Глава 10

Вибрация телефона вытащила меня из сна, жаль это был не будильник, его хоть можно отключить и продолжить наслаждаться сновидениями. Но у судьбы на меня были другие планы, а именно разрушить законный выходной. Одним проснувшимся глазом я увидела от кого входящий звонок, сразу оживившись.

— Мам, всё в порядке? Прости, я проспала, вчера поздно легла. Врач уже был?

— Чувствую себя лучше, температура правда поднимается, но говорят это обычное дело. К обеду переведут в палату. Ирочка, сегодня тебе надо бы к врачу подойти, он попросил приехать к нему до пяти вечера.

— Я буду мам, сейчас приведу себя в порядок и сразу к тебе.

— Ир, сколько ещё денег надо отдать за операцию?

Повисла пауза, сколько бы не понадобилось их просто нет. На сухом остатке рублей пятьсот до зарплаты, но этого я озвучивать не стану. Беспокойства сейчас ей ни к чему.

— Не думай об этом. Ладно? Я все решу. Не твоя это забота. Тебе надо отдыхать и набираться сил.

Я храбрилась и старалась, чтобы голос не выдавал моей лжи и растерянности. Видимо плохо старалась, раз мама раскусила меня даже особо не напрягаясь и не видя брехливых глаз.

— Позвони Игорю, может он даст денег, — выдала мама потрясающе абсурдную вещь.

— Ты сейчас пошутила, да? — я закипела от злости, но не на маму, а от произнесенного ею имени. — Ага, как же, дал он мне денег, он с говном своим не расстанется. Всё закрыли тему. Я последний хрен без соли буду доедать, но у него ничего не попрошу. Все, до встречи, пойду собираться.

— Мой всегда в твоём распоряжение, хоть с солью, хоть с сахаром. А со сливками пробовала? — Юрка высунулся из-под одеяла, разбуженный моей громкой беседой.

— Да пошёл ты.

Я пнула ногой Юрку и вскочила с постели. Утро снова началось со стресса, настроение и без пошлых Юркиных шуточек лежало где-то в углу пониже плинтуса. Голова раскалывалась от недосыпа, а тут ещё надо думать где взять денег. Последние сбережения я выскребла ещё вчера, чтобы оплатить анестезию и пребывание в клинике. За саму операцию предстояло заплатить сегодня, только с каких денег? Никакого представления, как выкручиваться, в данную минуту я не имела.

Мамино предложение я и в расчет не брала. Зачем вообще она завела разговор за брата? Козел он, а не брат и уж тем более не сын, даже блин не однофамилец. Мы были родными по матери, молочными братом и сестрой. Он гордо носил фамилию своего папаши с которым остался после развода. Но не надолго, пока новая жена не выказала желания начинать семейную жизнь без довесков. Тогда Игорь вернулся к маме с крошечным чемоданом и вагоном ревности к младшей сестре, родившейся от второго маминого брака, то есть ко мне.

Помню было время, когда Игорь старательно налаживал отношения с отчимом, тянулся к нему и получал недостающую ему отцовскую любовь. А папа мой не делил нас как на родного и чужого ребёнка, все было прекрасно. Но до поры, до времени. После не давней смерти папы, Игорь затаил на маму злобу, так как папина квартира в которой мы сейчас проживали, поделилась после вступления в наследство в равных долях между мамой и мной, как законным ребёнком. Игорь просил маму отписать ему часть квартиры, потому как мачеха Игоря получила отцовское жильё по дарственной, а Игорёк остался без заслуженных квадратных метров.

Мы попали в банальную немилость не сойдясь во взглядах на предмет раздела имущества. Мы стали ему не нужны, он перестал интересоваться нашей жизнью и являлся в редких случаях, и исключительно по денежным вопросам. Понятное дело мама его жалела и отдавала последние копейки, оправдывая тем, что его сердце очерствело из-за недостатка внимания со стороны биологического отца. А взамен не получала ни ласки, ни заботы от родного сына, из раза в раз натыкаясь на стену равнодушия.

А сейчас и вовсе грезила дурацкой идее, что сынок вывернет карманы и поспешить оплатить недостающую сумму за операцию. Вера в собственного ребенка и в его доброту конечно не иссекаема, но Игорёк стойкое исключение из правил.

Контрастный душ немного вернул меня к жизни, а голова слегка прояснилась, в прочем, легче не стало. Проблема сама собой не рассосалась и выход из неё предполагалось найти до обеда. Жаль, только аванс на работе я уже брала, а до зарплаты, до нее родимой очень далеко. Раздражение пришлось выместить на волосах, которые я с остервенением расчесывала, в несчастных попытках вычесать из головы всю не нужность. Я рисковала остаться с проплешиной, но не могла остановиться.

В дверь тихонько постучали и в проёме появился неугомонный любовник с чашкой кофе в руках. Я отбросила расчёску и скрестив руки на груди, привалилась бедром к раковине.

— Доброе утро! — слащаво улыбнулся Юрка, но дальше порога не двинулся.

— Я в корне с тобой не согласна, последнее время мое утро перестало быть добрым.

Почему-то сейчас он меня раздражал. Толи дело было в его фонтанирующем позитиве, толи в моем головняке. Мысли финансовой направленности ввинчивались в без того уставший мозг, наверняка, поэтому я остро реагировала на ни в чем неповинную улыбку Юры. Конечно он в моих проблемах не был виноват, но от этого моё раздражение не спадало.

— Ир, что у тебя случилось? Тебе нужны деньги?

Я удивлённо вздернула бровь. Неужели он не только про хрен успел расслышать в моем телефонном разговоре? Саму суть тоже зацепил. Спасибо, что не стал играть в клоуна и вновь предлагать похабщину.

— Ты, сегодня такой проницательный. Если бы моя жизнь интересовала тебя больше, чем мое тело, то ты бы знал, что у меня случилось.

Юра не меняя выражение лица, будто бы и не расслышал претензий в голосе, двинулся в мою сторону. Бодрящий напиток перекочевал в мои руки, а я попала под прицел карих глаз. Чего он добивался этими «гляделками» не могла взять в толк, но трепаться не спешила, наслаждаясь крепким кофе.

— Почему ты не хочешь попросить денег у брата? — начал он свой допрос.

Оказалось у Юры потрясающий слух. Он четко уловил и мои фразы, и мамины. Вот как в жизни бывает, природа зажала ему зрение, но одарила острым слухом.

— А подслушивать чужие разговоры не красиво. Лучше я на панель выйду, чем у этого утырка хоть что-нибудь попрошу.

Котов виновато пожал плечами, мол извини что полез не в своё дело. По сути он имел право задавать вопросы, но я не горела особым желанием отвечать на них. И не потому что не доверяла Юре, а потому что лично для меня семейные дрязги, как больная мозоль, на которую лучше лишний раз не наступать.

— Ладно, — слегка раздражённо отмахнулся он. — Не хочешь о наболевшем, давай по существу. Сколько тебе надо денег?

— Тысяч двадцать, плюс-минус и это только на сегодняшний день. А потом лекарства, перевязки, снятие швов. Ещё смело пятак накидывай, если не больше.

Я поставила пустую чашку на край раковины и спрятала в ладонях лицо. Сейчас бы разреветься, вот только, слёз походу во мне больше и не осталось. Я выплакала их прошлой ночью из жалости к себе.

— Ого, это теперь так выглядит бесплатная медицина?

— Почему же бесплатная? Маму прооперировали в частной клинике, а там как известно все за деньги. Я же забрала ее из нашей городской.

Я вспыхнула от стыда вспомнив с каким скандалом у меня это получилось.

— Почему? Ты отказала докторишке платить за лечение горизонтальной плоскостью и он не стал оперировать?

— Нет, он вообще был против операции, — зачем-то заступилась я за Константина.

— Залезть на тебя был не против, а лечить по страховому полису западло? — краем глаза я заметила, как сильно сжался его кулак, что от напряжения даже вены надулись под кожей.

Котова до сих пор не отпустила ситуация с Константином, всем своим существом он выказывал ненависть к сложившимся обстоятельствам и к человеку в целом. Никогда не думала, что он может быть таким бешеным, заводящимся с полуоборота. В сексе да, Юрка загорался как спичка. Но чтобы ревновать. Раньше не замечала за ним. А тут не просто молча кипит, сцепив зубы, а с кулаками на всех кидается. На меня тоже бонусом вывалил агрессивный запал, от воспоминаний снова передёрнуло.

— Не начинай. Я же не виновата, что нравлюсь другим мужчинам. Они меня могут хотеть сколько угодно, а я то кроме тебя никого не хочу. И поверь, после того что ты со мной творишь в постели, мне о сексе с другими думать не хочется. Мне хватает с головой.

Я разрезала ребром ладошки воздух над собственной макушкой, показывая тем самым, что сексуальной жизнью избалована именно с ним и не смотрю на других, и в мыслях не помышляю с кем-то лечь в кровать.

— Спасибо, что поменяла врача, меньше стресса для всех.

Юра сцепил руки в замок за моей спиной, притягивая меня к себе, как на буксире. Я не верила своим ушам. Неужели, он реально думал, что это решение каким-то образом связанно с его ревностью и моим рвением угодить его душеньке? Я в последний момент увернулась от влажного поцелуя.

— Не обольщайся, я сделала так не из-за тебя, — толкая его в грудь, чтобы высвободиться и не получая свободы и на миллиметр, я бросила затею, но не словесную баталию. — Мне посоветовали хорошего сосудистого хирурга, мне важно мамино здоровье. Я не преследовала цели потешить твоё самолюбие и угодить твоему величеству. Какие бы планы не имел на меня Константин, я бы все равно перевела маму в другую клинику. Вы тут не причём, а я ни чья-то собственность и не надо метить территорию. Я не львица в прайде, а вы не львы, а два ободранных кота.

Юрка предугадал мое движение согнутой в колене ноги и сжал ее внутренней частью бедер.

— Ир, я дам тебе сколько скажешь.

— Я не могу взять у тебя деньги, — я отрицательно покачала головой, желая скорее понять, насколько серьезно сказанное им.

— Почему это? Что с моими наличными не так? Вроде честным трудом заработанные.

Юра смотрел на меня прожигающим взглядом сквозь стекла очков, мне стало слегка стыдно. Котов негодовал очень правдоподобно, вводя меня в прострацию. Нет, Юрка не был по отношению ко мне жмотом никогда, да и к другим проявлял щедрость. Но огромных сумм не тратил даже на самого себя.

— Вот по этому и не могу. Я знаю, как они тебе не легко достаются и ради кого они зарабатываются.

Лёгким прикосновением к колючей щеке я хотела возблагодарить парня, за рвение мне помочь не простой болтовнёй, а финансовым вливанием.

— Лучше я дам деньги тебе и они помогут Ольге Александровне, чем отошлю матери и она их снова пропьет, — он устыдился собственного признания. — А ещё я заработаю лишние очки и ты оценишь меня по достоинству, как мужика способного решать проблемы любимой. Поднимусь на пару ступеней в твоём личном рейтинге.

— Ты что меня покупаешь таким образом?

Приподнятый настрой с визгом слетел к ногам, подобно вагончика на аттракционе «американских горок». У Котова был какой-то врождённый талант обламывать и портить моменты. Вроде сказал правильные вещи и тут же все испортил.

— Нет, просто хочу помочь.

— Надеешься, что оплатив по моим счетам, удержишь меня?

— Ирка, мне не надо платить, чтобы быть любимым тобой! Ты и так меня любишь, я знаю это! Как бы ты не кобенилась и не строила из себя такую «Снежную королеву», ты не сможешь уйти от меня.

От его слов наполненных до самых краев эгоизмом стало ещё горше. Он так упивался своим превосходством и властью надо мной, что не замечал, как ранил меня. Констатировал мою любовь, но не признавался сам. Каким надо быть уверенным человеком в своей незаменимости, чтобы кричать о том, что его такого прекрасного кинуть никак нельзя?

— Намекаешь, что ты весь такой неповторимый и вокруг тебя все, и вся вертится? А меня можно в принципе не замечать, тупо позволять мне тебя любить и делов то.

— Мы любим друг друга, нам хорошо вместе и сегодняшняя ночь тому доказательство.

Юра не бросал попыток поцеловать меня, а его ладони вовсю уже исследовали моё тело скрытое под полотенцем.

— Наша ночь показывает одно: нас связывает страсть и физика, если эти два компонента перегорят, останется ли любовь? Большой вопрос.

Ответом была реакция моей плоти рвущейся навстречу горячим рукам.

— Не накручивай ни себя, ни меня с утра. Одевайся, — Юрка невинно чмокнул меня в кончик носа. — Ты наказана, неделя без секса, — строго сказал он, но тут же прищипнул сосок. — А может и две, раз хочешь проверить есть ли другие компоненты в нашем взрывоопасном коктейле. Посмотрим, как ты справишься.

Теперь Юркина ладонь подобно змее ползла вниз живота к самому сокровенному, а я прогнулась в спине, подсказывая направление и отчаянно прижимаясь грудью к голому торсу Котова. Полотенце сползло к ногам, обдав кожу лёгким холодком, но нисколько не отрезвляя меня. Мне не хватит никаких усилий перетерпеть недельное воздержание, особенно под натиском ласк.

Но Юра просто дразнил и нарушать брошенного мне вызова не собирался.

— Я иду завтракать, когда остынешь, присоединяйся, — нахально подмигнул он и растянул губы в озорной усмешке. — Вот, прикройся. Я умею контролировать свою эрекцию, но твои формы очень аппетитны.

Он подал мне полотенце и вышел в коридор. Где-то слева от меня ожил телефон. На экране светилось принятое сообщение:

Сбербанк онлайн. ЮРИЙ СЕРГЕЕВИЧ К. перевел(а) Вам 30.000 RUB.