7-е Листопада.

Мы сделали большую часть работы. Стадии знакомства, помолвки, сближения после пережитой опасности уже были записаны и проработаны. Сегодня пришла пора отыграть первый поцелуй.

– Мы не будем целоваться, - сразу предупредила я мужчину. - Для записи достаточно, если ты замрешь в паре сантиметров от моего лица.

Ян лукаво улыбнулся, чуть склонил голову, окинул смеющимся взглядом. Его, в отличие от меня, словно совершенно не беспокоил застывший в кресле для зрителей Тео.

– Напомню последовательность, - нервозность дрожью проникла в голос, и я глубоко вдохнула, прогоняя ее. - Мы гуляем по саду, ты увлекаешь меня в беседку, изображаешь поцелуй. Быстрый, не более трех секунд. Потом отстраняешься, говоришь свои реплики. Ольга прижимается к тебе, ты изображаешь лёгкие объятия. Все понятно?

Ян снова улыбнулся. Тепло, понимающе и без привычной насмешки. Я бросила быстрый взгляд на Тео. Мой будущий муж сидел, скрестив руки на груди, и неотрывно смотрел на Яна.

"Никто не обещал, что будет легко".

Мы сделали несколько прогонов до беседки. Поцелуй и объятия я планировала записать с первого раза, колени и так подкашивались от нехорошего предчувствия.

– Начинаем, - решительно выдохнула я и коснулась артефакта для записи.

– Вы обворожительны как никогда, Ольга, - говорит Ян, следуя сценарию.

– Благодарю вас, - я чуть опускаю голову, изображая потупленный взор. Взгляд останавливается на месте, где концы мужского сюртука соединяются застежкой в виде изумрудного жука.

На секунду я замираю, вспоминая, где видала подобное украшение, но роль требует сосредоточения, и я выбрасываю застежку из головы.

– Пройдемся по саду?

– С удовольствием.

Ян предлагает руку, я опираюсь на нее и мы идем по краю сцены. Я будто бы исподтишка смотрю на мужчину, занимая им весь обзор. Маленькая хитрость, чтобы избежать прорисовки окружающего пейзажа в будущем.

– Боитесь покидать дом, Ольга? - спрашивает Ян.

Я делаю паузу перед ответом:

– Немного. Гораздо меньше чем раньше.

Свадебные иллюзии заказывают именно с этой целью - уменьшить страх перед будущим, зародить теплые чувства к незнакомцу, что станет мужем. Уверена, для мужчин также создаются иллюзии, возможно с другим сценарием, но с одной целью - лучше испытывать хоть какие-то чувства у женщине, к которой привязываешь себя на всю жизнь. Ни один отец из дворянского рода не отдаст дочь без обряда. И главная причина вовсе не любовь к собственному чаду, а гарантия союза двух родов.

Мы тихо разговариваем, неспешно приближаясь к беседке. Краем глаза я вижу Ждану, которая показывает, что записи осталось на две минуты.

– Здесь прохладно, - говорит Ян. Увлекает меня под арку. Усаживает на скамью и садится рядом в пол оборота.

В иллюзии это будет беседка, скрытая от любопытных глаз плотным зеленым плетением, а сейчас мы у всех на виду, и кажется, что мои волосы шевелятся от висящего в воздухе напряжения.

– Простите мою наглость, - ласково говорит Ян и склоняется к моему лицу.

Я с ужасом жду, что он не последует сценарию и коснётся моих губ. Сердце замирает от этого ужаса и какого-то странного предвкушения. Но Ян останавливается в нескольких сантиметрах. Все равно очень близко, я чувствую теплоту дыхания, запах дорогого парфюма и понимаю, что предательски краснею.

Потом он отстраняется и наступает моя очередь потянутся к мужчине, чтобы спрятать лицо на его груди. И я безумно рада этой передышке. Руки Яна смыкаются на моей спине, но он не делает попытки прижать ближе. Замирает, давая мне возможность прийти в себя. Я знаю, что артефакт уже исчерпал ресурс и запись закончена, но ещё некоторое время сижу, успокаивая сердцебиение.

– Спасибо, - едва слышно прошептала я, отодвигаясь. Поднялась и сказала уже громче, чтобы услышала Ждана. - Перерыв на пятнадцать минут. Дождёмся ребят и запишем сцену ревности.

Каждая свадебная иллюзия включает одни и те же этапы - зарождение чувств, их развитие и укрепление, первый поцелуй и первая ревность. Сценарий был написан профессиональным психологом, а мне оставалось только верить, что подобные испытания действительно укрепляют чувства.

– Ян вёл себя безупречно, - я с некоторой опаской села рядом с Тео. - Верно?

– Действительно хочешь услышать мое мнение? - вздохнул Тео и перевел взгляд с Градского на меня.

Я неуверенно кивнула.

– Мне все равно как он себя ведёт, если держится подальше от тебя, а не обнимает у меня на глазах.

– Таких отрывков не так много...

– Что за сцена ревности? - с несвойственной ему резкостью перебил меня Теодор.

– Я бы не стала ставить ее в один день с поцелуем, - пространно начала я, - но если Ян вдруг уйдёт, то лучше записать как можно больше сцен с его участием...

– Не веришь, что он останется после объявления о помолвке? - Теодор отвел глаза от моего лица и теперь рассматривал что-то на сцене.

"Вернее, кого-то".

– Не знаю, - честно ответила я и тоже посмотрела на Яна. Тот разговаривал с моей помощницей. Ждана отвечала охотно, улыбалась, но работу не прекращала - раздавала доски постепенно подтягивающимся для массовки ученикам.

– И все же? Что за сцена? Хочу морально подготовиться.

Последние слова Теодор произнес с мрачным смешком.

– Будет бал, - начала рассказывать я. - Меня пригласит на танец один из присутствующих кавалеров. Руслану покажется, что мужчина допускает вольности, и он вмешается, - я пожала плечами и закончила, морщась от непрошенных извиняющихся интонаций в собственном голосе. - Это есть в сценарии. Автор считает, что ревность - это проявление любви.

– Хм, - прищурил синие глаза Тео. - И кто будет этим кавалером?

– Петр, - я кивнула в сторону светловолосого парня. - Он единственный из присутствующих в списке постоянных актёров.

– А ты не возражаешь, если я попробую сыграть его роль?

– Возражаю, - твердо сказала я. - Мало нам одной недоактрисы?

– Ты ведь не в курсе моих возможностей, - Тео не выглядел обиженным отказом, но, кажется, намеревался настаивать.

– Конечно, не в курсе. Ты ни разу не приходил на пробы. Не знаешь реплик.

– Дай мне шанс. Если ничего не выйдет, я уйду после первой же репетиции.

"Мой проект превращается в балаган", - тоскливо подумала я, но вслух сказала:

– Не понимаю, зачем это нужно, но если для тебя это важно, хорошо. Сиди, я принесу доску с репликами. Их немного.

– Небольшая просьба, - сказал Теодор, ухватив меня за руку. Пальцы утонули в огромной мужской ладони. - Запиши эту сцену. Я оплачу новый артефакт, если тебе не понравится записанное.

Звучало это как-то зловеще. И, если бы я не знала Тео, решила бы, что сцена может закончиться безобразной дракой. Но я верила в благоразумие своего будущего мужа, поэтому отдала ему доску с текстом и попросила Петра посидеть в партере.

– Вы как всегда блистательны, - Ян начинает сцену сразу, как я касаюсь артефакта записи.

– Спасибо, - я легко приседаю в положенном на балу приветствии.

– Не откажите мне в удовольствии танцевать с вами? - Ян тепло улыбается. Он расслаблен и уверен в себе. Но выражение его лица каменеет, когда я, запинаясь, говорю:

– Простите, но я уже обещала...

– Вы обещали свой первый танец? - удивлённо и напряжённо спрашивает он.

– Мне сказали, вы опоздаете, - едва слышно шепчу я, потупив глаза.

Ждана включает музыку, девушки и парни из массовки выходят на сцену, начинают кружиться в несложном танце. Ян не отходит, он насторожен и сердит. Синие глаза сощурены, красивые губы искривлены в нехорошей усмешке.

Я успеваю восхититься его игрой, особенно когда в глазах мужчины загорается откровенная неприязнь. Одновременно с этим раздаётся голос Тео:

– Прошу вас, Ольга.

Теодор предлагает мне руку, и я кладу на нее свою ладонь. Оборачиваюсь через пару шагов. Этого нет в сценарии, но взгляд Яна прожигает спину, и я действую инстинктивно.

Теодор прижимает меня к себе. Безобидное расстояние для людей, встречающихся больше года, но непозволительное для случайного танца. Я не отстраняюсь. На иллюзии разница не будет заметна, а портить запись из-за мелочи я не хочу.

Поднимаю взгляд на Тео. Он серьёзен и сосредоточен, но в глазах привычная теплота. Я слабо улыбаюсь и, согласно сценарию, перевожу взгляд на Яна. Тот уже шагает к нам, ледоколом прокладывая путь сквозь танцующие пары.

Теодор тоже его замечает и притягивает меня ещё ближе, его рука соскальзывает со спины куда-то неприлично ниже талии. Я стоически молчу. Этого нет в сценарии, подозреваю, что Тео делает это неосознанно. Или хочет позлить Яна еще сильнее.

Хотя тот и так в ярости. Настолько натуральной, что мне внезапно отчаянно хочется прекратить запись и позорно спрятаться в кабинете. За спиной Яна Ждана показывает табличку с двумя минутами.

– Ваш танец затянулся, - говорит Ян трескучим от холода голоса.

– Не вам решать, - спокойно отвечает Теодор.

Мы останавливаемся, Тео опускает руку, что держала мои пальцы, но его вторая ладонь ложится на мою талию, приковывая взгляд Яна. Через секунду Градский снова смотрит на Тео.

– Вы изволите танцевать с моей невестой, - холодно роняет слова Ян.

На мгновение мне кажется, что Теодор отойдет от сценария и ответит что-то личное, но мой будущий муж меня не подводит.

– Это не запрещено, - говорит он все также ровно.

Ждана показывает последнюю табличку, но я знаю, что мы пока укладываемся во время.

– Ольга, - Ян обращается ко мне, холод в синих глазах тает, сменяясь ласковым теплом. - Мы можем поговорить?

– Сейчас? - растерянно говорю я, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– Найдите в себе силы и дайте нам закончить танец, - с легкой насмешкой говорит Тео, но Ян на него не смотрит.

– Пожалуйста, - говорит он, и я киваю, заворожённая огнем в синих глазах. Выкручиваюсь из объятий Тео и делаю шаг к Яну.

"Очнись!"

Наваждение спало. Я подняла руку и сняла ободок с артефактом. Пошла к Ждане, не глядя ни на одного из мужчин.

– На сегодня все, - объявила громко, передавая запись помощнице. - Давайте доски для подписи, всем спасибо.

Демьян

Что-то идёт не так, выходит из-под контроля. Иначе как объяснить ту злость, совершенно ненаигранную, которая поднялась во мне, затопив разум? Лапа блондина на хм... филейной части моей будущей жены!

Я не могу позволить ей объявить о помолвке. К сожалению, помолвка - это не просто слова. Это обещание, данное у обрядного камня, своего рода магическая клятва. Если государь даст разрешение, мне останется только похитить Василису перед храмом.

"Боги, какие глупости лезут в голову!"

Это все громила викинг и выражение торжества на его лице. Блондин уверен, что осталась последняя запись до отъезда Василисы, а потом она уедет, чтобы вернуться с разрешением на помолвку.

Придётся поговорить с государем первым.