Глава 14.

Тангрия. Осень. 3200 год.

Уже три месяца прошло со дня разрыва нашей с Крисом помолвки. Он до сих пор не вернулся домой. Только прислал родителям короткое письмо, что с ним все хорошо. А где он находился, никто не знал. Графиня Тубертон теперь не улыбалась при встрече со мной. В ее грустных прекрасных глазах стоял невысказанный вопрос. Но я не могла и не хотела на него отвечать. Граф Тубертон тоже иногда задумчиво и недоумённо посматривал на меня. Казалось, он хочет что-то понять для себя и не может. Я же старалась как можно реже сталкиваться с ними. Они тоже стали гораздо реже приезжать в гости к моим родителям

Однажды я приехала на Золотко к Джейсону в поместье Тубертонов, не дожидаясь от него записки о свидании, как обычно. Слуги сказали, что он разговаривает в библиотеке с графиней, своей матерью.

Я поднималась по широкой лестнице, невольно вспоминая, как часто в детстве я бегала по этим ступенькам с Джейсоном, а потом как я по ним поднималась в библиотеку к Кристофу, своему прежнему жениху, где заставала того разбирающимся с семейными документами и с неизменной счастливой тёплой улыбкой на губах при виде меня. Кристоф…Я вновь по привычке отбросила "ненужные" мысли. Нет, не хочу о нем думать. Слишком больно.

Я подходила к огромной двери библиотеки, еще издалека я увидела, что дверь была немного приоткрыта. Я уже хотела вежливо постучать для вида и войти, как вдруг я услышала возмущенный гневный голос графини Тубертон и остановилась. Она никогда раньше не кричала на Джейсона и мне стало неудобно от того, что она поймет, что у ее гнева есть свидетель.

— Когда ты научишься держать в узде то, что у тебя в штанах, Джейсон?! Твое поведение ни в какие рамки уже не укладывается! Ты позоришь высокородных девушек!

Я вспыхнула и замерла в панике. Пресветлая Богиня! Они все же узнали о нас с ним, о наших интимных отношениях, какой ужас и стыд! Мы так прятались ото всех. Я так не хотела, чтобы кто-то пока знал, а графиня все знает.

— Почему ты не можешь хотя бы предохраняться! — злобно шипела графиня. Я никогда не слышала, чтобы она так злилась. — Ведешь себя как кобель, так хоть элементарные меры предпринимай…Ты совсем ничего не знаешь о них?! Тебе провести лекцию?!

— Мама, не говори бред и позволь мне самому разобраться, — тихий раздраженный голос Джейсона.

— Самому?! — взвизгнула графиня.- Будь добр тогда, САМ возьми семейное фамильное кольцо, отправляйся к Элеоноре Тамилтон и сделай ей предложение!

Я вздрогнула от неожиданности.

«При чем здесь Элеонора?» — недоуменно подумала я, а в сердце беспокойно кольнуло.

— С какой стати? — недовольный голос Джейсона.

— С такой, что эта девушка беременна от тебя!

Тишина в библиотеке…Я пошатнулась и схватилась за ручку двери, чтобы удержаться. Дверь дернулась, но в библиотеке, видимо, совсем не обратили на это внимание.

— С чего ты взяла мама? — потрясённый голос Джейсона.

— Я встречалась вчера с Элеонорой и ее матерью, баронессой Тамилтон, по их просьбе, и у нас был очень неприятный приватный разговор, — холодно ответила графиня. — Элеонора Тамилтон беременна от тебя и срок у нее уже месяц. Месяц, Джейсон! И она говорит, что ты игнорируешь ее и избегаешь, не хочешь с ней даже поговорить об этом!

В ужасе я отшатнулась от двери.

— Или ты хочешь сказать, что она ждет не твоего ребенка? — гневный вопрос графини.

Молчание.

— Джейсон, по срокам это может быть твой ребенок? — устало спросила графиня.

— Может быть, — нехотя признался Джейсон. — Но, может быть, и не мой. Откуда я знаю? Сейчас она с Аланом Бродли крутится.

— Значит, я это узнаю, — жёстко ответила графиня. — В наше время, слава Пресветлой, это сделать достаточно легко. Я надену на нее фамильное кольцо Тубертонов, и если камень потемнеет, то ребенок твой, Джейсон, и тебе придется жениться на лере Элеоноре Тамилтон!

— Сначала проверь, мама, — холодно ответил Джейсон. — А потом поговорим.

— Проклятье, Джейсон! Если ты не собирался жениться, ты не мог предпринять элементарные меры для этого?! — вновь взвилась графиня.

— Мама! Замолчи! Я сам разберусь!

«Месяц — срок?! Но мы с Джейсоном уже почти три месяца вместе, хоть об этом никто и не знает. Это какая-то ошибка. Он говорил, что был только со мной, думает только обо мне».

Тут дверь библиотеки широко распахнулась, и на пороге показался раздраженный и недовольный Джейсон. Он ошеломленно уставился на меня. А я просто попятилась от него. Шок, растерянность, неверие, паника. Чувства сменяли друг друга, видимо, отражаясь на моем лице, потому что Джейсон побледнел и испугался.

— Лори? — растерялся он. — Демоны Пресветлой, что ты здесь делаешь?!! Лори, ты все слышала? — он бросился ко мне. — Ты все не так поняла!

Я продолжала пятиться от него к лестнице. Очень трудно было все не так понять.

Вслед за Джейсоном в дверях библиотеки появилась графиня Тубертон. Как всегда, элегантная и очень красивая, но сейчас ещё и жутко недовольная.

— Лори? — она была очень раздражена.

После того, как мы с Крисом разорвали помолвку без объяснения причин, она и так не любила мои приезды, а сейчас разговор с сыном совсем накалил ее.

— Что случилось? Зачем ты приехала? — холодно спросила она.

Потом она внимательно посмотрела на мое лицо и, видимо, поняла, что я все слышала. Она как-то странно усмехнулась своим мыслям.

— Представляешь, Джейсона, наконец-то, похоже, поймали в брачные силки. Элеонора Тамилтон ждет от него ребенка, — она болезненно скривилась. — Слава Пресветлой, она красавица и из достойной семьи, с таким же успехом его могла подцепить какая- нибудь деревенская доярка.

— Мама! Замолчи! — прошипел Джейсон злобно, обернувшись на нее.

Я же повернулась и бросилась бежать по коридору, потом вниз по лестнице, прочь из этого дома, от Джейсона, от ужасной правды.

Джейсон поймал меня уже на улице, возле Золотко, схватил за руку, развернул меня.

— Как же так? — прошептала я потрясённо, вглядываясь в его мрачные глаза. — Как ты мог?

— Лори, это была ошибка, — он скривился. — Я летом на практику перед учебой уехал на неделю, помнишь? Элеонора тоже была там. Мы же в одной группе. Приехала, сказала, что соскучилась, крутилась вокруг. Не знаю, как так получилось… это было один раз…Лори, прости меня…выслушай.

— У тебя так здорово получилось, что скоро будет маленький Тубертон, — истерично прошептала я.

— Еще не ясно, Лори. Уверен, что Эль все придумала лишь бы женить меня на себе. Она же до сих пор влюблена в меня как кошка.

Он вцепился в меня мертвой хваткой, делая больно, в отчаяньи заглядывая мне в глаза. Графиня Тубертон вышла на ступени дома вслед за нами и с интересом наблюдала за нашим разговором.

— Отпусти меня, на нас смотрят, Джейсон, — тихо проговорила я, трясясь от еле сдерживаемой злости.

— Очень интересно, — задумчиво протянула графиня Тубертон. — Продолжайте. Наконец-то, мне становится все понятно… Бедный Кристоф, — она поджала губы, глаза стали ещё более холодными и колючими. Она прожигала ими меня.

Я вспыхнула от стыда при ее словах.

— Лори, если нет никакого ребенка, ты простишь меня? — тихо спросил Джейс. — Я не смогу без тебя… я больше не смогу без тебя…Я прошу, не принимай скоропалительных решений… я женюсь на тебе и немедленно… Мы больше не будем откладывать.

— Даже так… — задумчиво протянула графиня. — Пресветлая мне свидетель, мой сын так наивен. Герцог и его советник шкуру с тебя живьём снимут, сын, если ты не женишься на Эль.

— Мама, уйди, — огрызнулся Джейсон. Но она не ушла. Стояла, продолжая наблюдать за нами.

— А если будет ребенок, Джейсон? Что мне делать тогда? Что ты тогда собираешься делать? — тихо спросила я.

Он промолчал, его умоляющие глаза потускнели, рука, до этого крепко удерживающая меня, безвольно опустилась. Он смотрел в мои глаза и бездна отчаяния была в них. Я все поняла. Если Элеонора беременна, он женится на ней. Другого выхода не было.

— Что же ты наделал, Джейсон? — обвинительно прошептала я.

Я отвернулась к Золотко, вскочила на нее и пустила ее в галоп.

— Лорианна! — услышала я его отчаянное восклицание. — Дай мне время!

«…Как гулял, так и будет гулять. И потасканным возвращаться к тебе» — стучало в висках. Злые слезы жгли глаза, я не видела, куда я лечу. Хорошо, что Золотко уже прекрасно ориентировалась в местности, знала дорогу домой.

"Как гулял, так и будет гулять…Как гулял, так и будет гулять…"- продолжало стучать в висках.

— Что же ты наделал Джейсон? Что же ты наделал… — шептала я сама себе.

Я повернула Золотко с дороги домой к Ледяному озеру. Я не могла в таком состоянии вернуться домой, мне надо было успокоиться.

Стоял конец сентября, лес был безумно красивый и радостный, листья уже меняли свою окраску с зеленых на разноцветные. Птицы заливисто пели, а небо было чистое и безоблачное. Но я мчалась на Золотко и не замечала красоту леса и природы вокруг.

Потом я долго купалась в озере, плавая бесконечно долго, пока руки и ноги почти не онемели от холода. Температура воды была всего шестнадцать градусов и привела меня в чувство.

После я долго лежала на земле и смотрела на проплывающие надо мной облака, на чистое небо и на разноцветные листья у меня над головой. Голова была ясная, мысли четкие.

Все правильно. Так и должно было быть. Я предала. И предали меня. Всем воздается по заслугам. Винить я должна только себя и больше никого…в том, что мое сердце снова разбито вдребезги.

***

Я не видела Джейсона несколько дней. Я не хотела и не могла его видеть. В академию я специально не ездила, пропускала занятия, а когда он пришел ко мне домой, то я сказалась больной и категорически отказалась его видеть. Мои родители ничего не понимали и начали что-то подозревать. Но в тот момент мне было наплевать на это.

Его предательство все же потрясло меня. Не важно, беременна Элеонора или нет. Но он спал с ней, он изменил мне. Он предал меня.

Пусть я и успокаивала себя тем, что это закон мироздания, но от этого легче не становилось.

***

Однажды ночью я проснулась от жадных поцелуев. Джейсон был в моей комнате. На мое сопротивление не обратил внимание. Распластал меня на кровати и исступленно целовал меня и ласкал, пока я покорно сама не сдалась ему, презирая себя, безумно злясь на себя и на него.

Он пришел, значит Эль не была беременна. Он пришел просить прощения. И меня охватило огромное облегчение.

Но я глубоко заблуждалась.

— Лори, Элеонора действительно ждёт ребёнка от меня, — это были первые слова Джейсона после того, как уставшие мы затихли в объятиях друг друга.

Я застыла в его крепких объятиях. Хотела вырваться, но он не пустил, ещё крепче сжав кольцо рук.

— Я разговаривал с их покровителем… с герцогом Зарданским… он угрожает, что пустит по миру всю нашу семью, если я не женюсь на Эль, — глухо произнес Джейсон.

Он осторожно взял меня за подбородок и повернул мое лицо к себе. Его глаза были очень серьёзны. Мои же горели от бешенства.

— Мне придётся жениться на Эль, Лорианна. Но не только из- за угроз герцога, а потому что я не могу позволить, чтобы мой ребёнок родился незаконнорождённым. И Эль не должна одна отвечать за наше легкомыслие.

Я молча смотрела на него и не понимала одного:

— Зачем ты сейчас пришёл ко мне?

— Потому что я безумно соскучился по тебе и потому что я в дикой ярости и растерянностям от всей этой ситуации и мне нужно прийти в себя, чтобы никого не убить, Лори… — он выглядел и правда таким, как описывал, но…

— Убирайся!

— Даже не думай, что что-то изменится… — хмуро произнес он.

— Ты с ума сошёл, — потрясенно уставилась я на него. — Ты женишься на Эль, а я…?

— Я люблю тебя, — он упрямо смотрел на меня. — Я не смогу отказаться от тебя. Теперь уже не смогу, — он уткнулся в мои волосы и спрятал лицо. — Прости меня… прости… я все испортил… я такой идиот… Лори, ты можешь верить мне, можешь не верить, но я помню только, как Эль пришла ко мне… а потом утром мы проснулись в одной постели. Больше я не помню ничего… А теперь она беременна… Ты веришь мне? — все это он пробормотал мне в волосы и, наконец, поднял виноватое лицо.

Я не верила. И он видел это в моих глазах.

— Я уже не смогу без тебя..- обреченно прошептал Джейсон.

— Это… — зло начала я, задохнувшись от перепонявшего меня возмущения.

— Это безнравственно, неприлично, эгоистично, — хмуро закончил за меня Джейс. — Что ещё? Я со всем согласен заранее, Лори. Я все это знаю… но мне… — он запнулся, — просто запомни, что ты моя и все. Мы не сможем пожениться, но я никому тебя теперь не отдам…

Я молча изумленно уставилась на него.

— Лори, я все решил: ты отучишься и станешь магиней. Магини во всем мире живут по своим кодексам чести, Лори. Мораль изобретена для невинных лерин и лер. Я куплю тебе дом, нам дом, и мы будем в нем жить. Вместе. Мы станем официальной парой. Ты же знаешь, сплошь и рядом аристократы так живут.

— Этого не будет, Джейсон, — возразила я, полная возмущения. — Никогда! Я не буду твоей любовницей! Забудь обо мне.

— Теперь это невозможно, Лори, — улыбнулся он мне снисходительно. — Ты будешь всегда со мной. Вопреки всем твоим возражениям и моральным принципам.

И он исчез, ловко забравшись на подоконник и спрыгнув вниз, оставив меня в абсолютно расстроенных чувствах. Моральные принципы… разве они остались у меня?

Тангрия. Война. Весна 3201 года.

Первоочередной задачей группы "зеленые лучи" было проложить «Зеленую дорогу» через огромные столетние леса поместий рода Тубертонов и рода Стенфилдов, которые находились с запада города- крепости Зардана и которые мы с Кристофом и Джейсоном с детства изучили вдоль и поперек.

Дальнейшей задачей было не дать марилийским войскам до нее добраться.

Граф Тубертон на карте западной части нашего Зарданского округа начертил будущую дорогу, которая проходила через наши совместные леса, и которую маги совместными усилиями должны были проложить, используя свою магию. Дорогу надежды для всех зарданцев, для всей Тангрии, которая позволит переправлять к городу-крепости людские подкрепления и боеприпасы…

В ночь перед отбытием поднялся страшный ветер, хлопали неплотно прикрытые ставни на домах, гнулись деревья на улице. Казалось, что и крыши сейчас оторвет, до того сильно все скрипело и громыхало. Я не могла долго уснуть. Какое-то нехорошое предчувствие мучило меня. Как будто сама природа предупреждала о чем- то, кричала об опасности.

Кристоф уже давно заснул, крепко обняв меня и зарывшись, как всегда, носом мне в волосы. Он обожал мой запах. А я лежала с широко открытыми глазами и слушала завывания ветра на улице. Неспокойно было на душе, разные мысли мучили меня и не давали долго заснуть. Я все ворочалась в объятиях мужа, и сердце неспокойно билось в груди.

Страшно стало перед отъездом, как будто не дорогу уходили прокладывать для нашей армии, а на смертельный бой сразу шли.

И ещё перед глазами предстала невольно подсмотренная картина в здании мэрии, куда нас пригласили предварительно вчера, чтобы еще раз обговорить все нюансы секретного задания.

Неожиданно там появилась Элеонора, бледная и худая, и утянула Джейсона в один из коридоров. Не знаю зачем, но я словно притянутая магнитом, пошла за ними. Увидела приоткрытую дверь, услышала голоса, недовольный Джейсона и взволнованный Элеоноры. Недолгие пререкания между ними. «Зачем пришла? — Соскучилась, не вижу тебя совсем? — Война идет… — Вот и пришла, ты же уйдешь сейчас надолго…Я так люблю тебя, Джейс, так скучаю.»

А потом я увидела как Джейсон прижал жену к стене, обнял, она обняла его в ответ за крепкую шею. Словно завороженная смотрела я, как его сильная рука оттягивает за косу ее голову немного назад, как его губы накрывают ее податливые. Потом Джейсон поднял подол ее платья, оголив стройные ноги, спустив теплые чулки. Их резкие движения, сладкие стоны, бормотания.

Я замерла тогда, шокированная увиденым, не в силах пошевелиться и оторвать от них взгляд. Что же я делаю? Зачем пошла и подглядываю?

Теперь я лежала в объятиях мужа, которого полюбила, а перед глазами стояла картина, которую видела сегодня в мэрии. И мне было стыдно от своих терзаний. Но я ничего не могла с собой поделать. И виной всему был Джейсон, который все время преследовал меня своим жадным голодным взглядом, от которого у меня бывало скручивало все тело. И я ужасно злилась на себя за это, потому что это было подтверждением того, что я все еще неравнодушна к нему. Поэтому теперь так ныло в груди и не было спокойствия. Джейсона я до сих пор не выкинула из сердца, он прочно обосновался там и не хотел уходить. Так и проворочалась до утра, а утром встала, невыспавшаяся и разбитая.

На утро хмурое небо оказалось затянуто тучами, и вот-вот, казалось, хлынет ливень. И от этого, несмотря на рассвет, казалось, что еще стоит глубокая ночь на улице. Многие из нас с опаской косились на небо. Только сильного дождя нам не хватало в лесу.

Наша группа собралась в мэрии города, откуда спустились в подземный город и потайным лазом из него мы должны были выйти за стены города-крепости, чтобы разведчики марилийцев не смогли нас каким-либо образом засечь и рассекретить раньше времени.

Я стояла в мрачном сыром коридоре подземного города, ждала своей очереди войти в потайной лаз и невольно вспомнила слова старухи- видящей из Марилии:

А ведь она говорила об этом подземном городе, о котором я понятия не имела до этой секретной операции. "Город-крепость, отраженный в глубине". Подземный город был такой же огромный, как и сам город- крепость.

Первым зашел в достаточно узкий лаз граф Тубертон, командир нашей группы, затем мой отец, потом Кристоф, крепко держа меня за руку. За мной шел Джейсон, за ним Алан Бродли и дальше все остальные. Все мы были магами. Я была единственной женщиной в группе. У каждого был большой рюкзак за спиной со всем необходимым.

Вышли мы из потайного хода прямо в наш лес. Лес Стенфилдов. Когда вылезли, я, отряхнувшись от паутины и пыли, пару раз чихнув, с любопытством оглянулась. Ведь это был мой лес, родной, и хоть раз, но я должна была здесь проезжать или пробегать. И я увидела знакомую тропку, по которой не раз мы с Джейсоном и простыми ребятами пробегали, и удивилась, как ни разу в голову не пришла мысль исследовать этот холм. Ведь тогда и лаз бы мы нашли.

— Здесь стоит сильное заклинание отвода глаз, — шепнул мне Крис на ухо, видимо, разгадав мои мысли. — Мне мэр сказал. Поэтому из нас никто и никогда не обращал внимание на этот холм.

— Ничего себе, — поразилась я.

Вечером парни сидели у костра, а меня Крис попросил пойти отдыхать, поскольку мужские разговоры пошли, от которых у меня даже кончики ушей начинали краснеть. Он проводил меня до палатки и оставил, вернувшись к костру.

Хорошо, у командира хватило разума, и он быстро всех разогнал, чтобы парни не засиживались до утра за своими байками и историями.

Я уже спала, когда почувствовала, как сильные руки Криса обняли меня во сне и прижали крепко к себе. Нежные губы стали целовать меня и полусонная я развернулась лицом к Крису. Наши губы встретились, его руки проникли под рубашку, жадно прошлись вдоль тела. Я обняла его за шею.

— Ты такая тёплая, — пробормотал мой муж, — такая соблазнительная. Я с ума схожу от тебя.

— Особенно в этой «очаровательной» одежде я очень соблазнительная, — тихо и сонно рассмеялась я.

— Для меня ты в любой одежде самая желанная, — насмешливо прошептал Крис и сразу же доказал мне это со всей силой своей нежности и любви.

— Я был глупцом, когда возмущлся и не хотел брать тебя в группу, — прошептал он сонно, собственнически обнимая меня и прижимая к себе. — Для меня сплошные преимущества, — промурлыкал он мне в ухо. — С тобой так уютно, как будто мы дома. Только, прошу тебя, не лезь туда, где опасно.

— Обещаю, — прошептала я, засыпая.

****

На следующий день мы принялись за дело.

Ливень так и не начался, хотя небо по-прежнему было хмурое и ненастное. И мы молились Богине, чтобы не было дождя, чтобы мы могли быстро проделать свою работу. Но время от времени кто-нибудь из парней посматривал на небо и ворчал:

— Как бы дождь не разразился.

Мое сердце разрывалось от горя, когда приходилось вырывать столетние деревья из их родной земли, но жизни людей Зардана стоили того. Со стороны леса, которая обращена к нашей столице, уже собирались наши войска с солдатами и боеприпасами и ждали только дорогу.

Тучи, которые угрожающе нависали над нами, проплыли все же мимо. Нехотя, тяжело передвигаясь, но все же не разразились дождем. И мы облегченно выдохнули.

Мы работали и днем, и ночью, из последних сил, на пределе наших возможностей, стараясь как можно быстрее проложить «Зеленую дорогу». Иногда я засыпала от усталости, просто стоя, и тогда кто-нибудь, находившийся рядом со мной, подхватывал меня на руки и уносил спать куда-нибудь под деревья. И странно, но всегда, я ощущала сквозь сон нежный поцелуй в висок, в губы или в уголок рта. Странно, потому что не всегда Кристоф подхватывал меня на руки. И мне чудился запах Джейсона.

"Зеленая дорога" была проложена через две недели. Затем наша группа принялась за подготовку землянок по всему лесу. По "Зеленой дороге" же только за первую неделю было переброшено не менее двухсот тысяч человек и тридцати тысяч тонн снаряжения и боеприпасов. Если бы марилийцы узнали о ней сразу и смогли бы уничтожить, то нашим героям Зардана удалось бы продержаться не больше нескольких недель. Но мы, группа «Зеленые лучи», смогли обеспечить тайное продвижение наших солдат и боеприпасов из столицы в город-крепость Зардан, укрепляя наши позиции.

Наша армия сумела сосредоточить под Зарданом значительную группировку и создать некоторый перевес в численности войск. Ежедневно к городу-крепости к западным воротам направлялись сотни наших телег с солдатами и боеприпасами. Зардан упорно продолжал держаться.

Наступление марилийских войск было остановлено и на западном фронте Зардана почти полуторным превосходством в живой силе.

У нас же после проложения дороги появилась другая задача — ее охрана. Мы днем и ночью шныряли вдоль нее по обеим сторонам, углубляясь в лес, чтобы вовремя заметить опасные вражеские войска. Мы делали разные ловушки и мастерили новые землянки на случай необходимости спрятаться от врага или просто переночевать, если сон застигнет нас вдали от лагеря.

На наше счастье марилийцы не сразу поняли, что случилось и как произошло, что мы, зарданцы, получили подкрепление. Но когда поняли …выполнение нашей задачи стало очень сложным и опасным и к нам в группу в помощь дали еще людей. Уже не магов, но тех, кто умеет драться и воевать. Я уже не была единственной женщиной. Много женщин и простолюдинок, и аристократок присоединилось к нам как простые солдаты.

В одной из вылазок по охране дороги на нас напал превосходящий в силе отряд марилийцев и Кристофа тяжело ранили в грудь. Мы отбились. Но тогда я очень испугалась и рыдала над мужем, а он лежал с бледным лицом и запавшими глазами. Командование нашим небольшим отрядом принял на себя лер Джонатан Монстон, правая рука и друг Кристофа, а Кристофа отправили в Зардан. Ранее туда уже уехали отец Кристофа, который передал ему командование группой "зеленые лучи", и мой отец.

Меня никто не отпустил с ним, потому что марилийцы постоянно портили дорогу, заваливая столетними деревьями проезжую часть, взрывая дорогу и устраивая другие различные диверсии. Работы было очень много и каждые руки мага на счету. Особенно магов земли.

И я осталась в отряде, работая, не покладая рук, и безумно волнуясь и переживая за мужа. Одно меня успокаивало. Рана Кристофа была не смертельная, и ему первую помощь оказал маг-целитель нашего отряда.