Глава 16. Мертвый лес
Магия пронизывает весь Дэвлат, но не все желают это замечать.
Страх извращает силу, ненависть отравляет, безразличие обращает во тьму.
Уже к ночи, когда мы вышли из леса, на горизонте показались горы. Они пока еще неясными очертаниями виднелись вдалеке. Облака плотно окутали их, смягчая контуры.
В путь отправились шестеро даэвов, включая меня и Люция. Все выглядели довольно молодо и неопытно. Даже Регис, врачеватель из крепости, несмотря на его отстраненность и высокомерную манеру держаться, казался недавно выпустившимся учеником Академии Снов. Остальные трое были еще младше.
— Они не поступали в академию, — ответил Моран, когда я спросила.
— Почему?
— Их семьи этого не захотели. Такое бывает. Их обучение проходит прямо сейчас.
— Что? Получается, среди нас только два обученных воина?
— Да. Ты и я. Хотя остальные уже в четвертый раз отправляются на настоящую охоту.
— А-а-а… — Я повернула голову.
— Я обеспечиваю магическую защиту и лечение. Не люблю меч. Плохо им владею, — безразлично отозвался врачеватель.
— Скажи мне, что это неправда. — Я обернулась к Люцию, крепче сжимая поводья. — Ты едешь в место, по всей видимости, захваченное темными тварями. Но берешь с собой учеников? Это неразумно. Не зная до конца, с чем мы можем там столкнуться, нельзя так рисковать.
Рядом расхохотались.
Смех прекратился так же резко, как начался. Врачеватель вновь стал хмурым.
— Я бы боялся за кого угодно, но не за нас. Мы ничем не рискуем, — добавил он. Пользуясь временной передышкой, он достал из-за пазухи книгу и, держа в одной рукеее, а в другой поводья, читал.
— О чем вы?
Врачеватель оторвал взгляд от страниц. Хотел было ответить, как уже с другой стороны от меня раздался красноречивый кашель. Моран даже не попытался придать ему непринужденности.
— Кажется, я простудился. Все-таки вода в источнике оказалась слишком холодной, — как ни в чем не бывало произнес Люций.
Простудился…
Не то, чтобы я поверила, но последующий кашель показался уже более естественным.
— Наставник, а вы разве не жили долгое время в Северном храме? — спросила дэва (остальные два ученика были парнями).
Девушка потянула поводья, заставляя свою лошадь идти медленнее. На ее поясе висел довольно миниатюрный меч с тонким лезвием, напоминавший шпагу. С таким оружием обычно не вступали в бой открыто, а подкрадывались к противнику, используя эффект неожиданности. На лацкане ее мантии был вышит горный пик — она принадлежала к Северному ордену.
Скорее всего, воином девушка была слабым. Но наверняка она являлась сильным мортемом или скардом, компенсируя тем самым свои недостатки в бою.
— Жил.
Даже я в свои годы слышала про Северный храм. Он располагался на самом краю королевства Акракс, был возведен среди снегов изо льда. Далеко не каждый даэв выдержит даже пару суток в подобных условиях, не говоря уже об обычном человеке. Туда отправлялись испытать себя и закалить дух. Медитации в том месте давали ясность ума и улучшали контроль дара. Но лишь единицы отваживались на это путешествие. Велик шанс замерзнуть насмерть в вечных льдах.
— Ассоль, мне уже лучше, вернись к остальным, — вежливо попросил Моран. Все присутствующие прекрасно поняли, что имела в виду ученица. Даэвы из-за своей природы практически не болеют, а уж те, кто побывал в столь суровых условиях, точно не простудятся от какого-то озера с холодной водой.
Даже я в теле человека, пусть и перемерзла, но чувствовала себя прекрасно. Однако вопросы пришлось отложить. Схватив поводья покрепче, мы вскоре пустились вскачь — нам предстояло ехать до самого заката.
Когда мы наконец-то остановились на ночлег, я первым делом нанесла печати, те самые, что использовала в лесу с Майей. Дело в том, что «Кольцо света» — связка печатей светлых даэвов, и в руках темных оно было не то чтобы бесполезным, но малоэффективным.
Опустив кисть с киноварью, — этот материал в пути был удобнее чернил, — я оставила последний символ незавершенным, собираясь активировать знак уже перед отходом ко сну.
Будет ли знак вновь мерцать? Или станет как прежде?
Вокруг была лишь высокая трава и изредка попадавшиеся огромные булыжники песочного цвета. Постепенно дорога уходила ввысь, и уже завтра мы вновь войдем в лес. По обрывкам фраз я поняла, что лес тот был необычным — древним, с многовековыми деревьями. Такие сохранились только на самом юге и севере материка. Юг облюбовали фэйри и люди, создавшие одинокие людские поселения, что не присягали ни одному из королевств. Те территории считались свободными и не принадлежали никому. И гости туда забредали нечасто — территории были слишком опасны.
В этом же лесу жили призраки. По крайней мере, то, что от них осталось. Безвольные и неопасные. Большинство из них застыли в одном моменте жизни или вовсе не оформились, оставшись призрачными огнями и туманом, ложащимся среди деревьев. Но об их присутствии сообщал гул голосов, в котором одни звучали тише, другие громче.
Лес Мертвых. Как и множество других загадочных мест Дэвлата, люди избегали его, огибали по главной дороге и уж точно не забредали в эти владения. Но если мы не хотели терять время, надо было идти напрямик.
Я отошла, оставив листы с печатями лежать на земле.
За это время в центре импровизированного лагеря успели развести огонь. Не для готовки еды, а для отдыха. Весь провиант, что был собран с собой, не нуждался в приготовлении.
В какой-то момент Люций вытянул руку, и с его пальцев сорвалась птица. Высокая, достигающая пояса трава вокруг покачивалась, словно выстроенные в ряды воины. А в нескольких метрах за спиной начинался лес.
Чуть отойдя к самой границе предполагаемого защитного круга, я достала нож, прихваченный в крепости. Помимо кинжала, одолженного у Рафаиля, я взяла в дорогу еще два и один узкий недлинный клинок. Ничего массивнее позволить себе не могла — в руках не хватало сил.
Срезав достаточно травы, я уложила ее на землю, создав куда более пышную лежанку, чем та, которой когда-то довольствовались мы с Майей. Так я могла поспать подальше ото всех. То, что я совсем недавно заснула в присутствии Морана, нехорошо. Надеюсь, он не видел моих приступов.
Когда я вернулась ближе к костру, Регис с Люцием отсутствовали, а ученики сидели вокруг пламени, не обращая ни на что внимания, будто собравшись на праздную прогулку. На меня они косились с любопытством и подозрением — с одной стороны, Моран разговаривал со мной как с равной, а с другой, перед ними было лицо человека, которого они наверняка уже встречали.
Увидев потревоженную траву, я вышла из расчищенного под ночлег круга. Пошла по чужим следам, подбираясь к границе леса. Идти тихо даже не старалась — в подобном месте это было невозможно, каждый мой шаг отдавался шорохом.
Когда я отыскала Морана с врачевателем, первый поднимался с камня песочного цвета, притаившегося среди растений. Небрежными движениями повязывая пояс верхнего одеяния, он, с полуулыбкой, повернулся ко мне.
— Соскучилась? — невинно поинтересовался он.
— Что вы делали? — не поддавшись на уловку, спросила я. Регис стоял за спиной Люция и выглядел мрачным и еще более сосредоточенным, чем прежде.
Меня и раньше насторожил тот факт, что теневой див пренебрег опытными воинами, но взял с собой врачевателя. Только решив, что Моран все же позаботился об учениках, — на охоте ведь могло произойти что угодно — и успокоилась. Но похоже, зря.
— Ты правда хочешь знать? За столько лет у меня появилось много секретов. Точно желаешь узнать их все? — Бровь дива провокационно изогнулась.
— Нет, — повернулась я спиной и пошла прочь.
С одной стороны, это были его личные заботы, какое мне дело? Но с другой, пока Люций удерживал меня подле себя, я хотела знать все, что могло повлиять на меня в будущем. Контролировать ситуацию.
Я вспомнила слова Рафаиля о темной магии. Лишь теперь я глубоко задумалась о поступке Руньяна. Он бы не пришел ко мне, если бы не был действительно глубоко обеспокоен.
Вернувшись в лагерь и дождавшись, пока Регис и Моран тоже окажутся в кругу, я отправилась активировать печати. Знаки все еще мерцали, но уже не так часто, и их свет был гораздо ярче.
После этого я молча подошла к своей лежанке поодаль ото всех. На небе уже давно серебрилась луна, сияла среди облаков, словно внимательно наблюдая именно за нами.
Сев и закрыв глаза, я погрузилась в медитацию, чтобы успокоить мысли.
Магия все еще беспокойным водоворотом крутилась внутри. Но стоило сконцентрироваться на ней, и метающиеся потоки усмирялись, а потом в сознании воцарялось чужое спокойствие. Майя уже спала. Даже на таком расстоянии, сосредоточившись, я могла дотянуться до нее.
Последние дни я много думала. Дар Морана увеличился, существа тьмы, что он создавал теперь, выглядели куда больше и сильнее тех, которые он творил в Академии Снов. Они были совсем как настоящие. Но вот огня жизни в них не имелось ни капли. И в этом виделось что-то зловещее.
Если Люций не соврал и мне достался светлый кристалл, тогда мой дар эмпата тоже мог претерпеть изменения. У Морана было много лет, чтобы совладать со своей силой и раскрыть все ее грани, я же была этого лишена.
Эмпаты влияют на чужие эмоции, забираются в самую душу — так говорила Долорес, так считали люди. А теперь я отняла чужое тело, управляла им и с каждым днем все лучше чувствовала Майю. Ее переживания, радость или грусть — все это я могла ощутить и, если постараться, даже услышать то, что происходит вокруг нее. Последнее я обнаружила лишь сегодня и пока не могла полностью контролировать.
Кто знает, какие границы у этой силы? Может, они куда шире, чем представляются сейчас. Любой дар необходимо развивать — лишь так до конца поймешь, на что способен.
Я открыла глаза, посмотрела на ладонь, на пухленькие пальцы, которыми Майя держала мое запястье, прежде чем мы поменялись местами. Услышав шорох за спиной, насторожилась и опустила руку.
— Спокойной ночи, Сорель.
— Спокойной, — слегка охрипшим голосом ответила я, повернув голову и наблюдая за вытянувшейся тенью, которую окружал оранжевый ореол от пламени костра.
Люций, помедлив несколько секунд, ушел. Я выдохнула, только теперь осознав, что затаила дыхание. Отблески пламени пропали — похоже, его засыпали землей.
Пройдя по магической защите взглядом, я задержалась на границе Мертвого Леса, где среди деревьев уже стелился молочной дымкой туман. Убедившись, что он не проберется за контур круга, легла на спину, сложила руки на животе и прикрыла глаза, почти сразу заснув.
Ночь выдалась на удивление спокойной. Кошмары никуда не делись, но они были лишены яркости. Я вновь видела лицо отца, но он, точно окутанный туманом, находился дальше, чем обычно.
Открыв глаза, я на миг загляделась на яркие лучи, прорывавшиеся сквозь траву.
В душе застыла безмятежность. Невольно возник вопрос: а сколько рассветов я еще встречу? Нет, умирать я не собиралась. Но жизнь не раз показывала, что все может завершиться неожиданно, так что и не сразу поймешь.
Я выдохнула и улыбнулась, а в следующую секунду опешила. Что-то коснулось моей спины. Точнее оно и до этого прижималось ко мне, но, лишь пошевелившись, я поняла, что что-то не так.
Отодвинувшись и перевернувшись на спину, коснулась рукой белоснежных волос, что рассыпались по успевшей подсохнуть траве. Люций лежал рядом. Совсем близко. Мы что, всю ночь проспали спина к спине?!
Поначалу я разозлилась, хотела было подняться, но потом передумала. Обычно я не переносила близости с кем-то. Конечно, постоянно сражаясь, тренируясь и используя свой дар, прикосновений не избежать, но в остальных случаях все зависело от меня. Это было проблемой многих одаренных эмпатов — из-за дара вырабатывалась стойкая привычка держать дистанцию. Но, как и в вернувшихся воспоминаниях, когда Моран был рядом, я не ощущала ничего подобного. Никаких неприятных чувств. Даже наоборот.
В последних увиденных мною воспоминаниях я сделала важный шаг. По крайней мере, мне так казалось. В прошлом, сама того не признавая, я была высокомерна. Слишком строго судила всех вокруг. Не совсем понимала то, что действительно важно, хотя и сейчас до конца не уверена, что различаю это.
Может, мы с Люцием и вправду были друзьями? Мысль об этом постоянно лезла мне в голову в последние сутки. Он определенно меня волновал. Даже несмотря на всю мою нелюбовь к несправедливости, я бы не сорвалась с занятия, чтобы немедленно доказать истину, и точно бы не соврала.
Услышав копошение со стороны костра, я быстро поднялась — не хватало еще, чтобы нас увидели так близко. Недопонимания не избежать. Кинула последний взор на Морана, что перевернулся на спину, продолжая умиротворенно спать.
Белое и черное. Его облик так выделялся на зеленом ковре примятой травы. Черный простой меч с рукоятью, украшенной лишь белой подвеской-кисточкой с драгоценной бусиной. Лезвие было длиннее, чем у обычных клинков. Как раз по этой причине Люций пару раз проигрывал мне в схватке на втором году обучения в Академии Снов — не хватало роста, чтобы использовать все возможности оружия. Появлялись бреши в защите. Теперь же Моран стал еще выше, и такой проблемы быть не должно.
Услышав голоса, что становились громче, я поспешно отвернулась и принялась обходить лагерь по кругу, убирая печати. Когда закончила и вернулась к потухшему костру, Люций уже проснулся. Регис и он стояли около лошадей, собираясь отпустить их. Животных обучали не уходить далеко, так что на обратном пути, вернувшись к границе Леса Мертвых, мы вновь отправимся верхом.
Собрав свои вещи, мы двинулись в путь.
Стволы деревьев с мелкими серыми прожилками на шершавой коре казались почти черными. В то же время под ногами повсюду росли цветы, напоминавшие на первый взгляд обычные колокольчики. Только их бутоны были в два раза больше, имели слегка голубоватый оттенок и светились сквозь устилавший все в округе плотный туман.
По словам Люция, мы окажемся на другой стороне через несколько часов.
Ворон то появлялся между деревьев, то снова поднимался ввысь — Моран следил за нашим движением с воздуха. Несмотря на слухи о призраках, пока ничего не говорило об их присутствии. Хотя здешняя обстановка все равно порядком настораживала.
— О, что это? — Один из молодых дивов склонился над зелеными зарослями. Раздвинув траву, он указал на плоский серый камень с древними знаками, наполовину скрытый обвившим его вьюнком. — Указатель?
— Сейчас посмотрим. — Люций подошел, я следом. — Можешь прочитать? — лукаво спросил он, очищая камень от растительности.
Знаки оказались мне знакомы. Но их высекли так давно, что местами камень раскрошился, и требовалось время, чтобы разглядеть все линии.
— Да, — произнесла я. — Не все. Отдельные… слова. — В горле пересохло, я сощурилась, неожиданно осознав. — Это… фларканский?
Оглянулась на Морана.
— Да. — Веселья в его взгляде стало больше, но улыбка была мягкой.
— Я говорила на нем и сама не поняла… — прошептала тихо, склоняясь к камню и касаясь щербатой поверхности пальцами.
Нахмурилась. Это была проверка, когда Моран поздоровался со мной?
Это в очередной раз доказывало, что моя память не спрятана так глубоко. Но оставалось вопросом то, откуда я знаю древний язык. Тех, кто его знал, единицы, а тех, кто мог обучить меня, и вовсе… один?
Ответ был слишком очевидным и сбивающим с толку. Сколько времени надо потратить на подобное? Месяцы. Порою годы. Смотря с каким упорством заниматься.
— Прочитай. Мне не хватает знаний, — бросила, быстро распрямляясь и отходя.
Все что я узнавала, слишком противоречило тому, в чем казалось бы я совсем недавно была уверена. А способность Морана подталкивать окружающих к нужным ему мыслям и действиям поражала. Не удивлюсь, если и мою просьбу отправиться с ним на охоту он предвидел.
Люций тихо усмехнулся.
«Скорее всего, так и было…» — вынесла вердикт я.
— Зачем вам этот камень? Идемте. Лучше как можно скорее выбраться из леса, — проговорил Регис, с подозрением оглядываясь по сторонам.
— Нам некуда торопиться, — протянул Люций. — Это место и правда особенное. Моя сила больше не может проникнуть за его пределы. — Все поняли, что это означает, — мы могли заблудиться, ведь никто теперь не отслеживал наш маршрут с воздуха. — Лучше не игнорировать то, что очень напоминает дорожный указатель.
— Можно мне попробовать? — выступила вперед Ассоль.
— Попытайся, — великодушно позволил Моран и сразу потерял интерес.
Ученица подняла ладонь, но ничего не произошло. На ее лице отразилась растерянность, потом недовольство. А уже через несколько секунд она трясла рукой от досады, будто та была не частью ее тела, а крайне бесполезным предметом.
Похоже, девушка была мортемом. А сила действительно не отзывалась. Я прикрыла глаза, пробуя дотянуться до Майи, но не вышло. Магия словно не желала покидать тело. Ее что-то удерживало внутри.
И туман вокруг вдруг стал плотнее, закручиваясь кольцами, подбирался поближе. Бутоны загадочных колокольчиков почти потеряли свой образ, став блеклыми огоньками, усеивающими землю.
Ученики озадаченно озирались. Рука одного из дивов легла на меч.
— Не нравится мне все это. — Регис насупился. Уже с первого знакомства я поняла, что врачеватель обладал весьма тяжелым и упрямым нравом. — Так что там?
— Смерть одинока, но жизнь — не всегда. Возьмитесь по двое за руки, и пройдете путь.
— Что за ерунда? В самом деле так написано? — воззрился на Люция див, подходя ближе.
— Примерно так. — Моран распрямился. — Но куда более метафорично. Древние любили говорить загадками. Это сложно перевести дословно.
— И что ты предлагаешь? — спросила я, хоть и предполагала, что Люций нас просто дурачит. Но надеялась, что в нынешней обстановке ему хватит совести этого не делать.
— Все просто. — Он широким шагом приблизился ко мне. Туман, стелившийся, словно сотни змей, у его ног, взметнулся выше. И в этот миг послышались тихие голоса — неразличимые, сливающиеся в гомон. Поначалу я даже решила, что мне показалось. — Попробуем взяться за руки и пройти. По двое.
Сухие, прохладные пальцы схватили мою ладонь. Сжали. Я почувствовала кольцо, надетое на одном из них, — просто обжигающе ледяное, словно созданное не из камня, а из кусочка льда.
— Делимся по двое, — продолжал див, небрежно поторапливая остальных.
Он вскинул голову, наклонив вбок, взглянул на меня. Улыбнулся. Вновь с той же небрежностью. Люций дурачился, не воспринимал это место всерьез. Значит, он был уверен, что мы выберемся.
Ученики не стали перечить и тут же попытались разбиться на пары. Но их было трое, и кому-то предстояло встать вместе с Регисом, который, в свою очередь, вознамерился уцепиться за Морана. Но не получилось — тот уклонился.
— Почему я должен идти с учениками? Я с вами пойду, — упрямо заявил врачеватель.
— Надо по двое. Ты слышал перевод надписи с камня?
— Ты придумал его.
— Сначала проверь, а потом обвиняй, — парировал Моран. И, ловким движением вытащив из рукава печать, активировал ее. Символ загорелся бледно-голубым, в цвет тумана под ногами, заставляя его, словно испуганное животное, вдруг отползти на несколько метров.
Шепотки затихли. А я, кажется, стала догадываться, что это за место и как оно возникло.
Место гибели. Когда-то, много веков назад, здесь погибло большое количество людей. Кто знает, может, это было сражение. Или стихийное бедствие. Видимо, в истории тех событий и крылась загадка нынешнего леса. Не зря его называли Мертвым.
— Тогда я пойду с Сарой… — услышала я голос Региса. Он попытался, как Моран несколько секунд назад, схватить меня за руку. Но я инстинктивно спрятала ладонь, оставаясь на месте.
— Господин Регис, не думаю, что это хорошая идея, — сдержанно проговорила я. — Давайте уже не будем маяться бесполезными вещами и продолжим путь. Люди на той стороне ожидают нашей помощи.
Последние слова потушили все протесты. Див замер, потом посерьезнел — между его бровей пролегла складка — и кивнул. Все еще недовольный, но в то же время пристыженный, врачеватель с неохотой вышел вперед. Вскоре все выполнили необходимое условие.
На камне и правда было что-то написано про смерть. И один из знаков имел значение «узы», хотя какие именно, это уже оставалось загадкой. К тому же этот символ мог трактоваться как «нить».
Мы вновь двинулись в путь. Магическая печать выплыла вперед, скользя по воздуху самостоятельно и освещая дорогу. Пока шли, Моран стал пощипывать мою руку. Будто не знал, чем заняться.
— Хватит, — прошептала я.
— Регис выглядел таким расстроенным, — негромко произнес Люций, словно только и ждал, когда я заговорю.
— Просто у него есть совесть и воспитание, — спокойно отозвалась я, хотя это совсем не звучало как упрек. Скорее соблюдение ритуала — Моран дурачится, а я стараюсь наставить его на путь истинный.
Только мне интересно, с каких пор стало так? Я понимала, что привычка имеет корни в прошлом, и сейчас она просто вышла на поверхность, но и прекрасно помнила, сколько же негодования Люций вызывал у меня в первые месяцы обучения в академии.
— Совесть и воспитание? Ну тогда… — Див возвел взор к верхушкам деревьев. — Стоит сказать спасибо за это Ордену вечной зелени.
Я удивленно остановилась. Мой взгляд скользнул к врачевателю, что шел за руку с учеником, который постарался отдалиться от него настолько, насколько мог. Чувствовалась гнетущая атмосфера. Оба были не рады соседству.
Даже у меня вид дивов, державшихся за руки, вызывал противоречивые чувства.
Увидев Региса в обители теневых даэвов, я не сомневалась в том, что он темный.
Орден вечной зелени находился на самом юге Исонии, гранича с дикими землями. Говорят, несколько дней пути — и можно добраться до холмов фэйри. Но те, кто отправлялись к ним, больше не возвращались.
Орден был немногочисленным, но очень уважаемым, как раз из-за лекарского дара, который они совершенствовали благодаря накапливающимся знаниям о лечебных травах и зельях.
— Почему он здесь? Почему с тобой?
— Об этом спроси у него сама, — серьезно сказал Люций.
— Да к паршивому ревенанту все! — вскипел Регис, разворачиваясь. Его терпению подошел конец. — Моран, ты же издеваешься, да? Это все твои шуточки.
— Вы разве не видите? — произнесла я, когда мы приблизились к мужчине.
— Что не вижу? — заозирался див, но гнев его стал тише.
— Бутоны цветов. Они сияют ярче.
Как только Люций взял мою руку, появилась дорожка из огней, что извивалась среди деревьев. Словно небо опустилось, и звезды оказались под ногами.
— Да. Мы тоже видим, — сказала за двоих Ассоль — они ушли дальше всех.
Повисло растерянное молчание, которое, как всегда, прервал Моран. Он, пропуская локон своих волос сквозь пальцы, как бы невзначай заметил:
— Скорее всего, дело в том, что вы оба мужчины. Поэтому вы ничего не видите.
— Люци-и-ий. Ты ведь с самого начала это знал? Ты намеренно вынудил… — сделал Регис шаг к нам.
— Я не был уверен, — возразил Люций, и из его свободной руки вырвалось темное облако, что вмиг обрело облик птицы и улетело вдаль. — О, магия вернулась. Кажется, мы выбрались.