Глава 77

Дана

Когда наступает утро, я понимаю, что совсем не хочу вставать. Все тело почему-то болит, желудок воет, во рту сухо, точно в пустыне.

Хорошо еще, что голова не раскалывается, а лишь немного мутная, ведь после выпитого вчера сегодня я должна была находиться при смерти.

От этой мысли резко открываю глаза и подскакиваю на месте.

Вчера.

Я собиралась ехать к Чернову и… похоже, приехала.

Озираюсь по сторонам, осознавая, что нахожусь в его спальне. Совсем голая. Укрытая приятно пахнущим постельным бельем, но это не в счет.

Пытаюсь сообразить, что же произошло между нами вчера, но пока ничего не могу припомнить.

Прислушиваясь к себе, не ощущаю каких-то неприятных ощущений, что могли остаться в районе промежности после такого большого перерыва и такого здорового члена.

Но ничего не чувствую. Как и не вижу следов присутствия другого человека в моей постели. В том месте, где предположительно должен был спать Чернов, нет ни единой складки.

– Какая же я дура! – ругаюсь на себя, закрывая лицо руками.

Все-таки приехала. Приехала, блин! И почему меня никто не остановил?

На кресле замечаю свое платье, в котором вчера отрывалась в клубе. Слава Богу! О трусах я даже не мечтаю уже, а вот в платье вполне смогу уехать домой.

Только вот надо спешить, потому быстро вскакиваю с постели, борясь с головокружением, и бреду в ванную. Нужно быть сбрызнуть себя водой и хоть немного попить. Странно, что я чувствую свежесть. Никаких неприятных запахов, даже волосы, кажется, имеют легкий шлейф от шампуня вместо тяжелого аромата, что обычно оседает на них, после ночи проведенной в клубе.

На раковине в ванной комнате обнаруживаю большую бутылку с водой. Почти пустую, но мне хватит, чтобы слегка промочить рот.

Набрасываюсь на нее, точно дикая, совершая глоток, и вдруг вспоминаю все. ВСЕ! И как блевала на улице, и как снимала трусы, и как просила трахнуть меня.

– Господи…. – с горечью растягиваю, понимая, что теперь никак не смогу отмыться от такого позора. И зачем я поперлась сюда? Какая же я дура!

Потому быстро натягиваю платье, в надежде, что удастся как-то быстро и незаметно сбежать. Быть может, мне вообще повезет, и Чернов уже давно уехал по своим бандитским делам и думать обо мне забыл.

Поэтому я не мешкаю больше, быстро спускаюсь по лестнице, но, оказавшись в гостиной, замираю, замечая хозяина дома, сидящего за большим столом. Даже ком в горле встает. Я вдруг снова припоминаю все, что произошло между нами вчера, и мне становится до жути стыдно.

– Кир, я… – не знаю, что сказать. Слова не идут, но я и не убегаю прочь, хотя прекрасно знаю, где тут выход. – Я не должна была приезжать… Я была пьяная и… В общем…

Мужчина вдруг поднимается и делает два шага ко мне. Их хватает, чтобы приблизиться почти вплотную.

Я перестаю дышать и, похоже, почти падаю в обморок, но Чернов вдруг хватает меня за затылок и притягивает голову к себе, вбиваясь в мои губы своими, точно голодный агрессивный хищник.

Он целует меня жадно и глубоко, задевая внутри такие точки, от которых по телу пробегает тепло, рожденное в моей груди.

Этот бешеный и какой-то абсолютно нереальный поцелуй говорит о том, как сильно этот мужчина скучал по мне и напоминает, как быстро он способен завести одним лишь своим видом.

Да, я больная. Испорченная. И почти наверняка мне нужна помощь специалистов, но когда этот человек так близко, я чувствую себя живой. Потому что я – его собственность. Не потому, что он так хочет, а потому что я этого хочу. Сама.

Мир закручивается вокруг нас, и я перестаю ощущать его.

Звериный рык. Кир подхватывает меня, и уже через мгновенье, я лежу спиной на столе, за которым он только что сидел.

Его тело огромное. Сильное. Горячее до одури.

Мне, как и всегда, не хватает воздуха рядом с ним. Нет никакой возможности выбраться. Да я и не хочу.

Хочу лишь чувствовать его дыхание, опаляющее прохладную кожу, будто заживо сгорая в огне этой близости. Чувствовать его аромат, от которого кружится голова.

Это невероятно…

Меня уносит оттого, что мое тело снова во власти этого бандита. Реагирует на него. Подчиняется. Сжимается и тает.

Всего лишь мгновение – и мужские губы вновь сминают мои в собственническом поцелуе. Таком горячем, что я горю от него вся.

Чернов резко дергает мое тонкое платье вверх, и я обвиваю ногами его талию. От жесткого стола мне больно спину, но какое это сейчас имеет значение?

Надутая головка касается узенького входа. Горячая и такая желанная.

Резкий толчок, и она оказывается внутри.

Рай… Теперь я знаю, что это такое…

Мы рычим и стонем практически в унисон. И это безумие поглощает обоих очень быстро. Горячие стеночки плотно обхватывают член, и, наверное, я не смогу долго держаться. Буквально каждый толчок может стать последним.

– Кир… – с надрывом произношу его имя и стону, пока он со всей дури тараню мое хрупкое тело, разложенное перед ним на обеденном столе. Не жалеет. Вбивается, наверное, до самого желудка.

– Скучала по мне? – неожиданный вопрос даже застает врасплох, но я отвечаю, потому что правдивый ответ рвется наружу сам собой:

– Дааа… – выдыхаю, и тут же громко стону.

– Повтори! – толчок, и крупный член оказывается внутри так глубоко, что я почти кончаю.

– Дааа! Очень… Очень… Кир…

Он еще немного ускоряется. Работает, как отбойный молоток. Мои слова, похоже, заводят мужчину сильнее. Я это чувствую. Как грубее и яростнее стали его движения во мне. Он больше не сдерживается. Но и я не в силах.

Тугое лоно начинает пульсировать, разливая по телу удовольствие. Сжимает член, что находится внутри. И он взрывается тоже. Толчками изливается внутрь моей приветливой дырочки.

Снова наполняет меня семенем очень глубоко. Но я больше не боюсь этого. В прошлый раз меня пронесло, а сейчас… да неважно это. Все неважно.

Обмякаю под ним, тая в его руках. Мы оба глубоко и часто дышим. Этот тот самый момент, когда позорно короткий секс принес феерическое удовольствие. Такое, что до самых пят проняло.

Мы замираем в этой позе еще на какое-то время, а потом приходит осознание, потому что, если честно, я понятия не имею, что будет дальше.