Глава 8

Через полчаса я спустилась во двор с объёмной сумкой на плече. Там лежали крем от солнца — иначе к полудню буду красная, как варёный рак, — бутылочка с водой, чтобы спокойно ходить по жаре, пляжная панама — и мне всё равно, как она будет смотреться с рабочим костюмом, главное, не получить солнечный удар. На дне я устроила пластиковый контейнер, набитый вчерашними оладиками. Не сама же я сжую весь перекус, надо будет поделиться с Мадиной. Дмитрий въехал во двор, когда я выходила из подъезда.

— Привет! Плюс тебе к карме, — он распахнул дверь рядом с собой. — За пунктуальность. Садись и пристегнуться не забудь.

— Здравствуйте, Дмитрий Николаевич, — сдержанно проговорила я.

Когда садилась в машину, я даже не подумала, что Мадины там может не оказаться. Я была полностью уверена, что женщина устроилась поудобнее на заднем сидении. Однако её там не было, и я ощутила неприятный холодок в районе позвоночника.

— Мадина уже на работе? — с опаской спросила я, пристегиваясь.

— Нет, — Дмитрий тронул машину с места. — Хватит ей кататься, пусть отдыхает. Сегодня мы с тобой вдвоём разберёмся с розами. И реально прекращай называть меня по отчеству, я не настолько тебя старше.

— А что скажет Мадина, если я начну называть работодателя на ты и просто Димой? — хмуро поинтересовалась я.

— Ты же называешь её Мадиной, и тебя при этом ничто не смущает, — Дмитрий усмехнулся. — Слушай, вопрос биолога к биологу: какая часть тела за секунду может увеличиться в размере в три раза и от чего это зависит?

Я тяжело вздохнула. Интересно, стал бы он задавать «биологические» вопросы из бородатых анекдотов при своей супруге?

— Зрачок глаза, — на выдохе ответила я. — При смене освещения. Останови машину, я выйду. Поищи для работы кого-нибудь другого.

— Да ладно, расслабься, — он хмыкнул. — Чего ты такая нервная? Слушай, прям интересно, вот смотрю на тебя — тихоня-отличница, как и говорила Семёновна. Если бы сам тебя в тот вечер не видел, ни за что не поверил бы. Тебе так уж сильно и по-быстрому деньги понадобились или острых ощущений захотелось? Типа, двойная жизнь: в универе тихая мышка, а в свободное время — жрица любви?

— Останови машину, — с нажимом повторила я. Надо же, от возмущения сама не заметила, как перешла на ты.

Мимо промелькнул мигающий желтым светофор. Дмитрий немного прибавил скорость, проезжая мимо безликих серых заборов в промышленной зоне.

— Не психуй, я серьёзно, — уже без усмешки произнёс он. — Что-то у меня не стыкуется в той ситуации. По-честному, тебе настолько нужны были деньги?

Я с досадой покосилась на Дмитрия. Попробуй тут ответить по-честному, за идиотку примут. И правильно сделают. Сказать, что деньги были не нужны, — значит, признать, что я потянулась за острыми ощущениями. Делиться с этим любопытным раздолбаем подробностями сделанной глупости бессмысленно, да у меня и язык не повернётся.

— Давай оставим в покое ситуацию и мой моральный облик, — после долгой паузы проговорила я.

— Твой облико морале я вообще-то не трогал, — он задумчиво прикусил губу. — Интересно получается. На любительницу острых ощущений ты не похожа, на шлюху тоже. В долги влезла, что ли?

— Какая разница? — раздражённо сказала я. — Так получилось — и всё.

— Ладно, дело твоё, — в голосе Дмитрия снова появились весёлые нотки. — Как тебе будущий научный руководитель? Нравится?

Я скрипнула зубами. В третий раз просить остановить машину бесполезно: мы уже выехали на трассу. Если он не затормозил в городе, то тут уж тем более не остановится.

— Ещё не знаю, мы только в сентябре начнём работу, — процедила я.

— Даже не мечтай, — Дмитрий фыркнул. — Геныч наверняка через пару недель притащит тебе дохлого пятнистого клопа и кучку живых личинок. Скучно ему, понимаешь? Общение нужно, эмоциональная встряска.

Помнится, эмоциональную встряску Дмитрий нам обоим уже устраивал, когда привёз меня к Гене. Боюсь представить, какие ещё оригинальные идеи могут появиться у младшего Петренко.

— А я тут п-причем? — от неожиданности я даже заикнулась.

— А ты попала, — он рассмеялся. — Будешь в свободное от роз время личинок кормить и научруку отчитываться. Слушай, по поводу эмоциональной встряски у меня к тебе есть деловое предложение. Через восемь дней Генке нужно ехать на суд, официально с женой разводиться, ну а заодно решить кое-какие вопросы, забрать часть вещей, в общем, дела скучные и нерадостные. Не хочешь с ним прокатиться?

Кажется, мои зрачки в этот момент и впрямь увеличились раза в три. Язык полностью отнялся, я даже рот не могла открыть, только глупо таращилась на Дмитрия. Сердце бешено заколотилось, а потом ухнуло куда-то к желудку.

— Оплачу как рабочее время, — продолжал Дмитрий. — Могу и надбавку выплатить.

— Ты сейчас издеваешься? — наконец смогла выговорить я.

— Вер, ни в коем случае, я предлагаю совершенно серьёзно! — оживлённо продолжал он. — Ты же идеальная кандидатура. Значит, расклад такой. Развод у них из-за того, что Генкина жена загуляла с каким-то пацаном-альфонсом. Генка говорит, ему лет двадцать или чуть больше. Был скандал, мадам высказалась в том роде, что она одна не останется, а вот Генка не скоро найдёт себе хоть кого-то, потому что его интересуют только пятнистые клопы. По-моему, Генычу стоит приехать в обнимку с красивой девушкой, которая будет смотреть на него с обожанием и воодушевленно, со знанием дела, обсуждать с ним дохлых жуков и особенности развития личинок. За обожающий взгляд готов доплатить.

Я шумно вздохнула. Деньги ему некуда деть, что ли?

— Ты это сам придумал? Очередной сюрприз брату?

— А чем плохо? — легкомысленно поинтересовался работодатель. — И Генке будет веселее, и его бывшая язык проглотит, и тебе интересное приключение. Заодно на пляж сходите, воздухом подышите, в море окунетесь. Короче, подожди ругаться, сначала хоть полчаса подумай.

Он остановил машину у знакомых ворот. Я честно думала. Вернее, не так. Даже если бы я пыталась выкинуть это странное предложение из головы, у меня все равно не получилось бы. Соглашаться, конечно, нельзя, но помечтать-то можно? Я машинально намазала лицо кремом, нахлобучила на голову панаму, натянула на руки перчатки для работы. Перед глазами вертелись такие картинки, что у меня начали гореть щеки. Воображение разбушевалось и рисовало совсем не разговоры о клопе и его личинках, а ночь в объятиях моего первого мужчины.

Я машинально пшикала розы от вредителей, заодно нашла и срезала несколько «некондиционных», удобряла участок с недавно завязавшимися бутонами. Через пару часов от роз уже начало мельтешить в глазах. Дмитрий аккуратно погрузил в машину «кондицию» и куда-то её увёз. Вернулся он минут через сорок пять с пакетом из супермаркета и бросил:

— Всё, пошли обедать.

— Так я уже вроде все сделала, — начала я. — Может, поеду домой? Где тут, ты говорил, автобусы останавливаются?

— Успеешь домой, — отмахнулся он. — Тут ещё одно дело есть.

В домике Дмитрий извлёк из пакета упаковку нарезанного батона, нарезки сыра и грудинки и пачку масла.

— Не совсем обед, конечно, но что есть, — он развёл руками.

Я достала из сумки контейнер с оладьями и поставила на стол. Дмитрий потёр руки.

— Ух ты, оладушки! Этот другое дело. Что там из них торчит?

— Яблоки, — хмуро ответила я.

Интуиция подсказывала, что задержал меня Дмитрий не к добру.

— Ещё и хозяйственная, — констатировал он. — Ну что, подумала?

Можно даже не спрашивать, о чём именно. По-моему, у меня в этот момент даже уши покраснели.

— Это исключено, — выдохнула я.

— Почему? — спокойно поинтересовался Дмитрий.

— Потому что я — не проститутка, — отрезала я.

— Вер, так для такого дела шалава, голосующая на трассе, и не подойдёт, — спокойно ответил он. — Нужна не только красивая, а ещё и умная и порядочная девушка. По крайней мере, на вид порядочная. С нормальной литературной речью и желательно — соображающая, в какой сфере работает Геныч. Ещё причины для отказа есть?

— Есть, конечно. Он же не в курсе твоей затеи!

Дмитрий с удовольствием дожевал второй оладушек.

— Уже в курсе, Геныч сейчас сюда приедет. Я сказал, что ты не против обсудить условия.

Больше всего мне хотелось надеть контейнер с оладьями работодателю на голову. Представляю, что обо мне сейчас думает Гена. Как теперь доказать ему, что та ночь была случайностью?

— Я же сразу сказала — нет, — напомнила я.

— Тебе жалко, что ли? — Дмитрий широко улыбнулся. — Разыграешь спектакль на два-три дня, морально поддержишь своего научного руководителя.

— Только морально? — кисло уточнила я.

Аппетит полностью пропал, я жевала бутерброд с грудинкой, почти не чувствуя вкуса. Дмитрий с удовольствием лопал один оладик за другим, запивая их растворимым кофе из огромной чашки.

— В деталях вы как-нибудь сами разберётесь, без меня, — заявил он. — Думаю, договоритесь до чего-то путного. Генка тебе нравится, ты ему тоже…

Я чуть не поперхнулась бутербродом и уставилась на Дмитрия разъяренным взглядом. Хотя он-то тут почти не причём. Помнится, несколько раз меня спрашивал в ту ночь, точно ли сама согласилась, и я подтверждала. Откуда Дмитрию было узнать, что сделка не совсем честная? Главные виновники в нашей ситуации — Миша с Премудрой, они остались в стороне, а я теперь должна расхлебывать последствия.

— Почему ты решил, что мы друг другу нравимся? — выдохнула я.

К встрече с Геной я была совсем не готова — ни морально, ни физически. Он сейчас явится в полной уверенности, что я готова уехать с ним на пару дней. А я тут в растрепанных чувствах, не накрашенная, в рабочем костюме, с распаренной от жары физиономией, да ещё и панамка эта дурацкая!

Я раздражённо стянула с себя панаму и сунула в сумку.

— А то я не видел, как вы вчера друг на друга смотрели, — Дмитрий фыркнул. — Я себя прям лишним почувствовал. Мадина тоже заметила, кстати, хотя она не в курсе, что вы с Генычем до этого были знакомы, и достаточно близко. Она вчера сказала, что роман между преподом и студенткой точно будет. Только сомневалась, начнётся он летом или осенью.

Услышав имя Мадины, я словно снова обрела почву под ногами. Дмитрий может надумывать всё, что угодно, но ведь он сам говорил, что ему срочно нужна помощница, чтобы его беременная жена не перенапрягалась с работой.

— А как к этому отнесется Мадина? — я нервно улыбнулась. — Только я устроилась на работу и сразу куда-то уехала, да ещё и с малознакомым мужчиной. Что она обо мне подумает?

— Я с ней уже поговорил, — жизнерадостно заявил Дмитрий. — Дина настоятельно советовала не лезть к тебе с неприличными предложениями и не торопить события, но против она не будет. Тем более, что она прекрасно относится к Генке и недолюбливает его бывшую. Так что, договорились?

— Нет, — несчастным голосом ответила я.

— Интересно все-таки, зачем ты в ту ночь согласилась на сделку? — пробормотал Дмитрий под нос тихо, но отчётливо.

Я сделала вид, что не услышала.

Гена приехал, когда мы собирались встать из-за древнего стола. У меня дыхание сбилось, когда он вошёл в домик. Прав Дмитрий или ошибся? Нравлюсь я Гене или нет? Чисто физиологически нравлюсь, иначе он не предлагал бы постоянные встречи и материальную поддержку. А вот как он относится ко мне просто по-человечески — это большой вопрос. Разговаривал он вчера со мной так, что от некоторых фраз до сих пор обидно. Не уверена, что Гена вообще воспринимает меня как человека.

— Привет, — он уселся за стол. — Чем тут кормят?

— Чем кормили, того нет, — весело отозвался Дмитрий. — Вера оладьи брала с собой. С яблоками. Хорошо готовит, между прочим.

— Все сожрал? — Гена хмыкнул.

— Грудинка есть, — предложил Дмитрий. — Хотя ты уже на колбасу и грудинку смотреть не можешь. Вер, возьми шефство над научруком, покорми его домашними обедами. А то отощает, ослабеет…

— Уймись, — бросил Гена. — Это уже не смешно.

— Конечно не смешно, — согласился его братец. — Голодный мужик — это не смешно, это страшно для окружающих. Ну что, возьмёшь девушку с собой для приятной компании?

— А девушка согласна?

Спрашивал Гена вроде у Дмитрия, но смотрел при этом на меня — внимательно, испытующе, с сомнением.

Дмитрий молчал. Это и понятно, ответить должна я, только понять бы, что именно лучше сказать. В другой ситуации я согласилась бы, не раздумывая, но здесь речь идёт не о серьёзном романе. Кем я буду себя чувствовать, если поеду? Да и Гена окончательно уверится в том, что я — девочка по вызову.

— А очень нужно? — наконец спросила я.

— Мне — нет, тебе, видимо, тоже, — Гена повернулся к брату. — Димыч, давай ты будешь заниматься своими делами и перестанешь лезть в мои.

— Вот как раз сейчас и займусь, — пообещал неунывающий Дмитрий. — Пойду Мадине отчитаюсь. А ты пока подумай хорошо. Хочешь приехать на развод один и полюбоваться на Светку с её новым увлечением? Переночуешь с ними в одной квартире, переругаетесь, набьешь пацану морду, если напросится… Действительно, зачем тебе кто-то для компании? — он хмыкнул. — Там и так не будет скучно.

— Ночевать там я не собираюсь, — отрезал Гена.

— Ещё лучше! — подхватил Дмитрий. — Пять часов на машине туда, дальше в суд, потом быстренько собираешь вещички, при этом слушаешь всё, что Светлана свет-Витальевна хочет сказать напоследок, если очень повезёт — сцепишься с пацаном, а потом ещё пять часов несёшься назад усталый и злой, не доделав там свои дела. Потом ещё раз смотаешься, у тебя же времени много. Да, с собой тебе реально брать никого не надо, экстрим так экстрим, на полную катушку. Нет чтобы приехать спокойно на несколько дней с симпатичной барышней, решить вопрос с судом, выписаться из квартиры и забрать все, что тебе нужно, раз уж ты благородно решил не делить жилье. Правильно, Геныч, это было бы совсем неинтересно.

— А ты не заметил, что Вера не хочет никуда ехать? — с иронией в голосе спросил Гена.

— Я… могу поехать, — слова вырвались неожиданно, и я прикусила язык, пытаясь понять, как могла это сказануть. — Ну, если действительно надо, — торопливо добавила я.

— Надо, золотко, надо, — оживился Дмитрий. — Поболтаете там про клопа, посмотришь красивый город. Купальник не забудь, Геныч тебя на пляж сводит. И главное, взгляд отрепетируй — обожающий и преданный.

— Ты собирался позвонить Мадине, — перебил его Гена.

Я хмуро глядела вслед бритоголовому весельчаку. Как я дала втянуть себя в эту историю? На Гену старалась не смотреть, но и так чувствовала его присутствие всем телом. От него как будто исходили волны тепла. Горячая рука легла на мою ладонь и слегка сжала пальцы. Я вздрогнула.

— И почему ты согласилась? — поинтересовался Гена.

— Не нужно было? — хрипло спросила я.

— Я бы не отказался взять с собой хорошенькую девочку, — он пожал плечами. — И так действительно было бы удобнее. Только хотелось бы для начала услышать твои условия. Сделка есть сделка.

У меня внутри все оборвалась. Сделка, значит. Логично, если меня считают проституткой. Только обидно до ужаса.

— Я просто хотела вас выручить, — тихо сказала я.

— То есть у тебя никаких условий нет? — он скептически кашлянул.

— Не знаю, я об этом ещё не думала, — я кое-как справилась с волнением. — Дима мне сказал утром, я отказалась. А сейчас подумала, что можно и поехать…

— Ну раз можно, значит, поедем, — Гена улыбнулся так, что у меня потеплело на душе. — Надумаешь ещё что-нибудь хорошее — скажешь. А там, может, и о материальной поддержке договоримся.

— Геннадий Николаевич, я уже говорила, та ночь — случайность, — я попыталась отобрать у него свою руку. Не получилось, и это радовало. — Я не зарабатываю… таким способом.

— Гена и на ты, — поправил он. — Раз мы поедем вместе, будет странно, если ты начнёшь мне выкать. Иди-ка сюда, — он притянул меня к себе на колени.

По моему телу прошла лёгкая дрожь. Как же мне хотелось прикасаться к этому мужчине, быть к нему как можно ближе. Если бы он только не принимал меня за девушку по вызову! Гена одной рукой обнял меня за талию, второй коснулся моих волос, щеки. Его губы коснулись моих сначала нежно, потом настойчиво. Его язык ласкал мои губы, заскальзывал в рот, касался нёба, и в какой-то момент я поняла, что отвечаю на поцелуй, что дыхание сбивается, а мои руки ласкают плечи и грудь мужчины.

— Горячая, — с улыбкой выдохнул Гена.