Глава 9

Воздух наполнился ароматом вереска. Адриан де Мортен встал с кресла прежде, чем дверь бесшумно отворилась, впуская хозяйку будуара. Ее высочество, принцесса Октавия с улыбкой протянула к нему руки.

— Мальчик мой, я так рада тебя видеть!

Канцлер тепло обнял высокородную даму, прижавшись на миг губами к холодной щеке. Вкус медовых цветов скользнул по языку. Материнская любовь, искренняя, нежная. Только женщина с большим сердцем способно относиться к чужому ребенку, словно он был родным. Приемный сын чувствовал ее заботу, участие и неравнодушие к своей судьбе. Только рядом с ней могущественный демон становился почти человеком.

— Ты голоден? Может, задержишься на обед, я так устала есть в одиночестве.

— К сожалению, сегодня будет заседание совета, я должен присутствовать.

Укол совести. Острый. Болезненный. Отчего ему всегда больно от того, что вынужден ее огорчать? Будь то отказ от совместного обеда, или клумба любимых люпинов вытоптанных в детстве. Но леди Октавия всегда прощала. Вот и сейчас она ни капли не сердилась, лишь лучистый взгляд потух под тяжестью печали. Изящная ладонь взметнулась вверх, подушечки пальцев провели по щетине.

— Отращиваешь бороду? Тебе не пойдет…

— Не было времени заехать домой, я провел ночь в кабинете.

— Ах да, новый законопроект, — вздохнула принцесса.

Адриан впервые заметил темные круги под потускневшими голубыми глазами и тонкую паутинку морщинок. Ее высочество терзали тревоги.

— Знаешь…за последние несколько дней, твое имя не сходит с уст придворных, — поговорила она, отступая назад.

Леди Октавия подошла к напольной вазе с роскошными бархатистыми розами и дотронулась до белоснежных бутонов. Один из лепестков сорвался и полетел на паркет, следом последовал еще один. И еще.

— Полагаю, дворцовые сплетники обсуждают прошедший в моем поместье прием.

— Его кульминацию, — уточнила принцесса. — Шутка ли, сам канцлер империи решил отбить фаворитку императора.

— Надеюсь, вы не поверили в этот вздор.

— Я нет, а вот мой сын…ты давно разговаривал с Киараном?

Адриан промолчал. Император не пожелал встречаться с близким другом. Что за ребячество? Прежде, между ними никогда не было недомолвок, император скорее поверил бы в глупый розыгрыш, но не в попытку соблазнить любовницу на глазах у правителя.

— Киаран очень изменился, — прошептала леди Октавия, поворачиваясь к канцлеру. — Неужели ты не видишь…эта женщина…

Голос дрогнул и застыл, растворяясь в полуденной дымке.

— Его величество достаточно умет и не позволит даме, любой даме, вмешиваться в государственные дела.

— Мальчик мой, только не разочаровывай меня. Я ведь могу подумать, что эта ведьма и тебя пленила. Мой сын болен, я чувствую это. Ах, Адриан, мы пригрели на груди змею! Гадина приворожила его, опоила зельями, свела с ума.

Принцесса Октавия говорила быстро, отрывисто, едва делала короткий вздох и вновь торопливо продолжала. Но взор, полный отчаянной мольбы, трогал сердце красноречивее любых слов.

— У императора сильная защита, никто не причинит ему вреда.

Адриан говорил мягко, убедительно, но встревоженная мать не сдавалась.

— Обещай, что позаботишься о нем! Во имя вашей дружбы. Адриан, спаси моего сына. Умоляю.

Длинные шелковые ресницы трепетали под тяжестью пылающих скорбью слез.

— Обещаешь? Адриан…сынок…

Демон замер, вглядываясь в родное лицо. А он так никогда и не решился назвать ее мамой, даже в раннем детстве. Кто он такой? Всего лишь бастард одного из лордов, а она…она была матерью будущего правителя империи.

— Я всегда буду твоей мамой, всегда. Вашей мамой.

Голос Октавии ласкал уже зарубцевавшуюся рану, проливая живительный бальзам любви и доброты на отравленную ядом потери душу.

— Обещаю, — прозвучал короткий ответ.

Полный смятения, лорд де Мортен вышел из комнат принцессы и направился в императорские покои.

В бездну все! Что здесь происходит? Ему необходимо поговорить с Киараном. Прямо сейчас.

К немалому удивлению канцлера, стражники преградили путь высокому гостю, не позволяя пройти дальше.

— Ты разве не видишь, кто стоит перед тобой? — обманчиво спокойный вопрос полыхнул ответным страхом.

Охранники старались не смотреть на заклубившуюся под их ногами тьму. Чернильные тонкие змеи, словно щупальца, расцвели тенями за спиной. При желании он мог бы уничтожить их всех, обратить в прах. Стражники это знали. Кулаки одного из нах налились пламенем.

Значит огневик. А остальные? Впрочем, какая разница, он легко уберет их со своей дороги.

Если пожелает.

— Приказ его величества. Велено никого не пускать, даже вас.

— Вот значит как…что ж…

Личная охрана императора, лучшие бойцы. Даже под страхом смерти они не ослушаются приказа.

— Лорд де Мортен!

В конце коридора мелькнуло алое платье, быстрым шагом к ним приближалась…

— Леди Роулэнд, — холодно поприветствовал Адриан, поворачиваясь к придворной даме.

Судьба благоволит. Пташка сама явилась в лапы волка.

— Как хорошо, что мы встретились, — проворковала фаворитка. — Может, отойдем к окну, здесь слишком…тесно.

Вайолет поморщилась, оглядывая мрачные тени, струящиеся черными венами по выцветшему старинному гобелену.

— Как пожелаете, леди Роулэнд.

— Когда-то вы называли меня просто Вайолет, и позволяли обращаться к вам по имени, — игривый тон служил искусной маскировкой пробивающемуся наружу страху.

Вайолет боялась. Его.

— Помнится, нам было лет по десять, а то и меньше.

— Иногда я скучаю по беззаботному детству, а ты Адриан? Грустишь по нашим играм? Разве не хочется тебе хоть на миг оставить дела и оказаться там, где нет проблем и невзгод.

— Меня вполне устраивает настоящая жизнь, ведь в каждом возрасте есть своя прелесть. Вам, достопочтенная леди Роулэнд, это известно не хуже чем мне.

Адриан с усмешкой взял ее руку в свою, преподнёс к губам, медленно запечатлев поцелуй. Шелковая кожа покрылась ледяными мурашками.

Ну же, Вайолет. Открой свою душу, расскажи мне, какие тайны хранит твое сердце.

Паника. Злость. А еще магия. Эх, Вайолет, от тебя за версту разит ведьмовским ритуалом.

Яркая вспышка озарила сознание. Словно осколки разбитого зеркала, чужие чувства и эмоции складывались в картинки воспоминаний.

Начерченная пеплом, остроугольная пентаграмма. Серебряные ножницы, срезающие прядь волос и огонь, пожирающий рыжий локон. Губы шепчут заклятие на незнакомом языке.

— Что ты здесь делаешь?! Немедленно отпусти мою невесту!

Видение резко обрывается, женская ладошка выскальзывает из его рук.

— Хм…невесту? В таком случае, до меня видимо не дошло приглашение на помолвку, — мрачная усмешка кривит губы демона, когда он поворачивается к своему сюзерену.

— Отойди от Вайолет, и больше никогда не приближайся, — злобно рычит правитель.

За те несколько дней, что они не виделись, его величество похудел и осунулся, словно все жизненнее силы медленно покидали молодое сильное тело. Да дедуля Ангус краше выглядел.

— Убирайся из моего дворца! Если еще раз увижу тебя рядом с моей женщиной, я…

— То что, Киаран? — вкрадчиво спросил демон, тьма клубилась вокруг его сапогов, готовая сорваться по первому зову хозяина, словно цепные псы.

— Увидишь! Ты пожалеешь. Пожалеешь…

Нет. Нельзя. Что же он творит? Злость вскипала в крови, опьяняя демона. Резко развернувшись, он поспешил уйти, оставив уже бывшего друга.

Угроза продолжала глухим эхом отзываться в ушах. Леди Октавия оказалась права. Но самое дурное было то, что он никому не может рассказать о подозрениях в привороте, иначе бросит тень на Киарана как на правителя. Верховный совет спит и видит, как дискредитировать молодого императора с неудобной политикой. Ничего, Адриан все решит сам и устранит проблему.

Обещаешь?

Демон всегда держит свое слово.

* * *

— Прекрасно! Просто прекрасно, — ворчал Фрэнсис, разворачивая рулон ткани предназначенной на новые портьеры для детской комнаты.

Мягкий бархат цвета пыльной розы волной струился по софе, свисая на отполированный до блеска паркет.

— Вы довольны? — робко поинтересовалась горничная.

— Доволен ли я? Нет! Конечно, нет!

— Но я думала…

— Безобразие! Я же просил приглушенно розовый, а что получил?

— Это он и есть, разве нет? — шепнул мне Густав.

Вернувшись в Растер-холл, мы с фамильяром застали живописную картину. Весь холл был заставлен коробками, а мажордом вальсировал между ними, раздавая слугам указания.

— Вот вы где мисс Лоури! — дворецкий умоляюще сложил пухлые ладони и бросился мне навстречу. — У вас безупречный вкус моя дорогая, вы немедля должны помочь выбрать кисти для занавеси. Как вам эти?

— Золотые? Фу, как вульгарно, — загоготал фамильяр. — Как в доме терпимости.

— А тебя не спрашивают, несносная птица, — прошипел Фрэнсис, пытаясь отвесить пинка гусю. — Кыш отсюда!

— Бахрома словно с комода старой девы, — продолжал фыркать Густав, ловко укорачиваясь от носка ботинка.

— Отделку выбирала леди Ванесса, — пропыхтел мажордом.

— Так я и говорю, бахрома великолепна, божественна! — громко объявил гусь и поспешил скрыться в недрах длинного коридора.

— Когда-нибудь я подсыплю этому чудовищу в сидр слабительной травки, — мстительно пообещал Фрэнсис. — Я говорил, мисс Лоури сколько эта парочка опустошила бутылок? Пиво и сидр только так и улетают, я уж не говорю про коллекционное вино. Лорд Ангус предпочитает кармельское. Хорошо хоть слуг не ест, и на том спасибо. Странно кстати, не находите?

— То, что он не есть людей?

— Угу. Аппетит у него и правда отменный, но исключительно на изысканно приготовленные блюда, а вот на счет людей…

Дворецкий понизил голос, прищурил один глаз и, склонив свою голову к моей, доверительно произнес:

— Кое-что случилось утром…

Во рту моментально пересохло, ожидая услышать худшее, я закусила губу и, затаив дыхание, выжидающе уставилась на дворецкого.

— Не далее как за завтраком, лорд Ангус имел нахальство ущипнуть горничную за…задницу! — полным негодования тоном выдал он.

Вздох облегчения. Мамочки. А я уже успела перепугаться. Ну и дедуля! Придется поговорить с ним и настоять на том, чтобы непременно попросил прощения у бедной девушки.

— Его милость принесет ей извинения, — пообещала я.

— Что? Ах…не стоит, горничная радостно хихикала и хвасталась подружкам, дескать милорд вот-вот оформит развод со своей неверной женой и станет завидным холостяком. Наивная душа! Он уже третьей горничной обещал руку и сердце.

Вот же старый проныра. Ничему его жизнь не учит.

— Эми!

Такой родной, такой сладкий голосок. Обернулась на зов и сердце наполнилось нежностью. Мэтью, моя радость, мое счастье!

Присела на колени, впуская в свои объятия младшего брата. Ребенок радостно улыбался, рассказывая про фрегат с бумажными парусами, скользящий по зеркальной глади озера. Я слушала, кивала, зарываясь лицом в мягкие пшеничные кудряшки, вдыхала аромат душистого мыла и целовала веснушки на курносом носике.

— Эми, где ты была?

— Ездила по делам, мой дорогой, — улыбнулась я.

— Можно мы погостим у тети Нессы еще немного, ну пожалуйста, — жалобно протянул малыш, сжимая в кулачке кораблик.

Неудивительно, что после приюта Растер-холл кажется ему сказочным дворцом.

— Я больше не хочу…туда… — всхлипнул Мэтью, размазывая ладошкой слезы по щекам.

— Никогда, — крепче прижала к себе ребенка. — Пока я жива, никогда. Понял?

— Да, — тряхнул головкой Мэтью.

— Мы вернемся домой, — пообещала я и тут же прикусила язык.

Жестоко давать надежду. Несмотря на подозрения, Симон Фуко может быть непричастен к исчезновению нашего опекуна. К тому же нельзя исключать банальное совпадение. Но если гувернер действительно виновен…ух, берегись!

— Все будет хорошо, — прошептала я.

Пусть даже не в родном доме, но мы вместе, а значит, сможем преодолеть все трудности.

— Ну Эми, я уже большой, — мальчик увернулся, когда я пыталась вновь поцеловать его в вихрастую макушку.

— Да, мой малыш.

— Эми!

— То есть мой большой малыш, — тут же исправилась я. — Я люблю тебя, братишка.

— И я тебя, — крикнул Мэтью, убегая полюбоваться рыцарскими доспехами.

Чуть позже одна из горничных увела его покормить обедом, а мне пришлось остаться внизу, дабы принять неожиданно явившегося гостя.

— Сэр Динпельберт! — я несказанно обрадовалась, увидев огненного мага. — Леди Ванесса с девочками еще не вернулась, а лорд де Мортен и вовсе не появлялся в поместье со вчерашнего дня.

Видимо демон весело проводит время в компании очаровательной Лилиан. Ну и пусть! Даже здорово, что его нет поблизости. Ходит тут…

— А я к вам, мисс Лоури, — заявил Рэнджи, подмигивая.

Вот как? Хм…

Гном пригласил прогуляться в саду, подальше от посторонних глаз. Укрывшись в увитой гортензиями беседке расположенной в глубине парка, мы уютно устроились на белой резной скамейке, и я получила долгожданный подарок.

— Рэнджи, я так признательна вам, — сердечно благодарила, протягивая запястье, на котором мгновением позже засверкал хрустальный браслет. Вязь магических рун вспыхнула на солнце, переливаясь в ярких полуденных лучах. — А можно еще один? Для надежности…

— Я как раз хотел поговорить об этом, мисс Лоури.

— Можно и три, — с надеждой пробормотала я. — Или четыре или…

— Или начать обучение и укротить свой впечатляющий дар, — продолжил за меня рыжий.

— Бесполезный и опасный, вы хотели сказать.

Я отняла руку и насупилась.

— Ох, Эмильрин. Вы чуткая девушка и умная, а не понимаете простых вещей. То, что вы называете бесполезной силой — мощнейшая магия. При правильно использовании ваш уникальный дар сможет принести немало пользы.

— Тем, что отнимет магию у другого? — вспыхнула я.

— Вы уже не маленькая и вероятно знаете, мир полон опасностей. Маги не все благожелательны и не всегда используют свои силы на пользу общества. Некоторые из них причиняют вред. Ведомство, которым я руковожу, как раз занимается борьбой с такими людьми. Гильдия воров и наемников, незарегистрированных магов, опытных, коварных и опасных.

Он прав. Всевышний одарил меня силой, и я не буду прятаться от самой себя. Если есть возможность принести пользу обществу, спасти попавшего в беду человека, хотя бы одного…

— Эмильрин, послушайте, если вы не желаете, я приду позже и вновь постараюсь вас убедить. У вас будет достаточно времени хорошенько обдумать мое предложение.

— Я согласна!

Встала и протянула ладонь. Рыжие брови гнома удивленно поползли вверх, он явно не ожидал убедить меня с первого раза, но руку пожал. Крепко, по- деловому.

— На государственной службе хорошо платят, вы сможете нанять няню для братишки, снять домик, обзавестись грядкой редиски на заднем дворике.

— Достаточно, я уже согласилась, — рассмеялась я.

— А я заготовил еще пару высокопарных речей, — хмыкнул Рэнджимин.

Так уж повелось, но испокон веков в нашей стране одаренных детей обучали в закрытых школах. К каждому ребенку полагался индивидуальный подход, в зависимости от возможностей и вида магии, искрящейся в крови. Случалось, что дар посыпался только после совершеннолетия — к примеру, оборотни совершали свой первый оборот и учились жить в гармонии со своей второй сущностью.

Я же была исключением. Моя сила безжалостно отнимала чужую магию, словно голодный хищник чувствовала энергию, стремясь завладеть добычей. Бесчисленные часы упорных тренировок принесли плоды, я научилась распознавать даже легкий флер колдовства, впитывать в себя и запирать. А вот воспользоваться чужим даром никак не выходило. Нет, магия подобно урагану бушевала, во мне, но не желала подчиняться. Попросту говоря, я не контролировала процесс.

Впрочем, я не унывала. Новые знания и эмоции захватили в волнующий водоворот, я с восторгом погрузилась в совершенно другой, полный волшебства мир. Огорчало лишь одно — пришлось покинуть Растер-холл и вновь оставить Мэтью, правда в этот раз я была уверена, что младший брат остается в надежных руках.

Разлука обещала быть недолгой, но за те два месяца, что я провела в старинном особняке, спрятанном среди изумрудных холмов на краю страны, успела затосковать по всем своим друзьям. Даже по болтуну Густаву, дедуле Ангусу и…а вот по де Мортену я вовсе не скучала. Ну, может совсем чуть-чуть. Самую маленькую капельку.

Ведомство по борьбе с магическими преступлениями приветливо встретило новую сотрудницу, вернее ученицу. Целыми днями я практиковалась в ментальных чар, изучала основы простейших плетений, шаг за шагом, познавала свою силу и возможности под чутким руководством опытных магов.

Вечера же проводила в компании мадам Райслер. Медиум жила вместе со мной в Северной башне. Здесь располагалась столовая, комнаты отдыха и жилые спальни. Мы пили чай, болтали, я делилась впечатлениями, а она — часто просто слушала, иногда давая дельные советы.

Деятельная Бетина, призрачный секретарь Рэнджи, так же считала своим долгом помочь мне в познании новых граней магии. Она с легкостью могла материализоваться посреди ночи у изножья кровати, водрузить стопку книг на столик и исчезнуть с резким хлопком. Если до рассвета оставалось несколько часов, я зажигала свечи и увлечённо листала манускрипты, погружаясь в увлекательное чтение, иногда так и засыпала, сидя на стуле. А утром книги исчезали, возвращаясь обратно в библиотеку.

— Не понимаю, почем Рэнджи не позволяет тебе заниматься сложными чарами?

Сегодня мы вместе со Стэфани уединились в оранжерее. Я не упускала возможности полюбоваться на редкие растения, которые до этого видела лишь на иллюстрациях в журналах по зельеварению. Словно маленькая девочка, впервые попавшая в парк аттракционов, я восхищенно глазела по сторонам.

— А чем я тут по- твоему занимаюсь? — хмыкнула я.

— В том то и дело, что не тем, — заявила медиум, поправляя ярко-синий густой локон, выбившийся из высокой прически. Бесчисленные амулеты зазвенели на тонких кожаных шнурках, обвитых вокруг пухлого запястья.

Миссис Лорна Вуквель, смотрительница волшебного сада, с неодобрением поглядывала на нас из-за куста авронии. Она нарочно громко щелкнула ножницами, срезая засохшие листы.

— Мадам Райслер, отойдите от церлании, — раздраженно крикнула она.

— Ах, что случится с твоим кактусом, если я на него подышу?

— С ним ничего, а вот с вами боюсь кое-что произойдет, ели он подышит на вас.

Стефани сглотнула ставший в горле комок, коротко кивнула и многозначительно посмотрела на меня.

— Может, лучше прогуляемся в саду?

— Здесь же так интересно, посмотри лучше на этот черноклык, уникальный цветок, — ахнула я, разглядывая полупрозрачные темные цветы. — Он прекрасен.

— Ничего так, — согласилась Стефани. — И аромат приятный. Пряный.

Дама втянула носом воздух и наклонилась вперед.

— Нет, не приближайся к нему! — ахнула я.

Поздно. Лепестки резко раскрылись, обнажая сердцевину, усыпанную мелкими острыми зубами.

Клац- клац. Черноклык ухватился за край шифонового шарфа, стягивая его с шеи мадам Райслер.

— Ну вот! Теперь у него будет несварение, — ахнула миссис Вуквель.

— Ах ты сорняк вредный, — проворчала Стефани, с тоской косясь на цветок, доедающий дорогой шарфик. Послышалось довольное чмоканье.

Пришлось отойти подальше от разъярённой смотрительницы, и присесть на одной из узких хозяйственных скамеек. Стеффи явно хотела поговорить со мной без посторонних глаз и ушей. Секция ядовитых растений не пользовалась популярностью у посетителей и прекрасно подходила к уединенным беседам.

— Эмильрин, ты не поняла меня, я говорю про настоящую магию. Тебя обучают лишь блокировать дар.

— Достаточно просто обезоружить.

— Возможно, — не стала спорить. — Но научиться владеть всеми видами магии, это поистине впечатляющая возможность. Ты могла бы овладеть всем! Подчинить огонь, замораживать воду, да что там…оживить армию мертвецов. Ой. Ладно-ладно, с последним я перегнула, но суть ты поняла.

— У меня не получается, — призналась я, дотрагиваясь до светящихся рун на хрустальных браслетах. Целых три. Для надежности. Несмотря на полный контроль, в глубине души я все еще боялась непроизвольного всплеска энергии. Не приведи всевышний причинить кому-то вред.

— Перестань трусить. Может попрактиковаться на мне, если желаешь. Я не против!

— Я пробовала, ни к чему хорошему это не привело, — устало проговорила я, вставая на ноги и тем самым давая понять, что больше нет смысла продолжать разговор.

— Самый безобидный дар, — не переставала увещевать Стефани. — Даже если что-то пойдет не так, что случится? Пустячок. Ничего не взорвем же, в самом деле.

Неудивительно, что эти двое — Стеффи и Бетина дружат. В подругах так и пламенеет дух авантюризма.

— Угу, конечно ничего, — скептик во мне говорил обратное. — А если я увижу собственную смерть? Нет уж, предпочитаю оставаться в блаженном неведенье.

— Ну, у каждой магии есть свои недостатки, — согласилась Стефани. — Можно начать с простейшего, к примеру, сосредоточься на прогнозе погоды. Завтра будет солнечно или дождь?

Нехотя стянула с себя браслеты, со вздохом положила на скамью. Дотронулась до руки Стефани. Так быстрее и легче. Легкая теплая волна мурашек скользнула по коже, собираясь в горячую тугую спираль в районе солнечного сплетения. Вспышка обжигает, но я уже готова. Собираю остатки энергии, радуясь, что побила собственный рекорд. Быстро, четко, слажено.

А дальше я не никогда позволяла себя идти, не смотря на желание. Слишком много рисков.

— Ну же, — нетерпеливый глухой голос медиума подтолкнул вперед.

Судорожный вздох. Я, наконец решилась и…

Вязкая тишина. Пусто. Холодно.

— Сосредоточься. Подумай о завтрашнем дне, представь, что ты смотришь в окно из своей спальни. Что ты видишь? Чистое голубое небо или грозовые тучи?

— Я…вижу…

— Что?

— Ни-че-го! — хмыкнула я, открывая глаза. — Все напрасно, чужая магия слушается…

Внезапно весь воздух пропал. Полностью. Я будто оказалась под водой.

Секунда.

Другая.

Яркий поток света хлынул в глаза, возвращая способность дышать. Мои пересохшие губы шепчут чье-то имя, но я так напугана, что не могу разобрать. С трудом разлепила веки. Оглядываюсь.

Всевышний, только не это.

Опять тюрьма. Передо мной стальная решетка, увитая вязью магических рун. А за ней…

Тянусь рукой к переплетениям мощных прутьев, просовывая ладонь в одно из звеньев

— Эми…

Адриан. Темный лорд стоит прямо передо мной. Нас разделяет ледяная сталь и целая россыпь охранных заклинаний, и только наши пальцы касаются друг друга, крепко сплетаясь.

Мощный рывок и я лечу назад. Меня словно ударили по дых, это гораздо более чем было прошлый раз. Прошлый раз…Видение и вновь демон. Это скорее кошмар, чем предвиденье.

— Я же говорила, все это пустое. Я не контролирую чужую магию, — в сердцах воскликнула я, дрожащими руками натягивая браслеты. Один, второй, третий. Вроде все на месте.

Какая же я дура! Нельзя применять чужую магию, нельзя…

— Что ты видела?

Стефани участливо погладила меня по плечу.

— Мы же сами творим свою судьбу, верно? — я с тревогой вглядывалась в лицо подруги, пытаясь прочесть ответ.

— Так и есть. Но боюсь, судьба неизменно подведет нас к тем событиям, которые уготовила. А видения — всего лишь отпечаток нашего пути. Так уж это устроено.

— Но вот Франсуа, он же протестует! — ухватилась я за спасительную нить.

Повар, и по совместительству главный враг мадам Райслер действительно бунтовал. Стеффи предсказала ему брак со сварливой женой, а тот твердил всем, что назло никогда не женится.

— Ты видела, как поправилась Лорна?

При чем здесь аппетит миссис Вуквель, я же не об этом спрашивала.

— Они с Франсуа весьма дружны, она снабжает его редкими приправами, а он…скажем так, тоже не остается в долгу.

— О нет…

— О да, Эмильрин. Уже третий месяц, а Франсуа еще не знает. Но ничего, в воскресение приезжают кузены Лорны, и нас всех ждет скромное застолье в честь бракосочетания. Так что как видишь, сопротивление бесполезно. Все мои предсказания сбываются. Всегда! Так, что ты увидела, дорогая?

Всевышний, только не это. Я уже побывала в тюрьме, больше не хочу. Неужели я опять вляпаюсь в какую-нибудь неприятность. Мамочки…

— Вот ты где! — мелодичный звонкий голосок раздался рядом с ухом.

— Бетина, чтоб тебя! Хватит пугать, — проворчала подпрыгнувшая от неожиданности мадам Райслер.

— Эмильрин, я тебя везде ищу, — нравоучительным тоном отчеканила призрачная секретарь.- И чего спрятались? Рэнджи ждет тебя в кабинете. Важное дело. Эй, я кому это все говорю? Срочно!

И чего гному надо? Последний раз мы виделись, пару недель назад, когда он справлялся о моих успехах.

— Хорошо, сейчас приду.

Бетина поправила прозрачное пенсне, довольно улыбнулась и с чувством выполненного долга, растворилась в воздухе.

— С тобой все в порядке?

— Да, — коротко отозвалась я, хотя тело все еще сотрясала мелкая дрожь лихорадки. — Все хорошо.

Старалась говорить спокойно, убеждая скорее саму себя, чем встревоженную Стефани.

Медиум, кажется, сама пожалела о том, что предложила себя в качестве тренировочного объекта. Все же магия пророчества хоть и не способна причинить физический вред, но вот от душевной боли не спастись.

Подумаешь тюрьма. Первый раз что ли?

Стараясь подбодрить себя, я поспешила к Рэнджимину. Гном действительно с нетерпением ждал меня. И он был не один. В кабинете находился еще один человек.

— Ты! — прошептала я, хмурясь. — Рэнджи, это же…

— Проходите, Эмильрин, а то пропустите все самое интересное.