Глава 20

– Как удачно, да? – бесится Илья, когда узнаёт, что я более не распоряжаюсь долей Арсения, а значит и любые решения с этого момента на стороне Севы. – Это ты его надоумила, да? Прячусь с чашкой кофе за кухонным островком, смотрю на метания мужа. – Нет, не я. – Ты… ты… сговорились. У него разве что молнии из ушей не летят. – Нет, ну а что ты хотел? Сева ведь не дурак, понял на практике, чем чревато такое разделение, вот и забрал долю Арса себе. По-моему, вполне логично. – Да уж… не дурак, зато ты теперь… бесполезная. Делаю глоточек кофе, мне на его истерики, честно говоря, плевать. – Разок побыла полезной и хватит. – Не ёрничай, это не в твоём стиле, Вера. У Ильи звонит сотовый, он выхватывает трубку из кармана, та чуть на пол не летит. Чертыхаясь, он жмёт ответить и уходит из кухни. – Полезность-то моя хоть нужной была?! – кричу ему вдогонку. – Получил то, что хотел. Илья поворачивает ко мне сердитое лицо и рявкает: – Да! Получил! – Вот и чудно. Беляш прыгает на стол, а я аккуратно снимаю его со спокойным, но чётким «нельзя». Ему уже шесть лет, он, считай, ровесник Вовы, прекрасно знает, что по столешницам на кухне скакать недопустимо, но нет, да и нарушит запрет. Из вредности. Или в качестве проверки – вдруг разрешу. Возле ног раздаётся раздосадованное «мяу». – Ну иди сюда, поглажу, – зову его с собой на диван, и Беляш бежит следом, будто я возле его носа рыбкой помахала. Пока ласкаю кота, допиваю кофе и слышу, как недовольно разговаривает Илья по телефону. Сегодня его всё бесит, а мне это в радость. Пусть… ему понервничать полезно. Когда муж возвращается, на лице его злость и разочарование. Надеюсь, до него дошло, как он прокололся с этой разовой победой. – А как ты брату объяснила свой поступок? Ты мне, кстати, не рассказала, – спрашивает в лоб. На языке вертятся колкости, но этот момент я обдумала заранее, потому что сразу собиралась вывернуть ситуацию с максимальным профитом для себя. Не один Илья умеет играть в долгую. – Очень просто… деньгами. – Поясни. – Хочу открыть свою фирму по дизайну, сказала, что намерена взять деньги со счетов «Империи», поэтому не одобряю траты сверх тех, что заложены в годовой бюджет, вот так. – Что ещё за фирма по дизайну? – прищуривается Илья. – Ну… на Марину я больше не работаю. По известным причинам, – многозначительно приподнимаю брови. – Понимаешь же сам… – М-да… По лицу Ильи вижу, что эту тему ему обсуждать вовсе не хочется. Да и с Мариной, видимо, уже всё. – А опыт и нереализованный потенциал остался. – Ты это серьёзно? – Вполне. Беляш спрыгивает с моих коленок, когда встаю и несу кружку в раковину. – Мы на тренировку с Вовчиком, потом я к Севе заеду, как раз по поводу открытия фирмы поговорить хотела. У меня отличный брат, Илья, он даже почти не разозлился на мои, как он там выразился, финты ушами. Зато предпринял логичные шаги. Поэтому, – подчёркиваю жестом, рассекая воздух по прямой ребром ладони, – поэтому если тебе снова понадобится моя, кхм, помощь… в каких-то вопросах… Ты уж сам придумай обоснование и просчитай последствия. В конце концов, у Севы могут возникнуть вопросы, на которые у меня не будет готовых решений. С этими словами ухожу наверх, очень надеясь, что в реальности никаких новых идей у Ильи не возникнет. Может, со временем я стану для него бесполезной, и он таки согласится на развод? А пока… пока придётся потерпеть. Никто из нас не станет играть в открытую. Даже мой брат. Конец следующего лета Звонок Севы застаёт меня на объекте. Я отделываю коттедж в «Шервуде» – элитном коттеджном посёлке для очень состоятельной семьи. Для толстосумов, как обозначил проживающих здесь один из моих сотрудников. Пока заказов не так много, но и то пришлось нанять пару дизайнеров в помощь. Однако эксклюзивные заказы я беру на себя, не доверяю никому. Остальные же контролирую, корректирую проекты, хотя правок не так уж много. Кажется, у меня даже вырисовывается собственный стиль. И дизайнеров я приманила со схожим виденьем. – Да, Сева? – Вера… ты можешь приехать? Можешь несколько дней выделить мне? – Эм… странный вопрос. Но, конечно, могу. Что случилось? – Ты помнишь, как обращаться с младенцами? – Это ещё более странный вопрос… Думаю, что навык не потерян. – Отлично, приезжай. – А у кого младенец? – У меня… дочь. Чуть ли не спотыкаюсь после его слов. Замираю на месте и прикладываю ладонь ко лбу. – Сева, ты обалдел? Какой ребёнок? – ничего не понимаю. – Я позже объясню. Просто купи там… что надо. В голове уже выстраивается список. Странно, Вова уже давно не младенец, а я прекрасно помню, что надо и в каком количестве. Знаю, что детям надо… Самое главное, конечно, это внимание. В моём голове скепсис и подозрение: – И ты что, планируешь остаться с ним один на один? – С ней… – Без разницы. Ты же не знаешь, с какой стороны к ребёнку подойти. – Зато ты знаешь. И… позвони вашей няне, договорись с ней… Вздыхаю. Кажется, первый шок прошёл. У Севы всё просто – вынь да положи. Пускай наша няня не двадцать четыре на семь рядом с Вовой, но всё же у человека свои планы, о которых она предупреждала заранее. – Она в отпуск собралась. Давно отпрашивалась. Не могу же я ей сказать: нет-нет, оставайтесь, я передумала. Это будет, по меньшей мере, некрасиво. – Предложи любые деньги. – Не согласится. Она к родне собралась. Год не виделись. – Реши вопрос. Привезите её родню сюда. Снимите квартиру в соседнем доме. – Сева, ты точно рехнулся. Что там, нянь мало? Ай-й-й… да я тебе другую найду. Не хуже. Смеюсь чуть нервно. – Если не хуже, то ладно, – соглашается брат. – Как быстро ты сможешь приехать? Думаю, что могу уйти без проблем, поэтому смысла медлить не вижу. – Уже выдвигаюсь. Через два-три часа буду у тебя с товарами первой необходимости. Сева кладёт трубку, я так и стою с телефоном в руке и приоткрытым от шока ртом. – Дочь? – спрашиваю в пустое пространство. – А кто мама? Пока еду до города набираю Лёшу. Мы не виделись уже два месяца. Он вернулся в Краснодар какое-то время назад, но наездами в Москве бывает. У него по бизнесу проблем прибавилось, поэтому работа на Севу отошла на второй план. Честно, я не понимаю их отношений. Зачем Всеволоду Соколов? Меня в такие нюансы не посвящают. Лёшу я не расспрашиваю об этом, но последние полгода он много катался по регионам, помогал Сан Санычу обновлять систему безопасности на приобретённых «Империей» предприятиях. Сева активно скупает землю и фабрики-заводы-пароходы, причём пытается привлечь Арсения к семейному бизнесу. Тот пока что сопротивляется. Ходит уже без костылей и палки, хромает только время от время сильнее обычно. Впрочем, это не мешает ударяться ему во все тяжкие. Сева уже как-то высказывал недовольство, что у младшего одни гулянки на уме. Даже мама попыталась заступиться за Арса, мол, он столько времени провалялся в постели. На что Сева отрезал, что теперь Арс по постелям скачет… по чужим… Маме было нечего добавить, кроме того, что у всех своя личная жизнь. Фыркаю громко-громко. А Сева сам, что, не скачет? Вот дочь какая-то материализовалась, не с небес же она упала в руки папе. Я знаю, что Сеня хороший, у него прекрасная светлая голова на плечах, а у любого поведения есть объяснения. Здесь, конечно, лучше Всеволоду с ним разговаривать. По-братски. По-мужски. – Привет, милая, – родной голос растекается по салону машины. – Привет, ты завтра собирался приехать? – Да, мы же договаривались встретиться. Я помню. – И я помню, но возникли кое-какие моменты, – что у Севы нарисовалась нежданная дочь я Соколову не говорю, такое обсудим при личной встрече. – Надо Всеволоду помочь. Так что, возможно, ближайшие дни я буду много занята и мало свободна. – Разберёмся, – уверяет Лёша и серьёзно. – У меня тут тоже кое-что произошло… – Что? – Вернее, не у меня, а у Вадима. – Что у Вадима? – Половина кафе-бара выгорела. Подозреваем поджёг. – Ох… твою ж… – вздыхаю потрясённо. – Кому это надо? – Есть подозрения, будем разбираться. – Может, пусть компетентные органы разбираются. – Их уже подключили, – уверяет Лёша, а потом уже с другой интонацией добавляет. – Ну а твои планы? Они остаются в силе? Я собиралась в Ростов через две недели, так как оттуда внезапно пришёл отличный заказ. Пускай Ростов почти в четырёх часах езды от Краснодара, но мы с Лёшей уже распланировали, чем и когда мы можем заняться. Однако последние новости от Севы могут поменять все планы. Надо съездить до брата и понять, насколько и в каком качестве буду ему нужна. – Завтра скажу точнее. Но пока ничего не собиралась отменять. – Надеюсь, что и не отменишь. – Я тоже. Эта рабочая поездка для меня всё равно что глоток свободы, который мне так необходим. Год жизни в области высокого давления по имени Илья даёт о себе знать. Мне надо вырваться и освободить пространство для себя, пускай даже таким образом. На въезде в город я ныряю на стоянку ближайшего Мола и бодрым шагом поднимаюсь на этаж с детскими магазинами. Закупаю всё, что может потребоваться младенцу, на первое время. Завтра закажу, чего не хватает. Сейчас доеду до брата и буду разбираться. Зависаю у стойки с подгузниками. Какой хоть размер брать? Набираю ещё раз Севу и уточняю недостающие нюансы. – Одежда есть? – Что-то есть. – Ясно. Нет не хрена. Размер какой? – Да я без понятия. – Возраст? – Пять месяцев. – Отлично. – Не знаю, что там у тебя отлично, но я очень жду. С нажимом говорит Сева. – Не волнуйся, это вредно. Нервные клетки не восстанавливаются. – У меня нет нервных клеток. Все спокойные, – повторяет нашу старую шутку. – Ещё недавно я бы так и сказала, а сейчас не уверена. – Вера… – Уже мчу, – подкалываю и завершаю звонок. Так… пять так пять… Заполняю корзинку одеждой по возрасту и на вырост. Потом бегу на кассу и на парковку. Нетерпение брата подгоняет меня вместе с собственным любопытством. Уже скоро я у Севы дома, а на моих руках очень красивая девочка с очень выразительными глазами. – Зайчишка-малышка, – воркую я. – Ульяна она. Прищуриваюсь с подозрением. – Интересненько… – Не поверишь, мне тоже. – Ладно, чуть позже мне всё-всё расскажешь. Понял. Сева усмехается. На его лице нет привычного покер фейса. Там проскальзывают уж совсем нетипичные для брата эмоции. Например, неуверенность и растерянность. Это внешне он взялся за проблему и решает её, а на самом деле, глубоко внутри, с самого дна его души жизненный переворот с подвохом встрепенул сонм демонов. – У тебя остаться сегодня? Или достаточно няни? Экспресс-методом через няню Вовы я нашла шикарную женщину, сорвавшуюся по первому зову нам на помощь. Сева колеблется, и я решаю за него. – Останусь. Вова всё равно у бабушки ночует А ты, кстати, бабушке-то нашей будешь сообщать, что она теперь дважды бабушка? – Чуть позже. Ты главное вперёд меня не проговорись. Возмущённо фыркаю. – Когда я тебя подводила?! – Да было дело, – качает головой. Это он мне всё тот фееричный совет директоров припоминает, когда по указке Ильи я поломала брату сделку. – Один раз не считается, – бормочу я, унося Ульяну в спальню. – Время кушать, да? – замечаю, что она открывает ротик и пускает слюньки. – Сейчас тётя Вера тебя накормит. Обалдеть, я реально тётя, – смеюсь от этой внезапной мысли. Оборачиваюсь, бросаю Севе с иронией. – Поучаствовать не хочешь, папа? Заодно научишься смесь разводить. – А надо? – Надо-надо… – Ну давай, – хлопает себя по коленям и поднимается на ноги, затем замечает мой скептический взгляд. – Откуда, Вера, на твоём лице это сомнение? Что я, кормление младенца не освою? Пошли, сестра, научишь.