имея в наличии живого и, желательно, здорового риаса. Поэтому твоя главная задача, мой друг – не дать Альтерро умереть.

Я метнулся к Снежане, присел перед ней, взял ее холодеющую укушенную руку. Земная возлюбленная открыла глаза и посмотрела на меня слабым угасающим взглядом.

– Не умирай. Прошу тебя, продержись еще немного. Я спасу тебя, любимая, – я припал губами к ее чуть теплой щеке. – Сила Источника должна тебе помочь.

Альтерро затихал, его когти перестали скрести пол, а хвост дергаться в судороге.

– Вы слышали слова нашего союзника, кмирандийского принца Рафинеля? – обратился я к штурмовикам. – Приказываю доставить риаса на крейсер адмирала Лиссандры и поместить в регенерационную камеру. Приставить к пленному врагу взвод усиленной охраны.

– Будет исполнено, адмирал Лансальд, – отчитался командир отряда.

Он поднял находящегося без сознания риаса с пола и понес его к выходу из Храма. Кмирандийский принц удалился вместе с имперскими воинами, оставив меня и земную девушку наедине.

Я аккуратно взял Снежану на руки. Под воздействием риасийского яда моя возлюбленная не могла говорить, но ее красивые карие глаза смотрели на меня с нежностью и надеждой. Поднеся девушку к Алтарю, я почувствовал исходящее от нее тепло и увидел, как сияющий сгусток живой энергии вышел из ее груди и проник внутрь меня.

Только не это! Ключ решил, что Снежана не выживет, и выбрал нового Хранителя… Меня… Я получил то, о чем мечтали многие, ради чего они были готовы убивать невинных, но вовсе не чувствовал радости. Согретое теплом Ключа сердце заболело от глубокой скорби.

Я не мог потерять Снежану. Просто обязан был найти способ спасти ее драгоценную жизнь.

Алтарь открылся по моему прикосновению. Нас окутало великолепное голубое сияние, прогоняющее тоску. Сила Источника наполнила мое тело, но как только я мысленно попросил ее исцелить Снежану, то получил ответ, что боевая энергия Ллиэтаира может быть использована только раз в галактическое столетие и лишь в том случае, когда других способов решения проблемы не существует. Мне ясно намекнули, что отравление земной девушки – не тот самый случай. Озаренный лучом новой надежды, я поспешил вынести Снежану из Храма и доставить на корабль сестры.

На борту крейсера меня встречали с почестями, как великого героя-освободителя. Но я не мог задерживаться ни на мгновение, чтобы уделить внимание экипажу. Время утекало, словно вода сквозь пальцы. Снежана угасала. Диркены стягивали все свои военно-космические силы к условным границам Алверийской Империи, готовясь к решающей атаке.

В медицинском отсеке вместо главного врача меня встретила Лисса. Я знал, что у сестры весьма неплохие познания в медицине, потому не удивился, что она лично взялась помочь моей возлюбленной.

– Нианаит арестована и будет доставлена в главный имперский суд. Признаюсь, я чуть не убила ее в поединке, – Лисса нервно усмехнулась, помогая мне поместить Снежану в регенерационную камеру. – Но нам нужна информация о тех, кто стоит за ней. Думаю, Ниана действовала не вполне самостоятельно, хотя не исключаю, что сама она думала именно так. Ее воспоминания могут нас привести к заговорщикам против императорской семьи. Поэтому она должна остаться в живых, чтобы выступить на судебном заседании, где и решится ее дальнейшая участь.

Я лишь согласно кивнул. Не смог произнести ни слова. Неохотно отведя взгляд от Снежаны, которую подсоединял к аппаратуре старенький низенький врач вместе с роботом-ассистентом, я посмотрел на помещенного в соседнюю камеру Альтерро. Из его шеи вынули острие кристалла. Рану зашили, но зарастала она медленно, несмотря на то, что у риаса должна быть высокая природная скорость регенерации.

– Наше своевременное вмешательство замедляет распространение яда, но примененные медикаменты не смогут его нейтрализовать, – объяснила мне сестра. – Принц Рафинель все правильно сказал тебе, риас должен оставаться в живых. А я, в свою очередь, добавлю, что для спасения земной девушки Альтерро должен не просто находиться в абсолютно здоровом состоянии, но и чувствовать себя предельно счастливым. Только при этом условии расположенные у него за ушами железы начнут вырабатывать пахучую смазку, действующую как противоядие. Он должен пребывать в состоянии естественной эйфории, не вызванной специальными препаратами, хотя бы краткий промежуток времени, и тогда мы сможем получить от него антидот. Я могу ввести риаса в состояние виртуальной симуляции, но тебе, Ланс, хочешь ты того или нет, придется проникнуть в его сознание, чтобы управлять иллюзией.

– Лисса, ты прекрасно знаешь, все это выходит за рамки моего понимания, а следовательно, и моих возможностей, – я выразил возмущение. – Мало того, что мы спасаем жизнь беспощадному чудовищу, недостойному права на существование, так еще и должны развлекать его! Помогать ему почувствовать себя счастливым! Да, я не хочу в это ввязываться. Но исключительно ради спасения моей возлюбленной соглашусь на твой эксперимент. При условии, что после получения нами антидота и выздоровления Снежаны риасийский вождь будет незамедлительно ликвидирован.

– Ланс, я не меньше, чем ты, ненавижу эту наглую тварь. Но, вспомни, с детства нас, как наследников престола, учили судить объективно и поступать по справедливости. Вот и теперь мы должны понять, заслуживает ли это существо смертной казни. Посмотри внимательно, с риасом не все так просто, как мы думали, – сестра включила голографический экран и показала мне результаты сканирования Альтерро. – Видишь, он весь, как праздничный пирог ягодами, начинен разнообразными мелкими техническими устройствами и нанитами. Твой удар кристаллом в шею повредил одно из устройств и замкнул всю или частично их цепь, нарушив связь с диркенским центром управления.

– Диркены управляли им? – трудно было поверить, но то, что я увидел на экране, подтверждало слова моей сестры.

– Да, они не просто возродили его, а основательно позаботились о создании полностью контролируемого боевого существа. В любой момент времени они могли по сигналу повредить любой орган тела риаса, нарушить его работу, вызвать сильнейшую боль. Как я поняла, они оставили ему самостоятельность мышления, предполагая, что он их превосходит по уровню интеллекта. Но лишили самой главной возможности – свободы принятия решений. Диркены создали очень качественную приманку для таких, как Ниана. Для тех, кто не мог напрямую согласиться сотрудничать с ними и готов был поверить в существование могущественной третьей стороны конфликта. Не было никакой третьей силы в этой войне. Только мы и диркены. Риас был оружием в их руках. Ты можешь установить с ним импульсный контакт и понять, кто он на самом деле: охотник или жертва. Моих аргументов достаточно? Тебе стало легче согласиться на участие в эксперименте? Нам могут пригодится технологии, используемые в нем, так что нужно провести ряд тестов.

– Готовь симуляционную установку, – решительно сказал я.

Спустя некоторое время, когда все было готово к началу эксперимента, я присел возле койки, на которой лежал находящийся без сознания, но, в отличие от моей земной возлюбленной, полностью здоровый риас Альтерро. У нас обоих на головах были шлемы виртуальной реальности, соединенные между собой тонкими проводами. Преодолевая накатывающее скользким приступом отвращение, я положил ладонь ему на шею, почувствовал глубокий пульс.

Постарался проникнуть в его сознание, но наткнулся на непреодолимую преграду, подобную бесконечно уходящей ввысь черной стене. Разум риаса был надежно защищен от вторжения. Моей энергии могло не хватить на слом блокировки, я не мог расходовать силы без уверенности в результате, рискуя впустую потратить жизненно важное для Снежаны время.

Подумав о земной возлюбленной, я вспомнил ее слова о том, что Альтерро упоминал в разговоре с ней своих погибших жену и дочь. Что может быть радостнее встречи с любимой семьей? В мою память было внедрено знание риасийского языка. Я медленно произнес эти слова “жена” и “дочь”, пытаясь побудить его сознание к отклику.

У меня получилось. Черная стена пала, и я оказался в теплом густом лесу, увидел деревья, кусты и травы в темно-синих и фиолетовых тонах. Альтерро вспомнил свою семью. Его жена носила имя Илари, а маленькую дочь, которой не исполнилось еще и двух лет, они звали Таори. Но это было не имя. Настоящее имя молодым риасам давалось, когда они достигали совершеннолетия и были готовы продолжить свой род. До изменения запаха с детского на взрослый всех мальчиков называли Тао, а девочек Таори.

Вождь племени любил свою семью. Я позволил риасу свободно вспоминать свою жизнь, которая у него была тысячу лет назад. Да, это правда, диркенские жрецы вернули его душу в клонированное и, как выяснилось, щедро начиненное техническими контроллерами тело. Альтерро медленно припоминал, как играл с маленькой дочкой и как обнимал жену, нежно покусывая ее ухо, а потом над лесом будто сгустился мрак и повеяло холодом. Вождь вспомнил, как потерял свою семью.

Риасы ночью охотились, а днем отдыхали. При ярком свете они видели хуже. Альтерро и Илари дремали в тени раскидистого дерева, а их дочь играла рядом на поляне. Маленького дрона-шпиона малышка приняла за красивого блестящего жука и попыталась поймать.

Система наведения плазменного оружия среагировала на обнаруженную живую мишень. Удар был такой силы, что поляна выгорела, а от девочки остался лишь кончик хвоста. Женщина тоже погибла мгновенно. Альтерро был тяжело ранен. Его далеко отбросило импульсной волной, однако он, весь окровавленный, не чувствующий левой руки, поспешил вернуться в надежде спасти свою семью, но, глядя с ветки дерева на выжженную поляну, понял, что его жена и дочь мертвы.

С неба спустился компактный челнок, и Альтерро затаился среди густой листвы. Из корабля вышел алверийский генерал Кастиллиан в сопровождении отряда воинов. Генерал был коротко подстрижен и носил окладистую бороду, но черты наших с ним лиц были удивительно похожи, и мундир мой предок надевал почти такой же, как и я, только темно-зеленого цвета. Последней по трапу спустилась леди Тилация, жена генерала.

В отличие от гордо подбоченившегося мужа, довольным взглядом осматривающего выжженную поляну, благородная дама, потупив испуганный взгляд, нервно сжимала руки. Ее пальцы рефлекторно искали ткань платья или накидки, которую можно потеребить, но, как и воины, она была в бронированном костюме.

– Послушай меня, Кас, – дрожащим голосом обратилась она к мужу, поравнявшись с ним. – Я снова говорю тебе: не место нам здесь, на чужой войне. Прошу тебя, откажись от сотрудничества с такарским воеводой, губительного для твоей же репутации. Славные алверийские воины никогда не были убийцами детей. И не должны мы уподобляться бессовестным пиратам и бандитам. Нужно сохранить свою честь и жизни невинных существ. Пусть конфликт такаров и риасов останется проблемой этой чужой для нас планеты, которую обоим народам придется решать самостоятельно и искать мирные пути. Умоляю, отзови войска.

– Нет, и еще раз нет, дорогая Тила, – нахмурился генерал. – Я готов повторять одно слово тысячу раз в условные галактические сутки до тех пор, пока ты не поймешь, что риасы – отнюдь не невинные жертвы. Это кровожадные твари, способные разорвать на мелкие куски свирепого могучего тедродона. Это беспощадные чудовища, без них вселенная станет чище. Задача оговорена и понятна – на планете должен остаться только один разумный народ, стратегически выгодные для нас мирные такары, с которыми империя вскоре начнет активную торговлю. Риасы будут истреблены все до последней особи. Славные алверийские воины никогда не отказываются от достижения намеченной цели.

– Ты продал душу за горсть драгоценных камней, предложенных такарским воеводой, – тяжко вздохнула Тилация. – Разрешение на добычу сомбунов – вот, что тебя интересует. Поскольку я выходила замуж за благородного офицера, знающего, что такое совесть и честь, а не за ослепленного жадностью космического пирата, то я подам на развод, как только вернусь на Алверию.

Леди быстрым шагом пошла к челноку, не заметив, как над ее головой мелькнула стремительная тень. Альтерро тогда еще не знал алверийского языка, но чувствовал эмоции женщины. В нем боролись два стремления: убить беззащитную жену врага и его ребенка, которого она носит под сердцем, отомстить за свою семью, или пощадить чужачку за то, что она явно сожалела о гибели его жены и дочери. Риасу хватило бы одного мгновения на убийство. Позже война его научит убивать всех без разбора, но в этот момент он так и не решился.

“Благодаря тебе я живу во вселенной”, – я спрятал проскочившую мысль от Альтерро. Императорские семейные хроники содержат совсем другую информацию о генерале Кастиллиане Дильгорре. Там он представлен великим героем. О разводе или хотя бы малейших разногласиях с женой в летописях нет ни слова. Я понял, что несчастная леди Тилация прожила свои оставшиеся дни пленницей в поместье жестокого мужа, который и не собирался давать ей свободу.

Я активировал виртуальную симуляцию, принял в ней облик жены Альтерро, встречающей мужа на светлой лесной поляне. Вождь вышел из кустов, нервно оглядываясь. Его уши были прижаты к голове, кончик приподнятого хвоста беспокойно извивался. На прикрытом пестрой звериной шкурой теле виднелись глубокие царапины. Отражение текущего душевного состояния, так я понял. Мне нужно было успокоить риаса, помочь ему почувствовать себя счастливым.

– Алти, любимый, что с тобой? – в виртуальной симуляции жена прикоснулась к Альтерро, и наяву я погладил его плечо кончиками пальцев.

– Илари? – риас посмотрел на жену неверящим взглядом, широко распахнув глаза и приподняв уши. – Это не можешь быть ты… Моя любимая женщина давно мертва. Ты просто красивый обманчивый сон.

– Мертва? Что ты такое говоришь? Алти, ты здоров? Тебя не ужалила рыжая болотная оса? Ее яд вызывает странные видения.

– Мы все мертвы, Илари, – Альтерро печально вздохнул. – И я, и ты, и наша сладкая малышка Таори. Весь наш народ канул в пропасть безвременья. Мы встретились с тобой в мире, где обитают души умерших.

– Нет! Мы живы! Я чувствую, как бьется твое сердце! – воскликнула виртуальная женщина.

– Любимая, я все помню. Я успел повидать больше, чем ты. Твоя жизнь прервалась мгновенно, а мои мучения надолго затянулись. Чужаки в мундирах и сияющих доспехах пришли с неба и уничтожили наш народ. Такары подкупили их. Сказали чужакам, что мирное соседство с нами невозможно, потому что мы охотимся на их детей. Не могу сказать, выдумка ли это, или где в нашем мире риасийский безумец решился на такое зверство. Но понимаю, что на самом деле такары захотели единолично владеть нашим тогда еще общим миром. Нашей родной планетой. Ты помнишь, наши и их малыши испокон веков играли вместе. Мое племя охотилось только на зверей и птиц, никогда не вредило такарам. Но чужакам нельзя было доказать нашу невиновность. Им продали жизни риасов за эти яркие камешки, – Альтерро выкопал из почвы несколько мелких сомбунов и показал их жене. – Для нас они ничего не значили, а те пришельцы в мундирах называли их главной ценностью галактики, самыми дорогими украшениями. Чужаки не щадили даже младенцев. Выполняли приказ истребить всех риасов. Они обладали таким оружием, какого мы и вообразить не могли. Я охотился на них, читал их память… Получил их знания и повел свой народ на войну. Нам удалось захватить их боевые космические корабли, но чужаков прилетело слишком много, и такары помогали им. Мы проиграли войну. Я отчаянно сражался и был последним риасом, уничтоженным во вселенной. Меня убил тот же вождь в мундире, который отнял жизнь у тебя и Таори. Я хотел отомстить ему за вас, но не справился и проиграл свой последний бой. Прости меня. Я не смог спасти наш народ.

– Алти, все, о чем ты говоришь, тебе приснилось в страшном сне. Этого не может быть, – я коснулся его щеки.

– Все это правда, Илари, – вождь поднял измученный взгляд. – Спустя долгое время меня вернули к жизни другие чужаки, похожие на ящериц. Мне дали возможность отомстить тем, в мундирах. И снова я проиграл и был убит… потомком моего первого убийцы. Я умер дважды.

– Ты сам подумай, Алти. Это невозможно. Мы живем и умираем только раз. Не дважды и не трижды. Любимый мой, ты видел плохой сон. Поскорее забудь его. Взгляни на меня. Я жива, и всегда буду рядом с тобой. Таори вырастет, встретит мужчину, которого полюбит, и продолжит наш род. Никто и никогда у нас не отнимет родной лес и весь наш мир.

– Я хотел бы поверить тебе, но моя память… В ней так много всего… Я устал, Илари. Не хочу снова восставать из мертвых для того, чтобы в очередной раз постыдно погибнуть, не сумев спасти наш народ. Риасов не вернуть. Мои старания оказались напрасными.

– Алти, мы живы, – я взял его ухо и стал медленно поглаживать, чувствуя мягкость пушистой кисточки. – Успокойся, все хорошо. Забудь гадкий сон.

– Папа! – в виртуальном пространстве появился третий объект, не иначе как Лисса подключила свое сознание к симулятору.

Альтерро увидел, как дочь протягивает к нему пухлые ручки, свешиваясь вниз головой с ветки, обвитой ее хвостиком.

– Почувствуй, Алти, мы вместе. Все хорошо, и в наш лес никогда не придут чужаки, – произнес я как можно спокойнее и нежнее. – Я люблю тебя и хочу снова видеть тебя счастливым.

– Я тоже очень люблю вас обеих. И так сильно боюсь потерять. Я счастлив, что вы по-прежнему со мной, и наш народ не уничтожен за горы ярких камешков.

В виртуальной реальности Альтерро взял дочь на руки и крепко обнял жену, а в реальности я почувствовал, как мои пальцы, почесывающие риаса за ухом, окунулись в липкую жидкость. Управляя симулятором, я погрузил риаса в глубокий сон. Но прежде, чем наши с ним потоки сознания разъединились, я увидел еще нечто важное из его памяти. Как будто разум Альтерро вдруг отозвался на случайный мой мысленный вопрос. Я узнал, что риас дважды помог спасти Снежану. Тянул время, не позволяя диркенам расправиться с земной девушкой, и дал нам возможность вызволить ее из плена. Введенная им доза яда была минимальной, почти не опасной для жизни. Так Альтерро исполнил клятву, которую тысячу лет назад он дал своему умирающему на его руках деду, тому самому спасенному людьми Интиро, который просил никогда не причинять людям зла. “Риасы умеют быть благодарными”, – мне запомнились эти слова некогда почитаемого людьми Телтакана.

После всего узнанного я не мог приговорить Альтерро к смертной казни. Теперь я твердо понимал, что не смогу его убить, но пока не знал, что с ним делать дальше.

Сняв шлем, я собрал выделившееся противоядие в устройство для инъекции, а затем Лисса впрыснула это вещество в шею Снежаны. Я присел рядом с лежащей на койке земной возлюбленной в ожидании, когда ей станет лучше.

– Адмирал, вам пора. Мы приближаемся к границам империи, и бой может начаться в любое мгновение, – вошедший в медицинский отсек седой капитан напомнил о моей великой миссии.

Я понимал, что должен спасти мой народ, но и не мог оставить любимую девушку, которую согревал своей энергией. Мне было трудно разжать пальцы и отпустить ее руку.

– Идем Ланс, – быстро проходя мимо меня, Лисса коснулась моего плеча. Следуя за капитаном, она оглянулась. – Жизнь Снежаны теперь вне угрозы, не считая готовых к атаке диркенов. Покажем чешуйчатым гадам, где их законное место. О земной гостье позаботятся наши врачи. Тебя ждут на борту флагмана.

Я поцеловал щеку Снежаны, приятно порозовевшую и согревшуюся, после чего встал и последовал за капитаном вместе с сестрой. Постарался избавиться от неприятного подсознательного послевкусия от виртуального общения с риасом. Подумал, что если нам удастся победить диркенов и я стану императором Алверии, одним из уполномоченных представителей в правлении галактического содружества, то решительно подниму вопрос о необходимости возрождения несправедливо истребленной расы риасов. Желательно, чтобы этим существам для жизни была выделена новая планета, не Такар, принадлежащий предавшему и продавшему своих соседей народу.