Глава 3

Зазимки всегда праздновались с размахом — что в столице, что в деревнях. Крестьяне пригоняли возы на последнюю осеннюю ярмарку. Чего только не было в этих возах! И тронутая морозцем капуста, и круглобокие румяные яблоки, и морковь, и клюква с морошкой. Масло в бутылях, кадки с соленьями, туеса с вареньем. И — символ праздника — грибы. Гриб соленый, гриб сушеный, маринованный в медовом уксусе… Рыжики, боровики, маслята, грузди, и — как без них? — белые.

«Везде белые ценятся, и меж тигров, и меж грибов», — думала Жанна, собираясь на выезд.

В столице строго чтили традиции. Ярмарку посещал если не король, то его супруга или дети, собственноручно выбирая грибы для супа к праздничному дню. В этом году к возам отправили Жанну — чтобы народ привыкал к новой наследнице.

— Вас встретят у кареты и проведут по рядам. Попробуете соленья, похвалите товар. Грибы закажете у десятка продавцов. Дойдете до потешного столба, посмотрите, как народ призы добывает, и можете возвращаться во дворец, — гофмейстер, наставлявший Жанну, был чрезвычайно деловит.

Это для Жанны парадные выезды еще в диковинку, а дворцовая обслуга знает, что делать, знает назубок. К одному из задних крылец подали карету, украшенную венками из астр и георгинов. На дверцах чья-то умелая рука закрепила головки свежих подсолнухов — золотистые лепестки зябли на ветру, семечки гордо расправляли плечи, обтянутые черной кольчугой-шкуркой. Жанна огляделась — а где же Тайгер? Король-отец передал распоряжение отправиться на ярмарку с оборотнем — сам он каждый год выбирал грибы в сопровождении Леонарда. Жанна предчувствовала неприятности, но перечить не посмела. И… и вот, пожалуйста!

Леонард на ярмарку ездил человеком, Тайгер — ну кто бы сомневался? — явился к карете на четырех лапах. Жанна неуверенно проговорила:

— А вы не могли бы?..

Безмятежный синий взгляд ответил: «Не могли бы». Вот и поговорили. Точка.

Разместиться в карете получилось едва-едва — Тайгер не втиснулся на сиденье, улегся на пол, заставляя Жанну скорчиться, подобрать юбки и поджать ноги. Прав был король-отец, когда говорил, что у мстительного оборотня найдется много способов поставить человека в неловкое положение. Тайгер не делал ничего запретного или возмутительного. А на мелкие пакости кому пожалуешься? У Ивина на всё один ответ: «Завяжи на нем ошейник».

Завязывать ошейник Жанна не хотела, и, уж тем более, на спящем тигре. Теплилась какая-то смутная надежда, что позорного звания рабовладелицы удастся избежать. Жанна и сама не знала, на что рассчитывала. На авось. Авось пока себя никак не проявлял, но вдруг очнется?

Карету качнуло. Тайгер недовольно зарычал. Жанна вздрогнула. Тигр как будто обрадовался. Поднял голову, посмотрел насмешливо.

«А ведь ему хуже. Я забываю, что ему хуже. Изгнание из рода, угроза ошейника. Любопытствующие взгляды от всех подряд — даже Матис с Бертой не удержались, вот уж от кого не ожидала!»

Карету тряхнуло так, что Жанна наступила тигру на лапу. И немедленно лишилась бантика на туфле: Тайгер его отгрыз и ловко выплюнул в открывшуюся дверь, продемонстрировав полное отсутствие душевных страданий.

— Прошу вас, ваше высочество!

Белый тигр чуть не сбил с ног ярмарочного распорядителя, выскочил на огороженную площадку, потянулся, вызывая крики и свист толпы. Жанна не могла понять, что преобладало в гласе народа: негодование или восхищение. Зато толкаться не пришлось — дорога к возам моментально расчистилась.

Связки сушеных грибов висели на шестах, перекладинах, лежали грудами на расстеленной на земле парусине. В чанах с водой плавали разбухшие шляпки, чтобы покупатель мог оценить товар. Зазимки встречали грибным столом: супом, рисом и гречкой с грибной подливкой, соленьями и маринадами, и румяными пирогами, гордостью хозяек.

Жанна тыкала пальцем в связки, повинуясь шепоту распорядителя. Тайгер бродил между чанами, обнюхивал грибные шляпки, дойдя до низкой лохани, с удовольствием погонял лапой. У бочек с солеными рыжиками задержались. Жанна увидела одного из матушкиных арендаторов, с удовольствием отведала грибочков и выслушала коротко рассказанные новости. Настроение поднялось, плохие предчувствия развеялись, и Жанна смело направилась к потешному столбу.

Ошкуренная мачтовая сосна, вкопанная в землю и укрепленная четырьмя натянутыми канатами, была увешана призами. Нижний ярус — связки сушеных грибов. Выше — огромные печатные пряники в глазури, еще выше — кулечки с конфетами. Венчал сосну сахарный гриб с ярко-алой шляпкой, дивное, притягивающее взгляды украшение. По стволу карабкался один из искателей удачи — босоногий, цепко хватавшийся за неровности. Вот, миновал связки, дотянулся до пряника-голубя… Решил взобраться еще выше и с криком рухнул в снопы соломы, разложенные под столбом.

Жанна на такие забавы насмотрелась на сельских ярмарках. У них дома обычно главные призы брали оборотни, потому что…

— Ой! — выдохнула она.

Тайгер атаковал сосну почти без разбега. Вмиг добрался до связок, сбросил в толпу. Следом полетели конфеты и пряники — надо отметить, что толокшиеся вокруг столба дети остались довольны. А после завершающего рывка под ноги Жанны свалился сахарный гриб. Алая шляпка откатилась в одну сторону, белая ножка — в другую. Следом, вздымая клубы соломы, со столба свалился ужасно довольный Тайгер.

Жанна посмотрела в улыбающиеся синие глаза, собрала в кулак всю смелость, наклонилась и на виду у изумленных подданных поцеловала тигра прямо в розовый нос. И сказала:

— Спасибо! Мне еще такие призы никто не дарил.

Чем придется заплатить за мимолетное тигриное возмущение — неважно. Маленькая шалость согрела душу, и Жанна почувствовала себя отмщенной. Вот, хотя бы за сегодняшнюю туфлю.

Они бок о бок дошли до медовых рядов — их надо было миновать и сесть в карету. Жанна время от времени оборачивалась, проверяла, несут ли за ними ее честно выстраданный приз. Несли. И сахарный гриб, и кадушку рыжиков, подаренную соседом.

Тайгер вдруг забеспокоился, преградил Жанне дорогу, завертел головой. Разделяя его тревогу, заржали лошади. Дернули, понесли прочь пустую карету. Тайгер зарычал — впервые по-настоящему, с такой угрозой, что у Жанны холодок по спине пробежал. В людском гомоне поначалу было ничего не разобрать, а потом стало слышно чей-то ответный рев.

Еще один оборотень?

Медведь выскочил прямо на них, переворачивая кадки и корыта с медом. Люди, заляпанные липкими липовыми и гречишными брызгами, побежали в стороны, отчаянно вопя. Тайгер прыгнул вперед, остановил противника ударом. По каретной площадке покатился переплетенный клубок — белое и бурое. Вой, рев, и вот уже в картину добавились ярко-алые мазки. Кровь.

Жанна закричала — надрывно, отчаянно, в безумной надежде оградить Тайгера от боли и придать ему сил. Рык, кровь, потоком растекающаяся по грязи. И повелительный голос:

— Любую телегу, живо! Срочно доставить принцессу во дворец!

Тайгер принял человеческую форму на минуту, не больше, но Жанна успела увидеть окровавленный бок, следы когтей на бедре и до кости разорванное плечо. Медведь лежал грудой бурого меха, не меняя форму.

«Значит, не оборотень?»

Растерянную, перепуганную Жанну усадили в двуколку. Хромающий Тайгер побежал рядом, подгоняя лошадь. До дворца добрались быстро. Леонард уже ждал их на мраморных ступенях парадного подъезда, буркнул:

— Голубем оповестили. Кто это был?

— Медведь. Кто-то напоил его водкой и спустил с цепи возле кареты принцессы Жанны. Расчет грамотный — успей мы сесть, понесли бы лошади. Не успели — медведь меня мимо не пропустил. Еле добрался до глотки, ошейник железный.

Леонард нахмурился. Жанна беззастенчиво уставилась на обратившегося Тайгера. Кровь засохла, тело пятнала грязь и бурые потеки. Раны слегка затянулись — у оборотней прекрасная регенерация. И… гм-гм… экстерьер. Жанна забежала во дворец, метнулась к первой попавшейся на глаза портьере, и услышала за спиной недовольный окрик:

— Перестаньте, сколько можно тряпки обдирать! Дойду до своих комнат на лапах, а после ванны оденусь.

— Я уже отправил почтового голубя главному полицмейстеру. Этот инцидент требует самого тщательного расследования.

— Сообщите, если они что-то интересное узнают

— Непременно.

Тайгер и Леонард обменялись церемонными кивками. Тигр встал на лапы, побрел в сторону южного крыла. Жанна спохватилась, обогнала, пошла впереди, открывая двери. Все равно их покои рядом, только комнаты не смежные. А Тайгер ранен. Можно же проводить?

Тигр принял помощь. И благодарность, вроде бы, тоже принял: не отстранился, когда Жанна прикоснулась к спине — грязной, но не израненной — и проговорила:

— Спасибо. Вы спасли мне жизнь, хотя и не обязаны меня защищать.

К вечеру у Жанны разыгралась нервная горячка. Она лежала под пуховым одеялом, стучала зубами, отталкивала лекаря, пытавшегося положить ей на лоб холодный компресс. Посыльного от отца Жанна попросту прогнала. Истерически вскрикнула: «Я не могу идти, я не хочу ничего обсуждать!» И кинула бы чем-нибудь, выдворяя, но до вазы с фруктами не дотянулась.

Королевско-оборотническая делегация явилась к ней через полчаса. Ивин шествовал впереди, за ним шли Тайгер и Леонард. Массивное кресло подвинули к камину. Отец опустился в него с тяжелым вздохом. Проговорил:

— Известия неутешительны. Следствие показало, что медведя перекупили у бродячего цирка неделю назад, когда по всей столице расползлись слухи, что на закупку грибов приедешь именно ты. Неизвестный не только напоил зверя водкой, еще и нацепил на него ошейник, к которому был привязан клок твоей нижней юбки. Похоже, медведя натаскивали на твой запах всю неделю. И натравили не на оборотня. На тебя. Счастье, что ты поехала на ярмарку с Тайгером.

— Мы выяснили, что несколько дней назад из дворцовой прачечной пропала корзина вашего грязного белья. Слуги скрыли этот важный факт. Виновные будут наказаны, — тихо добавил Леонард. — Сейчас полиция ищет человека, перекупившего медведя, ищет место, где натаскивали зверя. Шанс невелик, скорее всего, это делали не в столице. Проверку дворцовых слуг я беру на себя. Найдем предателя.

Жанна, ошеломленная новостями, посмотрела на Тайгера. Тот равнодушно разглядывал портьеру.

— Спасибо, Тайгер! — захотелось еще раз поблагодарить — при отце и Леонарде. — Вы спасли мне жизнь, хотя не давали клятвы защищать.

— Уже дал, — сухо ответил Тайгер. — Мой неопределенный статус изменился. Час назад король Ивин принял меня на должность вашего телохранителя. Теперь я отвечаю за вашу жизнь перед Двуликим и его величеством.

— Мы пришли тебя об этом известить, — Ивин поднялся из кресла. — Пока никаких выездов из дворца. Слушайся Тайгера. Попробуем выяснить, кому ты дорогу перебежала.

Жанна закивала, натянула одеяло на нос. Тайгер занял освободившееся кресло — а все-таки двигался с осторожностью, берег бок. От двери Ивин обернулся и с усмешкой сказал:

— И еще. Это касается лично вас, господин телохранитель. Перестаньте пугать Цецилию в темных коридорах. Она уже раскаялась и осознала.

Тайгер ответил поднятием брови. Это было настолько неопределенно, что Жанна даже на миг забеспокоилась о судьбе бывшей фаворитки. И тут же подумала: «Так ей и надо!»