35

Переодевшись, дети вышли к Фиру-старшему.

Я стояла, прислонившись ухом к двери и слушала, как малыши без устали трещали со стариком, а тот ласково называл их «Мои дорогие» и постоянно добродушно смеялся.

Я невольно ощутила, насколько тепло и уютно им вместе. Постепенно я перестала хмуриться и даже улыбнулась.

Я всегда мечтала, чтобы у моих детей была большая любящая семья. Но тут я вдруг подумала о переменчивом настроении и жестокости Закари, и по моей спине побежал холодок.

Даже если ДТП было простой случайностью, я и без того испытала из-за этого мужчины много боли и унижений.

Я еще не забыла тот ужас, что пережила за эти дни, что не видела детей, и отлично усвоила урок. Отчаянье было настолько невыносимым, что я чуть не спятила, а поту теперь согласилась бы на многое, лишь бы снова не испытывать таких эмоций.

Я решила для себя, что больше никогда не стану надеяться на то, что Закари поступит разумно и великодушно.

– Мисс Стилл, раз дети ушли, нам тоже пора, – сказала медсестра, отвлекая меня от размышлений. – Если что-то понадобится, звоните.

– Спасибо, что заботитесь о нас, – кивнула я.

– Всегда рады помочь, – ответила женщина.

Вскоре все разошлись, и в просторной квартире осталась одна я. Я невольно подумала о миссис Мейн и детях и вдруг ощутила какую-то пустоту внутри. Я знала, что малыши всего лишь отправились на ужин и скоро вернутся, но мою душу всё равно сковал страх.

«А вдруг Генри Фир узнает, кто они? Что, если он заманит их чем-нибудь и отберёт у меня, и я больше никогда их не увижу?»

Я всё больше беспокоилась и нервничала, представляя себе разные сценарии, один ужасней другого. Когда тревога достигла критической точки, я торопливо вернулась к себе в спальню, переоделась, нацепила солнцезащитные очки, маску и кепку, а потом бросилась вслед за детьми.

Поймав такси, я быстро направилась в ресторан.

Добравшись до места, я сняла кепку и, поправив на лице солнцезащитные очки и маску, осторожно проскользнула в ресторан.

К моему удивлению, у входа выстроилась в очередь толпа восторженных родителей и детей.

«Сегодня какая-то акция? Здесь обычно берут немаленькую плату за вход, откуда тогда столько народу?»

Я подумала немного, а потом зашла внутрь и увидела множество взрослых, сидящих в зоне отдыха. Им приносили еду и напитки, а сами родители оживленно разговаривали, причём тема для обсуждения была у всех одна и та же.

– Раньше пускали только за огромную плату за одного взрослого с одним ребёнком, возбуждённо тарахтела одна мамаша. А это так дорого, что мы сюда ходили от силы раз в месяц. А теперь пускают бесплатно, и те же закуски дают на халяву?! Да мы каждый день сюда будем наведываться!

– А мы просто случайно оказались неподалёку и вдруг узнали, что тут плату за вход отменили, – рассмеялась другая. – Ой, я так рада, что мы столько денег сэкономили.

– И то верно, – поддакнула третья. – Только теперь все об этом узнали, и у дверей стоит длиннющая очередь. Может быть, руководство ограничит количество посетителей в день и время, которое нам разрешат здесь находиться?

– Я уверен, что они введут какие-то запреты, – высказался чей-то папаша. – Каким бы богатым не был хозяин, места здесь всё равно мало, чтобы вместить столько желающих. К тому же, качество обслуживания наверняка станет хуже, потому что у сотрудников просто рук не хватит.

– Мне кажется, что сюда стоит приехать, даже несмотря на ограничения, – вздохнула какая-то женщина.

– Согласен, – поддержал её мужчина. – Интересно, кто этот богатей, который выкупил ресторан и даже отменил плату за вход. Если встречу его, пожму ему руку!

Услышав их разговор, я впала в замешательство. Я своих тройняшек в этот ресторан водила только один раз. Тогда мы пришли ещё с вместе с миссис Мейн и заплатили две стандартные квоты за взрослого и ребёнка и дополнительно внесли деньги за третьего малыша. Вышло больше полутора тысяч.

«Ну почему плату за вход вдруг отменили?»

Пока я размышляла над этим, вдруг раздался знакомый голос.

– Пустите меня! Пустите! Там мой внук!

Я обернулась и увидела Джулию, испугавшись, что женщина меня узнает, я торопливо спряталась за большой картонной фигурой какого-то мульти-персонажа и осторожно выглянула, чтобы узнать, что происходит.

Вскоре двое сотрудников ресторана вывели с площадки Тимоти и передали его на руки бабушке и её телохранителям.

Мальчик уходить не хотел и с тоской оглядывался назад, но Джулия всё равно схватила его за руку и упорно потащила прочь.

– Оба надменные, – вздохнула одна из сотрудниц, смотря им вслед. – Раньше, когда миссис Милтон приезжала с сыном, то снимала весь ресторан и даже выгоняла отсюда детей. Ребятки так расстраивались, некоторые начинали рыдать и закатывали истерики...

– Их родители тоже были очень недовольны её манерами, – согласилась её коллега. – На этот раз бабка хотела устроить то же самое. Но я уверена, она не ожидала что столкнётся с кем-то ещё более влиятельным, чем она. Мистер Фир тут же купил всё заведение для своих внуков, тройняшек, и даже сделал вход свободным. Вот как ведут себя поистине богатые люди!

– И то верно, – кивнула женщина.

Их разговор поверг меня в шок.

«Он купил весь ресторан для своих внуков... А не о моих ли детях речь?»

– Мистер Генри, Я есть хочу! – раздался голосок Эллис, и я тут же повернулась на звук.

Мистер Фир-старший шёл, держа девочку и Робби за руки, а его помощник выкатывал с площадки коляску с Джейми. Вслед за ними двигалось больше десятка официантов, которые провожали их в зал со столиками.

Охранники старика ждали снаружи и не появлялись на площадке, чтобы не пугать своим видом других детей.

Стоило родителям, сидящим в зоне отдыха, увидеть угрожающий вид людей, они сразу же набросились на официантов с вопросами.

– Это человек, который купил этот ресторан?

– Да, это он, – с улыбкой кивнул сотрудник. – Мистер Фир.

– Какой хороший человек! – загалдели родители и, подойдя к Генри поближе, все они закричали: – Спасибо, мистер Фир, мы так благодарны, что вы сделали вход свободным! Теперь наши дети могут так здорово провести здесь время, да ещё и бесплатно! Да! Спасибо огромное!

Они принялись по очереди выражать свою благодарность старику и малышам. Мистер Фир-старший частенько занимался благотворительностью, и для него это уже вошло в привычку, он не считал, что совершил для детей какой-то подвиг, а потому не слишком проникся и только с улыбкой кивал.

Однако для малышей такие почести оказались в новинку. Эллис смущённо озиралась, крепко вцепившись в руку старика. Хотя девочка сильно нервничала, её огромные глазищи светились интересом, любопытно оглядываясь.

Джимми повёл себя несколько нахальней сестры и просияв, помахал с восторгом рукой.

– Пожалуйста! – кивнул он.

А вот Робби, хоть и кивал в такт словам присутствующих, сам не издавал ни звука, будто уже давным-давно привык, что ему поют дифирамбы.

Я, наблюдавшая за этой сценой со стороны, почувствовала, как у меня в груди разливается тепло.

Я сама большими ресурсами не обладала, поэтому никогда не смогла бы дать тройняшкам то, что теперь дал мистер Фир-старший.

К счастью, мне удалось создать для них уютную атмосферу, где они росли в любви и заботе. К тому же, я не жалела сил на их обучение, прививала им правильные ценности и отдала их в хороший садик.

Но это уже был потолок, выше я прыгнуть просто не могла.

Я всегда думала, что дети ещё совсем маленькие, надо подрасти, и вот тогда я стану учить их чему-то другому, открою им новые перспективы...

Однако теперь я поняла, что у моих детей могла быть совсем другая жизнь, и осознала, что на самом деле воспитание – это долгий процесс, который не меняет людей в одночасье. У малышей появилось бы куда больше шансов добиться успехов в жизни, будь у них больше возможностей познавать мир во всех его проявлениях.

И хотя Мистер Фир-старший познакомился с тройняшками совершенно случайно, он всё равно окружил их удивительной заботой и любовью исключительно потому, что они ему понравились.

«Если бы он знал, что они на самом деле дети Закари, то дал бы им даже больше. Может, так будет лучше для их будущего? Особенно для Робби. Он взрослый не по годам и соображает куда лучше своих сверстников. Он любит учиться и серьёзно размышлять, уже показывает зачатки критического мышления. А в свободное время пытается всё вокруг исследовать и открывать для себя что-то новое...»

Я понимала, что старший сын так быстро учится, что за ним невозможно поспеть, и я не сумею обеспечить ему хорошие условия для дальнейшего образования...

– Здравствуйте… – раздался мужской голос, вырывая меня их задумчивости.

Я вдруг очнулась, обернулась и остолбенела: картонная фигура, за которой я спряталась, оказалась официантом, одетым в костюм мульт-персонажа. Тот человек уже ушел, а я так и осталась стоять на прежнем месте, и теперь меня увидел другой сотрудник ресторана.

– Вы в порядке? – спросил он, заметив мой растерянный вид.

– Да, всё хорошо, – нервно ответила я, снова повернулась ко входу и увидела, как Генри вместе с детьми идет к столику. В этот момент Робби как раз крутил головой по сторонам и случайно заметил меня. Помахав мне рукой, мальчик пошел дальше, держа за руку старика.

Я застыла на мгновение, а потом бросилась в туалет и закрыла за собой дверь.

Я не могла поверить, что Робби узнал меня даже после того, как я тщательно замаскировалась. Я была благодарна небесам, что узнал меня именно Робин, а не Джимми или Эллис. Уж он-то умеет вести себя по-взрослому и не станет выдавать меня всем остальным.

Поплескав водой на лицо, я тяжело вздохнула и уставилась на себя в зеркало. В последний раз я водила в ресторан детей на их день рождения. Для меня такие расходы были очень большими, и мне приходилось экономить почти на всём, чтобы устроить детям праздник.

А Мистер Фир-старший просто взял и выкупил весь этот ресторан, чтобы защитить малышей от нападок Джулии, да ещё и отменил плату за вход, вот как он дорожил тройняшками и заботился об их чувствах. На фоне этого все мои усилия показались какими-то несерьёзными и бессмысленными.

– Мистер Фир, ваш дед и дети в ресторане, – вдруг раздался из-за двери знакомый голос.

«Это Бен! Значит, и Закари здесь...»

Я замерла на секунду, а потом торопливо надвинула на лоб кепку, надела маску и солнцезащитные очки. Затем я прокралась в двери, приоткрыла её и осторожно заглянула в щель. И точно: Закари как раз выходил из мужского туалета и шёл в сторону зала.

Помимо Бена его сопровождали ещё двое подчинённых, и я подумала, что босс просто хочет выделиться.

Тем не менее Закари даже при таком раскладе ухитрился попасть в центр внимания. Когда он проходил мимо зоны отдыха, на него тут же уставились несколько молодых мамаш, которые чуть не пищали от восторга.

Помощники вместе с телохранителем поставили стойку с оградительной лентой, чтобы взбудораженные посетители не могли приблизиться к Закари. Я, наблюдавшая за этим из туалета, не довольно нахмурилась.

Я мысленно гадала, что Закари забыл в ресторане.

«Он решил навредить моим детям? Или ревнует к ним деда, и поэтому собрался устроить им неприятности? В конце концов, он до сих пор думает, что они от Алана…»

По моей спине побежали мурашки. После того, как тройняшки на несколько дней пропали, я стала ещё сильнее тревожиться за них и пообещала себе, что больше никогда не подвергну их опасности.

Я хотела выйти в зал и посмотреть, что происходит, но туда бы меня без ребёнка никто не пустил.

«Что мне делать?»

Пока я искала решение проблемы, вдруг заметила уборщицу с сумкой в руках, входившую в служебное помещение. Через несколько минут она снова появилась в коридоре, но уже в обычной одежде, и быстро удалилась.

Убедившись, что никого рядом нет, я выскользнула из туалета и пробралась служебное помещение.

Сегодня в этом ресторане произошли большие перемены, и теперь все сотрудники вышли в зал, чтобы обслужить нового хозяина и тройняшек, поэтому в каморке было пусто.

Я быстро накинула халат уборщицы, повязала на голову косынку и надела маску, закрывшую рот и нос. Затем я взяла швабру и отправилась в зал.