Глава 2 · МАЙЯ

Музыка стихла, музыканты собирают инструменты, чтобы разъехаться по домам. Большая часть гостей уже покинула зал, Андрей с Олей уехали давным-давно. Танцпол усыпан разноцветными лентами серпантина, валяющимися тут и там бейджиками с именами и одинокой красной туфелькой на шпильке. Прямо загадка Золушки, которой, похоже, не суждено быть разгаданной. Усталый персонал спешно наводит порядок, но мы с моим новым знакомым хватаем ещё одну бутылку шампанского и выбираемся наружу. Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался, и, кажется, он чувствует то же самое.

Мы с Демидом сидим за маленьким столиком на террасе в одном из роскошных садов отеля. Он галантно накинул мне на плечи пиджак от своего смокинга, пытаясь согреть в прохладном ночном воздухе. Мы разговариваем, смеёмся и флиртуем под тёмным пологом московского неба, усыпанным тысячами огней большого города. Оказывается, он такой забавный, обаятельный, и, что удивительно, терпеливо слушает мои путанные рассказы о маме и о муже-изменщике. Ему наверняка скучно — мне самой всё это порядком надоело, — но он и виду не подаёт, что устал от моего нытья.

В ответ он рассказывает о своём детстве, о том, как рос в любящей большой семье, где их пятеро сыновей. Я же единственный ребёнок, меня воспитывала одна мама, которая очень много работала, так что наши детские годы кардинально отличаются. И всё равно, мне так интересно слушать его истории и делиться своими. Даже не помню, когда в последний раз чувствовала себя настолько легко и комфортно с человеком, которого только что встретила. Это как глоток свежего воздуха после душной комнаты.

— Как вы познакомились? — спрашивает он, когда я заканчиваю рассказывать о том случае, как проиграла Ольге пари и мне пришлось надеть футболку с символикой какой-то футбольной команды на матч других футболистов, которые являются заядлыми врагами.

— Мы встретились в наш первый учебный день в университете. С тех пор мы лучшие подруги.

— Такая крепкая дружба — это редкость. А где ты училась?

Знаю, что мой ответ его удивит. Всегда удивляет.

— В СПбГУ.

Его брови взлетают вверх, и я не могу удержать улыбку.

— Ты выглядишь шокированным. В это так трудно поверить?

— Я этого не говорил. — Он смеётся, его смех такой глубокий, сексуальный и искренний, что моё сердце подпрыгивает в груди, и бьётся где-то у самого горла. — Ты ведь упоминала, что работаешь на временных проектах, и я предположил… — Он делает ещё один глоток шампанского, задумчиво глядя на пузырьки. — Ну, я предположил, а мы все знаем, что говорят о предположениях. Я стараюсь произвести на тебя хорошее впечатление, поэтому не хотел бы, чтобы ты подумала, что я осёл. Ты слишком милая.

О боже, он просто невероятно обаятелен. Выпрямляю спину, словно пытаясь придать себе уверенности, и делаю вид, что не собираюсь прямо сейчас растаять и растечься лужицей по этому стулу.

— Всё в порядке. Я привыкла. Есть такое стойкое убеждение, что все выпускники СПбГУ обязательно занимают какие-то невероятно высокие корпоративные должности, как большинство этих чопорных типов, с которыми мы только что провели вечер.

— Ой! — Он с притворным страданием прикладывает руку к сердцу и улыбается мне. — Это было больно.

— Уверена, ты переживёшь, — улыбаюсь, глядя на его «раненное» выражение лица.

Разговаривать с ним так легко и естественно, будто мы знакомы гораздо дольше, чем всего несколько часов. Я подумываю выдать ему ту «стерильную» версию своей истории, которую рассказываю на собеседованиях, когда речь заходит о моём не совсем обычном карьерном пути, но эта полуправда кажется неуместной сейчас, когда мы оба были так откровенны.

— У меня были планы, конечно, но я отложила их, пока мы переезжали по стране. А потом, как-то… ну, наверное, я просто немного потерялась по дороге. Стала относиться к работе как просто к способу заработка, а не как к карьере, а ведь разница есть, правда? Казалось, что место под солнцем, место на вершине есть только для одного из нас, и этим одним был мой муж.

— Разве места не всегда хватает для двоих? Успех лучше, когда его разделяешь, или мне так только кажется?

Он, конечно, прав, и я это вижу сейчас. Но у Сергея был этот дар убеждения, этот обаятельный шарм хорошего продавца воздуха, и он убедил меня, что нам обоим будет лучше, если мы сначала сосредоточимся на его карьере. Что для меня время найдется потом, возможно, после того как мы заведём семью.

Оглядываясь назад, понимаю, что это была ошибка — по крайней мере, для меня. Но мы были вместе со школы, и мне казалось, что наши отношения стоят таких «инвестиций». Только недавно осознала, как сильно прогибалась, отдавала, шла на уступки, чтобы ему не приходилось этого делать. В университете это я всегда ездила домой, чтобы увидеться с ним в Москве, где он учился в МГУ. На самом деле, самым большим нашим камнем преткновения тогда было его нежелание приехать в Санкт-Петербург даже на одни-единственные выходные. Качаю головой, отпивая шампанское из бокала. Всё это в прошлом, и даже сейчас я не уверена, что неправильными были именно мои решения, а не человек, ради которого я их принимала.

— Ну, отношения — это сложная штука, правда? Делаешь странные вещи, когда влюблён.

— Если ты так говоришь.

— Ты никогда не был влюблён? — спрашиваю, не веря ни единому его слову. — Не поверю ни на секунду.

Он качает головой и улыбается, но эта улыбка не касается его глаз.

— Был, да. Но это было давно, и я не горю желанием повторять этот особый опыт.

Тянусь к его руке и переплетаю свои пальцы с его.

— Мне жаль, Демид.

— Ты же знаешь, что это не настоящее имя, да?

Сжимаю его пальцы в ответ и дарю ему хитрую улыбку.

— Тише ты. Сегодня — настоящее. Сегодня ты Демид, потрясающий незнакомец, который только что приехал в город.

— Я, кстати, действительно своего рода новенький. Только что вернулся после долгих лет отсутствия.

— Правда? Почему ты уехал? У тебя ведь, кажется, отличная семья здесь.

Он кусает верхнюю губу и долго молчит. Мне интересно, не собирается ли он солгать, не задела ли я случайно за живое.

— Я уехал, потому что мне нужно было стать самим собой, — наконец говорит он, пожав плечами. — Мне нужно было стать независимым, а не частью целого, понимаешь? Моя семья действительно отличная. Мой отец — стихийная сила, а мои братья… Ну, мы очень близки, и они потрясающие. Иногда настолько потрясающие, что я начинаю чувствовать себя недостаточно хорошим, будто не соответствую их высоким стандартам. Это не то, что они когда-либо говорили или делали, это всё во мне. И переезд на другой конец страны казался способом сбежать от этого. После того, как мы потеряли маму, оставаться рядом стало ещё сложнее. Какое-то время я справлялся, постоянно занимался работой, но так и не чувствовал себя на своём месте. Уехать из дома, который мы все делили, было практически облегчением.

Это звучит как исповедь, и я чувствую его дискомфорт. Мне также становится интересно, что за люди остальные члены его семьи, если этот безупречный мужчина чувствует себя не на высоте. Они, должно быть, настоящие супергерои.

— Почему ты вернулся сейчас?

— Просто почувствовал, что время пришло. И кто знает, может быть, это судьба. Может быть, мне суждено было оказаться здесь на этой свадьбе. Может быть, мне суждено было встретить тебя, Майя.

— О нет, — говорю, игриво хлопнув его по руке. — Тебе суждено было встретить Диану — ту очень горячую цыпочку, которая гораздо больше похожа на подругу Оли, чем простая старая Майя.

— В Майе нет ничего простого. — Он поднимает мою руку и целует мою ладонь. Моё сердце спотыкается, а затем посылает несколько очень возбуждённых сигналов куда-то гораздо ниже. — Но вы с Ольгой действительно кажетесь очень разными. Она ведь работает в финансах, да? Из очень обеспеченной семьи?

— Да. А я работаю секретарём без денег. Но противоположности притягиваются, как говорится. Хотя иногда мне очень хочется быть больше похожей на неё. Не только на одну ночь.

— И почему же?

— Наверное, мне хотелось бы иметь её уверенность. Её самонадеянность. Её способность веселиться, не сомневаясь ни секунды.

— О? — Вытягивается он. Его глаза сужаются, пока он пристально смотрит на меня, и я жалею, что сказала это вслух. — И что бы ты сделала с этой уверенностью? Прямо сейчас? В чём бы заключалось веселье?

Я могу дать ему какой-нибудь расплывчатый и уклончивый ответ. На самом деле, я определённо должна так поступить, потому что все мои искренние ответы могут загнать меня в кучу неприятностей. Но его взгляд такой же опьяняющий, как шампанское, и я решаю, что всё равно никогда больше его не увижу. Мы всего лишь свадебные гости, встретившиеся на одну ночь. Какой вред в том, чтобы сказать ему правду?

— Иногда мне хотелось бы просто отпустить себя и делать всё, что захочу. Просто сойти с ума. Принимать необдуманные решения, жить моментом и ни о чем не жалеть. Понимаешь, о чём я?

Глядя в свой бокал, он взбалтывает последнюю каплю на дне.

— Расскажи мне подробнее.

— Мне бы хотелось попробовать стать кем-то совершенно другим. Как Диана. У неё нет забот, нет неуверенности. Нет ответственности. Было бы здорово пожить так какое-то время.

— Да. Я понимаю.

— Правда? — Почему, ради всего святого, этот невероятно сексуальный, обаятельный, очевидно богатый мужчина мог бы захотеть стать кем-то другим, кроме того, кем он есть? У него, кажется, есть всё, что человек может пожелать в жизни.

— Конечно. Шанс быть эгоистом? Отбросить то, что от тебя ждут другие? Действовать, руководствуясь только собственными желаниями, не беспокоясь о том, что ты кого-то ранишь или подведёшь? Чёрт возьми, да, я это понимаю.

Когда я смотрю в его глаза, они перестают быть шоколадно-карими и становятся почти чёрными. Его голос хриплый от эмоций, и по моей коже пробегают мурашки. Мы ведь просто играем в игру, да?

В игру, которая нравится нам обоим, и которая может сделать нас обоих победителями. Эта мысль подталкивает меня к действию.

— А что, если мы оба согласимся забыть о нашей реальной жизни на эту ночь? Как бы это выглядело? Если бы у тебя был такой шанс… Что бы ты искал?

Его губы изгибаются в ухмылке, и он слегка наклоняет голову, оценивая меня. Я, может быть, и не очень хороша во флирте, но и не совсем идиотка. Это кажется невероятным, но этот роскошный мужчина заинтересован во мне. И теперь, когда я, по сути, сделала ему предложение, в животе бушует вихрь нервозности.

— Я бы искал чего-то немного…

— Немного чего? — Мои глаза прикованы к его, сердце стучит так сильно, что, клянусь, он должен его слышать.

— Непринуждённого? — Он приподнимает одну бровь. — Я тот парень, который идёт ва-банк, Диана, но только на одну ночь.

Не могу не думать о том, что ва-банк с этим мужчиной на одну ночь будет лучше, чем вполсилы с Сергеем Гладких на протяжении более десяти лет. На самом деле, это идеально. Моя жизнь занятая и сложная, и в ней нет места для отношений.

Но место для одной потрясающей ночи определённо есть.

Обдумываю его предложение, пытаясь оставаться спокойной и всё хорошо просчитать. Однако, как бы я ни смотрела на это, не нахожу никаких минусов. Я немного пьяна, но не настолько, чтобы не понимать себя, не понимать своего тела. И то, и другое совершенно сражено невероятно сексуальным и харизматичным парнем прямо передо мной. Я определённо сейчас являюсь Дианой, и меня это приводит в восторг. Я заслужила быть немного испорченной хотя бы один раз, разве нет? И никто об этом никогда не узнает.

— Я могу быть непринуждённой.

Его кадык дёргается, и он несколько секунд пристально смотрит на меня. Электричество, потрескивающее, между нами, ощутимо, словно светлячки, искрящиеся в воздухе вокруг. Конечно, он тоже чувствует это… эту магию?

— Я живу в отеле по соседству, — предлагает он, его голос звучит чуть ниже, будто он делится самой сокровенной тайной.