Двадцать четыре

Над дворцовой площадью гремел праздничный салют. Многочисленные разноцветные искры заслонили весь небосклон, раскрасив тёмную ночь во что-то розово-фиолетовое. Даже отсюда слышались многочисленные радостные крики.

Страна праздновала свою победу.

— Эх, красиво! — Тоскливо вздохнула Арлим, предпочитая не спать, а сидеть на широком подоконнике своей комнаты в гостинице, где мы были последнюю ночь.

Дело сделано, дети спасены, враги наказаны и все счастливы. Оба правителя, и сейчас я уверена в том, что правят они действительно вместе, даже детей драконов вернули родителям, а затем всех их переправили порталами в благоприятные для них воды. Туда, где им и нужно быть.

Храмовников публично лишили магии, а затем и гражданства, выставив из страны без возможности когда-либо в неё вернуться. Кормэй не простил, и никогда не сможет простить такой подлости — использовать беззащитных детей в качестве щита против местных властей, точно зная, что те не захотят рисковать детскими жизнями — своим будущим. Поэтому малышей похищали и насильно удерживали. Кого-то готовили стать служителями храма — тех, кто был на его территории, а остальных же, запрятанных в пещерах… просто держали. Как даже не знаю кого.

Не будь на площади военных, горожане храмовников попросту бы разорвали. И мне даже не было бы их жаль.

Но всё закончилось лучше, чем предсказывала моя кровожадность, и теперь все были счастливы, а мы с Ар… а у нас корабль завтра рано утром.

И нам бы обеим сейчас спать, но нет никакого желания, поэтому сестрёнка смотрит на далёкий, но всё равно ужасно шумный салют, поглаживая привычно забравшегося на плечо и сладко дремлющего зверька, а я сижу за столом в её комнате, освещая тот висящим над головой пульсаром, и рассчитываю формулу идеальной магической защиты.

У меня даже что-то получается. Кажется… Во всяком случае, идея и желание есть, а это уже половина дела. Есть ещё и приличное количество исписанных листов, что добавляет плюсиков на мой счёт.

— Могла бы пойти, — напомнила я сестре уже в десятый раз.

Головы не поднимала, но её укоризненный взгляд почувствовала отчётливо.

— И оставить тебя одну? — Возмутилась она. — Нет, мне и здесь хорошо.

И голову я всё же подняла, чтобы бросить на неё взгляд, заметить поджатые губы, грустный взгляд за окно и сказать:

— Врунья.

Арлим в ответ лишь вздохнула, даже спорить не стала. И от этого я почувствовала себя ещё более противно — жуткой эгоисткой, из-за которой сестра лишилась праздника. А ведь это и её праздник тоже, она, в конце концов, принимала во всём этом безумии участие, активно помогала освобождать детей от артефактов и находить им свои семьи.

Наревелась ещё больше, чем я сама.

— Между прочим, это твоя заслуга. Ты помогла им всем, — заметила Арли через несколько минут молчания.

— Это моя работа, — снова пояснила ей, постукивая кончиком карандаша по столешнице и старательно обдумывая вырисовывавшуюся на бумаге схему. В целом, она выглядела правильной, но интуиция подсказывала, что я допустила ошибку.

— Разве за работу не принято говорить спасибо? — Не унималась сестра.

— Обычно мне говорят «За какой Тьмой ты вообще здесь появилась?». Твой Аэр не был исключением. Кстати, — метнула на неё заинтересованный взгляд, — а что у вас с ним происходит?

Мгновенно смутившаяся сестрёнка отвернулась к окну, а через пару секунд тихо и грустно спросила:

— А разве у нас что-то происходит?

Я тут же подпёрла подбородок кулаком и снисходительно улыбнулась.

— Иначе бы мне не хотелось его придушить.

Арли осторожно повернулась ко мне, посмотрела в глаза и грустно улыбнулась.

— Это плохо, да?

О, да, это просто ужасно! Моя Арли, моя! Только моя, и я никому-никому-никому её не отдам!

Но вместо этого:

— Не думаю, что светлые чувства к другому человеку — это плохо, — произнесла я медленно, старательно проговаривая каждое слово и буквально заставляя себя не кривиться.

Всё, что касается чувств — не моя стихия. Если сердце что-то вырабатывает, мне куда проще вскрыть грудную клетку, вытащить его и посмотреть своими глазами, чем пытаться как-то обрисовать то, что внутри него происходит.

— Но ты избегаешь их? — Чуть склонила Арли голову к плечу, непонимающе на меня глядя.

— Мне просто не нужны те проблемы, что за этими чувствами последуют, — улыбнулась я ей.

— Так вот какого ты обо мне мнения, дорогая? — Вдруг раздался от двери чуть насмешливый мужской голос.

Я дёрнулась и тут же рывком подавила вспыхнувшую в сознании формулу боевого заклинания. Это был всего лишь Аксэль.

— Дорогая? — Переспросила, вскинув брови.

— Очень, — заверили меня с самым честным выражением лица, тихонько проходя внутрь комнаты, — и в данном случае это даже не фигура речи.

— Очень рада, — скривилась без всякой радости, складывая руки на груди и с негодованием глядя на того, кто просто взял и сел напротив, спокойно передвинув к себе все мои наработки, — ты что тут делаешь?

Быстрый взгляд на меня поверх листков и наигранно возмущенное:

— Тебе сбегать можно, чем я хуже? Кстати, — посмотрел он на притихшую Арли, — Аэр сбежать не смог, но его там уже пытаются охмурить. Могу платье наколдовать, тебя перекинуть?

— Э-э-э, — невнятно протянула явно растерявшаяся Арли.

Думаю, она бы сказала «нет». Не знаю, может, мне всего лишь хотелось, чтобы она отказалась, именно поэтому я ответила сама:

— Да, она очень хочет.

— Арвэн, — ещё более неуверенно позвала сестра, — а ты?

А вот теперь мне ответить не дали. Аксэль растянул губы в очаровательной улыбке и заверил её:

— Не бойся, мелкая, я останусь.

— Этого я боюсь! — Вставила я с жаром, но меня лишь нагло проигнорировали.

Арли, поколебавшись и покусав губы, всё же соскользнула с подоконника. Магия Аксэля тут же оплела её худенькое тельце, погружая девушку в облачко тьмы, а когда оно схлынуло, на ней уже вместо ночного платья было вечернее — чуть сверкающее, нежного небесного цвета, с воздушной юбкой до пола и открытыми плечиками. Длинные волосы чудесным образом расчесались и теперь ровным слоем лежали на прямой спине.

— Устрой ему, — посоветовал напоследок забавляющийся происходящим мужчина и открыл портал, в который моя сестра, благодарно улыбнувшись, уверенно и шагнула.

— Просто потрясающе, — выдохнула я, когда мы остались вдвоём, а затем откинулась на спинку стула: — Давай, тоже иди. Уверена, тебя там тоже обязательно кто-нибудь попытается охмурить.

Взгляд Аксэля на меня стал каким-то крайне странным — восхищенным, безумно радостным, сияющим если не от счастья, то от чего-то похожего. А затем он улыбнулся и с восторгом спросил:

— Ты ревнуешь, дорогая моя?

Я?! Да больно надо! Нет, не ревную. Кто он мне такой, чтобы его ревновать? Так просто, мимо проходил.

Я не ревную.

Мне просто крайне неприятно думать, что он там был с какой-нибудь… девушкой.

— Нет, — ответила, как мне показалось, совершенно спокойно и искренне, забрала себе обратно листы с расчетами и склонилась над столом, пытаясь отыскать не понравившийся мне момент.

— Не ври-и мне, — протянул довольный, как обожравшийся кот, Мьярис, хитро прищурившись и вот так вот рассматривая моё бесстрастное лицо, — ты никудышная врунья, Арвэн.

— Моё начальство с тобой не согласится, — не поднимая головы, поведала ему.

— Не сомневаюсь, под прикрытием ты просто профессионал, но ты настоящая врать не умеешь.

Не знаю, зачем вообще повелась на это, наверно, во всём виновато чувство противоречия, потому что я тут же буркнула себе под нос:

— Умею.

— Не умеешь.

— Умею.

— А вот и нет.

И голову я всё же подняла, чтобы бросить на мужчину мрачный взгляд и саркастично похвалить:

— Молодец, большой мальчик.

— А сама-то, — тут же вывернул он, и не думая смущаться или отступать. — Лучше скажи мне, Арвэн Картар, я для тебя что-нибудь значу?

— Нет, — ответила, даже не задумываясь.

Щёки ощутимо порозовели под его снисходительно-насмешливым взглядом.

— А дальше всё интереснее и интереснее, — проигнорировав мой ответ, сделал Аксэль какие-то выводы по выражению моего лица.

— До свидания, — улыбнулась ему предельно вежливо и выразительно посмотрела на дверь.

А меня взяли и проигнорировали! Вместо этого мужчина наоборот подался ближе, навалившись на стол, жадно заглянул мне в глаза и задал новый вопрос:

— Я тебе нравлюсь?

В этот раз я всё же подумала, а отвечала негромко, глядя ему прямо в глаза:

— В данный момент ты меня раздражаешь.

Скривившись, откинулся на спинку стула и вынужден был признать:

— Жалко, но не безнадёжно. Поздравляю, Арвэн.

— С чем? — Настороженно нахмурилась я.

— С небезразличием. От раздражения до любви, знаешь ли, один танец.

И с этими словами меня взяли и самым наглым образом сдвинули мягкой воздушной волной прямо в раскрывшийся портал. Я только и успела, что тихонько вскрикнуть, а уже в следующее мгновение меня оплел плотный тёмный кокон. Кожу чуть-чуть закололо, что было скорее приятным, нежели болезненным или противным.

А затем вместе с тьмой схлынул и портал, а я сама упала в крепкие объятья мгновенно прижавшего меня к себе Аксэля. И он, не позволяя мне даже рта раскрыть, сцапал мою ладошку, вторую закинул себе на плечо, а своей собственной за талию придвинул меня ближе, закружив в водовороте людских тел, танцующих под что-то мелодичное и довольно красивое.

— Будешь ругаться — поцелую, — пригрозил он тут же, видимо, рассмотрев выражение моего лица.

Вот просто промолчала. Не смолчал сам Мьярис:

— Будешь молчать, тоже поцелую.

Вот это логика! А, главное, так честно, что просто слов нет.

— И что мне на это отвечать? — Возмутилась тихо, позволяя ему осторожно кружить нас по площади, умело маневрируя между другими танцующими парами.

— А что хочешь, — весело разрешили.

— Всё равно поцелуешь? — Догадалась я, но ни раздражения, ни злости внутри себя не почувствовала.

Даже обречённости не было, просто… понимание и признание. Да, пусть целует. К тому же, выходит у него довольно неплохо…

— Какая догадливая, — шутливо похвалили меня.

— А если спрошу, ты ответишь?

— А ты сначала спроси.

Мне не нужно повторять дважды, поэтому:

— Остальные Тени, что прибыли с последней тринадцатой экспедицией, где они?

Любви к экстремалам я не испытывала, но и просто забыть о них тоже не могла.

Аксэль помолчал два поворота, будто вспоминая, а потом ответил:

— Один мёртв, остальных забрал твой друг.

— Он мне не друг, — скривилась тут же, — они всё ещё на острове?

— Нет, — Аксэль отрицательно покачал головой, — ушли сразу после… кхм, нашего с Орэстом знакомства.

О, да, помню я это знакомство. Я бы даже сказала, что оно было незабываемым!

— Ты отслеживаешь все острова? — Задала я новый вопрос, неосознанно прильнув к мужчине поближе, когда музыка стала громче.

— Смотря, что ты имеешь ввиду. Если знаю человека, могу запомнить его отпечаток, и тогда, стоит ему ступить на нашу землю, сработает охранная система, что сообщит мне о его появлении.

— Ого! — Восхитилась искренне. — И много таких личностей?

Аксэль поколебался, хитро мне улыбнулся и ответил:

— Трое.

— А кто? — Полюбопытствовала тут же, потому что действительно интересно было.

И получила спокойный ответ:

— Твой друг и вы с сестрой.

О… ого. Нет, правда: ого!

— А храмовники?

— На них другое заклинание — их моя защита просто даже близко к нам не подпустит.

Это была хорошая, действительно хорошая новость. Всё же даже дышать спокойнее становится, когда понимаешь, что враг сюда больше не сунется.