Глава 54

Дверь спальни беззвучно приоткрылась, и на пороге появилась высокая фигура старшего тхета Риайна. Света было достаточно, чтобы его узнать.

Мазнув взглядом по полумраку гостиной, тхет скользнул, как тень, к комнате для слуг. Риайн прислушался, приложив ухо к щели неплотно прикрытой двери.

Осторожно открыл и протек внутрь. Так же беззвучно дверь закрылась. Тихонько звякнул опущенный в петлю крючок. Мерзавец был уверен, что я сплю на раскладушке и не забыл запереться, но я оставила на постели только свернутое одеяло.

Мгновенно сняв и вторую туфлю, я босиком подлетела к чулану и заперла дверь, повернув вертушку. Мне все равно тут негде спрятаться, он увидит меня, как только выйдет из чулана. А так я выиграю несколько мгновений!

Очень мало, как тут же выяснилось.

Дверь затрещала под страшными ударами!

А я едва успела забежать в спальню, откуда появился Риайн. Не в шкафу же он там прятался! Не под кроватью же! У него просто не было времени туда забраться, потому что мы с ректором шли коротким путем, а Риайн уходил из столовой вместе со всеми, да еще его цепляли все старшие тхеты, я видела.

И точно, в стене чернел провал потайного хода.

Но я не знаю, куда ведет ход и как его закрыть, а Риайн знает!

Я с размаху швырнула в проход бесценные туфли, — одна ударилась о стену и упала рядом, а вторая влетела в черноту как мяч в ворота. А я сама, благодаря Арена за идею с удобной одеждой, одним прыжком взлетела на подоконник и юркнула за гардину.

Обман удался!

Риайн, выбив дверь чулана, ворвался на секунду позже и, заметив отблеск эвинского шелка туфелек, сразу бросился к черному ходу.

Я тут же открыла настежь створки и, откинув волосы на грудь, распласталась по магической решетке. Спиной, потому что испугалась ненароком покалечить лицо, и к тому же нельзя было выпускать из виду ненавистного тхета.

Взвыло и вспыхнуло всё!

Шумовая сигнализация, световая сеть, магические огни за окном, искаженная яростью морда обернувшегося Риайна и сотня боевиков на земле, деревьях и в воздухе!

— Мрийта горит! — заорали десятки глоток.

— Гвен! — яростный рев Бера. — Держись!

Десяток летучих мышей попытались разодрать когтями сеть, но их сбивали огненные стрелы магических искр.

— Не надо, Кимор! — закричала я, не поворачиваясь. — Я цела!

Я не чувствовала боли от бьющей искрами решетки — защищала бронированная туника.

Я в ужасе не могла оторвать от изменившегося лица бывшего куратора.

Оно дергалось, покрывалось серой чешуйчатой кожей, как у змеи, челюсти вытягивались вперед, обзаводились огромными клыками и темно-серыми костяными наростами. Натуральная морда!

— Это хо-р-рошо, что цела, — прорычало чудовище, которым становился Риайн. — Ты мне нужна живой! Ты будешь до-о-олго умир-р-р-ать, кр-р-расотка Гвен!

Он подходил уже не спеша. Не обращая внимания на крики за окном, на вой сигнализации, на шум из гостиной и ворвавшихся в спальню ректора и деканов.

Его тело удлиннялось, ноги и руки увеличивались, обзаводясь стальными кинжалами когтей. Одежда трещала по швам. На сгорбившейся спине вырос, прорвав куртку в клочья, и взметнулся черный гребень шипов.

— Риайн, стой! — рычал позади его ректор, но даже ловчую магическую сеть не развернул, хотя держал ее в руках.

Ему вторили деканы:

— Приди в себя! Возьми себя в руки, Риайн! Ты сейчас окончательно превратишься. Подумай об отце! Обуздай зверя!

— Пр-р-рочь! Эта девка моя!

Тхетам запрещено полностью проявлять зверя. Но этот… В нем не оставалось уже ничего человеческого!

Длинный шипастый хвост ударил по кровати, разбив ее в щепу. Снес ректора с деканами, едва успевших выставить щиты. Удивительно, мэтры лишь защищались, но никак не пытались остановить зверя.

Не могли? Боялись не за меня, а за него?

Еще бы, он же наследник государя.

Понятно, почему он знает потайной ход в любимые апартаменты императора. Самый удобный способ общения для отца с сыном, чтобы не раскрыть инкогнито. Риайн так легко открыл этот ход. Бесшумно.

— Риайн, остановись! — беспомощно рокотал ректор. — Я вызвал твоего отца. Вернись к нам!

И выбор главным оборотнем академии именно этих покоев для меня тоже ясен.

Тайная награда принцу, побитому Ареном и обиженному прилюдным выговором. Принцу положили на блюдечко свободную девушку для свободной охоты. Чтобы папе не нажаловался.

— Держи зверя, Риайн! — вторил один из деканов. — Сейчас слишком много свидетелей. Если ты не остановишься, уже не утаить. Твое будущее под угрозой. Вернись немедленно, и все обойдется.

— Девчонка никуда не денется, обещаем! Но нам придется устранить ее, если ты не послушаешься! — перешел к угрозам второй декан.

— Нет! — рявкнул монстр. — Она моя!

Подойдя вплотную к подоконнику, чудовище, походившее на гаргулью, только гораздо крупнее, облизнулось, вытянуло лапы с двух сторон от моего лица и провело когтями по сетке. И магическая решетка лопнула, как паутинка, ударив силовыми потоками!

Я успела прикрыться руками, мысленно благодаря островных колдунов за длинные рукава бронированного платья! Но, потеряв опору, вывалилась из окна спиной вперед.

Разве мог удержать меня десяток самоотверженных, обожженных летучих мышей? Разве мог задержать мое падение канатом обвившийся наг? Или поймать на руки медведь и тигр внизу?

О да, они могли!

Но не успели.

Из окна за мной в ту же секунду прыгнул Риайн, за мгновенье преобразившийся в огромную крылатую двуногую ящерицу — гаргуйля. Он сбил каменным хвостом нага Мершаса. Отбросил крылом прыгнувшего волка. Схватил меня когтистыми лапами у самой мостовой, когда мое тело уже коснулось скрещенных рук Бера и Дэвиса.

Гаргуйль вырвал из хватки Бера кончик крыла, стряхнул с хвоста двух вцепившихся в него волков и понес добычу ввысь, в черные небеса.

Черные. Небеса.

А́рен, почему тебя не было здесь? Почему ты меня не спас?

И почему я пла́чу?