Глава 23

Я продолжала лежать и в открытую разглядывать спящего, подмечая что многие черты его лица поселились в моих фантазиях задолго до того, как мы стали близки. Вспомнилось знакомство и то какой эффект произвёл на меня Константин, уже тогда проскакивала неугомонная мысль, что с таким мужчиной в постели жарко.

Ожидания оправдались сверх меры. От закружившихся перед глазами картинок сексуальной направленности, словно ярких пятен в калейдоскопе, кожа покрылась мелкими мурашками. И последние норовили убежать по рукам к груди или подобраться куда ниже втянутого живота, который отозвался голодным урчанием.

Избавиться от утреннего возбуждения получилось только после принятия контрастного душа. Впрочем, лучше было бы разбудить нарушителя моего гормонального фона и стребовать добавки, но выставлять себя в свете некой нимфоманки совершенно не хотелось. У Константина и без того наверняка сложилась обо мне стойкая ассоциация с ненасытной женщиной.

Успокаивала одна мысль: мы взрослые люди и Костя сам был далеко не против вчерашней активности, отказываясь даже от ужина в ее пользу. Желудок снова заурчал, более настойчиво упоминая о своей вынужденной голодовке.

Холодильник разнообразием не обрадовал и мне пришлось выкручиваться приготовлением блинов на запах которых вышел Костя. Одетый в одни джинсы он замер на пороге кухни, спустя время потянулся, разгоняя из мышц сонное состояние и заложив руки в задние карманы, потянул носом аромат выпечки.

— Доброе утро, — шагнул ко мне и встав за спиной, крепко обнял за талию, утыкаясь лбом в мой затылок.

В носу защипало от знакомого аромата его туалетной воды, продолжая будоражить фантазию, которую я настырно охлаждала в душе. Такой тесный контакт может испортить всю кулинарную задумку и дрожащие руки спалят и блины, и всю кухню.

— Доброе, — повела плечами, прерывая бесконечную волну нежности откатывающуюся от Кости, сбивая меня с толку. — Ты меня отвлекаешь, — предприняла крайнюю попытку поерзать в его объятиях, кстати безуспешно.

— Отвлекись ненадолго, — пробормотал он, его слова щекотали мою шею, так как Костя переместил голову мне на плечо.

Оказывается повиноваться ласковым репликам приятно. А ещё приятно с утра вот так вот нежничать. И как у Кости с такой брутальной и даже суровой внешностью получается быть ласковым «котиком»? В нем совмещены далёко не совместимые вещи: грубость на грани жестокости, с которой Костя выбивал из Юры извинения и утренний ритуал с обнимашками с финальным поцелуем в мой испачканный мукой кончик носа, шли в разрез друг с другом.

— Если ты закончил меня соблазнять, тогда разреши мне закончить готовить тебе завтрак.

— Чем заслужил такую роскошь? — успел ловко свернуть трубочкой блин прежде, чем получил бы за воровство. — Очень вкусно!

Костя сменил приоритеты, выпустив меня из рук, он подхватил тарелку и держа её перед собой, принялся уплетать мои кулинарные труды. Его мало заботила эстетичность варварской расправы над блинами, но мне нравилось каждое движение, в особенности блеск масла на губах, который он раз за разом облизывал и снимал его кончиком языка.

— Кофе? Чай? — я с усилием оторвала взгляд от сексуального зрелища.

В моем списке добавился пунктик каким ещё обыденным действием совершаемым Костиком я готова любоваться и утирать при этом слюнки. Чертов магнетизм! Так не долго и голову напрочь потерять, если я втрескаюсь по уши, конечно, если этого уже не случилось, то могу упустить что-то. Растерять способность здраво мыслить, видеть все в правильном свете, потерять бдительность из-за переизбытка эндорфинов. Совсем не хочется ошибиться и после страдать.

— Позже. Сейчас хочу принять душ.

Он протянул уже опустошенную тарелку, принимаясь поочередно смаковать остатки пиршества с пальцем. Дойдя до подушечки большого и обхватывая её пухлыми губами, я не смогла сдержать рваный вздох.

— Что? — изумился он, по выражению лица было ясно, что он отнес мой гортанный всплеск к негодованию за столь быстро съеденные блины. — Было нереально вкусно и я не ел блинов очень давно. Полуфабрикаты не в счёт.

— А что твои многочисленные женщины никогда не баловали тебя вкусненьким?

Держать в себе язвительность никогда не получалось, вот и сейчас я испортила этой гадкой чертой характера так сладко начатое утро. Удерживать язык за зубами — это прям не моё. Вроде можно и смолчать, но внутренние демоны такой роскоши мне не позволяли, каждый раз выскакивая в неподходящие моменты. Надо как-то перевоспитывать себя.

— А что ты всегда веришь сплетням обиженных стерв?

На меня моментально накатила лавина досады, что Костя упомянул о своей языкатой коллеге, но прочувствовав тональность с какой он о ней говорил и как называл, я успокоилась, хотя избавиться от ревностного укола не смогла. Заметив резкую перемену, он коротко хохотнул, а я попыталась разделить с ним веселье, но кажется, без особого успеха.

— Разговоры обиженных стерв, как ты выразился, могут носить и правдивый характер. Кстати, почему мужчина не обделённый женским вниманием до сих пор один? — вылетел вопрос давно не дающий спокойно спать.

— Почему же один? — вздернул в удивлении бровь. — У меня теперь есть ты.

— А до меня? Ничего серьезного не было? — утолить любопытство решила, зайдя с другой стороны.

— Было конечно. Я же не в монастыре жил.

Я сжала губы, укоряя себя что поторопилась с расспросами, ведь ответы совсем могли мне не понравиться. Но лучше узнать сразу и договориться на берегу, прежде чем «кинуться в воду, не зная броду».

— У меня была невеста, — он выдержал небольшую паузу, за которую моя банальная фантазия успела накидать множество вариантов исхода любовной связи Рубежанского с некой не просто женщиной, а невестой. Именно так он выразился и умолк. Толи продумывал как бы получше и поубедительней соврать, толи воспоминания имели горький привкус. — Мы собирались пожениться.

Наконец-таки до моего измученного подозрительностью мозга дошло, что Костя говорил о некогда существовавшей пассии в прошедшем времени, будто нет её в жизни и уже в физическом плане.

— Сочувствую! Извини, что ковырнула, — прошептала извинения, сгорая от стыда за собственное невежество. Пытаясь избавиться от чувства вины перед ним, протянула ладонь в порыве коснуться его щеки, но он впился в неё промасленным ртом, проводя влажную дорожку к пульсирующей венке на запястье.

— Лучше сочувствуй её мужу. Она ушла от меня к более перспективному, богатому и щедрому мужчине. Давай не будем об этом.

— Потому что ещё болит? — я украдкой взглянула на Костю, так как в открытую посмотреть в его глаза после заданного вопроса равнозначно самоубийству.

Спросить подобное могу только я, а после прикусить язык в ожидании искреннего ответа, но такого чтобы он не разбил всё вдребезги.

— Потому что уже неактуально. Признаюсь, я её любил, но прошло уже столько времени, что появись она сейчас в моей жизни, то внутри меня ничего не зашевелится. У всех есть прошлое, и я не исключение. А ревновать к нему так же бессмысленно, как и верить, что в свои тридцать два года я достался тебе девственно чистым. Прости, ты опоздала лет так, — он задумчиво потёр переносицу, прищурившись при этом. — На пятнадцать.

Я тоже поспешила прикинуть в голове сколько лет назад прошло Костино прощание с девственностью и заметив с каким интересом он наблюдает за моей мыслительной деятельностью, густо покраснела.

— А я и не ревную. Обычное женское любопытство и я имею права знать о тебе что-то большее, чем твой адрес и профессию.

То, что он совершенно прав говоря про бесполезность ревностных проявлений к прошлому, дела не меняет. Умом я это понимаю, а вот сердце искоренять из себя собственнического чувства не желало.

— Ок. Спрашивай ещё.

— Ну-у-у не могу я так. У нас же не блиц свидание, чтобы за короткий срок успеть разузнать о всех твоих предпочтениях.

— Даже так? Ладно! Какие планы на вечер? — перевёл разговор в иное направление, чему я была очень благодарна, как-то подустала я от копаний в прошлом.

— Выспаться. А что? — лукаво задала вопрос. — У тебя есть какое-то предложение?

— После того, что было вчера, — Костя поймал в свои объятия, тут наши глаза встретились и меня одурманил серый пронзительный взгляд. — Я обязан…

— На мне жениться? — закончила за него мысль на шуточный манер.

— Это заключительная мера к тебе будет применена позже, — приблизился нос к носу, не целуя, но щекоча дыханием подрагивающие губы. — Чтобы не спугнуть, пока приглашаю в ресторан, ну или в кино.

— Фильм выбираю я! — оживилась, ликуя как ребенок.

— По рукам, — он с трудом удержался от самодовольной улыбки победителя. — Я согласен даже на сопливую мелодраму.

— Нет, будем смотреть ужастик. Иди в душ, а то мы оба рискуем опоздать на работу.

— Я согласен рискнуть. Составишь компанию?

Я постаралась, чтобы на лице не отобразились неподобающие чувства и неистовое желание не взяло надо мной верх. Вышло наверняка неправдоподобно, ведь Костя хитро ухмыльнулся, и я улыбнулась в ответ.

— Сегодня я пас.

Возможно, я рассчитывала, что на мой безобидный отказ Константин кинется переубеждать или настаивать на совместном принятии водных процедур. Но его большие ладони скользнули с талии и повисли вдоль тела, больше не обжигая своим теплом.

Действительно глупо ждать от мужчины многочисленных уговоров, пусть даже этот мужчина сам распален и готов не только намылить друг другу спинки.

«Язык — враг мой! Надо было сразу соглашаться, дуреха!» — мысленно ругала саму себя.

— Я тебя раскусил. Ты боишься признаться, что снова меня хочешь. Ир, я не виноват! Просто у меня такая физиология и зашкаливающий шарм, ну невозможно меня не хотеть! (3303c)

Наверно, я настолько завелась, слушая монотонную речь с эротичными нотками в голосе у самого своего уха, что позабыла обо всём. Наплевала на все предостережения разума, на решения изображать из себя хорошую девочку и дала желаниям полную волю. Привстав на цыпочки, принялась целовать его шею, наслаждаясь тем, как он подставляет её моим губам.

— Покажешь мне свой шарм поближе? — коснулась его губ и заглянув в глаза, игриво улыбнулась.

Я обвила руками его шею и позволила отнести себя в ванную комнату, чтобы он в очередной раз доказал, что я заслуживаю быть любимой и желанной. А в проявлении чувств и плотских желаний нет ничего постыдного, когда между двумя людьми столько нерастраченной энергии и притяжения.