Глава 11

Когда серая полоса асфальта в последний раз лизнула небо и проросла высотками, я удивленно заморгала:

— Неужели мы уже приехали?

Машина завернула на парковку, вместо ответа пискнул пропуск.

Офисное здание, в котором располагалась штаб-квартира алмазодобывающей корпорации, было огромным, кажется, целиком состоящим из стекла и стали. Первые два десятка этажей были обычными, а вот на вершине располагалась необычная конструкция в форме бриллианта. И, кажется, я даже окна в ней разглядела.

— Там тоже офисы? — удивленно спросила я, кивая наверх.

— Как раз туда тебе и надо, — вздохнула Алиса. Прежний ее запал куда-то улетучился, видимо, за время дороги она не раз успела усомниться в своем решении. — Сорок пятый этаж. Совет директоров назначен на три часа. Так что у тебя есть двадцать минут, чтобы подняться.

— А ты со мной не пойдешь?

— Меня не пустят. А про тебя, хоть ты и не вступила официально в права наследования — уже все знают, — она замялась, словно сама была не до конца уверена в своих словах. — Так что шансов больше. Просто не дай Георгу занять кресло председателя. Любой, кто угодно — только не он.

— Хм…

Сделав глубокий вдох, я наконец развернулась и, пройдя вдоль парковки, оказалась прямо у огромного крыльца с вращающимися дверьми в форме неогранённого алмаза.

В другое бы время, пожалуй, на одних только этих дверях я зависла минут бы на десять-пятнадцать, рассматривая, пройдясь пару раз туда и обратно. Но комплименты архитекторам и дизайнерам этого места пришлось оставить на потом. Почти бегом преодолев их, сразу же направилась к лифтам.

Внутри оказалось полно народу, все куда-то суетились, спешили. Да я и сама торопилась. Республика знает, сколько времени у меня уйдет на то, чтобы найти нужный зал!

Поэтому мне было не до того, чтобы обращать внимание на косые и сальные взгляды, вызванные моим внешним видом.

Лифт пришлось ждать преступно долго. По крайней мере, мне казалось, что время тянется как жевательная резинка после морозилки.

И даже внутреннее убранство кабины — которая оказалась таким же точно продолжением общей линии дизайна здания, как и все остальное, с кнопками в виде драгоценных камней — не смогло меня хоть сколько-то отвлечь и успокоить.

«Вот ворвусь на заседание в лучшем духе мыльных опер. Как когда какой-нибудь герой врывается, чтобы остановить свадьбу возлюбленной. Закричу: «Я протестую!..»

Но моим мечтам про «ворваться и закричать» — не суждено было сбыться. Охрана на этаже просто не захотела меня пускать.

Два здоровенных амбала, один лысый, второй усатый, стоящие около длинного коридора, ведущего в кабинеты, загородили мне проход.

— Предъявите документы, — пробасил лысый.

— Да, да, сейчас… — я торопливо принялась искать в сумочке удостоверение личности, которое догадалась взять с собой в последний момент. Это не был настоящий паспорт — настоящие паспорта отбирали у девушек сразу, как они попадали в академию. Просто пластик с фото, именем, датой рождения и желтым цветом в графе «Статус», обозначающим, что я могу быть совместима с оборотнями.

— Это что? — скривил нос усатый. Видимо, до этого с «невестами» он прежде не сталкивался.

— Удостоверение… — попыталась объяснить я.

— Крошка, ты думаешь, мы тут паспорта ни разу не видели? — презрительно фыркнул лысый. — Да даже с паспортом, если фамилии нет в списке, а твоей нет, нужен пропуск.

Я крепко сжала кулаки и постаралась выдавить из себя самую гаденькую улыбочку, на которую только была способна:

— На моем удостоверении главное не моя фамилия, а то, что сзади написано.

Лысый подозрительно прищурился, но все же послушался и перевернул пластик:

— Выдано Главным управлением хозяйственных академий западного округа… — он вытащил из кармана платочек и потер макушку. Затем придвинулся к коллеге и негромко спросил: — Это она, что ли, из этих… из покупных?

— Ты чья будешь? — хмуро уточнил у меня усатый.

Вот теперь можно было поставить шах и мат этим братьям по разуму, но мне не дали. Позади раздался громкий восторженный голос:

— Даниила. Какая неожиданная встреча! — из лифта вышел Георгий Ибусов собственной персоной, а вместе с ним еще нескольких незнакомых мужчин. — Но приятная, должен сказать, во всех отношениях.

Мужчины прошли вперед мимо охраны без малейшей остановки, разве что кинули на меня и мое декольте пару сальных взглядов. А вот Георг встал рядом, подхватывая мою руку и манерно прижимаясь к ней губами.

— По какому поводу забрались так высоко, моя дорогая?

— Господин Ибусов! Эта девушка пыталась проникнуть на этаж, — тут же нажаловался на меня охранник.

— О, как интересно, — усмехнулся оборотень. — И, как я понимаю, вы ее не пустили?

— Нет, конечно. У нее из документов одна сомнительная бумажка, которую она, может, сама себе распечатала, — усатый горделиво пригладил свою поросль на лице.

— Вообще-то, — я сердито вырвала из рук охранника свое удостоверение, убирая его на место, — начальство надо знать в лицо.

— Эм… Господин Ибусов, о чем это она?

— Наверное, о том, что этаж, на который вы ее не пустили, принадлежит ей. Как, впрочем, и все это здание. Это беременная невеста Азария Хардова, — он явно потешался, говоря это. — И да, она права. Начальство надо знать в лицо.

— В следующий раз приду — чтобы тут висели мои портреты! — ляпнула я скорее от обиды и наконец прошла внутрь коридора.

Коридор алмазодобывающей корпорации представлял собой очередное произведение искусства. Я понятия не имела, кто разрабатывал дизайн этого помещения, но у него явно было чему поучиться. Это было нечто на стыке высоких технологий и роскоши королей прошлого, при этом без перебора и скатывания в вульгарную пошлость.

Я замедлила на мгновение шаг, разглядывая замысловатый узор на стеновых панелях.

И это было моей ошибкой. Едва два мы с Георгом скрылись из поля зрения охранников, как он втолкнул меня в пыльную кладовку с рядами стеллажей.

— Что-то случилось? — он закрыл за собой дверь и пристально посмотрел на меня.

— Тут разве нет камер? А то мало ли кто увидит, как ты чужую невесту в кладовку затащил… — я понятия не имела, как себя с ним вести.

Я пыталась взвесить всё для себя, понять его поступки. На одной чаше весов было все то, что я о нем слышала, что рассказала сегодня Алиса. На другой — один-единственный вечер, когда он пришел ко мне, горюя о потере брата. Впрочем, и в тот раз он, кажется, больше волновался не за брата, а расспрашивал о том, не передал ли мне чего Азар.

Меня вдруг словно молнией прострелило. Может быть, речь шла о той вещице, которую Георг сунул Азару в карман в момент их драки?

И вдогонку пришло еще более шокирующее открытие. Не ее ли теперь он ищет на дне реки вместе с целой командой водолазов?

Все это вспыхнуло в голове красным цветом. Да ему плевать на то, что с Азаром! Он беспокоится, чтобы полиция или кто другой не нашли эту вещь раньше него. И все его слова про то, чтобы не слушать, что он говорит на людях… Лучше вообще не слушать, что говорит этот оборотень. И не доверять ему.

— Чужую невесту в кладовку?.. — он недобро усмехнулся. — Тебе кто-то наплел про меня и Аниту?

— Так ты сам рассказал, что спал с истиной парой Азара, — я пожала плечами, надеясь проскользнуть мимо него к двери. Но не тут-то было, оборотень выставил вперед руку, перекрывая проход.

— Да? — он сделал вид, что задумался. — Я не помню. Иногда вхожу в раж и явно болтаю лишнего. Как уже сказал — не стоит слушать то, что я говорю на людях. Но если тебя успокоит, на том месте в коридоре — слепое пятно между двух камер, так что эту дверь не видно.

Желтые глаза оборотня неотрывно следили за каждым моим движением.

«Просто заболтать его, раз он такой приставучий. И мы оба пропустим заседание? Если Ибусов не будет присутствовать, может быть, его и не выберут?» — на ходу придумывала я.

Но Георг мельком глянул на тяжелые наручные часы и разбил все мои коварные планы небрежной фразой:

— У тебя семь минут, чтобы рассказать, зачем ты здесь. А потом мне нужно на совет директоров.

Если я чему-то и научилась в хозяйственной академии, так это тому, что в непонятной ситуации, где сила явно не твоей стороне, лучше всего прикинуться дурой и говорить при этом не ложь, а полуправду.

— Алиса, — выпалила я. — Она заставила меня сюда прийти. Говорит, что компания — это наследие Азара, и она достанется в будущем моему ребенку. Просила прийти на совет директоров, все внимательно слушать. Запоминать. И потом рассказать ей…

Судя по тому, как хмурился Георг, мой рассказ был не слишком правдоподобен, а потому наугад добавила от себя:

— Она еще что-то про деньги говорила… — в конце концов, все всегда упирается в деньги, разве не так?

Упоминание денег решило дело. Георг фыркнул и закатил глаза:

— Маленькая лиса боится, что я ее без содержания оставлю? Вот же… — мужчина махнул рукой. — Ладно, что уж с тобой делать. Возможно, даже хорошо, что ты здесь. Сегодня будет голосование за место нового председателя. Я протащу тебя на кресло Азара. Официально ты тут пока никто, но, если поторопимся, попрошу секретаршу подмахнуть пару документов, состряпаем задним числом доверенность, и будешь голосовать вместо своего жениха. Отдашь свой голос за меня, поняла?

Я медленно кивнула.

— А мы успеем?

— У нас еще целых четыре минуты. Уйма времени, — Георг убрал руку, пропуская меня наконец к выходу из кладовки.

Но когда я проходила мимо него, ухватил меня за предплечье и притянул к себе. Сцена, которую я навоображала, пока ехала в машине с Алисой, вдруг стала реальностью.

Я стояла спиной к мужчине, а тот, удерживая меня, зашептал прямо на ухо:

— Ситуация может обостриться в любой момент, особенно если кое-что важное попадет не в те руки, — его горячее дыхание щекотало мочку уха. Меж лопатками неприятно свербело от близости чужого мне оборотня. — Подумай. Возможно… тебе будет безопаснее всего заключить помолвку со мной. Учитывая мою репутацию, вопросов это не вызовет. Пошумят, поскандалят, и только-то. Но это спасет тебя от многих проблем.

— Спасибо, — искушение наступить ему каблуком на носок ботинок было неимоверно велико, и если бы мне не нужна была его помощь, чтобы попасть на совет директоров, то наверняка так бы и сделала. — Хотелось бы обсудить ваше предложение подробнее, но, кажется, у нас осталось три минуты.

— Просто держи в голове такую возможность, — с этим словами он выпустил меня из рук. Двигаясь невероятно быстро и плавно, мужчина буквально перетек за дверь кладовки. — Никого, выходи быстрее.

И снова я попала в удивительной красоты коридор. Следуя за Ибусовым, миновала несколько кабинетов. То тут, то там встречались оборотни в деловых костюмах. Было и несколько обычных людей, по крайней мере, глаза их были не желтыми.

Что люди, что нет — все они почтительно здоровались с Георгом, но каждый раз мне слышался легкий оттенок неприязни. Со мной не здоровался никто, и, кажется, в присутствии кузена Азара они даже смотреть лишний раз опасались на его спутницу.

…Доверенность действительно сделали быстро.

Секретарша оказалась тучной женщиной в розовой рубашке с пуговичками в виде бриллиантов, которые едва сходились на груди и грозили в любой момент лопнуть, разлетевшись в разные стороны. Она единственная, кто, увидев Георга, радостно заулыбался и искренне его поприветствовал.

— Одну минутку, Георгий Гаярович, только войду в программу…

Не задав ни единого вопроса, она тут же принялась делать нужные документы.

— Какой же там пароль… программисты каждую неделю новый ставят, — пожаловалась женщина, обиженно надувая губы.

— Ох уж эти пароли, — улыбаясь, картинно вздохнул Ибусов. — Сейчас куда ни зайди, везде нужны пароли, корпоративная почта, рабочий компьютер, домашний компьютер, куча разных программ, соцсети, аккаунт для музыки, фильмов… и везде эти дурацкие пароли, — он сверкнул глазами. — Согласен. Это бесит!

— Оу… — секретарша явно такой тирады от оборотня не ожидала, — А я уже все. Вот ваша доверенность. Нужно только, чтоб девушка подписала.

— А откуда вы подпись Азара взяли? — удивилась я.

— У меня куча пустых бланков с готовыми подписями от него на случай проверок и форс-мажоров, — бесхитростно призналась она.

Я бегло просмотрела документ — вроде бы все было в порядке.

— Все уже собрались. Можете проходить, — указала на дверь за своей спиной женщина.

Георгий галантно выставил вперед локоть, предлагая мне за него ухватиться, но я качнула головой и прошла вперед, входя в зал одна.

В последний момент оглянулась — секретарша, гордо выпятив вперед свою необъятную грудь, посылала воздушный поцелуй Ибусову.

Зал совещаний, несмотря на общую стилистику здания — был самым обычным. Видимо, для того чтобы ничто не отвлекало важных оборотней от чтения и обсуждения важных договоров.

Разве что стена слева была полностью стеклянной и представляла собой одно большое окно, из которого открывался восхитительный вид на город.

Но любоваться красотами было некогда. Стоило оказаться внутри, как на меня тут же уставились одиннадцать пар глаз.

Почти все присутствующие были оборотнями. Лишь один молодой парень, единственный, кто стоял, — оказался человеком.

— Даниила! Что вы тут делаете? — первым заговорил дядюшка Альберт, привставая со своего места. Удивленным при этом он не выглядел. Скорее наоборот, будто обрадовался мне.

— Забавная ситуация, господа, — Ибусов жестом фокусника вытащил из большой черной папки, невесть как взявшейся у него в руках, свежераспечатанную доверенность. — Оказалось, что Азар еще до… пропажи поручил своей невесте присутствовать вместо него на совете. И вот… она здесь.

— Не смешно, — скривился седой оборотень, сидевший ближе всего к краю. — Чаки, подай документ.

Стоящий рядом со столом парень моментально ожил и выполнил требуемое, передавая бумагу. Седовласый быстро пробежал глазами и скривился, махнув рукой в мою сторону.

— Ну садитесь, раз уж пришли. Закончим поскорее и разойдемся.

Я не смогла сдержать облегченного выдоха. По крайней мере, никто не стал спорить и выгонять — уже отличное начало.

Георгий уселся во главе стола, и единственным свободным стулом оказался тот, что был рядом с дядюшкой Альбертом.

Дядюшка одарил сальным взглядом мое декольте и душевно мне улыбнулся.

«Что это с ним? Кажется, в конце прошлой нашей встречи он не был мне так рад», — на всякий случай улыбнулась в ответ и отвернулась.

— Чаки, можешь начать зачитывать протокол… — начал было Георгий, но его перебили.

— Подождите начинать. Я, может быть, тоже хочу посмотреть, на основании чего рядом со всеми нами сидит человечка, — фыркнул один из мужчин. — Передайте мне…

«Ну вот, началось…»

— Смотрите, тут еще и ее подпись есть, — скривился еще один оборотень, заглянувший в документ, пока передавал его. — Дорогуша, вы вообще понимали, на что подписывались, когда заверяли эту бумажку?

— Я бы на твоем месте был повежливее, Вектор, — сладким голоском пропел Ибусов, недобрым взглядом одарив члена совета.

Он хотел добавить еще пару нелестных эпитетов, и я моментально поняла, что если не вмешаюсь, то настрою всех здесь присутствующих против меня. А мне ни к чему, чтобы еще и эти оборотни видели во мне врага. Пусть лучше видят набитую дуру, которая не представляет для них никакой угрозы.

— Меня попросил Азар, — я чуть повысила голос, перебивая Георга. — Он попросил меня подписать, и я подписала. Разве не надо было?

Похлопать глазками, покрутить смущенно лямочку на платье, глубоко вздохнуть, позволяя всем присутствующим оценить разрез моего платья. Кто-то рядом шумно сглотнул.

«Оценили», — мысленно усмехнулась я.

— Но ведь нельзя же так, Даниила, — дядюшка Альберт по-отечески погладил меня по плечу, хотя взгляд его то и дело скатывался вниз. — Нужно смотреть, читать, что подписываете. Задавать вопросы.

— Вы что! — я прижала ладони к щекам, делая вид, что очень смущена. — В Академии нам говорили, что ни в коем случае нельзя задавать вопросы и всегда, всегда надо делать все, что тебе говорят.

На мгновение в зале воцарилось молчание, которое прервал седовласый:

— В любом случае, у Азара мы сейчас не спросим, зачем ему понадобилось посылать сюда свою невесту. Так что давайте начинать. Чаки!

Парень отреагировал моментально и начал по бумажке зачитывать вслух повестку заседания, перечислять присутствующих, лишь раз споткнувшись на моем имени.

— Протокол заседания ведется под аудиозапись, — закончил он наконец.

Первым пунктом в повестке оказалось вовсе не назначение председателя, как я думала, а обсуждение бюджета на текущий квартал.

Я действительно мало что поняла из разговоров мужчин, но старалась внимательно слушать и примечать малейшие детали. И самым интересным открытием оказалось то, что силы в совете делились поровну. Пять оборотней были согласны с теми предложениями, что вносил Георг. И еще шесть отчаянно с ним спорили, причем среди спорщиков был и незабвенный дядюшка Альберт. Голосовали при этом за финансовые вопросы вразнобой. Видимо, даже согласные с Ибусовым не очень-то жаловали то, что он предлагал.

Разобщенность ощущалась очень остро.

Я каждый раз воздерживалась от голосования, хотя, судя по тем взглядам, которые бросал на меня Георг — он надеялся, что я буду поднимать руку вслед за ним.

— Последний вопрос: назначение председателя совета директоров на текущий год в связи с невозможностью нынешнего исполнять свои полномочия, — бойко озвучил Чаки. — До собрания поступило две кандидатуры — Альберт Валидович Хардов и Георгий Гаярович Ибусов…

Как там назвал Георг Алису? Маленькой лисой? Да она не маленькая лиса — а самая что ни на есть большая! Не может быть, чтобы она мне говорила о том, как важно сделать председателем кого угодно, кроме Ибусова, приводя в пример своего дядю, а тут оказывается, что эти двое — единственные кандидаты.

— Итак, кто за то, чтобы председателем был господин Хардов? Напоминаю, кандидаты в голосовании не участвуют, — Чак оторвался от бумаг, глядя на присутствующих и называя их имена.

Я видела, как члены совета директоров морщились, поднимая руки.

— Пять голосов. Так, а теперь кто за то, чтобы председателем был господин Ибусов? — кто-то выразительно закатывал глаза, кто-то вздыхал, кажется, ни один из кандидатов по-настоящему не устраивал присутствующих. — Тоже пять…

Взгляды снова скрестились на мне.

— Тут отмолчаться не получиться, раз на вас выписана доверенность — вам нужно кого-то выбрать, — скривился седовласый.

— А если бы я не пришла сегодня? — уточнила, все еще не понимая, в какую интригу меня втянули.

— То этот голос был бы у меня как у исполняющего обязанности председателя совета директоров, — Георгий поднял брови, выразительно стрельнув глазами. Словно говоря: «Я ж тебе свой голос отдал, что ты меня подставляешь! Без тебя я бы уже давно выиграл».

Это показалось мне достаточно весомым доводом в пользу Георга, но ровно до того момента, как Альберт не заявил:

— Да, но в таком случае я бы мог оспорить результаты голосования. И оспорил бы. Собрание акционеров настроено против вас, и вам это отлично известно, — дядюшка снова потянулся к моему плечу. — Ну же, Даниила, я же ваш любимый родственник. Вы сами так сказали. Проголосуйте за меня.

— Эм… — я растерялась, абсолютно не зная, что делать. Оба кандидата не внушали мне ни малейшего доверия. — А что должен делать председатель?

Спросила скорее для того, чтобы потянуть время.

— Документы подписывать, — устало вздохнул седовласый.

— О! Так, значит, и я справлюсь? — кажется, я сказала это раньше, чем поняла, что действительно предлагаю. — А можно мне выдвинуть свою кандидатуру? У меня очень хороший почерк, честно-честно. И я буду подписывать все, что вы скажете…

Оборотни ошалело переглянулись между собой. Минуты две в зале было тихо. Только взгляды, странные улыбки, пожимание плеч.

— Это ведь шутка? — не выдержал первым Ибусов. — Даниила, какого… ты творишь?

— Чаки, озвучь заявку, пожалуйста, — фыркнув, скомандовал седовласый.

— Кто за то, чтобы председателем была?.. — парень назвал мое имя.

В воздух моментально взлетели десять рук.

Ибусов стоял рядом с открытым от удивления ртом. Да я сама была шокирована таким поворотом не меньше. А потом вдруг вспомнила, как он говорил мне при нашей первой встрече:

«Ты… думаешь — насквозь фальшиво. Ну кто поверит? А потом… с удивлением осознаешь: прокатило…»

Вот и я сейчас, слушая, как Чак озвучивает фамилии голосовавших за меня, с удивлением осознала: прокатило… На что они вообще надеются, делая меня председателем? Так и хотелось им крикнуть в лицо:

"Мужики, вы это серьезно?"

Но приходилось изо всех сил продолжать улыбаться и держать лицо. Не дай Бог кто-то из них догадается, что я вообще умею думать.

Первым из двух кандидатов в руки себя взял дядюшка Альберт:

— Ну… вы же помните, Даниила, что я ваш любимый… — снова завел он свою шарманку.

— Вы любимый только потому, что обещали мне гарем и много мужей, — напомнила ему я, надувая губы и стараясь звучать как можно капризнее.

— Много мужей? — фыркнул Ибусов. — Надеюсь, все же одного вам хватит. Вы же примете мое предложение?

«Это он так решил застолбить за собой место, пока меня, такую завидную невесту, кто-нибудь не охомутал?»

— Я бы с радостью вышла за вас замуж, Георг. Да только знаете, дети бывают такими жестокими.

— При чем тут дети? — не понял он.

— Ну как при чем, — я старательно похлопала глазами, продолжая изображать дурочку, — я все-таки за своих будущих детей переживаю. Не хочется, чтобы их потом дразнили и спрашивали, чем же это таким интересным их предки с совами занимались…

«А вот сам напросился. Нечего всякие сомнительные предложения в кладовках чужим невестам делать», — сердито подумала я.

Первым не выдержал седой оборотень, сидящий напротив, беззвучно рассмеявшись, а за ним и весь остальной зал наполнился ехидными смешками и косыми взглядами на Георга.

Очевидно, за меня проголосовали лишь потому, что ни Ибусов, ни Альберт не были популярными кандидатурами, и остальные прикинули, что полной дурой, какой они меня посчитали, каждый сможет вертеть так, как он захочет.

Единственный, кто оставался спокойным и невозмутимым, был Чак, который продолжал читать по бумажке, декларируя окончание заседания.

Потом попросил всех присутствующих подписать протокол и остановил аудиозапись.

— Что ж, поздравляю с назначением, Даниила, — ставя свою подпись, торжественно выдал Георг. — Завтра у вас будет первый рабочий день. Не опаздывайте.

— Да, Даниила. Не опаздывайте, — подтвердил его слова седовласый. — У нас на вас завтра большие планы.

— Большие я не могу. Я на диете, — невпопад отозвалась я.

— Что? О чем вы? — не понял оборотень.

— А вы о чем? Азар всегда, когда говорил о планах — на ужин меня звал…

Еще один шквал смешков, члены совета в приподнятом настроении покидали зал.

Наверняка уже представляли, какой куш они могут получить, подписывая моим именем сомнительные решения. Все барыши будут доставаться им, а ответственность ляжет на меня.

«Ох, и во что я ввязалась!»

Я постаралась не задерживаться, хотя Ибусов, судя по его взглядам, хотел обсудить со мной произошедшее. Как-никак я сломала все его планы.

И не только его.

Когда я почти бегом вылетела из здания алмазодобывающей корпорации и села в машину Алисы, то первое, о чем спросила меня оборотница, было:

— Тебя долго не было. Все по плану? Дядюшка Альберт председатель?

Кажется, она выглядела взволнованной.

— Эм…

«Интересно, если я ей сейчас признаюсь в том, что произошло, она же не высадит меня из машины? Не хотелось бы добираться пешком»

— Ну не тяни! — не выдержала оборотница, случайно надавив на клаксон от переизбытка эмоций.

Проходящий мимо человек буквально подпрыгнул, но увидев, что опасности нет, неодобрительно покачал головой и что-то крикнул, явно не очень цензурное.

— Нет. Дядюшка Альберт не стал председателем, — наконец призналась я.

— Вот же… — она произнесла длинную заковыристую фразу, состоящую из сплошь нецензурных слов.

«Вот тебе и цвет нации»

Не сдержавшись, Алиса в сердцах ударила по клаксону уже специально.

Человек, которого мы напугали в прошлый раз, решил, видимо, подойти и лично сказать водителю, что шуметь на парковке нельзя.

Вот только стоило ему подойти к водительской двери, как Алиса опустила стекло и вдруг рыкнула на него.

Звук был низким, грудным, опасным. Даже я невольно вжалась в кресло, а смельчака тем более простыл след.

Когда девушка вновь повернулась ко мне, я заметила чуть выпирающие клыки на ее лице.

— Хм… И кто же? — кажется, спустив пар на случайного прохожего, оборотница чуть успокоилась. — Кто же в итоге? Выиграл мерзавец Ибусов?

— Эм… нет.

Алиса, не скрывая облегчения, выдохнула и смахнула со лба невидимый пот.

— Ты сама говорила, что главное, чтобы не Ибусов… — напомнила ей я.

— Да, да… конечно, — покивала Алиса. — Но кроме Георга там проходимцев тоже хватает. Так который из них? Держу пари, что Фодец. Этот старикашка своего никогда не упустит. Угадала? Он? Тоже нет? Так кто же?

Она выжидательно уставилась на меня, и мне не оставалось ничего другого, кроме как указать на себя пальцем.

— Я.

— Что ты? Я спрашиваю, кого председателем выбрали. Ты была вообще на совете директоров? Зачем только посылала тебя… — вновь начала кипятиться оборотница.

Теперь настал мой черед вздыхать и закатывать глаза.

— Я была на совете директоров. И как ты и просила, председатель теперь не Ибусов. Новый председатель — я. За меня проголосовало большинство. И этот седой… Фодец, говоришь? И он тоже за меня проголосовал.

Рот девушки округлился, и из него вылетело длинное протяжное: «Оооо…».

В этот момент телефон Алисы зазвонил, не отрывая от меня взгляда, она нажала кнопку приема вызова:

— Алло. Да, я уже в курсе. Угу. Я поняла, что это не шутка.

Отключив связь, оборотница отвернулась и, заведя мотор, выехала с парковки.

— Кто звонил? Любимый дядюшка Альберт? — как бы между прочим уточнила я.

Алиса не ответила. Она молчала всю дорогу и даже не попрощалась, когда высадила меня из машины.

«Мда… втянула меня в авантюру, а расхлебывать-то мне ее теперь самой, получается?»