Глава 17 — «Блоха»

— Как у тебя успехи в шахматах, Илья?

Ловлю себя на том, что с недавних пор, как только Борис начинает общаться с сыном, во мне тут же вспыхивает неукротимый инстинкт встать между ними и сгладить психологическое давление Бориса.

Это же ненормально!

Но я беру себя в руки. Он же только задал вопрос. Никакого давления, по сути, не было.

— Нормально… — ковыряет Илюшка брокколи с куриным филе.

Продолжаю делать фотографии своего нового тортика. Наконец-то научилась идеально заливать глазурь! В этот раз она лавандового цвета, а сверху рисунки из банановой пасты. Подхватываю пальцем её остатки с чашки и облизываю.

— Тори, не облизывай пальцы. Какой пример ты показываешь Илье?

Лучше промолчать. Иначе сейчас начнётся спор, который закончится тем, что он просто закроет тему и оставит Илью без десерта. В назидание мне.

— И сделай селфи с тортом, выложу в инсту. Будет повод напомнить о себе подписчикам.

— Не хочу я в твою инсту. Я лучше свою заведу.

— Зачем?

— Я бы хотела… — кусаю губы, — попробовать запустить свой маленький бизнес.

Авторские торты.

— Что за фантазии, Тори? Моя жена не кухарка. Чтобы я больше не слышал этого.

Одно дело, когда моя жена умеет делать кулинарный шедевр как домохозяйка. Это повышает мой статус. И совсем другое дело, когда она становится торговкой и чужой кухаркой! Тебе что, не хватает денег? Я мало зарабатываю?

— Да какая мне разница, сколько зарабатываешь ты? Это же не имеет ко мне никакого отношения. Я должна согласовывать с тобой каждую покупку. А я хочу иметь своё дело и пусть маленькие, но свои деньги.

— Ты не будешь готовить для посторонних. Точка.

— Мам… я поел.

— Доешь до конца, — недовольно смотрит Борис на его едва тронутую в тарелке еду.

— Я больше не могу, — упрямо отодвигает от себя тарелку Илья. — Брокколи воняет как рыба, и гадкое.

— Если ты сыт и позволяешь себе критиковать еду, то выйди из-за стола и иди к себе в комнату.

— А торт?..

— Ты сыт.

Илья поднимает на меня жалобные глазёнки. Поджимая губы, стреляю ему взглядом на выход.

«Не спорить при ребёнке о решениях, которые касаются его». Сначала мне показалось это очень правильным…

— Спасибо, Виктория, — отодвигает чашку Борис.

— Пожалуйста. Торт будешь?

— Нет. Торт — это очень вредно. Как взрослый образованный человек ты должна это понимать и сама.

Встаёт из-за стола.

— Тори, мне кажется, нам пора остановить нашу холодную войну. И… чтобы замотивировать тебя на ответные компромиссы, я приготовил тебе сюрприз. Выйди через пять минут на улицу следом за мной, будь любезна.

— Хорошо, — с недоумением смотрю ему вслед.

Мне показалось, или Борис сейчас сказал, что хочет купить мою покладистость подарком?..

— Пирожок!!

Илюшка осторожно заглядывает на кухню. Отламываю большой ложкой кусок от торта в самом «вкусном» месте. И заговорщицки играю ему бровями. Несётся, радостно открывая рот. Скармливаю ему несколько ложек и даю запить своим чаем.

— Тсс… — прикладываю палец к губам.

— Это наша тайна?

Выразительно моргаю.

— А Кате торта? — оглядывается он на свою комнату.

— Кате нельзя сладкое. Брысь!

Скидываю фартук, поправляю волосы у зеркала и иду на улицу, даже не зная, чего ожидать. Вижу Бориса за нашим невысоким забором. Рядом с чужой машиной.

Выхожу… С гордым выражением лица протягивает мне ключи.

— Не поняла…

Обходит, делая несколько снимков на свой телефон — я на фоне вишнёвого Мини Купера, как идиотка, смотрю на ключи в своей руке. Отрываю от них взгляд.

— Ты купил мне машину?

— Да. Она теперь твоя!

Снова делает несколько снимков.

— Прекрати немедленно меня фотографировать! — взрываюсь я.

— Мне нужно для салона несколько фото на рекламу, они дали мне баснословную скидку.

— Я же сказала, что не хочу Мини Купер. Тем более, вишнёвый. Я хочу большой кроссовер! Пастельного цвета, а не «вырви глаз»!

— Это не женская машина, Тори. Вишнёвый Купер будет в самый раз.

— Нет!

— Глупо было не купить Купер со скидкой двадцать процентов!

— Отдай его немедленно обратно. Я его не хочу. Верни мне мой кроссовер, который подарил отец.

— Он давно устарел, я его продал, ты же знаешь. Ты будешь водить эту! — леденеет его голос. — Фото «с подарком для жены» уже выставлены, и с салоном у меня свои договорённости. Как я буду выглядеть, если не сдержу их из-за твоих глупых капризов? Я всё сказал.

— Ну что ж… Машина оформлена на меня?

— Конечно.

— Отлично. Дай мне документы.

— Они в машине.

— Пойду возьму права. Прокачусь…

Сдам этот «вырви глаз» и куплю себе кроссовер! Разницу в деньгах верну ему.

Это была моя машина, в конце концов! Я хочу её обратно!

— Страховка ещё не оформлена, Тори. Документы привезут только завтра.

— Ничего страшного, — мстительно и коротко улыбаюсь я. — Разобью — значит, не судьба!

— Что с тобой происходит?? — встряхивает меня за плечи.

А я не знаю — что со мной происходит! Я просто жить так больше не могу.

— Тебе нужен психоаналитик и антидепрессанты или успокоительные, что там? У нас есть в партнёрах приличная клиника.

— Так и воспользуйся! Это тебе нужен психоаналитик!

— Ты ведёшь себя как сумасшедшая. Скандалы… Протесты… Попустительство к сыну… Это глупое увлечение тортами…

— Ах, глупое? Тогда, пожалуй, прихвачу с собой и торт, может, отыщу кого-нибудь, кто его оценит, если ты такой… фригидный по отношению ко всему сладкому.

В шоке от своей радикальности и смелости я, боясь даже увидеть его реакцию на сказанное, отворачиваюсь и иду за правами. Внутри меня всё вскипает и колотится.

Возможно, Борис не так уж и неправ. И мне действительно нужен психоаналитик.

Но именно сейчас мне всё равно, я доведу до конца свой протест. Я же пять раз сказала ему, что хочу кроссовер! Что терпеть не могу этих мини-блох!

Забираю права, кошелёк и телефон.

Отрезаю ту половину торта, что не тронута, и кладу в красивый прозрачный контейнер с пластиковыми вилочками. На срезе между медовыми коржами сочится сметана, окрашенная свежей клубникой. Мне очень нужно, чтобы кто-нибудь оценил мои старания. Потому что я очень старалась. И мне каждый раз обидно выкидывать эти торты практически нетронутыми! Потому что я могу осилить лишь кусок, да и Илье отец запрещает съедать больше, у Кати диабет, мама бережёт фигуру, отец всегда где-то в разъездах, а сам Борис смотрит на них, как на нечто несъедобное. С брезгливым осуждением. И если мне повезёт приготовить торт во вторник или четверг, то половину я всегда отдаю детям женщины, которая у нас убирается. На этом — всё.

Кроме Илюшки никто не радуется моим шедеврам!

Ставлю торт на панель со стороны пассажирского. После того, как забеременела, ни разу не сидела за рулём. Борис был против. Мне тогда казалось — это так заботливо! Но вот уже больше года я настойчиво прошу его вернуть мне мои колёса.

Вернул…

Господи, как эта блоха заводится? Нервно разбираюсь с незнакомой панелью под вымороженным, застывшим взглядом Бориса.

Можешь даже так не смотреть! Я вскипаю гораздо сильнее сейчас, чем ты способен замораживать.

И, наконец-то, мне удаётся её завести. Пристёгиваю ремень. Немного паникуя от того, что подзабыла все навыки вождения, медленно и нелепо выруливаю на дорогу.

Главное, доехать до салона, нигде её не коцнув. Иначе точно не поменяют.

И вроде бы навыки оживают, но чувство габаритов машины так и не приходит.

Незнакомая машина слушается не очень. Как я буду на трассе?

Перевожу глаза на обочину, уже думая припарковаться… И обмираю!

Мерзавец во всей красе!

И с кем?!.. С нашей безупречной набожной замужней Ангелиной!

Открыв рот, залипаю, ловя взглядом, как они обнимаются. В груди болезненно сжимается от этой мизансцены. От возмущения мне хочется настучать ему по его щекам! «На которых, — зачем-то вспоминаю я, — обезоруживающие ямочки…» Словно он не волшебник в определённой сфере, а просто хороший парень!

А Ангелина?.. Её губы касаются его щеки, и взгляд такой благодарный, проникновенный!.. Да я думала, она монашка похлеще меня! А вот посмотри-ка — не отказывает себе в удовольствиях!

Кого ещё ты обслуживаешь здесь?? Страшно представить!

На глаза отчего-то наворачиваются слёзы обиды. Всё плывёт… Выкину его пиджак к чёрту!

Щелчок… И меня встряхивает от удара. Резко выжимаю тормоз. Растерянно смотрю перед собой в лобовое тёмной Ауди. Боже мой… Я же ей фару снесла! Чуть-чуть не разошлись…

Ооо… Я же и этой вишнёвой блохе снесла фару и погнула капот! Теперь её ни за что не заберут!

Чёртов ты… Стеф! С яростью поворачиваю лицо к обочине. Лучше бы я в тебя въехала! Это всё из-за тебя!

И он смотрит на меня тоже с яростью, плещущейся из его голубых глаз. А с чего бы?.. Сглатываю с опаской.

Решительно идёт к этой Ауди.

Это что, твоя машина, мерзавец?!..